What the hell is a Stiles?

Наверное, все понимали, что эту проверку на умение справляться со стрессом можно считать слишком жестокой. Ты просто закидываешь ничего не понимающего первокурсника в допросную к опасному преступнику, дав список необходимых вопросов и в общих чертах обозначив задачи. Все прекрасно знали, что невероятной силы обрастающий шерстью человек, прикованный к столу цепями, может легко покорёжить психику даже бывалым военным. Каждый из них знал это, как и понимал, что нужно подготовить студентов ко всему. Но никто не ожидал, что уже давно задолбавший всю Академию Стилински, поступивший к ним по рекомендации агента Маккола и по нелепому стечению обстоятельств участвовавший в секретной операции, просто сядет на стул напротив подозреваемого в страшных деяниях существа и углубится в изучение вопросов. А позже, когда этот подозреваемый всё же обрастёт шерстью и попробует кинуться на студента, лишь слегка удивлённо на него взглянет, оценит прочность цепей и продолжит читать. А потом стандартно, по форме, задаст все вопросы по списку, используя засекреченные вообще-то методы ведения допросов. Да что вообще происходит? Стайлз Стилински вёл допрос так, будто неоднократно сам участвовал в подобном и прекрасно знал, как всё это может раздражать. Впрочем, это можно хоть как-то объяснить: сын шерифа, шило в заднице, трудное детство. Но Стилински не просто допрашивал подозреваемого, он спокойно смотрел последнему в глаза, делал какие-то пометки в бумагах и совершенно не боялся. И с самым беспечным и жизнерадостным видом вышел из допросной, когда куратор объявил об окончании представления. Предоставил свои заметки (смысла в которых было не больше, чем во всём поведении Стилински) и быстренько свинтил, делая вид, что ничего необычного не произошло. А при попытке декана обсудить эту ситуацию (и, в частности, полное его равнодушие к обросшему шерстью человеку) слегка оскорблённо сообщил, что судить по человеку только по его внешности – это дискриминация. И вообще, приковывать людей цепями негуманно, средневековые пытки давно вышли из моды. Последующий монолог о поясах верности, испанских сапогах, ослах и дыбах удалось прекратить, только вытолкнув Стилински из кабинета. Наверное, именно это привело к тому, что за Стайлзом (Стайлз, серьёзно?) начали вести почти круглосуточное наблюдение, а проект студента-психолога Дэниела Миллигана пришлось аннулировать, срочно выдав ему нового подопытного. Стайлз Стилински был на удивление… обычным. Он шатался по кампусу, старался выполнять все задания и чуть не врезал громиле, сказавшему что-то нелицеприятное о «Стартреке». Или о «Звёздных воинах». А главное, радостно встречал друзей, приехавших его навестить. Прослушка, как и раньше, не давала никаких данных (серьёзно, даже психолог-недоучка собрал больше информации, чем успешные и опытные специалисты), но ответственный за задание с внутренним названием «Мерзкий голый мужик» даже почти не удивился, когда в один прекрасный день обнаружил в камере незнакомого мужчину, совершенно не похожего на недавнего заключённого, но готового признаться во всём, и когда жестокие нападения на людей прекратились также внезапно, как и начались. Связать всё случившееся со Стилински и уже покинувшими город друзьями не удалось. Ни один факт прямо не указывал на их участие. Косвенно – они указывали на каждого, кто бывал в академии хоть раз, включая декана (специальный агент Маккол, услышав это, очень громко смеялся). И это могло бы выглядеть подозрительным, но не выглядело. Компания Стилински весело сидела в кафе, гуляла по студенческому городку и даже посетила местный парк аттракционов. Ребята обсуждали учёбу, весело спорили по поводу цвета шарфа в подарок загадочному Айзеку, обсуждали диету шерифа города и не выглядели напряжёнными. Через день в Академию приехал секретный агент с номером вместо имени (декан долго и громко вопрошал по поводу реальности происходящего), без объяснений забрал виновного из камеры и в ультимативной форме попросил снять наблюдение с задолбавшего всех студента. Их это, видите ли, напрягает. А ещё через неделю просил декана повлиять на неугомонного Стилински, который, судя по недовольному лицу агента и ухмылке самого Стайлза, послал всех далеко и без адреса. А где-то в углу кабинета специальный агент Маккол, задыхаясь, почти выл от смеха, будто вспомнил уморительную историю из прошлого.