Родственная кровь

«Мне всегда нравилась твоя улыбка, такая нежная и красивая. Смотря на нее, мне всегда хотелось поцеловать твои губы. Уверен, они очень приятные на вкус. А волосы такие густые, цвета огня. Я хотел прикоснуться к ним, но не мог – обожжешь. Мы знакомы чуть больше трех лет, и за все это время я так и не смог прикоснуться к тебе». — Привет, заходи. «Маленькая однокомнатная квартирка. Мне всегда нравилось приходить в твой дом, ведь здесь я чувствовал себя чуточку ближе к тебе». — Ты все собрала? — спросил я, оглядев ее пустую комнату – вещи были разложены по коробкам и чемоданам. — Почти, осталось только мыльно-рыльные и пару вещей, — она плюхнулась на кровать. — Устала. «Солнечные лучи надают золотистый оттенок твоим волосам. А может они и были из золота?». — Не стой столбом, садись, — она указала на место возле себя. — Может чаю? — Не стоит. Мы тихо сидели на кровати, не зная о чем говорить. «Ты так близко возле меня, но для тебя это ничего не значит, в отличие от меня». — Не верится, что завтра ты улетаешь отсюда. — Самой кажется, что это сон. В июне мама Ульяны поженилась с отцом моего лучшего друга, Макса. Теперь они стали сводными братом и сестрой. Из-за этого у Ульяны появилась возможность поступить в один из лучших университетов Великобритании. И у нее это получилось, ее результаты были настолько высокими, просто фантастика. — Что будете делать с квартирой? — поинтересовался я. — Я предложила маме сдавать ее квартирантам. Дополнительные деньги не будут лишними. — Правильное решение. Одна из причин почему я любил так проводить с ней время в квартире было то, что она редко красилась и не надевала линзы. В такие моменты мне казалось, что я являюсь кем-то особенным для нее, тем, перед кем она могла быть сама собой. — Что за пристальный взгляд? — спросила Ульяна, поворачиваясь ко мне. — Мне нравится когда ты не накрашена. Навевает воспоминания о нашей первой встрече.

Лето, три года назад

— Тебе помочь? — спросил я рыжеволосую особу, которая безуспешно пыталась дотащить до подъезда сразу два огромных чемодана. — Если тебе не трудно. Пожав плечами, я сразу взял чемодан потяжелее и понес его в многоэтажку. Когда с вещами было покончено, ее мама пригласила меня на ужин. — Кстати, а как тебя зовут? — спросил я, поняв, что до сих пор не знаю ее имени. — Ульяна. — Евгений. Вот так мы и подружились. Провели все лето вместе, пошли в одну школу, попали в один класс... Когда мы перестали говорить о том, как мы познакомились, я сменил тему: — Получается, теперь Макс твой брат. Забавно. — Почему же? — Вы ведь с ним спали. — Один раз. Сколько раз ты подглядывал за тем, кого я привожу домой? — от ее вопроса я смущенно отвернулся в сторону, на что она громко рассмеялась. О нимфомании Ульяны я узнал еще во время того лета, как мы познакомились. Сначала я был шокирован, наверное, как и все остальные, когда они узнавали об этом. Потом мне казалось это чем-то нереальным, до того момента, пока не увидел все своими глазами. Это произошло через год, осенью, когда я познакомил ее с Максом. Я просто выглянул через окно, а тюль не была закрыта. В тот момент я почувствовал сильную боль и ревность. Девушка, которая была мне больше чем просто подруга, спала с моим лучшим другом. А на следующий день они вели себя так, будто ничего не произошло. После этого я понял, что Ульяна действительно болела и не испытывала никаких чувств к своим партнерам. Это меня радовало, потому что знал, что она не найдет себе парня, но также и огорчало, ведь я в тоже время входил в число всех остальных. Поэтому решил: лучше будет остаться просто другом. Не говоря о том, что я влюблен в нее. Мы собирали оставшиеся вещи, как вдруг, Ульяна позвала меня: — Жень, помнишь это? — она показала мне два пластиковых стаканчика на веревочке.

