Blue Hawaii

Целовались они чертовски долго. Так долго, что у Кёнсу иссякло терпение, и он послал за ними Чанёля. Тот, на своё счастье, аккуратно постучал в дверь, прежде чем врываться, и даже заходить не стал, пока Чунмён искал себе другую футболку, а Чонин крутился у зеркала и решал, пойти ему в одной майке или оставить ещё и рубаху для пущего шика. Номер Кёнсу и Чанёля располагался рядом и занимал, как казалось Чунмёну, если не половину этажа, то, как минимум треть. Зачем на отдыхе нужны были такие номера, Чунмён понятия не имел, но пока ни одному владельцу отеля не пришло в голову указывать конкретное количество квадратных метров на душу отдыхающего. А под словом «просторный» могло скрываться вообще всё, что угодно. - А… - Чонин ожидаемо оробел на пороге, покрутил головой и только что назад не отступил. Чунмён крепче сжал его руку и прошептал на ухо суфлёрским шёпотом: - А представляешь, какая в этом номере кровать? - О боже мой, - Чонин смутился, а Чанёль радостно подхватил тему: - Это не кровать, а целый аэродром. Я там утром иногда по полчаса не могу Кёнсу найти. - Ты не там ищешь, - Кёнсу ухмыльнулся. – Ну что, давайте знакомиться? Представь нам свою нимфу, - Кёнсу как будто намеренно старался Чонина смутить и выбить из состояния равновесия. - Ты им сказал? – Чонин вскинул глаза на Чунмёна. - Что ты нимфа? - Ну да. - Сказал, - Чунмён кивнул. – А не надо было? - Нет, просто… - Ладно, давай потом про это поговорим, - Чунмён и сам чувствовал себя неуютно под пристальным взглядом Кёнсу. – Это Чонин, и мы вроде как встречаемся. - Опаньки! – Кёнсу бодро пожал Чонину руку и отступил на шаг, окинул его придирчивым взглядом. – Я Кёнсу, его лучший друг. - А я Чанёль, - ещё одно рукопожатие и ещё один оценивающий взгляд. - Кёнсу? До Кёнсу? – Чонин прищурился. – Вы же актёр, да? - Да, - Кёнсу кивнул. – Но обо мне не интересно, - Кёнсу покачал головой. – Лучше расскажи нам, прекрасная нимфа, что ты сделал с нашим другом? - А что я сделал? – Чонин снова сделал попытку отступить, но Чунмён его удержал: - Мы, кажется, собирались ужинать. Или вы уже всё съели? - Спасаешь нимфу? – Кёнсу усмехнулся. – Ладно, спасай. Мы решили, что посидим на балконе, надо же хоть раз полюбоваться видом, за который мы столько заплатили. - Вы бы чаще вылезали из кровати, уже б налюбовались, - Чунмён погладил Чонина по спине. – Я вот отлично успел рассмотреть всё. - Молодец, - похвалил его Кёнсу. – Это потому, что у тебя нимфы не было. А теперь есть – и до отъезда ты имя своё забудешь. Кстати, ты нимфу-то с собой повезёшь? - Мы здесь с друзьями до конца лета, - Чонин явно не любил, когда о нём говорят в третьем лице. – Поэтому я приеду позже. - Не боишься, что уведут твоего прекрасного принца, пока ты будешь на песочке валяться и коктейли потягивать? – Кёнсу явно наслаждался, дразня Чонина. - До сих пор же не увели, - Чонин излишне демонстративно потянулся за ярким голубым коктейлем. – Это ты тоже сказал? - Я попросил для тебя, - Чунмён намеренно выделил смысловой глагол. – Это называется забота. Или тебе не нравится? - Мне нравится, - Чонин кивнул. – Я просто хочу знать, насколько они осведомлены о том, что теоретически их не касается. - Ого, какая боевая нимфа, - присвистнул Кёнсу. – И теоретически, он прав, нас это и правда не касается. - Мы просто очень любопытные, - добавил Чанёль. - И хотим знать, всё ли в порядке с нашим лучшим другом, - Кёнсу улыбнулся Чонину совсем другой, дружелюбной и приятной улыбкой. – Ты извини, если мы тебя обидели. - Нет, всё в порядке, - Чонин ответил вежливо, как на приёме у королевы. – Вы же его друзья, наверное, вы всегда так делаете. - Не всегда, - Кёнсу покачал головой. – Прежде всего, потому что Чунмён и романов-то не заводил. Его в отпуск впервые за несколько лет удалось вытолкать. - То есть, с предыдущими своими любовниками или любовницами он вас не знакомил? – Чонин даже вперёд подался от нетерпения и желания услышать ответ на свой вопрос. - Так их и не было, - Чанёль засмеялся так громко, что даже посуда задребезжала на столе. – Не было никаких предыдущих. - В смысле? - Он хочет сказать, - попытался вмешаться Чунмён, но Чанёль успел раньше: - Он ни с кем никогда не встречался. - Но… - Чанёль, ты сейчас договоришься, и нимфа решит, что мы ему девственника сватаем, - Кёнсу закурил. – Ты не подумай, он у нас парень опытный и, говорят, очень умелый. Просто на отношения