Синий

У некоторых людей есть уникальный талант - портить другим людям настроение. И для этого им ничего не надо делать. Просто быть. Просто сидеть на барном стуле, нога на ногу, и качать той ногой, что сверху. Рыжий любил качать своей долговязой ногой. Вверх-вниз. Вверх-вниз. Если бы мопс Тоби был не мопс, а бультерьер по кличке Циклоп, я бы дал команду ‘атакуй’, чтобы проворная челюсть отгрызла эту беспокойную ногу на радость мне. Но у пидоров даже собаки пидорские. - Куда собрались? - спросил я лениво. Я обещал Синему, что поддержу светскую беседу пока он задерживается. Мила опять что-то натворила, и Синий, как прилежная Мэри Поппинс, побежал выручать девчушку. - На выставку посвященной жизни и творчеству Фриды Кало, если тебе это о чём-то говорит. - сощурила глаза рыжая пидорасина. Я не любил книги, но я любил интернет. Я знал про Мексиканскую художницу, но слишком заманчиво было притвориться несведущим. - Пидоры на выставку кала. - сказал я - Что и ожидалось. Рыжий не сразу понял. А когда понял, высокомерно задрал острый нос. - Гопником родился, гопником помрешь. - съязвил он. Я сжал кулаки. Очень хотелось размазать эту наглую физиономию по стенам. Но я обещал быть “цивилизованным”, так, по-моему, выразился Синий. После инцидента с поцелуем, он стал чаще приглашать своего чокнутого бойфренда домой. Хотел показать, что мне нечего опасаться. Он - с ним, и он же обещал - ‘Никогда’. - Ему с тобой наверное очень скучно. - дразнил я Рыжего - На работе - ты, дома - ты, на выставке кала - тоже ты…. Рыжий хмыкнул, неспеша поправил свою дурацкую бабочку, давая понять, что у него тоже есть козырь. - А ты Глеба даже по имени назвать не можешь. Что так? - отразил он нападение. На самом деле я мог назвать его по имени - про себя, или шепотом, когда тот не слышал, когда его не было рядом, когда я разговаривал с мопсом о нем. Что тоже случалось. Иногда становилось страшно, а вдруг Тоби владеет человеческим, и сдаст меня с потрохами, сольет Синему конфиденциальные признания, которые тот может не так понять. Например, признание в том, что мне его ‘никогда’ неприятно щемило грудь. - Александр, - рыжая сволочь обратилась особо официально, - Ты же в курсе, что я против вашего совместного проживания? - Я знаю. И представляешь - мне похер! - заулыбался я. Рыжая падла задумалась. - Ничего, я поработаю над этим. - сказал он. - Поработай - передразнил я его. В этот момент позвонил Синий. Он попросил Рыжего приехать на выставку, потому что домой вернуться не успевал. - Адиос, гопота! - прогнусавил Рыжий и направился к выходу. Я тоже встал. Кеды гостя стояли в знакомой луже. Он матернулся, но все же надел мокрую обувь. - А ты все таки циклоп... - подмигнул я одобрительно Тоби после ухода рыжей мочалки. - Два дня разрешу тебе делать все, что хочешь! - я потрепал по его по круглой собачьей голове. Синий грелся в коконе своего одеяла, когда я вернулся из автомастерской. Из кухни пахло ужином. Синий всегда оставлял мне поесть, если у меня была поздняя смена. На моей тумбочке лежала открытка из галереи с автопортретом Фриды. Я взял в руки сувенир. С картины смотрели пронзительные чёрные глаза очень сильной женщины. На обратной стороне было подписано “можешь выбросить. смайлик”. - Почему же? Мне нравится. - сказал я и обернулся. Светлые глаза тепло улыбались. - Тебе нравится Фрида? - Как художница. А как женщина, - я повертел в руках автопортрет - не в моем вкусе. - Это Мила выбрала. Узнала, что мы в галерею, напросилась с нами. - Рыжий, наверное, был недоволен? - предположил я. Синий кивнул. - Дай ему вдуть, он успокоится. А то бросается на людей. - пошутил я. Синий покраснел и опустил глаза. Я понял, что сморозил чушь, но извиниться не хватило духу. Весь запал ушёл на дерзость. На следующий день я пришёл раньше обычного и застал Синего слушающего образовательный ролик про однополый секс. Он был очень увлечен и меня не заметил. На экране вещали про важность контрацепции, про смазки, бла бла. Я стоял тихо, тоже слушал. Тобиас, предатель, ожил из спячки и радостно залаял. Синий тут же с ужасом нажал на угловой крестик. - Ты не те фильмы смотришь. - сказал я. - сейчас все будет - я склонился над Синим и вбил в строку поиска “гей порно”. Загрузился жесткач. - Вон, рыжий и ты - показал я на долбящуюся парочку. Синий хотел закрыть ноут, но я не дал. - Я решил, что ты - пассив. Но, может, нет? У вас кто кого? - я понимал, что опять грубил. Но мысли про рыжего будили во мне дикую борзость. - В реальности не так, - тихо сказал Синий. Краснота начала растекаться по его шее и ушам. - А как? - спросил я. - Тебе правда интересно? - начал защищаться Синий. - Нет. - Хотя мне было интересно. - Нежно - все равно ответил он. - Нежно? - я фыркнул. - разве можно про в жопу говорить ‘нежно’. - произнёс я и демонстративно загоготал. Синий вздохнул и закрыл лицо руками. Я понял, что перегнул палку. Я потрепал его по плечу. Он продолжал скрывать своё лицо. Я перевёл взгляд на его шею и заметил испарину. Маленькие капельки пота на порозовевшей коже неожиданно сбили мое дыхание и я отстранился. Синий, воспользовавшись моментом, тут же закрыл экран. - Меня пару дней не будет….- сказал он - Я уже понял - ответил я сквозь зубы. Я пытался незаметно вобрать в себя как можно больше кислорода. - Переночую у Павла. - Ага. Мне захотелось остановить Синего, но я молчал.