Blue Hawaii

- Выберешь сам или мне? – Чунмён подтолкнул к Чонину меню в тяжёлой кожаной папке. Он намеренно выбрал добротный и, пожалуй, откровенно дорогой ресторан с крытой террасой и большим прохладным залом. - О… - Чонин пролистал пару глянцевых страниц и поднял голову. – Здесь такие цены… Я даже не знаю… - Я тебя пригласил. - Я… - Тебя это смущает? - Да, - Чонин торопливо кивнул. – Я просто не умею так. Мне всё время кажется, что нужно будет что-то отдать взамен, а что я отдам? - Единственное сокровище бедной девушки, - хмыкнул Чунмён, но тут же спохватился. – Ничего отдавать не надо. В конце концов, я тебе завтрак, а ты мне компанию. Я хоть и устал от людей на работе, но здесь понял, что совсем без общения не могу. - А ваши друзья? – Чонин даже щёку кулаком подпёр, приготовился внимательно слушать, и Чунмён не мог ему не рассказать. - У моих друзей здесь медовый месяц. Не в буквальном смысле, конечно, они вместе уже много лет, так что… У них медовый месяц везде. И Гавайи не исключение. Так что они по полдня не вылезают из номера, а когда вылезают, с ними просто невыносимо находиться, - Чунмён усмехнулся. - Почему? - У вас в компании есть парочки? – вопросом на вопрос ответил Чунмён. - Парочки? Нет, - Чонин покачал головой. – У нас… есть Сехун и Тао. Они могли бы, но они, мне кажется, быстрее убьют друг друга. Они постоянно ругаются. - Почему? - Потому что Тао ревнивый, а Сехун… Мне иногда кажется, что он просто тормозит. И пока до него дойдёт, что случилось, Тао уже успевает обидеться, - Чонин усмехнулся, собрался что-то ещё добавить, но вздрогнул, весь подобрался. Чунмён чуть повернул голову и вежливо улыбнулся: - Мы ещё не готовы, прошу прощения. - Конечно, - официант кивнул. – Я подойду позже. - Давай, может, что-нибудь выберем, а потом продолжим? – предложил Чунмён. – Ты всё ешь? - В каком смысле? - Есть нелюбимые продукты? Или аллергии там пищевые? - А? Нет, - Чонин покачал головой. – Обычно я просто люблю курицу. - Курицу, так курицу, - Чунмён кивнул. Он ещё раз бегло просмотрел меню, хоть и заранее знал, что хочет заказать, а потом снова взглянул на Чонина: - Хочешь коктейль? - Алкогольный? – Чонин тут же покраснел. - С капелькой рома, я бы сказал. - О, - Чонин растерялся. – Но… Ещё только утро. - Ну и что? – Чунмён усмехнулся. – Я же не предлагаю напиться. Просто… Это даже вкусно, а привычку не доливать алкоголь невозможно истребить в людях, даже если они работают в заведениях с таким ценником. Так что? - Хорошо. Только я не разбираюсь в коктейлях. - Было бы странно, если бы разбирался. - Вообще не было бы, - заметил Чонин. – У нас Лу бармен. - Лу? - Лу Хань, - пояснил Чонин. – Вообще-то его зовут Хань, но когда человек по жизни олень, то только Лу. - Это ты сам придумал? - Нет, Бэкхён. Он когда-то специально учил китайский и теперь постоянно дразнит Лу и Тао. - Тао, насколько я помню, в переводе с китайского «персик», - Чунмён хмыкнул. – Да, Бэкхён у вас с выдумкой. И без башни. - Почему? - Просто так показалось, - Чунмён заметил официанта и жестом подозвал его к себе. Он перечислил все блюда, который собрался заказать, убедился, что его услышали, а потом добавил: - И два коктейля Голубые Гавайи, пожалуйста. - Конечно, - официант бросил странный взгляд на Чонина, но промолчал. Чунмён достаточно пожил на свете, чтобы знать, что означал такой взгляд. Официант уже сделал выводы и теперь, наверняка, собирался поделиться ими с приятелями из персонала. А выводы напрашивались довольно простые. Всё ещё довольно раннее утро, дорогой и оттого почти пустой ресторан, взрослый, дорого одетый мужчина и парнишка попроще, нервно теребивший лямки своего рюкзака. Кто девушку кормит, тот её и танцует, Кёнсу обычно говорил как-то так, когда готовил Чанёлю ужин. Стоило подумать о Кёнсу, как мобильный телефон, который Чунмён выложил на стол, осветился и деловито пополз к краю: вибрация этого аппарата могла бы разрушать горные породы, не меньше. - Извини, - Чунмён улыбнулся Чонину и принял вызов. – Да, Кёнсу-я. Что случилось? - Мы тебя потеряли, - на заднем плане что-то грохнуло, и тут же звучно выругался Чанёль. - Вы же не ищете меня в шкафу? – Чунмён