Синий

К выходным я уже вставал с постели, даже делал кое-какие легкие дела по дому. Несмотря на протесты Синего, я вытирал пыль, чистил картошку, выносил мусор. Ещё я дразнил мопса. Я стоял на кухне, подносил упаковку с кормом к его тарелочке, и делал вид, что насыпаю. Мопс оживлялся и подбегал к миске. Но поняв, что в тарелке пусто, он поднимал на меня чёрные круглые глазёнки и недовольно урчал. Так я его разводил, пока в квартиру не влетел Синий. Я застыдился и тут же насыпал корма до верха. Мопс осторожно подошёл опять к блюду и тявкнул на меня с явной угрозой “я тебе еще нассу в кроссовки!” Синий был радостнее и взъерошеннее обычного. - Я все разузнал! - выпалил он. Новость касалась меня. - Тебе положена накопительная невыплаченная часть пенсии бабушки. Только надо заявление подать в течение 6 месяцев, у меня уже есть список документов. Я об этом совсем не подумал. - Но ты ведь не уйдёшь, когда получишь деньги? - забеспокоился Синий. Я даже не сразу смог понять, что на это ответить. - Давай жить вместе? - не ослаблял он напор - Аренда пополам. Купим ещё одну нормальную кровать вместо раскладушки. - А ты уже все продумал, я смотрю - сказал я ехидно. - Дешевле просто, - тихо добавил он. - Только из-за того, что дешевле? - Да, - подтвердил Синий и покрылся розовыми пятнами. - А как же твой ревнивый парень? - Глупости! Это как ревновать к столбу. Я поговорю с ним. - Я столб, значит?...А может тебе с рыжим съехаться? - поинтересовался я. - Рано! - сердито ответил Синий. Я улыбнулся на его сморщенный нос. Хотя все это было неожиданно, внутри я соглашался с ним. Я чувствовал, что мы уживались. Меня подкупал характер Синего - такая Мать Тереза с волосами Мальвины. В бытовом плане мы тоже ладили. Смущало только одно, что будут говорить про меня на районе. Но тут же в голове зажигалась неоновая вывеска “а не насрать ли мне?”. Я различал, что было важно, а что нет. Не всегда признавался в этом, но различал. Когда я попал в трудное положение, рука не потянулась звонить ни Чавкину, ни его друзьям. Наверное это что-то значило. - Ладно, - кивнул я синим глазам - но при одном условии, если Рыжий меня будет доставать, я за себя не отвечаю. Синий с готовностью согласился. - Ну что, Тобиас, - посмотрел я на пса - теперь твоя территория - это моя территория. Мопс высокомерно зафыркал и в знак протеста удалился на пуфик. На следующей неделе мы вместе с Синим поехали выбирать мне кровать. Я планировал сделать это один, но Синий владел невероятным даром меня уговаривать. Мы бродили по торговому центру, ложились на разные матрасы. Синий изображал как я сплю, храплю (хотя я не храпел), я улыбался его театральному представлению. После многочасовых скитаний по магазинам мебели мы нашли ту единственную, которая подходила и по удобству и по размерам. Стоило отпраздновать. Мы приземлись поесть. Синий, несмотря на хрупкое, по сравнению со мной, телосложение заказал огромную порцию Макдональдса, включая пирог и мороженое. - Гулять так гулять! - заулыбался он. - И как в тебя все помещается? Ешь как слон, а выглядишь как оленёнок. - заметил я. Синему понравилось сравнение. Он съел свою порцию и выпучил на меня большие умоляющие глаза Бэмби. Я выучил уже этот взгляд, за ним шла просьба. - Что? - В кинотеатре классный фильм идет, пойдём смотреть? - пробормотал он. Я засмеялся. - А лицо зачем такое? Синий пожал плечами и снова зардел. Я удивлялся своей сговорчивости - в кино