и романы не способен. - Да всё я способен! – теперь злиться начал Чунмён. - Был бы способен, не скакал бы по чужим постелям каждую неделю. У тебя даже в школе времени не хватало на свидания ходить, если они не должны были закончиться должным образом, - безжалостно сдал его Кёнсу. – Так что ты, Чонин, считай, первооткрыватель. Только чудес не жди, вряд ли он сразу научится быть хорошим парнем. - Да уж где мне, - Чунмён вздохнул. Чонин как был, с бокалом «Голубых Гавайев» в руках, поднялся со своего места и рыбкой скользнул на колени к Чунмёну, обнял его за шею и горячо зашептал на ухо: - Давай уйдём. Мы же не обязаны здесь сидеть и выслушивать… - Шептаться неприлично, - брякнул Чанёль и тут же об этом пожалел, когда Чонин обернулся и выдал неожиданно: - Неприлично брать с собой компанию, которая вам не нужна. И обсуждать его как вещь тоже. Если это такая дружба… - Не распаляйся, - Чунмён погладил его по спине. – Я уже привык и не обращаю внимания. - А зря. - Ладно, я подумаю, как это можно исправить, - под серьёзным и строгим взглядом тёмных глаз Чунмён капитулировал. – Ты только не смотри на меня так, хорошо? - А то что? - А то до номера мы не дойдём, - честно признался Чунмён. – Я и так едва сдерживаюсь, а когда ты так смотришь… - Тебе нравится? - А ты как думаешь? - Я не думаю, я чувствую. Я же сижу у тебя на коленях, - Чонин улыбнулся и как-то невероятно пошло провёл по губам языком. – Поэтому я тебе ещё раз говорю, пойдём обратно, а? - Пойдём, - Чунмён согласился, потому что его нетерпение и правда очень чувствовалось. А Чонин ещё и ёрзал как нарочно, просто места себе не находил. - Ну что вы, - тут же заныл Чанёль. – Только же пришли. - Оставь, - Кёнсу дёрнул его за руку, а когда не помогло, даже подзатыльник отвесил. – Мы же не спрашиваем, не хочет ли Чунмён в музей, когда мы сами хотим. - Мы всегда хотим, - попытался оправдаться Чанёль. - Ну так и мы не хуже, - Чонин легко соскочил на пол, торопливо допил коктейли и облизнулся. – Очень вкусно. - Всё, забирай его отсюда! – Кёнсу махнул рукой. – Мы одобряем. И не увлекайтесь слишком, мы на утро запланировали поездку на соседний остров. Отказы не принимаются. - Класс! – сообщил Чонин таким тоном, чтобы всем сразу стало ясно, что ничего классного в затее не было. Но Чунмён мягко сжал его руку, кивнул друзьям на прощание и спешно увёл его в свой номер, где с порога спросил: - Что это было? - Где? - Там, - Чунмён махнул рукой в сторону коридора. – Это что за демонстрация военной мощи? Ты чего так разошёлся? - А что они? - Они мои друзья, мы всю жизнь так общаемся. - Ты же сам злился! – Чонин перестал что-либо понимать. - Злился, ну и что, - Чунмён пожал плечами. – Я позлился и перестал. Тем более, я точно так же себя вёл, когда Кёнсу привёл Чанёля знакомиться. Как видишь, мы до сих пор дружим, - Чунмён запер дверь изнутри и прошёл в комнату. – Тем более, Кёнсу правду сказал, у меня никогда не было отношений. Я могу их понять, им любопытно. - А я чуть с ума не сошёл, потому что они меня пытались идиотом выставить. - Не сошёл же, - Чунмён вздохнул. – Видишь ли, мои друзья – это очень важная и значимая часть моей жизни. И других у меня друзей нет, только эти и остались. И если ты тоже хочешь вписаться в мою жизнь, тебе придётся это принять. - Ладно, - неожиданно покладисто кивнул Чонин. – Наверное, ты прав. А мы можем тогда… Познакомиться и с моими друзьями тоже? - Сейчас? Я думал, мы вернулись, чтобы наконец… - Нет, зачем сейчас? – Чонин и сам поморщился. – Сейчас только их и не хватало. Можно завтра, например. - Мы же завтра едем на соседний остров. - После того, как вернёмся, - Чонин пожал плечами. - Мы можем взять их с собой, - немного подумав. Предложил Чунмён. – Хочешь? - Нет, - Чонин покачал головой. – Не хочу. Просто… У нас всех нет денег, понимаешь? И то, что ты за меня платишь, это… уже смущает, - Чонин помолчал. – Кто за них заплатит? Опять ты? Или твои друзья? - Могу и я, это не проблема, - Чунмён хмыкнул. – Ты же видишь, что я не бедствую. - Я вижу, как это выглядит со стороны. Я навязался тебе, ты платишь за меня, а я тащу ещё и ораву своих приятелей, - Чонин поморщился. – Не надо. Мы можем просто зайти потом к нам на квартиру. - Чонин, ты только не обижайся на то, что я тебе сейчас скажу, но… С этим тебе тоже придётся смириться, раз уж теперь мы в отношениях, - Чунмён подошёл близко-близко, почти вплотную. – Ты, конечно, ещё