Лето, три года назад

— Зачем это? — спросила Ульяна, скептически осматривая стаканчики. — Что значит зачем? Наши окна расположены напротив. Это значит, что мы сможем общаться с их помощью. — Глупости, — она отдала самодельные рации мне. — Признай, на самом деле тебе нравилось общаться через них. — Просто не хотела тебя расстраивать, — она поправила прядь волос. — Нет, тебе нравилось. Не просто же так ты их сохранила. — Да я вообще забыла о них, поэтому они и остались. Так бы давним-давно выбросила, — стояла она на своем. — Смотри, что еще нашла. Она решила перевести мое внимание на книгу, которую я подарил ей когда-то. В ней было собрано несколько маленьких историй, в основном каждая из них заканчивалась очень печально. Но книга действительно была интересной. Когда я ее подарил, мы оба пытались узнать о том, кто же автор, который скрывался под псевдонимом «Анонимный Хвост». Мы вынесли почти все вещи в машину, осталась всего одна коробка. Ульяна решила, что завтра вынесет ее сама, без моей помощи. Я думал уже идти домой, но так не хотелось этого делать. Мы решили еще посидеть у нее дома. — Мама хочет продать эту машину вместе с нашими старыми вещами, больше они нам не нужны. — Ты будешь скучать по этому месту? — Конечно. А ты думаешь, почему после маминой свадьбы я осталась жить здесь одна? Хотела насладиться последними днями здесь, ведь больше я не вернусь в эту квартиру. — А я уже надеялся, что ты не хотела расставаться с таким соседом как я. — И это тоже, — она положила свою голову мне на плечо. В какой-то момент мне показалось, что ее жест и слова что-то значили. На сколько же я был глуп. — Что это было? — удивилась она, когда я отстранился от ее губ. — Я... я... Мне было так неловко, а когда она потребовала объяснений, стало еще хуже. Вот так Ульяна и узнала о том, что я неравнодушен к ней. — Жень, ты ведь понимаешь, что мы не сможем быть вместе? Я это прекрасно понимал, пока не признался ей. После этого меня было уже невозможно остановить. — Ты ведь можешь вылечиться. — Знаю, но для этого нужны деньги. Это дорого, даже для отца Макса, мне и так неловко, что он должен платить за мое обучение. — Макс может тебе помочь, — все не умолкал я. — Он предлагал мне это, но я отказалась, ведь торгуя своим телом, я смогу хотя бы покупать себе одежду и еду. Жень, пойми, я не хочу быть нахлебником. Рано или поздно мне придется начать жить самостоятельно... — Торгуя телом? — перебил я ее. — Это пока я не закончу учебу, потом я пойду на работу и смогу сама оплатить свое лечение. Я не смогу ответить тебе взаимно сейчас и ты прекрасно знаешь причину и... Ты что, плачешь? Слезы действительно предательски начали течь. За столько лет невзаимных чувств я должен был выплеснуть эмоции. Мне не хотелось показаться слабым перед Ульяной, поэтому я просто пошел домой, игнорируя все ее попытки остановить меня. Утром меня разбудил стук в окно – Ульяна бросала стаканчик на веревочке в стекло. Я решил игнорировать ее, но она уперто продолжала стучать. — Наконец-то проснулся, — сказала она, когда я открыл окно. — Спасибо, что хотя бы не еду бросала в окно. — Ой, точно, — она взяла кружку и выплеснула мне в лицо воду. — Это за то, что вчера ушел, не дослушав меня до конца. — А что я должен был слушать? — я начал вытирать капельки воды с лица, как вдруг, мне в голову прилетел стаканчик. — Заткнись, у меня мало времени, скоро еду в аэропорт. — Да что происходит? — Просто возьми стакан! — рыкнула она. Мне оставалось только послушно выполнить просьбу. Она поднесла вторую рацию к губам: — Я обязательно вылечусь, ради тебя... Сердце пробило удар...