Трудность решения

До сих пор чувствовал себя как в непроходящем кошмаре! Такое ощущение, что весь мир против, но не тебя, а другого человека, ближе которого не было никого на этом свете! И хотя не очень хорошо помнил, что было даже недавно, какие-то обрывки в памяти все-таки сохранились: результат скандала с Сорином, потом меня вроде как охватила истерика, а вот дальше... дальше и того меньше. Разве что, итог был на редкость откровенным. Абсолютно бешеный секс только усилил головную боль, которая после сна оказалась крайне острой. Малейшее движение только усиливало ее, и все равно рискнул принять сидячее положение. Подобный маневр был в минус еще и потому, что проснулся еще кое-кто. - Ты в порядке? – услышал хриплый после сна голос Ади. - Башка трещит, – признался ему, да и то через силу. – Ты сам то как? - Совсем паршиво! В общем-то, это и сам видел. Глаза красные, блестят, волосы растрепались, худой до невозможности, плюс еще не выспался... Сейчас Ади мне как никогда напоминал вампира из всех этих ужастиков. Но не только жалость привлекла к нему внимание; от одного вида его полностью обнаженного тела, да и не только, бросало в жар. Так и сейчас. Не в силах бороться с желанием, прильнул к другу и для начала слегка потрепал его по плечу: - Успокойся, это скоро пройдет. - Не знаю, – сдавленно отозвался он со слезами на глазах. И хотя было просто невыносимо их видеть, а тем более вновь причинять Ади боль, все же прижался к его губам и... Звонок прозвучал подобно пулеметной очереди. Вздрогнув, оглянулся на телефон, потом на друга, и лишь тогда снял трубку. - Алло? - Хочешь увидеть своих приятелей живыми, приходи на заброшенный склад на улице Ганио сегодня в 6 вечера, и ни минутой позже, понял, жмурик? Переспрашивать не стал. Все ясно – те самые клещи, что из «Черной змеи», и они хотят заманить Ади в ловушку. С трудом сглотнув, положил трубку обратно и повернулся к другу: - 6 вечера, заброшенный склад, улица Ганио. Нет, он точно побледнел, хотя и так до этого момента был словно вымазан белой краской. От одного его вида заныло сердце, но сказать хотя бы слово не успел. - Мне плевать на ловушку! Я должен убедиться, что с ними все нормально, – Ади с невыразимой тоской посмотрел мне прямо в глаза, отчего навернулись слезы. – Тебе лучше не ходить со мной. - И не подумаю! – сдавленным голосом ответил другу. – Ты меня не заставишь остаться дома! Я все равно пойду за тобой даже на край света! - А если тебя убьют? Я этого не переживу! - Мне все равно. - Мариус, пожалуйста... - Нет! – более твердо повторил ему. – Им нужен ты, а не я. Мне эти ублюдки ничего не сделают. - А если... - Все, хватит! Мы идем вместе, и точка! Было очень тяжело смотреть в такие знакомые глаза и видеть в них безмерную тоску и боль, и все же выдержал характер. Уступив, Ади опустил голову и, вздохнув, сжался в комок, отвернувшись к стенке. Этот жест ребенка, отчаявшегося получить поддержку, окончательно затмил сознание, и в следующее мгновение сжал друга в объятиях... Еще во сне понял, что что-то не так. Открыть глаза удалось не сразу; ощущение, что это последствия чьей-то злой воли, и не думало уходить. Но едва проморгался, как тут же резко сел в постели – рядом никого не было. От одного этого бросило в озноб. Первые секунды шока прошли; почти сразу бросился осматривать квартиру и вскоре только убедился в своих самых мрачных мыслях. Но ведь на часах только половина 5-го! Неужели Ади решил уйти раньше? И как он умудрился встать, не разбудив меня? Впрочем, это все потом выясним, а сейчас нужно торопиться. Мигом одевшись, слетел по лестнице на первый этаж и почти бегом кинулся к шоссе. Машин всегда хватало, поэтому выскочил прямо на дорогу и вытянул вперед руку. Серебристая Nissan, резко тормознув, замерла в каких-то дюймах от меня, из салона выглянул водитель, но ему не позволил и слова сказать, мигом выпалил: - Хватит трепаться! В центр, быстро! Ошарашенный моей наглостью, он все же послушно убрался обратно за руль и, когда сел рядом, резко газанул. По его горящим глазам догадался, о чем парню хочется спросить, и