Испытания Смерти

      Когда Ликс проснулся, всё ещё было темно, а единственное, что казалось по-настоящему странным в этой ситуации, так это положение тела блондина. Глаза распахнулись шире от удивления. «А я-то думал, чего так тепло…» — подумалось, глядя на чужую спину. Ли обвил Ангела руками и ногами, максимально близко притянув к себе.       Свёрнутое покрывало, что ранее служило преградой, сейчас лежало у изножья кровати, что означало — ничто не помешает Феликсу обнять соседа по кровати. Если раньше он со спокойной душой обнимал вторую подушку, то же одеяло или покрывало в поисках тепла, то сейчас живой источник лежит рядом, согревает и не отталкивает…       Аккуратно поднимаясь, Ликс глянул на часы: «Твою-то мать… Какого хрена сейчас только четыре утра?!» — и ушёл на кухню. Сна ни в одном глазу, и хочется чего-то горяченького. Блондин заварил себе чай и, вернувшись в спальню за пледом, параллельно убеждаясь, что Хан спит, ушёл в гостиную, умащиваясь на диване.       Пока Ли пил сладкий чай, мысли гуляли по просторам космоса, от чего казалось, он и не заметил, когда чай остыл, потом закончился, а затем и не заметил, как за раздумьями уснул вновь. Спустя почти два часа после пробуждения блондина, открыл глаза и Джисон, непонятно почему проснувшийся в шесть утра. Глядя на свернувшегося в комочек Ликса, он по-новой унёс парня в спальню, во второй раз позволяя обвить себя конечностями, как настоящая коала.       Джи проснулся раньше будильника Феликса, минут на двадцать, поэтому Ангел решил, что будет хорошим сожителем и приготовит кофеёк для молодого секретаря. Вот только выползти из объятий этой коалы было довольно сложно, потому что Ликс крепко обнял свой источник тепла, но Хан справился и осторожно выбрался.       А уже на кухне парень принялся за привычную работу: приготовить лёгкий завтрак, ведь Ликс много не ест утром, сварить кофе с двумя ложками сахара и молоком. Но долго пробыть на кухне одному Хану не получилось. Ведь без тёплого тела под боком Ли не смог долго спать, а поэтому встал с кровати и пошёл искать свою потерянную грелку.       — А чего это ты тут делаешь? — раздалось по правую руку от рыжика, который стоял у плиты и помешивал кофе в турке.       — Завтрак тебе готовлю, тебе же на работу сегодня, — отозвался Джисон, после чего увидел в глазах напротив непонимание. — Забыл уже, что устроился на работу секретарём? — а ответом послужили короткие утвердительные кивки головой. — Давай дуй собираться, — усмехнулся Хан и сам пошёл переодеваться. Ибо отпускать Феликса туда одного совсем не хочется. А всё из-за того, что произошло на корпоративе, ночью после него, да и вчера. Все эти события заставляют Ангела только больше заботиться о подростке, надеясь, что он сможет пройти его испытания и остаться в живых.

