Playboy

Ох, сколько же я рожала эту главу. Вдохновение, где же ты?  Заранее сори за эту дичь 💜 *** " Кто придумал этот дурацкий спор!? " - подумал Хосок, мысленно проклиная грёбаный язык Ким Тэхёна. Безоговорочно, он хороший друг и прекрасный артист. И цены бы ему не было, если бы он поменьше пиздел. Именно благодаря ему, слишком принципиальный Сокджин теперь так пристально смотрит на Чон Хосока. Он солгал бы, если бы предпочёл говорить что полицейская форма не идёт Киму. Очень идёт. Прекрасно обтягивает и придаёт ещё большего мужества. Очень сильно возбуждает Чона. Чего скрывать, он просто ходячий секс в этой форме. Кажется, преступники специально совершают кражи и убийства, лишь бы увидеть его снова. Но тот в свою очередь, делал вид что ничего не замечает, и добросовестно исполнял свои обязанности. И только друзья знали о его маленькой слабости. Слабости, под названием Чон Хосок. Поэтому то, Джин так легко и согласился на спор. У него на лбу будто было написано: "Разложить Хоби за 14 дней, без sms и регистрации". И Хо на самом деле побаивался друга в такие моменты, но понимал что тот не остановиться ни перед чем. Они вместе поднимались в зеркальном лифте на нужный этаж. Хосок хотел как можно скорее выбежать из замкнутого пространства, лишь бы не находится там наедине с Кимом. Никто из мемберов не мог наверняка знать, что творится в голове у Сокджина. Особенно когда он рядом с предметом возжелания. А началось это сумасшествие ровно в тот момент, когда Чон признался в симпатии одной девушке. "Я не намерен делить его с кем то.  Нет, только не его. " -  крутилось в голове у хёна. Он решил не отставать. - Но она нравится мне тоже! - заистерил Джин. Сейчас, Хоби был готов отступить и сдаться. Если бы не знал, что Киму нужна совсем не эта девушка из стаффа. И он вроде не из трусливых, но только не рядом с парнями имеющими наклонность к нетрадиционной сексуальной ориентации и носящими с собой наручники и ствол. - Ким, блять, Сокджин!  Может скажешь уже, что происходит? - неожиданно для самого себя выкрикнул младший, не выдерживая гробовой тишины. Тот даже бровью не повёл. Он давно ждал этого вопроса. - Ты о чём? - хищно проговорил хён, посматривая на Чона из-за плеча, делая вид что забыл о их недавнем разговоре. - Не прикидывайся!  У тебя всё на лице написано! Сокджин самоуверенно ухмыльнулся. У Хосока свело низ живота. С каждым проеханым этажом ,лифт сильнее заполнялся запахами парней. Запахами их тел. Запахами кондиционеров для одежды, запахом тёплой кожи и влаги, после активных физических нагрузок. Индивидуальными ароматами каждого. От этого он сильнее заволновался, понимая что его фетиш на запах кожи здесь совсем не к месту. - Хосок~а, я серьезно не понимаю о чём ты. Конечно, не понимает он. - Ах, так!? - Хоби быстро пробежал глазами по зеркальным стенам и найдя нужную кнопку, нажал её. Кнопку с надписью "Stop". Лифт остановился. Джин понял это по подрагиванию пола под ногами. - Вот об этом! - продолжил Чон, собравшись с мыслями. На свой страх и риск, Хо схватил плечо Кима, и сжав его, резко повернул на себя. Он долго думал и наконец решился. Парень робко прильнул к губам напротив, привставая на носочки, касаясь своими и изумляясь их мягкости. Любая девушка позавидует. Чон проявил наглость, и провёл языком по губам хёна, прося его приоткрыть их. Его волновало то, что он целует парня, но он уверил себя что он лишь проверяет свою территорию. Ничего более. Но с каждой секундой, он всё больше разжигал огонь между ними, и понимал что просто так это не кончиться. Пора остановиться. Чон отстранился именно тогда, когда Ким попытался пропихнуться в его рот. Он жадно глотнул воздуха, недовольно облизнувшись. - Если ты хотел узнать глубину своего рта, то ты не дал мне закончить - зло прорычал тот, явно недовольный такой концовкой. От этого голоса прошлись мурашки по телу. Ким хитро опустил глаза на штаны Хосока. -Нет! - покраснел