мигом сообщил: - Улица Ганио, если довезешь быстро, то проси денег, сколько захочешь. Дважды повторять не пришлось. Но доезжать до нужного мне места не стал. Открутившись от сдачи, пулей вылетел из машины и нырнул в известный давно тупик. От лазания по заборам и стенам мало отвык и, легко преодолев низкую стенку между домами, забрался за мусорные ящики, откуда видел большую часть заброшенного склада. Ждать пришлось долго. Прошло больше часа, как торчал в этом сомнительном убежище, когда к складу подкатил роскошный темно-красный Mercedes и из него вылезли четверо крепких мужчин, надели маски и рассредоточились внутри склада. Следом за ними из неприметных двух «девяток» выползли охранники и тоже разбрелись кто куда, но вокруг здания. Прошло несколько минут, затем со склада кто-то выкрикнул короткий приказ, и охрана вошла внутрь, кроме двух парней, оставшихся сторожить оба входа в склад. Еще десять минут, и один из них поспешно ворвался в помещение. Почему, знал слишком хорошо, и все равно при виде Ади сердце судорожно сжалось. Желание подскочить к нему и увести подальше от этого страшного места было очень сильным, но... остался на месте, до боли прикусив язык. Мало ли... Вот только, едва он вошел внутрь, не стал отсиживаться за мусорными ящиками и мигом шмыгнул вслед за другом, бесшумно скользнул между сломанными ящиками, досками и прочей строительной арматурой и притаился за остовом проржавевшей машины. Все это время до слуха ничего не доносилось, и уже начал волноваться, когда наконец услышал: - Молодец, парниша, что держишь слово! – произнес чей-то приглушенный бас. – Я и так знаю, что ради близких людей некоторые идут на все, чтобы их спасти. Все меньше проблем. - Тогда отпусти их! – это был уже Ади. - Не раньше, чем ты скажешь мне, где теперь сапфир. - Я знаю лишь, что он уже очень далеко отсюда, – голос друга был на удивление спокоен, – вот и все. Секунда, и до слуха донеслись щелчки взводимых курков. Стоило немалых усилий остаться на месте после такого конкретного предупреждения. Единственное, что сделал, так это осторожно выглянул из своего укрытия. Абсолютно все дула пистолетов были направлены Ади прямо в голову. Страх за него оказался настолько силен, что не выдержал и рванулся было к другу, как вдруг где-то совсем рядом раздался взрыв, не самый мощный, но от силы удара мало кто удержался на ногах. Вновь нырнув за останки машины, несколько секунд приходил в себя, а потом услышал: - Удивлен? А я просто решил перестраховаться, и на случай, если бы ты не пришел, заложил в здании напротив вместе с твоими приятелями бомбу. Совсем про нее забыл. Боюсь, ты больше уже не увидишь своих приятелей. От сказанного мигом оказался на ногах. Ярость ударила в голову, ничего не замечая, выскочил из-за машины, при этом что-то уронив на пол, и уже хотел напасть на этих ублюдков, как вдруг раздался выстрел, и в то же мгновение правую ногу пронзила резкая боль. Упав на пол, отбил себе локти, и все равно приподнялся на руках, мимоходом поймав на себе искаженное ужасом лицо Ади. А в следующее мгновение в спину уперлось что-то твердое. - Уберите его отсюда к остальным! – скомандовал самый главный. Смысл был понятен с полуслова. И несмотря на это, все же сделал попытку вырваться из стальной хватки охранников, пытаясь продраться к Ади. Он отреагировал так же, но тут резкий удар в спину швырнул на раненое колено, и со стоном рухнул на пол. - Лучше не двигайся, иначе потеряешь вдобавок и его тоже! Извернувшись, бегло огляделся; пятеро парней с направленными на меня пистолетами, чуть подальше еще одна такая же компания, все в масках и угрожающе усмехаются. Вот уж кому наплевать, кого убить – обычного человека или же знаменитость. Но не только поэтому избегал смотреть в их сторону. Даже на таком расстоянии видел в глазах Ади слезы отчаяния и боли. Не сводя с друга глаз все то время, пока меня волокли неизвестно куда, думал, что никогда эта вот картина не сотрется из памяти. Долго идти не пришлось. Четверка убийц приволокла меня в подвал при складе и буквально швырнула туда. Как назло, приземлился точно