фыркнул. - Нет, это он уронил свою зажигалку за тумбочку, а потом полез доставать и уронил тумбочку. Даже жаль, что не на ногу. Я бы хоть пару ночей поспал. И поплавать бы сходил, - мечтательно проговорил Кёнсу. – Я сюда отдыхать ехал, а не трахаться как кролик. - Ну так не трахайся, - Чунмён хмыкнул. – Ты же не Чанёль, ты существо более высоко организованное. - Ты намекаешь на то, что Чанёль примитивно устроен? - Я не намекаю, я прямо говорю, - Чунмён усмехнулся. – Еда, гитара, секс, еда, секс, гитара… Дальше продолжать? - Не надо, я и так понял, - Кёнсу вздохнул. – Ты так ловко ушёл от темы, что я и забыл, зачем звоню. Где тебя носит? Мы на пляж собирались… Вроде бы. - Ну так и идите, я уехал гулять. - Один? - Нет, не один, - Чунмён знал, что теперь его друзья сойдут с ума от любопытства, но не смог удержаться. – Вечером тогда уже встретимся. - А с кем ты? - С другом, - Чунмён подпустил интриги. – Ладно, давай, до вечера, - он сбросил вызов до того, как Кёнсу успел опомниться, и спешно перевёл телефон в режим «в самолёте». – На чём мы остановились? - На моих друзьях. - А почему, кстати, они тебя не ищут? – спросил Чунмён. – Даже мои, хотя я уже взрослый мальчик, и то заволновались. - Я телефон забыл дома, - Чонин виновато улыбнулся. – И я сказал Бэкхёну, что пойду с… с тобой, - он сглотнул. – Почему мне так сложно на ты говорить? - Ты меня боишься? - Нет, - Чонин покачал головой. - Стесняешься? - Не знаю. - Тебя смущает мой возраст? Моя должность? – Чунмён и сам это прекрасно понимал, но всё равно эгоистично хотел равного общения. Он приехал отдыхать, в том числе и от всех этих громких обращений, многоэтажных фраз и заискивающего тона. - Скорее, меня смущает, что я… Ну… Что я ничего из себя не представляю, - наконец признался Чонин. - Тебя смущает, что в свои девятнадцать ты не директор концерна? – Чунмён усмехнулся. – Знаешь, такое довольно часто случается. - Но ты же… - Слушай, тут какое дело, - Чунмён решил расставить все точки над “I”, пока Чонин окончательно не заклеймил себя. – Вот твой папа чем занимается? - Он инженер, он проектирует разные конструкции… - Ну вот видишь, - Чунмён улыбнулся. – А мой папа в прошлом директор концерна Хёндэ. Так что ничего удивительного, что теперь я занимаю его место, - Чунмён развёл руками. – Я, конечно, понимаю, что в жизни всякое случается, и что можно самостоятельно стать миллиардером к тридцати, в девятнадцать питаясь растворимой лапшой. Но таких историй мало, богатых наследников значительно больше. - То есть, ты богатый наследник? - Разумеется, - Чунмён помолчал немного, пока официант выкладывал приборы, а потом продолжил: - Я не знаю, кем бы я был, если бы не моя семья. Конечно, я вряд ли пошёл бы по плохой дорожке, но и управлять крупной компанией в тридцать едва ли смог бы. Хотя бы потому, что на такие должности даже из наследников стоит очередь. - А ты хотел эту должность всегда? - Нет, - Чунмён покачал головой. – Я и сейчас её не слишком хочу, но выбора нет. У отца начались проблемы со здоровьем, так что мне пришлось взять на себя часть забот по его бизнесу. - Часть? - Да, кое-что он пока оставил себе, - Чунмён усмехнулся. – Если ты хочешь ещё что-то спросить, то спрашивай, я же вижу, как ты мучаешься от любопытства. - А ты… А у тебя… - Чонин глубоко вздохнул. – А у тебя есть жена? - Ну, конечно же, есть! Я просто специально оставил её дома с пятью малютками, чтобы на свободе приставать к молоденьким мальчишкам модельной внешности, – Чунмён наклонил голову к плечу и взглянул на Чонина. Лицо у того вытянулось от удивления. – Ладно, извини, я так неудачно пошутил. - Про модельную внешность? – похоже, Чонина удивила вовсе не часть про жену и малюток. –И ты не пристаёшь. - Чонин, - Чунмён вздохнул. Какая потрясающая наивность! – У меня нет жены и никогда не было, малюток, смею надеяться, тоже. - В каком смысле? - В прямом, - Чунмён рассмеялся. – Как говорит Чанёль, единственная женщина в моей жизни – это работа. - А мужчина? - Что? – этого вопроса Чунмён никак не ожидал, тем более от робевшего в его присутствии Чонина. - А единственный мужчина есть? – уточнил Чонин. – Или я неправильно понял? - Вот