тот, пытаясь подавить внезапное возбуждение. -Ты... Ты... - замялся он, подбирая более - менее культурные слова. - Ой, заткнись - перебили его. Джин вновь ринулся к парню, подхватывая его ноги и впечатывая в стену лифта. - Чт... - от неожиданности опешил тот но не успел договорить. Ким впился в него с такой силой, что Хосок почти сразу почувствовал металлический привкус крови. Его собственной крови. Джин прокусывал их острыми клыками, будто пытаясь сожрать. Чону даже на секунду показалось, что парень пьёт его. И он в какой-то степени действительно делал это, проглатывая смесь красной жидкости и чужой слюны. Сейчас, всё то что он так старательно сдерживал во время общения с преступностью, вылилось на бедного парня. Вся жестокость, похоть и желание. Ему всего-то хотелось снять напряжение. И одежду с Чон Хосока. И на камеру снять хотелось бы, что бы пересматривать снова и снова, и каждый раз изливаться в собственную ладонь. Жертва попыталась оттолкнуть тело, которое больно вдавливало её в металлическую стену. Но хищник сильнее. - Хватит - промычал бедный парень в чужие, пухлые губы. - Пожалуйста - по его щеке непроизвольно покатилась слеза. Он впервые плачет от боли. Он чувствовал как его губы превращаются в кровавое месиво, и ему это явно не нравилось. Но тело , почему то, решает иначе, отзываясь болезненным возбуждением в узких джинсах. Возможно, где то в глубинах подсознания, ликует его внутренний мазохист. И глубина, похоже, стремительно сокращается. - Прошу - захныкал Хосок. Пелена перед глазами Джина постепенно улетучилась, оставляя за собой неприятный осадок на душе. Он наконец понял, что причиняет боль парню, и поспешил отпрянуть от него, убирая свои руки с его задницы. Он потрогал свой подбородок, будто внезапно осознавая, что его тело и рубашка залиты чужой кровью. - Господи - прошептал он, отходя на пару шагов назад. Он боялся, что может сделать что то ещё. Что то более плохое. Гораздо хуже. - П - прости...Я не - парень сглотнул остатки жидкости, и только сейчас проявившийся металлический привкус окончательно отрезвил его. Он будто чувствовал красные разводы на своём подбородке, которые обжигали его кожу. Он чувствует себя монстром в человеческом обличьи. Хоби медленно сполз вниз по стене, пытаясь ухватиться за что-нибудь. И какое же счастье, что под руку попадается железная перекладина, иначе парень просто упал бы на колени перед Джином. Его перестали слушаться собственные ноги. И пока Ким корил себя за то, что совершил, Чон пытался понять что только что произошло. И больше пытался понять, почему тело так странно реагирует. Ему казалось, что если бы такое сделал кто-то другой, Хо уже ввязался бы в драку, за собственное осквернение. Но перед ним стоял он. Не кто то, а именно он. - Чёрт - прошипел Хоуп, хватаясь за голову, взвешивая все "за" и "против". - Я... Я не хотел... Я не знаю, что на меня нашло - Джин пытался выдавить из себя хоть что то, наблюдая как его друг медленно встаёт, выпрямляясь. - Прости меня - не успел закончить он. - Иди к чёрту! - выкрикнул парень напротив, и ринулся к хёну. Сокджин был готов получить по лицу, зажмуриваясь. Он знал, что заслужил этого. Особенно, после того что сделал. Но удара не последовало. Его лишь схватили за воротник полицейской рубашки, и притянув к себе, поцеловали. Он знает, каких усилий это стоило для Хосока. Физических и моральных. Его губы запекли, а из ран снова начала сочиться кровь. Хоби надеялся, что Джин поймёт его, и будет предельно осторожен. И он понял. Ким нежно провёл по нижней губе парня языком, будто извиняясь и зализывая его раны. Он хотел максимально загладить свою вину, и сосредоточился на том, что бы доставить удовольствие, в первую очередь младшему. Он невесомо коснулся руками его лица, аккуратно вытирая кровавые подтёки. Хо вздрогнул от неожиданности, но поцелуй не оборвал. Он на секунду забыл обо всём. О том, насколько