Welcome to Hell, brothers

🔺🔺🔺

— Какая это уже по счёту женщина у твоего отца? — промямлила Лиса, накручивая на палец кончик жевательной резинки со вкусом арбуза, который Джихён не переносила от слова «совсем». В мире вообще было мало вещей, которые не раздражали бы Мун Джихён. Она всё чаще убеждалась в этом. — В жизни моего отца была только одна женщина — моя мать, — прошипела Джи, не поднимая головы от раскрытого блокнота, в который она яростно заносила заметки вот уже полчаса. Лалиса демонстративно цокнула языком и наконец-то выплюнула свою отвратительную жвачку, заматывая её в салфетку. Девушка недовольно надула губы и выразительно посмотрела на подругу, опускаясь немного вперёд на стол и тихонько проговаривая: — Тогда сколько у твоего отца было не-женщин? Джихён оторвалась от своего прежнего занятия и грозно посмотрела на блондинку. Лиса редко бывала серьёзной, поэтому к её извечным шуткам и остротам давно нужно было привыкнуть, но Мун по неизвестной ей причине всегда велась на провокации подруги, вызывая этим у Манобан искреннее удовлетворение. — Одиннадцатая, — выплюнула Джи и незамедлительно вернулась к своему блокноту, чтобы вдруг не вспылить и не поссориться с подругой из-за очередной глупости. Просто Джихён была на взводе всю последнюю неделю. Не проходило ни минуты без того, чтобы она не думала о женитьбе отца. Просто невероятно! Скоро это станет смыслом её жизни — избавляться от пассий папы и их детей. — И как ты собираешься избавляться от очередной? Хороший вопрос. Потому что именно разработкой плана по избавлению от нежеланной семейки и занималась Джихён последнюю неделю, которую она провела как на иголках. Мурашки пробежали по телу, а горло сдавил толстый ком от осознания, что… Сегодня день «Х» — день, когда вредители поселятся под их крышей, и долгом Джихён, безусловно, является вытравить их как можно скорее, чтобы обезопасить себя и всю семью. Девушка обдумывала вопрос подруги, погружаясь глубоко в мысли и рассматривая записи перед собой. Лиса в тот момент видела лишь застывшую, подобно каменному изваянию, Джихён с замороженным и пустым взглядом. Блондинка хотела было тронуть Мун за руку и обратить на себя внимание, как вдруг та заверещала, откинула ручку на стол и схватилась двумя руками за голову, рыча и хныча от досады. — Всё не то! — Извините, она просто немножко не в себе, — со снисходительной улыбкой проговорила Лиса, поворачиваясь к ошеломлённым и испуганным криком Джи посетителям и персоналу кафе, и покрутила указательным пальцем у виска. Не сказать, что девушка выдумала эту отговорку — Джихён действительно была не в себе, Лалиса привыкла к этому. — Ты совсем дура, что ли? — зашипела на Джихён подруга, сгорая от стыда. — Чего разоралась? Чего разоралась? Да потому, что вся её жизнь, начиная со дня смерти мамы, шла под откос, на самое дно: ниже Ада, ниже Тартара, в который верили древние греки. Если существуют круги Ада по Данте, то ещё немного, и она введёт новый, десятый круг для «Разочаровавшихся в жизни дочерей, которые тратят своё детство и молодость на то, чтобы делать гадости окружающим». — Ничего не могу придумать, Лолли! — Джихён металась по стулу, как умалишённая и жалостно выла, пусть и негромко. Лисе было знакомо такое состояние подруги, поэтому она даже не пыталась его предотвратить — тщетно. Мун неожиданно замерла и откинулась на спинку тяжёлым грузом, заставляя ножки стула противно заскрежетать по полу. Она положила руки на подлокотники и съехала немножко вниз, окидывая Лису несчастным взглядом, полным отчаяния. Видок, конечно, у Мун Джихён был тот ещё. Девушка часто приходила в школу растрёпанная и сонная, потому что, как ни прискорбно, слишком много внешних и внутренних факторов мешали ей жить спокойно. Джи всегда воспринимала всё близко к сердцу и никогда не могла смириться с тем, что ей казалось несправедливым. Например, желание отца окутать своих детей материнским теплом для неё равносильно предательству, и ни единая душа не докажет, не вобьёт в её детскую голову, что всё это делалось ради блага семьи, а не из эгоистичных побуждений господина Пак. Поэтому, как и днями ранее, сегодня Джихён была морально раздосадована и опустошена, что не могло не сказаться на внешнем виде девушки. Она лишь за редкими исключениями забывала уложить блестящие и чёрные, как смоль, волосы в пышную причёску из больших кудрей, — и именно сегодня был тот самый редкий