на и без того отбитую ногу. Скорчившись на полу, от боли какое-то время вообще ничего не замечал, а едва немного полегчало, как услышал прямо над собой: - Мари, ты в порядке? Что случилось? Хотя был до безумия рад услышать голос Мишу, но злость на этих лгунов оказалась сильнее. - Сволочи! – выдохнул уже пустую угрозу в пространство. – Я их собственноручно перестреляю! - Ты это кому? Надеюсь, не мне? Невольно улыбнувшись, с трудом сел и поднял на Сорина глаза: - Нет, конечно же, не тебе. Все еще настороженно на меня поглядывая, он держался чуть поодаль. Раскаяние так и стегнуло по сердцу. И хотя голос предательски дрожал, сказал другу напрямик: - Прости меня за сегодняшнее. Нервы ни к черту! Я и так переволновался за Ади, а его исчезновение, – здесь кивнул на Мишу, – и вовсе вывело из равновесия. У каждого же бывают нервные срывы. - А как же... - Все, забудь! Я честно не хотел этого делать, поверь мне! Просто я... Господи, ну за что такие напасти?! Бессильно вытянувшись на полу, позволил дать выход своим эмоциям, едва ли не истекал слезами. Плевать, что рядом кто-то есть, сейчас как никогда желал освободиться разом от всех грузов на душе. И еще вина за скорое убийство Ади... От одного воспоминания о нем сердце было готово разорваться. Оставалось только молиться за его жизнь... Сон был тревожным. Но холод оказался сильнее. Придя в себя, увидел сидящих рядом друзей – они о чем-то шептались, но тут же прервали свою беседу. - Очень холодно? – для проформы спросил Мишу. В ответ ограничился кивком. - Пока ты тут спал, я успел осмотреть подвал и заметил узкий лаз наружу. – Сорин как всегда говорил сугубо по делу. – Как твоя нога? - Паршиво. - Тогда придется потерпеть. Нужно выбираться отсюда. - Надеюсь, что эти твари еще не убили его. – процедил сквозь зубы. – Куда? Лаз оказался не слишком узким и не слишком длинным. Змеей выскользнув наружу, Сорин помог затем выбраться мне, а когда рядом оказался и Мишу, задал мучивший нас всех вопрос: - Что будем делать? - Искать. – ответил ему. – Мы должны его найти, даже если придется поставить всех в городе на уши! Мишу нервно прыснул. - Да уж, ничего не скажешь – веселый денек! – вполголоса заметил он. – Ладно, давайте поторопимся, а то я уже замерз! Значит, едем в полицейский участок? - Конечно! – чуть удивленно ответил ему. - Тогда я пошел ловить тачку. Мишу настолько резко поднялся на ноги и выскочил из переулка к шоссе, что даже невольно подумал, а не вправил ли ему кое-кто мозги. Видимо, Сорин угадал мои мысли, поскольку на мой удивленный взгляд тихо произнес: - Ну, чего ты хочешь, ему же 25 будет меньше чем через год! - Значит, перевоспитывал его все то время, что я спал? - Можно и так сказать. Слишком быстро он согласился с моими словами. Подозрительно взглянув на друга, поймал его взгляд и тут же забыл о своих подозрениях: в его глазах, в самой глубине, увидел лишь союз твердости и нежности по отношению не только ко мне, но и ко всем нам сразу. Такое непривычное сочетание невольно смутило, и если бы не появление Мишу, не знаю, что бы ответил. - Идемте! – он искоса взглянул на меня. – Может, сперва заедем в больницу? - Нет! - Ну, как знаешь... Ехать до ближайшего полицейского участка пришлось почти 10 минут. Забыв о больной ноге, все это время молился про себя, чтобы Ади продержался как можно дольше, пока мы его не найдем. Надежд на это было мало, но – кто знает? Убедить стражей порядка помочь нам с розысками удалось не сразу. Наконец, требование было выполнено, новость быстро разнеслась по другим участкам, и вскоре действительно вся полиция города стояла, как говорится, на ушах. Значит, скоро эта новость пойдет по всем каналам связи, и через час-полтора вся столица будет знать о случившемся. Малоприятный факт, но с этим уже ничего не поделаешь. В очередной раз отказавшись поехать в больницу, вместе с друзьями сел в одну из «мигалок» и через каких-то несколько минут мы уже были на том самом складе, где все и случилось. Конечно, было невыносимо больно наступать на простреленную ногу, но сидеть в машине отказался и вместе со всеми отправился