Blue Hawaii

- Чонин, они ушли, выходи, - Чунмён вздохнул. Вот только этого ему и не хватало. Что это было вообще? - Нет! - Мне дверь выломать? - Нет, - Чонин ответил спокойнее. - Выходи! - Я не хочу! - Выходить? – искренне удивился Чунмён. – У тебя живот прихватило? Или тебя теперь тошнит? – а что, ему вполне могло стать нехорошо после трёх коктейлей на пустой желудок. - Нет, - Чонин помолчал, а потом добавил. – Я в порядке. - Отлично, раз ты в порядке, тогда выходи. - Зачем? - В смысле? – Чунмён опешил. – А зачем ты вообще приходил? - Я пришёл к тебе, - Чонин снова на некоторое время замолчал, полилась вода, после чего снова всё стихло. - Замечательно. Что изменилось? – Чунмён окончательно перестал что-либо понимать. – Я понимаю, конечно, когда друзья влетают в такой момент, это неприятно, но… Не до такой же степени. - Они пришли за мной, - пробормотал Чонин так тихо, что Чунмён едва его расслышал и крайне удивился: - Кто? Кёнсу с Чанёлем? - Кто? - Это мои друзья, - Чунмён вздохнул. – С которыми я сюда приехал. - Твои? – замок на двери наконец щёлкнул, и Чонин, растерянный, полуголый и мокрый, показался на пороге. - Мои, - Чунмён поймал Чонина за руку и дёрнул на себя. – Скажи мне, ты нормальный вообще? У тебя всё в порядке с головой? - Да, - Чонин кивнул и даже губы надул обиженно. - А вот мне кажется, что нет! – Чунмён дотянулся до большого махрового полотенца и набросил Чонину на голову. – Ты за каких-то полдня поставил на уши всю мою жизнь. Как это вообще возможно? Нормальному человеку такое ещё ни разу не удавалось! - Да что я поставил? - Жизнь мою, я же тебе говорю! – Чунмён вздохнул, потащил Чонина за собой на балкон, тяжело опустился в кресло и дёрнул его за руку, чтобы Чонин сел к нему на колени. – Послушай, мы с тобой только утром познакомились, почему я уже устал так, словно мы двадцать лет женаты, - он одной рукой вытащил сигарету из пачки, очень постарался и наконец закурил. - Мы не можем быть женаты, - возразил Чонин и помахал рукой перед лицом, разгоняя сигаретный дым. – Гадость какая. - Ладно, извини, - Чунмён потушил едва начатую сигарету в пепельнице, чего никогда прежде с ним не бывало. – Чонин, объясни мне, что вообще происходит? То ты смело вешаешься мне на шею, то прячешься, как кот под кровать? - Мне показалось, что это Бэкхён опять пришёл, - Чонин смутился. – Я просто вообще сначала ничего не слышал и не видел. В смысле, вообще не соображал, что происходит за пределами… А потом услышал твой голос, твой тон… И подумал, что просто так я не дамся, я не маленький уже, чтобы за меня решали, с кем мне встречаться! - Тихо, не распаляйся, - Чунмён погладил его по спине. – Я понял, ты просто испугался. - Не просто. Ты уже один раз разрешил им меня забрать… - И ты решил, что живым не дашься? – Чунмён вздохнул. – Господи, как с тобой сложно, - он прижал Чонина к своему плечу и поцеловал в макушку. – Я уже устал… - Так брось меня, какие проблемы? – Чонин дёрнул плечом, тяжёло навалился и сердито засопел прямо в ухо. – Слышишь? - Слышу, - Чунмён согласился. – Бросить тебя – отличный план, - он помолчал немного, послушал сопение, а потом продолжил. – Вот только, чтобы тебя бросить, с тобой сначала нужно начать встречаться, а я этого ещё не сделал. И не собирался, если честно. - Потому что ты меня не любишь? - Потому что ты меня не слышишь даже. Я же тебе уже говорил, что не смогу стать хорошим бойфрендом. Да я вообще никаким бойфрендом не смогу стать. А курортные романы и связи на одну ночь – это не мой стиль. - Да, я понял. Твой стиль – это смерть от одиночества в холодной постели, - Чонин засопел ещё громче, завозился так, что даже кресло под Чунмёном скрипнуло. – Но это плохой стиль. И зачем вообще, когда можно… - Нельзя! - Почему нельзя? У нас законом не запрещено работать и отношения иметь, - Чонин снова заёрзал на месте. – Ты какие-то дурацкие сложности создаёшь! - Я создаю? - А кто? - Ладно, пусть я создаю сложности, - Чунмён капитулировал, потому то Чонин смотрел ему прямо в глаза. И под этим взглядом думать просто не получалось, не выходило, как Чунмён ни пытался. Поэтому он тоже смотрел и думал, что сейчас мог бы согласиться