***

      — Бляя… — протянул блондин, глядя на себя в отражении зеркальной двери компании, — Я давно так не нервничал…       — Хочешь, я пойду с тобой? — Хан собирался пойти так или иначе, поэтому ответ парня его не сильно колышет.       — Да, — этого Джи не ожидал, поэтому даже замялся на секунду.       — Окей, пойду. Только сделай так, как я скажу, ладно? Не говори со мной открыто, а если что — бери телефон и делай вид, что говоришь по нему с кем-то.       — Ты что, станешь невидимым? — с неким восторгом спросил Ликс, глядя на парня.       — Я уже, но только для посторонних. Ты сможешь меня видеть.       — Понятно. Круто, но, — он сощурился, — раньше слабо было это применить? Мне бы не пришлось платить за тебя в метро.       — А тебе жалко что ли? — возмутился Ангел, подталкивая Феликса к входным дверям. — Всё, пошли уже.       — Ладно-ладно, — только и успел проговорить Ли, когда уже подошёл к автоматическим дверям, что разъехались в разные стороны, впуская внутрь новичка уже в третий раз.       Всё было относительно нормально, сонные, злые люди в компании с разными цветными ошейниками бродили кто куда. В их мире так тяжело избавиться от греха, что задаёшься вопросом: а почему у некоторых этот позорный ошейник до самой старости? Ответ вполне очевиден: Ангел, только прибывший к человеку, своим первым испытанием задаёт срок для своего существования, чтобы человек успел выполнить все побочные испытания. Их может быть хоть десять, хоть сто десять, но факт остаётся фактом — недолго Джисону осталось в их мире просуществовать. Ведь он вспылил и сказал свой срок сам — полмесяца. Мог сказать год, десять лет, до конца жизни… Но нет. Хан Джисон подписал себе приговор, сжалившись над «похабным подростком»…       Рабочий день совсем не обещал быть весёлым. Потому что как работа в душном офисе может быть интересной? До стойки регистрации Феликса довёл Ёнхён, удивившись тому, что подросток в этот раз пришёл без своего Ангела, который следит за ним. Но мысль об этом быстро покинула голову старшего, потому что нужно объяснить новичку что где и как.       Стартовая информация была вбита в блондинистую голову: фирма, в которой он работает — рекламная, а агентство ещё молодое, но вполне себе популярное, так что работы много. Но рассказать про начальника Кан не смог, потому что его вызвали в другой отдел.       — Подожди тут, Кристофер должен скоро подойти, — улыбнулся Ёнхён своей доброй улыбкой и убежал.       Сейчас Феликсу казалось, что в этой фирме добрый и искренний лишь Ёнхён. Ведь только он ведёт себя честно, ненаигранно. От мыслей Феликса отвлек Джисон, что всё это время бродил по коридору и рассматривал дизайн помещения, иногда с кем-то там здороваясь.       «Наверное, с другими Ангелами», — предположил ещё в первый раз Ли. Так вот, Джисон. Ангел активно жестикулировал руками, пытаясь привлечь внимание своего подопечного, потому что привлечь его криком не вышло. Стоило Феликсу поднять глаза на Ангела, как подросток заметил слезы, что текли по щекам Джисона. Вот только слезы эти были от смеха, но не успел Ликс и рта раскрыть, как в коридор ворвалась тележка из магазина. Внутри тележки сидел молодой человек с белыми волосами и ремешком в цвет, а за «рулём» стоял высокий черноволосый парень совсем без ремешка.       — Югём! Мы сейчас в стену влетим! — крикнул блондин и попытался как-нибудь затормозить.       — Да не сцы, Крис, щас всё будет! — Югём спрыгнул с подножки на тележке и стал тормозить своими длинными ногами.       — Ты меня до инфаркта доведёшь, болван! — вскрикнул Бан, вставая в тележке на ноги, но спустя всего пару секунд он залился смехом. И вступил в резонанс с Джисоном, который всё это время валялся на полу и просто не мог сдержать дикого смеха.       — Эм… — осторожно начал Феликс, пытаясь привлечь к себе немного внимания. И это прекрасно получилось. Ведь Крис с тихим «ой» испуганно глянул на нового сотрудника.       — Прошу прощения, — пытаясь откашляться после смеха, Бан поправил задравшуюся рубашку и подошёл к шокированному парнишке. — Я — Кристофер Бан, можно ещё называть Чан, директор этой фирмы, а это, — Бан указал на стоящего рядом высокого парня, которого Феликс заочно знал из-за криков начальника, — это Ким Югём — замначальника креативного отдела.       