случай. Джи не заморачивалась с укладкой, поэтому просто завязала слегла грязные волосы в один неаккуратный пучок на затылке. Редкая чёлка и выбившиеся прядки падали Мун на уставшее и бледное лицо с минимумом косметики. Глубокие круги залегли под её печальными глазами, и, видимо, Джихён даже не возилась с тем, чтобы закрасить их тональным или консилером. Однако даже в таком виде брюнетка не могла не источать присущее ей очарование. Как говорится, аленький цветок всегда бросается в глаза — красоту из Мун Джихён не вытравишь, и ужасный характер не скроет аккуратный вздёрнутый носик и губы сердечком, что сейчас были не такими насыщенными, как обычно, а бледность лица только придавала ей большей аристократичности и загадочности. — Мне кажется, что я теряю хватку, Лолли, — продолжила Джи с тяжёлым вздохом и потянулась за стаканом, наполненным соком. Однако, взяв напиток в руки, девушка неожиданно передумала пить и просто продолжила держать его. — В этот раз всё совсем не так! Обычно я сразу знаю, как должна поступить, словно, понимаешь, некие сверхъестественные силы посылают в мой мозг нужные мысли, а я в свою очередь дорабатываю их и воплощаю в жизнь. Сейчас же в голове самый настоящий чистый лист. Неужели я растеряла талант издеваться над людьми? Джи жалобно посмотрела на подругу и выкатила вперёд нижнюю губы. — Вот уж кошмар, у «Убийцы любви» закончилось оружие, которым она разрушает чужие жизни, — с ноткой иронии сострила Лиса. — А я думала, что ты откроешь в будущем свою фирму, куда будут обращаться люди, нуждающиеся в избавлении от ненавистных мачех или отчимов, братьев или сестёр, а может, даже детей? Щёки Джихён вспыхнули. — Во-первых, не называй меня этим глупым прозвищем. Во-вторых, мне сейчас не до твоих подколов, я, между прочим, серьёзно. — Так и я серьёзно, — театрально изумилась Манобан. — Я бы у тебя менеджером работала или маркетологом — рекламировала бы всем знакомым, заклиная, что в этой сфере им не найти специалиста лучше тебя. Стаж в десять лет, и ведь это ещё не конец! Господи, почему она вообще продолжала дружить с этой несносной девчонкой? Никакие нервы не могли выдержать юмора Лалисы Манобан, и именно Джихён, девушку с присущей ей эмоциональностью и вспыльчивостью, угораздило вовлечь себя в дружеские отношения с Чон Чонгуком номер два — только другого пола. Удивительно, насколько сильно её брат напоминал Лису — нет ли у них скрытого родства, мало ли с кем водилась его горе-мамаша. Ох, ну всё. У неё начинала болеть голова от всех этих не связанных между собой мыслей. — Но если серьёзно, Лолли, — взяв себя в руки, спокойно начала Джи и покрутила в руке стакан с соком, — я в замешательстве. В прошлые разы всё шло настолько идеально, что я и напрячься не успевала. Все эти пассии были либо слишком молоды, либо слишком глупы, либо до одури наивными — всегда в них было слабое место, за которое ухватиться было плёвым делом. Да и отца, кажется, не особо расстраивал их уход из нашей жизни, но сейчас, — девушка слегка насупила нос и задумалась, — сейчас у меня ощущение, что эта госпожа Ким не робкого десятка. — В каком смысле? — поинтересовалась Лиса, понимая, что Джи необходимо выговориться. Джихён, чувствуя, что наконец-то завладела щепоткой внимания подруги, воодушевлённо выпрямилась на стуле и внимательно посмотрела на Лису. — То есть, понимаешь, речь не только о её характере или какой-то внутренней силе, которая меня смущает или пугает — не совсем. Просто я чувствую, будто она неприкосновенна, — Лиса нахмурила густые брови и с вопросом взглянула на Джихён. Мун коротко вздохнула и закусила нижнюю губу, обдумывая, как более доступно изложить свои мысли. — Окей, странно звучит, я понимаю. Например, представь, что перед тобой человек, который тебе не нравится. — О, да ты просто мастер объяснения, Мун Джихён. — Давай без острот, Лалиса. Представила? — Ну допустим, — вздохнула блондинка. — А теперь представь, что вокруг этого человека туман, окутывающий его с ног до головы. И когда ты хочешь навредить ему или бросить ему в лицо свою фирменную саркастичную шутку, она просто — пуф, — Джи издала странный звук и развела руками. Лёд в её стакане тихо задребезжал, — и растворяется в этом тумане, не причинив ни капли вреда. Так вот туман — это что-то вроде ауры, которая защищает человека. Когда я смотрю на эту женщину, у меня перед глазами всё так, как я тебе описала, и поэтому становится