мы тоже пошли. Фильм шел долго. Я, признаться, на половине стал засыпать. Взглянул на рядом сидящего Синего, умилился как тот смотрел на экран, не отрывая глаз, намертво прижимая к сердцу ведерко c попкорном. За мимикой Синего наблюдать было гораздо интереснее, чем за якобы “гениальным” фильмом. Его глаза то широко раскрывались, то сужались в зависимости от сюжета. Огромные ресницы порхали в мерцающем свете экрана как мотыльки. Рот почти весь фильм висел открытым. Иногда Синий закусывал нижнюю губу или в порыве сильных эмоций прикрывал рот рукой. - Вот это фильм! - эмоционально произнес Синий, когда эта муть наконец-то закончилась. - тебе понравилось? - Нормально, - ответил я, вспоминая как пол фильма пялился на Синего. Мы спускались по эскалатору, и внизу я увидел Чавкина. Я не пересекался с Чавкиным полгода. Он стоял со своей девушкой Кристиной. Слышал по трубам, Кристина была той еще тираншей, держала Чавкина, когда-то грозу района, на коротком поводке. Ни шагу влево, ни шагу вправо. Чавкин изрядно потолстел на цепи, стал похож на добродетельного семьянина. - Какие люди! Какими судьбами? - добродушно заулыбался Чавкин, скользя взглядом по мне и по выглядывающему из-за моей спины Синему. Я представил, как зазвучит “мы с Синим кровать купили, поужинали и посмотрели фильм”. Я замялся, а говорить что-то нужно было. - У меня проблемы с жильем были, вот, теперь снимаю у Синего. - наконец произнёс я. Чавкин удивленно посмотрел на нас обоих, но в ответ только сказал: - А мы микроволновку искали. - Нашли? - тупо спросил я - Нашли - так же тупо ответил Чавкин. Кристина потянула своего парня за рукав. - Нам пора. - сказала она колючим голосом. Чавкин не сопротивлялся. Как говорят “на любую силу найдётся другая сила”. Когда мы вернулись домой, я под предлогом “купить молока” вышел на улицу и позвонил бывшему другу. Слишком холодно он отреагировал на смену моего круга общения. Может стремался Кристины. - Рад был тебя увидеть, - начал я несмело. - Я тоже. Зря не позвонил. - Не хотел по пустякам беспокоить, у тебя у самого жизнь бурлит. - Да, ждём ребенка. - Поздравляю! - ответил я искренне. - Пока это праздником не чувствуется, - ухмыльнулся Чавкин - мне Кристина и ее родители весь мозг вынесли. - Но выглядишь ты довольным, сытым - засмеялся я. Чавкин тоже прыснул смехом в трубку. - Как же ты с Синим пересекся? - наконец Чавкин заговорил на интересующую меня тему. - Так получилось. Странно, что я у него снимаю? - Да нет, почему же. Мы подозревали. - Что подозревали? Чавкин замялся. - Да, ладно, скажи уже! - занервничал я. - Помнишь Валерию? - Ну! - Она плату с брата моего не взяла тогда. Сказала, что ничего не было. Меня накрыло непередаваемое уебищное ощущение - когда ты врал всем, все знали, что ты врал и не останавливали. - Я просто напился! - сказал я, пытаясь собрать ошмётки гордости. - Возможно. Но ты начал пить, чтобы с ней переспать... Что ты от меня пытаешься узнать, Лекс? - Я и сам не знаю. На этом разговор закончился. Я вернулся домой. Синий уже лежал в кровати. Я постоял над его худым телом, наполовину укрытым пледом, который он только что выбрал себе в магазине, послушал его ровное мерное дыхание. Его белая идеальная кожа светилась в мягком свете луны и казалась воздушной. Я лёг на свое место, свистнул мопсу, чтобы тот запрыгнул ко мне на грудь, обнял маленький ворчащий комочек, и, сказав себе "разберусь завтра", уснул со щенком на руках.