Библиографическая редкость

Нет, не на такую реакцию рассчитывал Вэй Ин, подменяя книгу, которую читал Лань Ванцзи, другой, с порнографическими картинками. Любимым развлечением Вэй Ина в «Облачных глубинах», если, конечно, не считать тайные вылазки за «Улыбкой императора», было дразнить второго нефрита клана Лань. Вечно невозмутимый вид последнего воспринимался Вэй Ином, как вызов его непревзойдённым способностям доводить всех и каждого до белого каления. Однако Лань Ванцзи, даже сражаясь с ним на мечах, умудрялся сохранять хладнокровие и бесстрастное выражение лица, тогда как Вэй Ину хотелось, чтобы это прекрасное лицо хоть на минутку стало живым, окрасившись свойственными любому нормальному человеку эмоциями. Вот Усянь и пытался растормошить эту ледышку, однако все его старания пропадали втуне, разбиваясь о стену отстранённости и упорного молчания, прерываемого лишь редкими репликами вроде: «убожество» или «скукота». Вот тогда Вэй Ин и задумал откровенную провокацию — подменить книгу, которую читал Лань Ванцзи во время их совместных занятий в библиотеке другой, с порнографическими картинками, которую ради такого случая выпросил у Не Хуайсана. Вдохнув побольше воздуха, он замер в ожидании того, что, увидев столь непристойные картинки, Ванцзи разразится гневной тирадой, однако тот как ни в чём ни бывало продолжал сосредоточенно смотреть в книгу, лишь изредка перелистывая страницы. Лицо его оставалось похожим на мраморное изваяние. Прошло несколько минут, в течение которых Вэй Ин успел усомниться, ту ли самую книгу тот читает, и растерять остатки задора, прежде чем Лань Чжань поднял на него по-прежнему безмятежный взор светлых, как небо в безоблачный день, глаз и спросил: — Вэй Ин, посредством этой книги ты пытаешься мне сказать, чем бы ты хотел со мною заняться вместо переписывания правил ордена Гусу Лань или поединка на мечах? Если ты хочешь этого, — он ткнул пальцем в одну из картинок, — то я согласен. А если вот этого или этого, — он указал на пару самых непристойных картинок, — то я категорически против. Потому что я — благовоспитанный второй нефрит клана Лань, и не могу находиться в столь неподобающей моему статусу позе, — после этих слов Ванцзи пришлось сделать паузу, чтобы Вэй Ин имел возможность прокашляться, после чего продолжил: — Но я не имею ничего против, если в этой позиции окажешься ты. От этих слов Вэй Ин окончательно впал в ступор, чего с ним не случалось последние лет… пожалуй, за всю его сознательную жизнь вообще никогда не случалось. Нет, не на такую реакцию рассчитывал Вэй Ин, подменяя книгу, которую читал Лань Ванцзи, другой, с порнографическими картинками. Он намеревался смутить или же разозлить Лань Чжаня, а в итоге сам оказался посрамлён. Нет, ну не может же в самом деле второй нефрит на полном серьёзе предлагать ему отдаться, лёжа на спине с согнутыми в коленях и разведенными в стороны ногами и закинутыми за голову связанными руками, да ещё и кляпом во рту? Хотя, чем больше Вэй Усянь об этом думал, тем более возбуждающим казалось ему попробовать сей запретный плод с Лань Чжанем… Вэй Ин не знал, как ему с честью выйти из этой щекотливой ситуации, в которую сам себя загнал, поэтому молчал. Кровь прилила к щекам, грозя выдать его смущение. Хорошо ещё, что платье на нём просторное, и стояк незаметен. — Что же ты не отвечаешь? В этот раз я на тебя заклятие молчания не накладывал, — вновь заговорил Ванцзи. Если бы не каменное выражение лица и ровный тон, которым это было произнесено, Вэй Ин подумал бы, что тот над ним подтрунивает. — Ну, что ж, иди, подумай, а эту книгу я оставлю у себя, дабы ты не смущал ею неокрепшие умы юных адептов. Вэй Ин поклонился и поспешно выскочил из библиотеки, намереваясь как можно скорее занырнуть в холодный источник, чтобы остудить разгорячённое тело и приструнить не на шутку разыгравшееся воображение. Но не тут-то было — на тропинке его поджидали приплясывавший от нетерпения Не Хуайсан и изнывавший от скуки Цзян Чэн. — Ну, как, Вэй-сюн, второго молодого господина Лань пробрало? — обмахиваясь веером, спросил Хуайсан. — Не то слово… — ответил Вэй Ин, — твой