А что если...

— Заказал? — ты не веришь своим ушам, похитивший тебя рыжий придурок определенно врет. — А ты думаешь, зачем я тебя сюда привез? — ухмыляется парень, с насмешкой глядя на тебя исподлобья. Он определенно красив, но тебе плевать, потому что ты никак не можешь переварить информацию, что твой любимый захотел избавиться от тебя и «заказал» твое похищение. — Этого не может быть! Он любит меня! Ты все врешь! — тебе хочется вцепиться в глотку этого рыжего ушлепка, но привязанные к стулу ноги и заведенные за спину руки, не дают тебе такой возможности и ты всего лишь яростно подпрыгиваешь на стуле. — Ага, настолько любит, что приплатил за то, чтобы тебя больше не было, — ирония в его голосе заставляет ярость постепенно испариться и на ее место приходит растерянность. — Я не верю тебе, — упрямо твердишь ты. — Ты просто наглый извращенец! — Придержи язык! — в его голосе появляются стальные нотки. — Ты даже не в моем вкусе. — Что ты сделаешь со мной? — Ничего, я свое дело сделал, привез тебя сюда, дальше тобой будут заниматься другие люди, я не мараю руки в крови. — В крови? Меня убьют? — тебе становится страшно. — Не знаю, на что договорились, то и сделают, — пожимает плечами он. — Но на твоих руках все равно будет моя кровь, похитил меня ты, — ты пытаешься заставить парня сомневаться. — Не будет, я всего лишь сделал то, за что мне заплатили, остальное меня не касается. — За что? — вдруг выдыхаешь ты, чувствуя, как слезы начинают подступать к горлу. — Что я сделала не так? Он лишь пожимает плечами и отворачивается, а в его глазах ты замечаешь, неужели, сочувствие? — Ты можешь дать мне воды? — ты решаешь воспользоваться моментом. — В горле все пересохло. Пожалуйста. Он пристально смотрит на тебя и, скрипнув кожей косухи, выходит из комнаты. Теперь у тебя есть возможность осмотреться. Помещение явно нежилое, хотя в нем не грязно. Окна завешены жалюзи, сквозь которые пробивается яркое солнце, оставляя полосы на полу. В комнате стоит широкая кровать, на матрасе которой проступили бурые пятна. Ты не хочешь думать, что их оставило, но в твоей голове навязчиво крутится слово «кровь». Похититель входит в комнату и подносит к твоим губам стакан с водой, которую ты жадно глотаешь, проливая часть себе на грудь. — Спасибо, — тяжело дыша, благодаришь ты. — Не за что, — он выглядывает на улицу, слегка раздвинув жалюзи двумя пальцами. — Как тебя зовут? — ты смотришь на него из-под спутанных волос. — Мое имя тебе ничего не скажет, но если тебе обязательно нужно как-то меня называть, можешь звать меня Лорд, — не оборачиваясь, отвечает похититель. — Лорд? Ты что, собака? — ты специально пытаешься побольнее задеть его, но он всего лишь пожимает плечами. — Можешь думать все, что тебе вздумается. Приехали. — Кто? — тебе становится совсем страшно. — Это за тобой, — равнодушно бросает он и отходит от окна. Замок в прихожей щелкает и в комнату входят двое громил. Первый из них, взглянув на тебя, бросает Лорду пухлый конверт, который тот ловит на лету и, быстро заглянув внутрь, прячет во внутреннем кармане косухи. — Отличная работа, чувак, — громила хлопает Лорда по плечу и, подойдя к тебе, ловит пальцами твой подбородок, заставляя поднять лицо. — А ты красивая… Поиграем? Ты дергаешь головой в попытке отвернуться, но его пальцы держат крепко. — О, да ты строптивая, люблю таких, они самые горячие, — плотоядно ухмыляется он. От резкого удара по щеке у тебя темнеет в глазах и слезы страха подступают к горлу. — Оставь ее! — в руке Лорда щелкает предохранителем пистолет. — Я сказал, оставь ее! Громила медленно распрямляется, слегка приподняв руки, на губах начинает играть наглая ухмылка. — Послушай, пацанчик, ты получил свои деньги, остальное тебя не касается, она все равно не жилец, так что перед смертью может сделать нам всем приятно. Или ты сам ее хотел? Так мы не жадные, можем поделиться, более того, мы можем даже пропустить тебя первым, подготовишь ее для нас, я люблю, когда там уже все мокро, — криво усмехается он, а второй начинает громко ржать. — Просто делайте свою работу, а издеваться над ней я не позволю! — пистолет делает взмах и громилы отходят от тебя на шаг. — Ну надо же, какие мы тут благородные отыскались, окей, пацанчик, на сей раз я уступлю, но я запомню эту нашу встречу. Кончай ее, — бросает он через плечо и в руке второго громилы появляется нож. — Всем оставаться на своих местах! Это полиция, вы арестованы! — внезапно доносится с улицы. — Лечь на пол! Руки за голову! — пистолет направлен прямо в лоб громилы, во второй руке Лорда появляется полицейский жетон. — Ах ты шавка! — рука с ножом делает взмах и тут же гремит выстрел. Громила, охнув, заваливается на бок и падает тебе под ноги, вместе со стулом сбивая тебя на пол. Ты пытаешься вытащить из-под него ногу, видя как его кровь заливает твою одежду, но все попытки тщетны и у тебя начинается настоящая истерика. Ты бьешься на полу, захлебываясь слезами, пока чьи-то сильные руки не поднимают тебя. — Щщщ, тихо, тихо, все закончилось, — их обладатель прижимает тебя к себе и гладит по волосам, пытаясь успокоить, пока, ворвавшиеся в комнату, полицейские выводят скованных наручниками громил наружу. — Не бойся, тебя никто не тронет, я не дам тебя в обиду, прости, что пришлось похитить тебя, но по-другому мы не смогли бы поймать убийц. Его руки, такие сильные и надежные, кольцом обвивают тебя и тебе становится тепло и спокойно. — Ты спас меня, а я даже не знаю твоего имени, — уткнувшись ему в грудь, тихо всхлипываешь ты. — Сехун, меня зовут О Сехун, — его губы почти касаются твоего уха, заставляя бабочек в твоем животе проснуться.