не по себе. Я не могу найти уязвимое место в этой ауре, зато уверена, что в этот раз отец не позволит мне просто так творить бесчинства. Похоже, у него с ней всё серьёзно. Мун сначала не поверила своим же словам, но как бы кто и что ни думал, глупой она не была. Она понимала, что отец так просто не откажется от идеи жениться на госпоже Ким. Поэтому она должна приложить максимум усилий для осуществления своего плана, которого у неё, по сути, ещё нет. Прелестно. Но Джихён должна постараться, хотя бы ради того, чтобы никогда не впускать в свою жизнь мерзкого упырёныша на мотоцикле. Каждый раз, когда его образ всплывал в мыслях (а происходит это непростительно часто), хотелось хорошенько вычистить череп с мылом изнутри и попрыскать святой водой, чтобы и духу этого кретина не было в её голове. — Мда-а-а, тебе явно нужно заняться каким-то делом вне школы. Найди себе хобби, Джи. Мыслишь ты, конечно, интересно, да только голову забиваешь несусветной ерундой, — заключила Лиса, чем вызвала у Джихён яростный взгляд из-под бровей — всё-то она знает лучше всех, бесит. — Ну хорошо, допустим, мысль я твою поняла. А твой брат что думает по этому поводу? — Который? — недовольно пробубнила Джи, глядя куда-то в сторону барной стойки, где официант проворно бегал, обслуживая клиентов. — В смысле «который»? — с усмешкой переспросила Лиса, не сразу понимая свою оплошность — почему-то Манобан всегда ассоциировала словосочетание «брат Джихён» именно с Чон Чонгуком, ведь этих двоих невозможно было воспринимать по отдельности: они даже в школе разлучались редко. От глупого вопроса подруги температура в теле подскочила, и Джи в очередной раз убедилась, что злость в ней загоралась быстрее спички. Она прикрыла глаза и, сжав зубы, процедила: — В прямом смысле, Лалиса. У меня их теперь пять, спешу напомнить — на любой вкус и цвет. — О-о-о, — любовно протянула подруга и захихикала, — слушай, мне ведь даже далеко идти не нужно, чтобы найти себе парня. Я просто могу зачастить к тебе в гости и выбрать себе подходящего. Грех тебе жаловаться, Джихён, многие мечтают о такой семье, как твоя, — более серьёзно добавила она. — Можешь хоть поселиться у нас — в нашем зверинце никто и не заметит. Одним больше, одним меньше, — Джи открыла глаза, чтобы посмотреть на подругу, и слегка улыбнулась. Она довольно долго хандрила, но Лалиса терпела её выходки всю неделю, продолжала поддерживать и шутить несмотря ни на что, поэтому Джихён была искренне ей благодарна. Лиса ответила приятной улыбкой и потянулась на стуле со сладостным стоном, одновременно обращая внимание на что-то за спиной Мун. Вдруг карие глаза подруги заблестели, а на губах появилась ехидная улыбка. О-о, этот сияющий взгляд Джихён узнает из тысячи. Кокетка и охотница за смазливыми парнями Лалиса Манобан готова начать захват незамедлительно. Джи всегда забавляло то, как подруга реагировала на красивых парней, поэтому при виде такой счастливой и переполненной эмоциями подруги настроение у девушки поднялось. — Ну всё, прощай, здравый смысл Лалисы, я буду тебя помнить. — Ты только посмотри на них, Мунджи-я!* — Джихён только решила наконец отпить из своего стакана сок, лёд в котором давно растворился, но заставлять подругу ждать в таком возбужденном состоянии равносильно самоубийству — это она, слава Богу, давно вбила себе в ум. Поскольку девушка уже начала делать глоток, она не посчитала нужным останавливаться из-за такого пустяка. И это было её основной ошибкой. То есть, наверное, не совсем так — это было её первой ошибкой. Джихён медленно повернула голову через плечо и попыталась отыскать глазами тех, о ком так горячо отзывалась Лиса. Один. Мун быстро нашла взглядом необходимых парней — это было совсем не сложно, ведь кафе было маленьким, и не заметить в нём людей с такой сильной энергетикой было просто невозможно. Два. Жидкость неожиданно встала поперёк горла, и Джи лихорадочно закашлялась, трясущейся рукой возвращая стакан на столик и пытаясь схватить из подставки салфетку, чтобы вытереть треклятый сок, пролившийся ей на подбородок. Это он! Совершенно точно о н. Кашель продолжал душить, и паника, взявшаяся из ниоткуда, полностью поглотила её хрупкое тело. Спрятаться. Скорее. Чтобы… Не заметил. Не увидел. — Мун Джихён! Ты в порядке? — обеспокоено вскрикнула Лиса, и Джи захотелось заплакать от досады — она ведь только привлечёт к ним ненужное внимание! — Позвать помощь? А