на склад. За тем, как работают оперативники, почти не следил, бездумно расхаживая от стены к стене, и думал только об одном – где сейчас могут находиться эти поганцы из «Черной змеи». Все выезды из города были перекрыты, но они могли еще раньше уехать отсюда. А этого совсем не хотелось. Сейчас как никогда жаждал мести и готов был прирезать любого, кто имел хоть какое-то отношение к мафии! Только бы Ади был жив!!! Внезапная перебранка, донесшаяся от двери, привлекла к себе внимание. Прислушавшись, уловил лишь это: - Что значит, ускользнули прямо из-под носа?!! – орал рослый сержант на одного из своих подчиненных. – Вы номер запомнили? Так пошлите людей на перехват! Живо!! Слабая надежда полыхнула в сердце. Подойдя к этому сержанту, спросил напрямик: - Что-то уже есть? Краем глаза заметил, что друзья наблюдают за мной, но не подал виду. Ответ слегка обнадежил. - Охрана, называется! – фыркнул сержант. – Эти дуболомы не заметили спрятанную за задней стеной склада черную Skoda и едва не упустили ее из виду! Один даже схлопотал пулю в руку! Да вон он стоит, работничек хренов! Автоматом оглянувшись, понял лишь одно: «змеюки» обнаружили, что рядом полиция, и поспешили убраться откуда-то со склада. Выходит, где-то здесь есть потайной лаз. А что, если они, торопясь уехать, оставили Ади именно там?! От одной мысли об этом перехватило дыхание. Резко повернувшись, отошел к ближайшей стене и принялся исследовать ее с величайшим вниманием. Обойдя вот так все помещение, потом опустился на колени – правую ногу уже привычно пронзила острая боль – и едва ли не принюхался к полу, шаря по нему руками. - Эй, ты в порядке? – раздался надо мной голос Сорина. - Здесь где-то есть лаз, – толком ни к кому не обращаясь, произнес вполголоса. – Где-то рядом... Груды досок, кирпичей, и прочего барахла теперь были лишь прикрытием. Но мне повезло: под остовом той самой машины, за которой прятался несколько часов назад, обнаружил узкую, неприметную на первый взгляд, но неправдоподобно длинную и ровную щель. Сердце заколотилось как сумасшедшее, но отодвинуть железку в сторону не было сил, и все равно буквально впился в заветную щель ногтями, пытаясь хоть как-то ее расширить. Краем уха услышал лишь что-то вроде: «Несите лом!», и через несколько минут люк был сдвинут в сторону, обнажив лестницу, ведущую вниз. Кто-то сдавленно ахнул, но даже это не отвлекло внимания. С трудом встав, начал спускаться вниз, почти сразу оступился и точно полетел бы вниз, если бы не подхватили под локоть. - Не лети! – шепнул мне на ухо Мишу. – Пойдем лучше вместе. Волей-неволей, но полицейским пришлось подождать, пока мы не спустились вниз. К счастью, лестница насчитывала всего лишь около 20 ступенек, а дальше шел длинный извивающийся коридор, оканчивающийся одной-единственной дверью, за которой находились... - Господи! – вырвалось чисто инстинктивно от одного взгляда на длинные ряды гробов. Страх почти парализовал душу и мозг, но не тело. Вырвавшись из рук Мишу, шагнул к ближайшему гробу, кое-как сдвинул крышку,.. и вместо трупов увидел внутри пакеты с каким-то порошком. - Да это же наркотики! – выдохнул кто-то сзади меня. – Проверяйте остальные! Загремели скинутые на пол дубовые крышки. Бедлам поднялся такой, что отошел в самый дальний угол немного передохнуть. Да, именно наркота, вот и все, что лежало в гробах. До того угла, в котором сейчас стоял, пока никто но добрался, и потому со слабой надеждой решил проверить на всякий случай ближайшие гробы. Убрал уже четыре крышки, но и тут была наркота. А вот пятый гроб... - Нет! Господи, нет! Даже несмотря на присутствие рядом чужих, от увиденного слезы хлынули наружу. Без одежды,.. весь израненный и в крови... Страх просто захлестнул с головой. От одной только мысли о том, что все кончено, внутри все словно заледенело. Вокруг кричали и суетились люди, но видел лишь белое как снег лицо Ади и больше ничего... Издевательство над живым человеком – вот что такое операция! Нет, конечно, сообщение о том, что Адриан жив, обрадовало, но, глядя сквозь стеклянную перегородку на то, как работают