сильно ему больно. О том, что его целует парень. О том, что он вроде бы натурал, и девушки ему вроде как нравятся. С технологией языка Сокджина, начинаешь сомневаться в собственной ориентации. Хосок был готов терпеть любую боль, лишь бы этот язык не останавливался и продолжал проникать в его рот, проходясь по нёбу, цепляясь с его собственным. Хоуп неуверенно потянулся руками ниже от воротника рубашки, к её пуговицам. Ловкие пальчики принялись избавляться от одежды на чужом теле, проводя по влажной от напряжения коже и "случайно" цепляясь за эрогенные зоны. - Хосок~а, ты же знаешь, со мной шутки плохи. Если это очередная твоя проверка... - тяжело выдохнул парень в лицо напротив, обрывая поцелуй. - То я не против посмотреть на твоё наказание для меня - закончил Чон, растягивая губы в болезненной ухмылке. Каждое слово давалось ему с трудом, но он старался забыть всё что произошло десять минут назад, и "начать заново". Джин нежно прижал того к стенке, всё ещё стоящего лифта, ложа свои широченные ладони на "запретный", но такой сладкий плод. Его губы постепенно переместились на влажную шею друга. Он покрывает тело парня поцелуями, несильно покусывая кожу, легонько терзая зубами покрасневшие участки. Хосоку ничего больше не остаётся, кроме как тихо скулить от удовольствия прямо в ухо Кима. Он прогнулся в спине, вскинув голову в верх, постанывал, держа кончики пальцев на торсе Сокджина. Тот в свою очередь, не выдерживая этих звуков, попытался хоть как то отвлечься, и не наброситься на Чона прямо в лифте. Он провёл мокрым языком от оголённой ключицы, до уха Хоби, осталяя невидимые ожоги, и вполне видимую дорожку слюны. Останавливаясь на мочке, он внезапно прикусывает её, тут же зализывая место укуса. По телу Хоупа проходит разряд тока, и он громко вскрикивает, тут же затыкая себя собственной ладонью. Он знает что должен вести себя тихо. Иначе всё общежитие узнает о том, что Хоби проиграл этот ёбаный спор. Он не гей!  Нет, он не гей! Джин в отместку просовывает колено между ног Чона, подпирая им, неплохо так выпирающий бугорок. Господи, он гей.  Да, конечно он гей. Он готов стать кем угодно, лишь бы Ким не останавливался. Сокджин резко отстраняется, и смотрит Хосоку в глаза. Его взгляд выражает безграничное желание, а он сам тяжело дышит. - Я нравлюсь тебе? - внезапно выдаёт он. Он хочет решить всё здесь и сейчас. Раз и навсегда. И Хо, немного помявшись, отвечает. - Я не знаю. Не знаю, можно ли переметнуться на голубую сторону от одного поцелуя, но я точно знаю, что не позволил бы такого кому-нибудь другому. Для Джина этого вполне достаточно. Он хватает Хосока за плечи, и поворачивая того задом, прижимает его тело к металлической перекладине, за которую он так отчаяно хватался минуты три назад. Его щёку обжигает ледяной метал. Джин поспешно стягивает со своей жертвы джинсы, оставляя их на коленях. - Господи - восторженно прошептал он, созерцая невероятную, открывшуюся ему картину. - Ты своей задницей меня на грех толкаешь. Хосок ухмыльнулся. - Эта задница ходила мимо тебя каждый день, а ты заметил её только сейчас. Джин фыркнул. - Прости, мне придётся догонять упущенное. Чон хотел бы возразить, но не смог вдохнуть. Из лёгких будто выкачали весь воздух. Ким вошёл в него двумя пальцами. Хоуп почувствовал режущий дискомфорт, ведь смазки с собой естественно ни у кого нет. Он стал думать, чем же можно её заменить. - Джин - хён! - вдруг вскрикнул он, вспомнив про тестер крема для рук из магазина косметики. - Там в куртке, в правом кармане - а ещё все забыли про куртку Хоупа, одиноко валяющуюся на полу. Джин понял что имел в виду младший, и поспешил достать маленький стик. Миг, и Чон почувствовал как что то холодное коснулось его, попадая внутрь. Ким накрыл крем своими пальцами, постепенно нагревая его, и медленно проникая глубже. Благодаря находчивости парня, дискомфорт уменьшился, но к сожалению не исчез. Он прикусил и