на всё. - Давай встречаться! – выпалил Чонин и наконец покраснел привычно, удушливой волной от груди и до кончиков ушей. - Ты серьёзно? – Чунмён удивился. Такого поворота событий он не ожидал, поэтому оказался совершенно к нему не готов и даже растерялся. - Я серьёзно, - Чонин кивнул. - Чонин, полдня… - Я помню, - он спешно кивнул. – Для тебя это слишком долго? Или в твоём возрасте нужно больше времени? - Что? – Чунмён от возмущения едва не спихнул Чонина на пол. – В моём возрасте, между прочим, вообще ничего не нужно. - Так в чём проблема? – сладко улыбнулся Чонин, и Чунмён понял, что попался. - Я же уеду скоро. - Ты это уже миллион раз говорил, - Чонин нетерпеливо дёрнул плечом. – И что? Я тоже не местный, через месяц, самое позднее, через полтора, я прилечу в Сеул. И я тебя найду, даже если ты решишь от меня прятаться. - Не сомневаюсь, - Чунмён представил себя в кольце охраны и поморщился. – Если, конечно, твои друзья не захотят здесь зимовать. - Даже если и захотят, - Чонин был переполнен уверенностью. – Я хочу попробовать, - он положил ладони Чунмёну на щёки. – Пожалуйста, разреши мне попробовать. - Что ты собираешься пробовать, я не понимаю, - Чунмён накрыл ладонь своей. – О чём ты говоришь? Объясни мне, потому что я уже ничего не понимаю. - Ты мне нравишься, несмотря на то, что ты чертовски богатый, влиятельный и старый. - Я старый? – Чунмён в очередной раз попытался стряхнуть Чонина с колен, но тот только крепче вцепился в него: - Ты не старый, мне просто нравится тебя дразнить. И говорить с тобой мне нравится, ты знаешь больше, чем я, ты видел больше, мне хочется тебя слушать. И трогать тебя мне тоже нравится, держать тебя за руку. И целуешься ты здорово. - Спасибо, - Чунмён хмыкнул. – Ты очень любезен. - Я тебя сейчас ударю! - Я старый, стариков бить нельзя, - Чунмён полюбовался смущённой улыбкой Чонина и продолжил: - А теперь давай серьёзно. Тебя не смущает разница в возрасте и классовое неравенство? - А должно? - Не должно, - согласился Чунмён. – Тебя не смущает мой образ жизни? - А что такого? Все работают, некоторые ещё и много и часто, но что в этом такого? Ты же не по свингерским вечеринкам ходишь, - Чонин вздохнул. – Ты можешь мне просто ответить, да или нет. - Чонин… - Да или нет? – его руки переместились на шею Чунмёна и чуть сжались. – Пожалуйста, просто скажи мне. - А что ты будешь делать, если я скажу «нет»? - А ты скажешь? - Не знаю, - Чунмён безбожно тянул время, хотя уже знал, какой именно ответ ему хочется дать. Какой нужно дать, он тоже знал, но не хотел. – Так что? - Буду уговаривать, - Чонин снова вздохнул. – Просить, плакать. Унижаться, умолять тебя, предлагать тебе всякие условия. Хочешь посмотреть? - Не хочу, - Чунмён покачал головой. - Значит, да? - Ладно, хорошо, - Чунмён кивнул. - Нет! Так не пойдёт, скажи «да», пожалуйста, - Чонин даже ресницами взмахнул для пущей убедительности. - Да, Чонин! Да, я согласен на твоё безумное предложение, хотя и не понимаю до сих пор, что тобой движет. - Да всё ты понимаешь, - Чонин расслабился в одно мгновение, обнял обеими руками, прижался и вздохнул сладко-сладко. - Если бы я понимал всё… - закончить Чунмён не успел, потому что одновременно принялись трезвонить все мобильные телефоны, что были в номере. – Да что такое? - Телефоны, - Чонин приуныл. – Хоть бы Лу… - Ладно, сейчас, - Чунмён выбрался из кресла, нашёл свой аппарат и принял вызов: - Кёнсу-я, что случилось? - Выманил свою фею? - Нимфу, - машинально поправил Чунмён. - Не вопрос, нимфу так нимфу, - покладисто согласился Кёнсу. – Так что? Выманил? - Выманил, объясняемся. А могли бы… - Успеете, - Кёнсу отмахнулся. – Приходите лучше к нам, я же говорил, что мы принесли на твою долю. Сейчас дозакажем ещё, выпьем вместе. - Чонин? – Чунмён прикрыл трубку ладонью. – В гости пойдём? - Угу, - Чонин, похоже, даже не расслышал толком. - Скорее всего, мы придём, - он облизал губы. – Закажи ещё парочку коктейлей «Голубые Гавайи», пожалуйста. - Ты же сладкое пойло не жалуешь. - Это не мне. - А, понял, - Кёнсу хмыкнул. – Всё, тащи свою нимфу, будем смотрины устраивать. - Так я и думал, что ужином мы не ограничимся, - Чунмён