хирурги, мысленно ненавидел их за ту небрежность, с которой они работали над телом нашего друга. Да еще все эти инструменты... Убить их мало! Наконец, эти мучения прекратились, один из хирургов, взглянув в нашу сторону, ободряюще кивнул и направился к выходу. Мгновенно вылетев в коридор, толком ничего и не успел спросить – опередили. - Вам еще повезло, парни! – сказал хирург. – Еще бы полчаса-час, и мы бы могли его уже не спасти. Наркоз пройдет часов через шесть, но, если хотите, можете с ним немного поболтать. - Спасибо! – только и смог произнести Сорин, в чьем голосе уловил нескрываемую радость. Едва хирург вышел из операционной, тут же повернулся к друзьям. На их лицах так и светился восторг. Невольно улыбнувшись, тихо произнес: - Нет, вы знаете, это уже рекорд! Столько раз попадать в больницу... - Не то слово! – кивнул Мишу. – Прямо магнит по части неприятностей! Если честно, я не завидую Ади – столько раз попадать под скальпель... Кошмар! В ответ только кивнул; в этот момент из операционной выехала полностью закрытая простыней каталка, которую проводил встревоженным взглядом, и не я один... Уже не один час прошел в полумраке палаты, и хотя сон вовсю атаковывал организм, отгоняли его тихим разговором, изредка бросая взгляд на единственную здесь койку. Увы, там ничего не менялось, лишь мерное попискивание приборов нарушало тишину. А насильно будить Ади никто не желал, хотя бы потому, что один взгляд на него невольно вызывал жалость. Даже на лице и руках до сих пор красовались рубцы на месте уже бывших ран. О том, что скрывалось под одеялом, вообще вспоминать не хотелось. В очередной раз взглянув на друга, с трудом подавил вздох и тихо признался в пустоту: - Жаль, что этих подонков уже упрятали за решетку! Я был бы рад убить их прямо голыми руками! - Не ты один! – отозвался Сорин в ответ на подобное заявление. – Пожизненный срок – это лишь цветочки. Куда лучше был бы электрический стул или же виселица. - А почему не пытки? – поинтересовался у него. - Наверное, потому, что я не знаю, какая пытка самая мучительная. Хотя большие сверла очень даже ничего – ты и сам это видел. Вздрогнув, согласно кивнул; раны от сверл видел всего каких-то несколько часов назад на теле Ади и теперь навряд ли когда-нибудь забуду о них. Страшнее зрелища никогда не видел. И когда эти подонки успели все это проделать? Ведь мы же вернулись на склад всего через... А хотя, за час можно действительно многое успеть. Вот ведь суки! Убить их мало за содеянное! - Лучше не напоминай! – ответил на это Мишу. – Я до сих пор не могу забыть об этом! - Да успокойся ты! – невольно улыбнувшись, притянул к себе друга и взъерошил ему волосы. – Главное, что все обошлось! - Очень на это надеюсь. От звука этого голоса испуганно вздрогнул и машинально посмотрел вниз. Слабая улыбка на лице Ади словно сбросила с души целую гору. Не помня себя от радости, что он наконец проснулся, подался вперед и уже коснулся знакомой кисти, как он резко отшатнулся и вжался в подушку: - Не надо! Замерев, удивленно посмотрел на друга – в его глазах искрился страх. Теперь все стало ясно; опустив руку, тихо спросил: - Больно, да? Ади еле заметно кивнул, по-прежнему тяжело дыша и сжимая в руках одеяло. А потом его словно прорвало. - Ну, зачем ты пошел за мной? В конце концов, я же хотел спокойно все обсудить со «змеями», объяснить им, что именно случилось, а ты... Тебя же могли убить! А этот взрыв?! Меня чуть удар не хватил от него! Я же думал, что вы погибли! По сравнению с этим пытки были пустым местом. Но эти сверла... Здесь он не выдержал и сдавленно всхлипнул, после чего слезы хлынули водопадом. От одного этого в груди все тоскливо заныло, безумно хотелось обнять друга, попытаться его хоть как-то успокоить,.. но знал, что простое прикосновение к нему вызовет сильную боль, и это было хуже всего. Невозможность прикоснуться к человеку лишь потому, что подобное будет только во вред... К счастью, долго терпеть терзающие душу знакомые слезы не пришлось. Спустя несколько минут Адриан окончательно успокоился и, хотя в его глазах все еще блестела