трактат настолько его заинтересовал, что он пожелал оставить его у себя, дабы без помех напитаться новыми знаниями. — О том, что Лань Чжань выказал желание не только в теории, но и на практике на пару с ним ознакомиться с премудростями мужской любви, Вэй Ин предпочёл тактично промолчать. — Понятно, он его у тебя отобрал. Если Лань Ванцзи не отдаст книгу, Мэн Яо меня убьёт, — приуныл Хуайсан. — Я и так с трудом её у него на время выпросил. — Да ничего он тебе не сделает. Не посмеет, ты же наследник главы клана Не, — беспечно сказал Вэй Ин. — Разве что расскажет брату о моих «успехах» в учёбе, и тогда тот меня наверняка прибьёт, — жалобно протянул Незнайка. — Не переживай, я обязательно придумаю что-нибудь, чтобы вернуть твою книгу, — пообещал Вэй Ин, похлопывая его по плечу. — Если только Лань Ванцзи не убьёт тебя за все твои художества, — вмешался в разговор вечно недовольный Цзян Чэн. — Да что он мне сделает? — привычно отмахнулся от него Вэй Ин. — Он с первого дня без ума от моих талантов. Ну, что, кто-нибудь пойдёт со мной порыбачить? — поинтересовался он. Порадовавшись, что на кислых физиономиях Цзян Чэна и Не Хуайсана не было и капли энтузиазма, и он может искупаться в одиночестве, Вэй Ин сказал: «Ну, ладно, тогда я один» и со всех ног припустил к холодному источнику. *** Только после того, как этот несносный Вэй Усянь ушёл, Ванцзи позволил себе закрыть книгу и заняться дыхательными упражнениями для восстановления пошатнувшегося душевного равновесия. Хваленое самообладание Ванцзи сегодня трещало по швам. Сохранить невозмутимый вид при виде этих непотребств стоило ему прокушенной до крови губы, но это стоило того, чтобы увидеть растерявшегося Вэй Ина. Однако напрасно Лань Чжань прикрыл глаза, спасаясь от грязных мыслей, это не помогло. Казалось, что образ развратно раскинувшего ноги Вэй Ина поселился у него под ресницами и продолжает искушать, меняя одну призывную позу на другую, ещё более непристойную. Этого негодника и впрямь следовало наказать… Ванцзи увлекся своими фантазиями и не сразу заметил, что в библиотеку вошёл Лань Хуань. Пришлось торопливо сунуть опасную книгу в широкий рукав и с кивком приподняться, приветствуя брата. — Ванцзи, тебе нездоровится? — встревоженно спросил Лань Сичэнь, от которого не укрылись неровное дыхание и порозовевшие щёки младшего брата. — Нет, я в порядке, — возразил Лань Чжань, но Сичэнь всё равно решил потрогать его лоб и пощупать пульс, в процессе чего злополучная книга выпала из рукава, раскрывшись на той самой странице с вызывающей картинкой. Лань Чжань не мог воспрепятствовать брату взять её в руки, поэтому опустил голову в ожидании порицания его поведения и заслуженного наказания. Может быть, хоть после того, как его отлупят ферулами, боль заглушит нестерпимое желание повалить Вэй Ина где-нибудь в кустах и испробовать на нём всё то, что он узрел сегодня в этой книге. — Странно. Откуда у тебя эта книга? — протянул Лань Сичэнь. — Я ведь не так давно подарил её одному человеку. Не думал, что он настолько не дорожит моими подарками, что раздаёт их направо и налево… — неожиданно проговорился он, и Лань Чжань понял, что иного наказания, кроме как мучиться всю ночь без сна, представляя под собой Вэй Ина, у него не будет. Поняв, что выдал себя, Сичэнь умолк. Кому же Лань Хуань мог подарить эту книгу, если вскоре она оказалась у Вэй Усяня? Ну, конечно, Цзян Чэну. Воображение тут же услужливо дорисовало брата с Цзян Чэном в весьма недвусмысленной позиции, отчего кровь отхлынула от щек и прилила к низу живота и стало ещё более неловко — это ведь всё равно, что увидеть занимающихся сексом родителей. На руках, что ли, постоять, чтобы как-то исправить ситуацию? — Брат, я уже закончил здесь твои занятия. С твоего позволения я удалюсь, дабы предаться медитации в уединении, — сказал Ванцзи. — Не смею задерживать, — ответил Сичэнь, радуясь, что брат не стал задавать ему вопросы по поводу книги. Отвесив полагающийся по этикету главе ордена поклон, Лань Чжань чинно удалился. Однако направился он не в цизньши, а к холодному источнику, надеясь, что ледяная вода приведёт его в чувства.