можешь внезапно разбогатеть, получив наследство от дедушки из Америки, но это очень маловероятно. Более вероятно, что тебе придётся некоторое время учиться, чтобы обрести возможность зарабатывать самому. И не факт, что ты когда-либо будешь зарабатывать столько, сколько уже имею я. Не только как глава концерна, но и просто как богатый наследник. Ты это понимаешь? - А ты? - А что я? – удивился Чунмён. - Ты понимаешь, что тебе придётся меня содержать? Хотя бы какое-то время, – Чонин отчаянно покраснел. – Я этого не хочу, но… - Чонин, в теории, я могу взять на содержание небольшой город – и это никак не отразится на моих расходах, - Чунмён притянул его к себе и бережно поцеловал. – И мне будет только приятно, если ты примешь мою заботу, которую я, к сожалению, только так проявлять и умею. - То есть, ты не будешь считать меня своей содержанкой? - Конечно, нет, - Чунмён очень ловко подхватил Чонина под спину и колени, поднял на руки и поцеловал снова. – Я собираюсь инвестировать в тебя, - Чунмён принёс его в спальню и осторожно опустил на постель. - В каком смысле? – Чонин ту же привстал на локтях. - В прямом, - Чунмён через голову снял футболку и принялся расстёгивать брюки. – Я отправлю тебя учиться, а потом помогу стать крупным специалистом. - Куда ты меня отправишь? Я никуда не поеду из Сеула! – Чонин попытался сесть, но Чунмён надавил ему на грудь ладонью: - В университет, - Чунмён улыбнулся. – Сейчас, чтобы учиться в хороших университетах, можно даже не вставать с дивана, нужен только компьютер, интернет и некоторое количество желания работать. - А ты меня спросить не хочешь? - Конечно, хочу, - Чунмён принялся так же деловито, как до этого раздевался, вытряхивать Чонина из его одежды. – Я с удовольствием тебя расспрошу, где ты хочешь учиться, чем заниматься, что ты любишь носить и что хочешь съесть на ужин, можешь не сомневаться. - Я не сомневаюсь, - Чонин как-то в один миг поплыл, перестал дёргаться и куда-то рваться. Вместо этого он потянул Чунмёна на себя, провёл ладонями по спине, потом по бёдрам – и выдохнул с восхищением: - Я и забыл, что ты такой красивый. - А я не забыл, - Чунмён поцеловал Чонина в шею. – А ты не хочешь на подиум? Я могу устроить, - его губы прошлись по плечу и смуглой груди. - Ага, мечтаю, - Чонин сглотнул. – Хочу рекламировать нижнее бельё. Чтобы мои плакаты размером с дом были везде. - Обойдёшься, - Чунмён ревниво куснул его за ухо. – Может, тебя сразу в порно пристроить? - А ты и это можешь? - Я всё могу, - уверенно пообещал Чунмён. – Но всё же я тебе не рекомендую меня дразнить. А то я просто запру тебя в спальне в наручниках. - А сам? - И сам с тобой запрусь. - Ты подсказал мне отличный способ держать тебя подальше от твоей работы, - Чонин усмехнулся так дьявольски сладко, что у Чунмёна заныло в животе. Он уже догадался, что сам вложил в руки Чонина мощнейшее оружие против себя. Впрочем, сам Чонин и был оружием. Он действительно мог влиять на Чунмёна, на его мысли и желания, на его планы и цели. Один раз Чунмён ему уже сдался, а значит, собирался сдаваться ещё и ещё. Чонин поощрял его своей нежностью, страстностью, покладистостью и отзывчивостью. Но Чунмён прекрасно понимал, что всё это сродни модной на Гавайях прогулке на действующий вулкан. Ты можешь двадцать раз подняться, чтобы полюбоваться феерической красотой, и природа будет покорна тебе. А на двадцать первый раз вулкан проснётся – и не останется даже кучки пепла, чтобы было что развеять над островом. Чонин казался Чунмёну этим спящим вулканом. Даже не спящим, а таким, дремлющим. Стоило неосторожно пробудить его – и от жизни Чунмёна остались бы одни воспоминания. А пока он мог смело бродить по краю и с опаской заглядывать внутрь, чтобы полюбоваться лавой. С каждым разом поцелуи с Чонином были всё приятнее и горячее. Он быстро схватывал, не стеснялся проявлять инициативу и вообще загорался быстро и сильно. Чунмён никогда прежде не встречал ничего подобного и сейчас не знал толком, как ему действовать, как прикасаться и как целовать, чтобы не погасить это пламя, а разжечь сильнее. Чонин всем телом подсказывал, отзывался, льнул к рукам, давал делать с собой всё, что приходило Чунмёну в голову. Чонин спешил, Чонин не стеснялся стонать, просить ещё больше и больше. Чунмён очень старался. Он должен был показать себя так, чтобы Чонину и в голову не пришло убегать. И пока у него получалось.