оно что, - Чунмён посмотрел на Чонина очень внимательно. А мальчишка оказался проницательным. - Единственного мужчины нет, - он помолчал немного, подбирая слова. – Впрочем, сейчас вообще никакого нет. Но ты всё понял правильно. - Просто… Я ещё там, в отеле, заметил, как ты смотрел, - признался Чонин. – Ничего плохого, ты не подумай. Просто… Как будто сквозь девушек. А там были красивые, по крайней мере, Бэкхён и Лу их оценили. - Обалдеть, какие у тебя логические цепочки, - Чунмён улыбнулся. - А ещё ты держал меня за руку, - Чонин прижал ладони к щекам. – Это невозможно! - он вдруг пожаловался Чунмёну чуть плаксивым тоном. – Я не могу нормально с тобой говорить, я стесняюсь, у меня уже даже уши горят, так мне стыдно за себя. - Почему? - Потому что это не моё дело вообще! – Чонин даже голос чуть-чуть повысил, но тут же осёкся, замолчал и отвернулся. Подошёл официант и принялся невыносимо медленно выставлять на стол тарелки с едой. Когда он добрался до коктейлей, у Чунмёна уже иссякло терпение. - Скорость обслуживания клиентов, насколько я могу судить, не является сильной стороной вашего заведения? Или это исключительно ваша личная характерная черта? – Чунмён умел смотреть и говорить так, чтобы его собеседникам хотелось провалиться под землю. Обычно он пользовался этим взглядом на совещаниях, когда нужно было разобрать чьи-то ошибки так, чтобы они не повторялись. - Прошу прощения, - сквозь зубы процедил официант, и Чунмён сразу же догадался: вряд ли он здесь долго задержится. Впрочем, его это перестало волновать сразу же, едва они снова остались с Чонином наедине. - Ты так смотришь… - Чонин вздохнул. – Наверное, ты очень строгий, да? - Не знаю, я никогда об этом не задумывался, - Чунмён пожал плечами. – Давай лучше выпьем за знакомство и позавтракаем наконец. Хотя, как по мне, уже и обедать можно. - За знакомство? – Чонин уже привычно покраснел и осторожно взял в руки фигурный бокал с ярким голубым коктейлем. Он сделал маленький глоток и облизал губы. – Очень вкусно. - Странно, что ты раньше этого не знал, раз уж твой друг бармен, - Чунмён мог пить эти цветные коктейли как воду, но предпочитал не шокировать Чонина ещё сильнее. - Просто… Я не хожу туда, где он работает, а дома… Дома у нас такого нет, - он кивком головы указал на бокал. – Я даже не знаю, что это такое. - Что? - Ну вот это голубое? Это пищевой краситель? - Не совсем. Это ликёр Кюрасао. Он может быть такого насыщенного синего цвета, поэтому его и любят добавлять в разные коктейли. А вот сам ликёр уже подкрашивают пищевым красителем, насколько я помню, - поделился Чунмён. - Ты вообще всё знаешь? - Нет, просто пытался делать этот коктейль дома. Получилось не так красиво, но вполне аппетитно, - Чунмён засмеялся. – И можно сделать любой объём. - Да, это важно, - Чонин улыбнулся. Чунмён подавил в себе желание сказать что-то вроде «хочешь, я приготовлю тебе такой коктейль в своём номере» и плавно свернул тему: - Надеюсь, готовят здесь не только медленно, но и вкусно. - Пахнет здорово, - Чонин наклонился к своей тарелке и принюхался. – Я работал в кафе у сестры, но там только напитки и всякие десерты. Спустя год я на них смотреть уже не мог. И до сих пор не особо хочется. - Могу себе представить, - Чунмён засмеялся. – А что ты планируешь делать потом? - Когда? - Когда закончится лето? - Скорее, когда закончатся деньги, - Чонин сделал глоток коктейля. – Мне кажется, они хотят остаться здесь жить. - Но ты же не обязан. - Наверное, - Чонин пожал плечами. – Но они мои друзья, я тоже участвовал в этом, я не могу их бросить. - Бросить – это если бы все хотели уехать, а смог только ты один. А если те, кто остаётся, хотят остаться, то что в этом плохого? - Когда ты так говоришь, то вроде и ничего, - согласился Чонин. – Но я пока не знаю, до конца лета я точно буду с ними, а потом… Может, снова буду работать у сестры. - А учиться? - Я не знаю, чего я хочу, - Чонин пожал плечами. – Вернее, у меня были планы, но потом так получилось, что… ничего не получилось. - Что произошло? - Это довольно глупая история, - Чонин выпил за раз добрую половину коктейля. – Да и не история толком, так, невезение.