сказать «стоп, замолчи» девушка попросту не в силах. Джихён начала махать руками, мол, нет, не нужно, всё окей! Но всё было далеко не о к е й. Потому что… — О Боже, Джи, кажется, один из тех парней идёт к нашему столику. Три. Джихён перестала кашлять так же быстро, как начала, и неожиданно для себя прикрыла лицо ладонью, сползая по стулу максимально вниз. Похоже, ещё одно движение, и девушка окажется под столом. Как же ей хотелось оказаться под столом! — Скажи пусть уходит, скажи пусть уходит! — тихо затараторила Джихён, надеясь, что подруга расслышит её слова. Надежды, конечно же, не оправдались. — Что? Я не слышу. Джихён, да что с тобой? — не выдержала подруга, но ответить Мун уже не успела. Тяжелые шаги приближались, и Джихён затылком чувствовала ауру, с которой к ним шёл «незнакомец». Мурашки яростно забегали по коже, и девушку сильно передёрнуло от нахлынувших чувств. Почему она вообще реагирует так? Неужели ей с т р а ш н о? — Вам нужна помощь? От знакомого шепелявого голоса стало только хуже, потому что где-то на задворках сознания Джихён продолжала надеяться, что беда (в образе упырёныша) обойдёт её стороной. Уйдиуйдиуйди. Зачем вообще подошёл? Ясно же, как день, что ему было абсолютно наплевать на её физическое состояние. Джи несильно толкнула потерявшую дар речи подругу под столом. Ну же, Лалиса, спровадь его отсюда. — Да! — вдруг выкрикнула Манобан, и кровь отхлынула от лица Джихён. В смысле «да»? Впрочем, разве ей есть что терять? Вообще-то, если подумать, есть — как минимум, жизнь, которая ей, честно, всё ещё дорога. — Нет! Помашите Джихён ручкой, назад пути не будет. Девушка злостно подпрыгнула на стуле и, убирая ладонь от лица, вперила презрительный взгляд в невысокого парня. Блондин выглядел всё так же бесподобно и одновременно так же раздражающе: темно-синие рваные джинсы немного свисали на худых ногах, обувь была массивной и имела неприлично огромную подошву, которая точно придавала парню лишних пять сантиметров роста, серая футболка оголяла шею и торчащие ключицы, которые слегка прикрывала короткая косуха с кучей ремней и застёжек. У Джихён дыхание перехватило моментально, и она молила всех известных ей богов, чтобы он не смог прочесть на её лице — какой стыд — скрытое восхищение. — Вот как, — с хрипотцой в голове отозвался упырёныш и ухмыльнулся настолько отвратительно и самодовольно, что Джихён была готова свернуть ему шею несколько раз подряд, а после хорошенько надавать по лицу, чтобы нахрен стереть эту улыбочку. — Вижу, мнения разделились. Он стоял, самоуверенно опершись кулаками об их столик и слегка нагнувшись вниз. Казалось, блондин не просто источал невозмутимость, а словно он был самой невозмутимостью. Однако стоило им лишь один раз пересечься взглядами, как эта глупая мысль улетучилась из головы Джихён. Она увидела э т о в его глазах. В глубинах властного взгляда ясно читалась одна эмоция — злость. И было несложно догадаться, чем это чувство вызвано. Признаться, Джихён была готова признать его недовольство вполне обоснованным, но это далеко не значило, что она жалеет о содеянном и уж тем более не собиралась перед ним извиняться. Упырёныш чуть не убил её! Испортить его мотоцикл, может, было и не очень удачной идеей, зато отомстила Джихён ему сполна. Но ведь она надеялась, что больше никогда в жизни не пересечется с этим человеком! Какой вообще процент того, что ты можешь встретить одного и того же незнакомого человека дважды в городе, где почти десять миллионов населения? Да минимальный, чёрт возьми! То, что он оказался сыном новой пассии её отца, ни что иное как дьявольский промысел! А теперь он ещё и в её любимом кафе появился весь такой спокойный и сногсшибательный. В то время как Джихён при каждой встрече с ним выставляла себя полнейшей идиоткой — то есть ещё большей, чем она была на самом деле! — В любом случае, — как ни в чём не бывало продолжил он, не обращая внимания на восхищенный, но слегка сконфуженный от происходящего взгляд Лалисы, — хочешь ты или нет, — парень медленно сократил расстояние между их лицами, и Джихён не позволила себе дрогнуть — нет уж, она не собиралась давать перед ним ещё большую слабину. Блондин замер, когда оставалось лишь пару сантиметров до неизбежного столкновения лбами, и тихо прошептал: — Тебе придётся ответить за то, что ты сделала. И не думай, что в этот раз тебя спасёт твой смазливый телохранитель, визгливая мышка.

🔻🔻🔻