сбросил вызов и сунул трубку в задний карман брюк. Чонин внимательно слушал, что ему говорили, и лицо его при этом имело такое трагическое выражение, что Чунмён даже испугался. Он присел рядом и взял Чонина за руку, сжал пальцы и спросил одними губами: - Всё хорошо? - Нет, - так же ответил Чонин и покачал головой. – Подожди, - он послушал ещё, а потом решительно перебил: - Бэкхён, хватит! Ты не прав! Ничего со мной не случится. Хочешь, я завтра утром приду, покажусь, что я в порядке, - он послушал ещё. – Бэкхён, ты мне не мама! Ты мне вообще никто, если так посмотреть! Чунмён мягко сжал его пальцы, мол, не распаляйся. - Друзья так не поступают! – Чонин чуть понизил голос, но не сдавался. – Тебе жалко что ли, что я тоже могу быть счастлив? Я могу! Вот увидишь! – Чонин сбросил вызов и выключил телефон. – Я не могу, ну что такое! - Что случилось? - Да Бэкхён! – Чонин глубоко вздохнул, словно попытался загнать поглубже непрошенные слёзы. – Он категорически против того, чтобы я с тобой встречался. - Его можно понять. - Нельзя! – Чонин тут же взвился. – Нельзя его понять! Почему с тобой нельзя встречаться? Что ты можешь мне сделать? Ты же не маньяк, не преступник, не глава мафии. Ты просто бизнесмен, даже не айдол там какой… - К чему ты клонишь? - К тому, что я не вижу проблемы! Я не отбил тебя у жены, не оставил твоих детей без папочки или твою любовницу без новой шубы, - Чонин перевёл дыхание. – Я просто… хочу с тобой встречаться, всё. Я никому не ломал жизнь и меня никто не заставлял, ты ко мне не приставал и даже сейчас не пытаешься, хотя уже можно! Что ему не нравится? - Что я могу разбить тебе сердце, - предположил Чунмён. - А если ты мне откажешь, оно не разобьётся? Если я не попытаюсь даже и останусь сидеть тут и думать, что мы могли бы… С этим мне как жить? – Чонин вытер совершенно сухие глаза рукой. – Почему я должен отказываться? Тем более, а вдруг у нас получится? - А вдруг нет? - А вдруг да? – Чонина невозможно было сбить с мысли. Он вскочил на ноги, потянул Чунмёна за собой, повис у него на шее и торопливо заговорил: - Вдруг ты всю жизнь искал именно меня? Ты же не знаешь, правда? Но потом ты присмотришься и поймёшь, что ты меня ждал. А я искал и ждал тебя. И нашёл! И нам вместе может быть очень хорошо! - Ты не мог меня искать, мы познакомились сегодня утром, - Чунмён испытывал одновременно и умиление, и небывалое волнение. Неожиданно эти слова пробирались глубоко внутрь и там оставляли свои следы. - Да какая разница, когда мы познакомились? – Чонин обхватил его всеми конечностями и просто повис, уверенный, что Чунмён его удержит. – Почему ты так цепляешься за эти цифры? - Не знаю, привык, наверное, - Чунмён пожал плечами и перехватил Чонина поудобнее. – И вообще, я обещал Кёнсу, что приведу тебя в гости. Ты сам согласился. - Я? - Да, - Чунмён кивнул. - Ты про это спрашивал, когда я разговаривал? – сообразил Чонин. – Вот чёрт. Ладно, пойдём сходим в гости, в конце концов, это только подтверждает мои слова, что ты не сделаешь мне ничего плохого. - А может, мы все маньяки? – Чунмён усмехнулся. – И сейчас все вместе на тебя нападём, скрутим и… - И что? - Не знаю, - Чунмён пожал плечами, ещё не придумал. - Ну вот придумай сначала, - Чонин поёрзал, устраиваясь. – А мы не можем этот поход отложить? Хотя бы на часик? - Ужин остывает, - Чунмён испытывал небывалое волнение от таких вот намёков Чонина. И дело было даже не в том, что у него уже давно никого не было, а в том, что в желании Чонина чувствовалась искренность. Его порывы были настоящими. Он действительно хотел Чунмёна и не пытался этого скрывать. – Мы можем просто не задерживаться долго. - Ладно, - Чонин кивнул, но даже не попытался как-то изменить своё положение в пространстве. – А поцеловать ты меня можешь? - Могу, конечно, - Чунмён снова перехватил его удобнее, чуть приподнял. – Ты теперь всегда будешь такой капризулей? - Нет, конечно, - Чонин наклонил голову к плечу. – Если ты будешь часто и много меня целовать, я буду самым лучшим мальчиком в мире. - А если я буду много работать и редко тебя целовать? - Тогда ты об этом пожалеешь, - пообещал Чонин, и Чунмён неожиданно ему поверил.