Феликс пожал обоим руки и всё же решился спросить о том, что только что увидел.       — Ах… Это? — немного стушевался Гём, ведь идея именно его. — А это у нас нормально. Мы же рекламщики, как-никак.       — В порядке вещей здесь разъезжать на тележке из магазина, когда в самой тележке находится директор компании? — как-то слишком сухо произнёс Ликс, из-за чего Бану даже на секунду стыдно стало, но весь тот стыд пропал после следующей фразы: — А мне можно?       — Залезай! — оживился Чан, вставая за «руль», — Доедем до моего кабинета. Ты, кстати, мой новый секретарь?       — Ага, — вбросил парень, запрыгивая в тележку, — Безумно рад познакомиться!       — А я-то как рад! — вскрикнул Крис, едва вписываясь в поворот, при попытке пожать младшему руку. — Прошлый секретарь именно из-за этого и ушел! Так что, считай, обряд ты прошел!       — Зашибись! — Ликс позволил себе поднять руки вверх, на большой скорости въезжая в открытую дверь.       — Не то слово, — пытался отдышаться Крис, выпуская тележку из рук. — Так, повеселились, пора за работу. Ты только не подумай, у нас не каждый день дурдом, просто зам креативного директора метит на место нынешнего директора и, соответственно, проявляет креатив. Было задание прорекламировать новые, улучшенные тележки для одного гипермаркета, а возить в них только продукты, когда можно так круто кататься — это настоящий грех!       — Здорово. Кстати, насчёт греха. У вас белый ремешок? Неужто вы ещё и служитель церкви?       — Не-а, за жизнь было мало поводов грешить, а теперь цвет не изменится. Вот так вот мне свезло.       — То есть, вам доверять не надо, Кристофер? — Ликс прищурился, за что и получил подзатыльник от Джисона, всё это время бродящего по кабинету.       — Почему же? Надо, даже нужно! Ты ведь теперь моя левая рука, а правая — это Ёнхён, с которым ты уже знаком.       — Хорошо, тогда какая для меня есть работа сейчас?       — Ознакомиться с компанией и родом занятости, а там посмотрим.       — Он мне нравится, — тихо прокомментировал Джи, проходя мимо Чана, на что Ликс усмехнулся, но положительно кивнул.       Получив указания, Ликс покидает кабинет своего начальника, садится за рабочий стол и раскрывает папку с макулатурой. Тем временем, на горизонте появился высокий молодой человек, что был явно старше Феликса, да и Чана тоже.       — О, ты новенький? — молодой человек остановился ровно напротив стола Ли, за которым тот читал документацию по агентству. — Меня зовут Хичоль, я глава препресса. А ты у нас?..       Хичоль облокотился руками на стол, немного склоняясь к лицу молоденького и хорошенького секретаря. Джисон уже давно насторожился, поэтому сейчас стоял за спиной у сидящего Ликса, сжимая ему одно плечо рукой, таким образом давая понять, что нужно отвязаться от этого человека, что так и пышет гейской личиной.       — Феликс Ли. Секретарь, — сухо, как он умеет, отозвался подросток, скользя взглядом по собеседнику. — Кристофер у себя.       Это была последняя фраза, которую Хичоль услышал от новичка, ведь блондин замолчал, углубляясь в изучение документации. А стоило старшему скрыться за дверями кабинета начальства, как Джисон начал ходить с максимально недовольной миной.       — Думаю, что ты расслабился. Слишком давно не давал тебе побочных заданий, — такая резкая смена настроения Ангела немного ввергла в шок Ликса. Ведь только что Джи был доволен всем, а сейчас… — Знаешь. Давай так. Ближайшую неделю разговариваешь только с Крисом, Ёнхёном и Югёмом. Они вменяемые.       — Эээм… — Хан обернулся, шикнул на блондина и, выдвинув большой палец и мизинец, приклал руку к голове. Ли поспешил взять телефон, так как видел в конце коридора людей. — Ты совсем спятил? Что произошло? Буквально минуту назад всё было отлично, а теперь… В тебе будто ревность проснулась.       — Ч-что?! Какая к черту ревность?! — вспыхнул Джи, импульсивно расхаживая по коридору и часто жестикулируя. Глаза отблескивали красным свечением.       — Ни капли не палишься… И вообще, ты подумал, как мне работать? В курсе, что надо говорить с посторонними людьми? А их тут наверняка будет много.       — Меня не колышет, — Хан сложил руки на груди, отворачиваясь от парня.       — Значит тебя и не колышет, где ты будешь жить? — аргумент не сработал…       — Ты забыл? Я умею телепортироваться. Ты от меня не скроешься.       — Вот мудак… — выругался Ликс, собираясь отложить телефон.       — Это уже пятый раз, — констатировал факт Хан, которого до сих пор не волнует, как Ли придётся общаться с людьми.       — Поздравляю. Теперь ты вместо меня будешь говорить с людьми. Считай, на работу устроился я, а работать будешь ты из-за глупой ревности.       — Говорю тебе, это не ревность!       — А я и вижу, — спокойно сказал блондин, так как говорил он всё в шутку, а Джисон, словно разъяренный бык, добровольно бежал на красную тряпку со словом «ревность».       Хан бухтел, словно старый дед, ибо как этот подросток мог подумать, что он, Ангел Смерти, судья человеческой судьбы, может кого-то ревновать. Нет! Это простая забота. Ведь фиг знает, что этот парень мог сделать, а Феликс потом страдать будет. Нет, это никакая не ревность. Это простая забота.       Феликс смотрел за надувшимся Ангелом, в очередной раз подмечая, что его судья очень похож на белочку. За наблюдением подросток не заметил, что к его столу кто-то подошёл и ожидает ответа.       — Молодой человек, — повторила миловидная девушка, на вид лет двадцати восьми, — директор у себя?       И вот тут у Ли случился инфаркт жопы, потому что нужно ответить, что да в кабинете, но не один. А он тупо не может, потому что его придурошный ревнивый Ангел запретил. Паника Ликса не осталась незамеченной Ханом, поэтому он закатил глаза.       — Ладно. Сделаю тебе исключение, — в руках рыжеволосого появился чёрный блокнот с чёрными листами. Буквы на нём были выведены золотым, потому что именно в этом блокноте пишется судьба Феликса. И именно в нём появится решающий приговор. Джисон демонстративно подошёл к столу и прямо перед носом блондина зачеркнул последнее задание.       — Да. Директор Бан в кабинете, но он не один. Он с главой препресса, — отчеканил подросток, стоило горизонтальной черте лечь на последнюю букву.       — Спасибо, они-то мне и нужны! — улыбнулась девушка и скрылась за дверью кабинета.       — Спасибо, — тихонько произнёс подросток, смотря на Ангела, что развалился на диване, пряча своё лицо за журналом.       «И никого я не ревную!» — подвёл финальную черту Джисон, перед тем, как Ликс начал немного посмеиваться.       — Мда, не ожидал от тебя такого, — всё же засмеялся вслух Ликс, глядя на надутого Хана, который всё не хотел признавать свою ошибку. — Между прочим, что это за блокнот?       — В нём записаны все твои испытания, и по истечению заданного времени они перестанут действовать. Как и самое первое, на которое я тебе выделил полмесяца… Когда пройдёт с того момента, как я появился, отведённый срок, тебе будет вынесен окончательный вердикт: отправишься ли ты в Чистилище или в Ад… Либо останешься жить, продолжать спокойно заниматься любимыми делами… Вне зависимости от твоего вердикта я, как порождение греха и уже состоявшаяся душа, буду отправлен в Чистилище. И больше не буду тебе докучать со своими запретами, — Хан грустно усмехнулся.       Почему-то после его слов стало не по себе. Почему так мало? Почему лишь две недели? Почему он обязан исчезнуть?..       “— И скажи спасибо, что сказал не «год»!       — Спасибо, блять!” — слова, что были сказаны в первый день знакомства… Ни о чём другом, кроме этих слов, Феликс не жалел сильнее за всю свою жизнь. Хотелось вернуться во времени и попросить заменить то слово…       — А изменить срок нельзя? — поинтересовался Ликс, разбирая какие-то бумаги, при этом придерживая телефон плечом.       — Нет. У меня есть лишь три права на ошибку. Одно исправление я сейчас использовал. И то они работают так, что убирают испытание полностью… А главное менять никак нельзя.       — Ясно… — ответив, блондин убрал телефон подальше, тем самым показывая, что говорить он больше не хочет.