вода, попытался улыбнуться. - Простите! – жалобно попросил он. – Просто я... - Не надо извиняться! – поспешно прервал друга. – Сегодня у всех был тяжелый день, хотя тебе досталось больше всего. Зато эти «змеюки» теперь за решеткой. Только сказал, как дверь в палату открылась и в проеме нарисовалась высокая фигура в плаще. Мужчина был явно не врачом, поэтому встал со стула и на всякий случай приготовился дать ему отпор, но сперва поинтересовался: - Что вам здесь нужно? Прозвучало достаточно грубо, но незнакомец ничуть не смутился. Закрыв за собой дверь, он подошел к койке, решительно убрал меня в сторону и сел на стул. - Я рад видеть, что вы живы, - обратился он к Ади. – Мы успели подчистить кое-какие следы, так что теперь о «Черной змее» мало кто услышит. - Хотите сказать, что вы убили их всех?! - Труднее всего было вычислить заказчиков этого наезда, но мои парни со всем этим справились, так что теперь вы можете спать спокойно. - Спасибо! От их разговора мысли просто разъезжались! Не утерпев, вновь обратился к незнакомцу: - Может, вы все-таки назоветесь? Тот встал и медленно повернулся ко мне. - Вам ни к чему знать, кто я такой. Я уверен, что Адриан вам уже рассказывал обо мне, а если нет, то скоро вы все узнаете. Надеюсь, что я с вами больше не увижусь. Прощайте! Едва за этим странным посетителем закрылась дверь, как мигом повернулся к Ади, но спросить его насчет незнакомца не успел. - Кто это был? – Сорин почти что горел от любопытства. – Откуда он тебя знает? Он что, из ФБР? - Угадал. Я и сам лишь пару дней назад узнал о том, что он именно оттуда, – признался нам Ади. – Но я вам уже рассказывал об этом. Дело о сапфире. С минуту переваривал всю информацию. Когда, наконец, догадался, в чем дело, невольно улыбнулся и с напускной обидой ответил другу: - А от нас почему скрывал, что у тебя есть связи в ФБР? Это же такая охрана!.. - Мари, перестань! Меня твои нотации уже достали! - А меня достало твое упрямство! – отбил мячик обратно. Против ожидания, такая невинная фраза породила судорожный вздох. Опомнившись, рванулся было к Ади, но следующие его слова мигом заставили остановиться. - По крайней мере, хоть честно ответил. – он поднял на меня полные слез глаза. – Да, согласен, я упрямец, эгоист, ходячий магнит неприятностей, но я никогда не желал вам зла! Или вы думали, что я не видел за теми людьми, что пришли пробоваться в группу, их души? Для меня важен не результат, а то, с помощью чего он был достигнут. И если вы считаете, что я не способен на такие чувства, как понимание или дружба, то можете хоть сейчас уйти и оставить меня здесь одного – я все пойму. Выбор за вами. Но я хочу, чтобы вы все-таки знали – я люблю вас, как никого не любил на этом свете! Последние слова окончательно шокировали своей недвусмысленной откровенностью. И это спустя два года после той памятной клятвы! Нет, тут дело не только в полном доверии, смысл гораздо шире обычного, и его невозможно передать словами – его можно понять только сердцем и больше ничем! А оно сейчас прямо таки ныло именно той сладкой болью, что порождается лишь одним чувством на свете – любовью. И не я один осознал это. - Никогда! – дрожащим голосом отозвался Сорин. – Мне плевать, что за нами могут подслушивать, но я тоже хочу сказать, что люблю тебя больше жизни, и поэтому никогда тебя не брошу! - Я тоже, – сказал сразу за ним. – Никогда, ни за что, ни при каких обстоятельствах! Я пойду за тобой даже на смерть, только позови! - И не надо в нас сомневаться! – с легкой горячностью произнес Мишу. – Любые сомнения хуже открытого недоверия! Если нужно, испытай нас хоть прямо сейчас – мы все сделаем, лишь бы тебе стало лучше! Или у нас не одно сердце на четверых? Сказано более чем верно! Действительно, ведь через год будет 5 лет как мы вместе, за это время простая дружба переросла в нечто куда большее, что сильнее даже любви. Не понять этого было просто невозможно! В глазах Ади блеснули слезы, ответить он смог только с третьей попытки. - Одно на четверых... Да, одно на четверых – сердце,.. душа... и разум. Я жить без вас не могу,.. друзья!..