так пострадавшие губы, пытаясь сдержать собственный скулёж. Когда прибавился третий палец, парня пробрала приятная дрожь. - А это не так уж и... Больно! - начал Хоби, но не успел закончить. Он прогнулся до хруста шейных позвонков, выкрикивая что то невнятное. Вместо пальцев в него вошло нечто намного больше, от чего чувства разрывают изнутри. Из глаз, дважды за сегодня брызнули слёзы, которые тут же слизнул тяжелодышащий Джин, войдя в парня до основания и давая ему привыкнуть. Он кусал собственные руки, извивался как мог, пытаясь отстраниться, но Ким крепко держал его, не давая сбежать. И Хо благодарен ему за это, ведь если бы не сильные руки хёна, он был так и не начал получать удовольствие. Спустя пару минут, Чон почувствовал, что готов продолжить. Иначе он постыдно кончит, так и не прикоснувшись к себе. - Давай - прошипел он, откидывая голову на чужое плечо. Ким ловит его вздохи своим ртом и вновь нежно целует ,тем самым затыкая. Он начинает медленно двигаться, сменяя губы своими пальцами, фаланги которых Чон принимается старательно искусывать, сдерживая собственные стоны. Джин аккуратно придерживая Хосока за бёдра, укладывает его ногу на перекладину, облегчая толчки. Чон что то промычал, в очередной раз кусая хёна, на что тот решает уделить внимание его открытой шее. Слишком открытой. Он пристально наблюдает за тем, как капелька пота стекает по открытому участку кожи, оставляя за собой влажную дорожку на ярко выраженном кадыке. Он не знает, что движет им в этот момент, но он прильнул к чужой шее, слизывая одинокую капельку, в точности повторяя её маршрут. Языком проходится к уху, повторяя его изгибы. А членом проходится по простате. Хосок тут же выпускает чужие пальцы изо рта, осталяя тянущуюся ниточку слюны и обессилено опускает голову вздрагивая всем телом. Он чувствует невероятную дрожь, из-за которой не может нормально стоять. Ноги подкашиваются а глаза закатываются. Парень осознаёт, что вот-вот потеряет сознание, но полицейский крепко держит его полу-сознательное тело, не давая свалиться на пол. Джин решает добивать. Влажными от слюны пальцами касается эрегированого органа парня, и пару раз проходится ими вверх - вниз, попутно продолжая вдалбливаться в чужое тело. У Чона звёздочки перед глазами, сознание отключается, а реальность перерастает в прострацию. Он обильно изливается в руку Кима, всем телом опираясь на него, сжимая в ладонях нагретый метал. - Фак - шепчет Джин, чувствуя как парень слегка сжимает его, и делая последние финальные толчки выходит из поддатливого тела, кончая на белоснежную футболку. Они не знают сколько прошло времени и сколько они простояли так, пытаясь привести дыхание и бешено стучащее сердце в норму. Когда кровь перестала бить по висках обоих, Хосок первый начал разговор. Он наконец спустил с перекладины ногу, успевшую заболеть. У него не осталось сил ни на что, но ночевать в лифте тоже не хотелось. Парень поспешно натянул на себя джинсы и поднял с пола свою куртку. - Что мы скажем парням? - спросил он, поворачиваясь лицом к Джину. Он пробежался глазами по зеркальному покрытию, стараясь не встречаться с хёном взглядами. Ему почему то, было стыдно за то, что произошло между ними. - Ну для начала, перестань делать вид, что пятно на стене позади меня очень интересное. Хочу опустил глаза в пол. - Просто я... - Я знаю. Знаю что ты думаешь. Но поверь, это не повод теперь избегать меня. Он взял подбородок Чона и приподнял его, заставляя их взгляды пересечься. - Никогда, слышишь? Никогда не смей стеснятся меня - закончил тот, и легонько чмокнул Хоби в губы. - А насчёт спора... - Джин задумался, пытаясь найти хорошую отмазку. - Скажем что она просто перестала нам нравится. Кончик губ Хоупа дёрнулся в улыбке. И их план наверняка сработал бы. Если каждый из парней не слышал бы томных стонов Хосока, доносящихся со второго этажа. *** - Я отказываюсь ездить в этом лифте - отрезал Юнги.