Begin

Пак Чимин. Пусан, март 2012 г.       Старшая школа искусств Пусана начинала учебный год весьма спокойно. В ней будто и не было выходных. Ее ученики традиционно участвовали в показательных выступлениях на праздниках, которые следовали за итоговыми экзаменами. Второй и третий классы вели себя так, будто настоящие выходные только начались. Только первоклассники шумели в коридорах, обсуждая новые впечатления. Учителя, как и продолжающие ученики, не торопились задать побольше, потому что им самим хотелось сделать передышку, ведь сами, как правило, были участниками праздничных мероприятий. Активность в их школе повысится лишь через неделю, когда начнется полноценная подготовка к фестивалям в честь цветения сакуры.       Большинство учеников расходилось по домам, и немногие, особенно старательные решили потратить свободное время дорабатывая свои навыки в танцах, музыке, рисовании. Один из них был единственным из класса современных танцев, кто решил остаться в этот день. Пак Чимин стоял у зеркал и делал растяжку, он собирался еще раз повторить свою сольную программу, с которой выступал ранее на весенних праздниках. Ему казалось, что в некоторых местах есть недоработки, надо их исправить.       В класс зашел учитель хореографии. Он совсем не удивился, увидев тренирующегося в одиночестве Чимина. За последний год это зрелище стало обычным. Лучший ученик, президент класса, самый ответственный и невероятно талантливый танцор работал, чтобы стать еще лучше. Учитель не понимал, куда стремится этот парень, насколько высоко он хочет взлететь. Тем не менее, учитель знал, что тот на самом деле не был столь решительным как его движения. Потому он и пришел поговорить с Чимином. - Чимин-а, - привлек к себе внимание учитель, - подойди сюда. Чимин развернулся и солнечно улыбнулся учителю. Он всегда был рад видеть этого человека, который не жалел сил, обучая его новым техникам, и был тем, кто оказывал для него большую поддержку в школе. - Сабомним*, здравствуйте! – Чимин подошел к учителю. - Чимин-а, ты не должен быть чрезмерным в тренировках. У тебя могут быть проблемы из-за этого. - Сабомним, вам не стоит об этом беспокоится, но я благодарю вас за заботу! О чем вы хотели поговорить? - Хотел спросить, какие у тебя планы на будущее? Что ты собираешься делать? Ты рассмотрел предложение об учебе заграницей, которое я тебе присылал? - Сабомним… Я не думаю, что для меня было бы хорошей идеей учиться заграницей, я совсем не знаю язык и это ведь чужая страна, у меня есть сомнения… - Чимин-а, ты обладаешь редким талантом и должен развиваться. Пусан не должен быть твоим пределом. В чем твоя проблема? Почему ты отвергаешь все варианты? Я уже столько раз предлагал тебе разные возможности! - Простите, я… Это все очень сложно. - Что же тебе так мешает? Мне известно, какой ты общительный парень, как легко находишь контакт с людьми. Абсолютно не понимаю, какого рода сложности у тебя могут быть. Я разговаривал с твоими родителями, они полностью тебя поддерживают. Ты думаешь о них, сколько они в тебя вкладывают? - Сабомним… Есть одна… сложность, из-за которой мне страшно. В школе это не имеет значения, но там… Если об этом узнают, что будет тогда… - О чем ты говоришь? - Сабомним, я не знаю, могу ли сказать об этом. Боюсь, вы осудите меня за это. - Что бы это ни было, ты можешь сказать. Обещаю отнестись с пониманием. - И ваше отношение ко мне не изменится? И вы не скажете моим родителям? - Чимин-а, меня слишком волнует, что такой талант как ты пропадет в Пусане. Я могу обещать тебе, что никому не скажу о твоем секрете и продолжу тебя поддерживать. Главное, чтобы это не было уголовным преступлением. Ха-ха. - Нет, это не то. Хорошо, я скажу. – Чимин несколько секунд собирался с мыслями, думая, как лучше объяснить, и, в итоге, сказал прямо и кратко, как только мог, - я гей.       Чимин опустил голову, потому что боялся реакции учителя. Он знал, какое отношение к этому в Корее. Люди не хотят признавать гомосексуалов. Многие думают, что это появляется от неправильного воспитания, извращенных взглядов человека, какой-то безнравственности, отвержения традиционных ценностей. Парни и девушки в Корее с лицами своего пола ведут себя весьма тактильно, любят прикосновения, распространены бромансы, и все считают это нормальным. Но когда дело доходит до реальных отношений, до реальной гомосексуальности – это кажется всем неправильным.       Сам Чимин осознал, что он не такой как многие, когда ему было 12. Конечно, ему казалось, будто можно как-то исправиться. «Родители точно не будут этим довольны. Но как быть?», - думал он, осознавая и анализируя свои эмоции, пришедшие с половым созреванием. Ему определенно нравились парни, он любил смотреть на красивый пресс артистов по телевизору, вздыхал вместе с девушками при виде красивого парня, и ничего не мог с этим поделать. Что касалось отношений с девушками, то он мог оценить их красоту, мог мило с ними общаться, но если его в них что-то и привлекало, то это была скорее одежда, чем женские прелести. Для него не было чем-то особенным разглядывать девушек, хоть и был к ним равнодушен. Многие из них в ответ на его взгляды пытались заигрывать. Как-то раз он пытался встречаться, думал, что так сможет себя исправить, но это было бесполезно. В итоге, у него просто было много подруг, как, впрочем, и парней друзей, хотя они зачастую не знали его предпочтения.       Чимин признался в своей ориентации только одной девушке, которая постоянно говорила, как хорошо она относится к геям, как она их понимает, и как хочет, чтобы у нее был такой друг. Именно ей он рассказывал о своей первой безответной любви, жаловался, как сложно найти парня, как он хочет раз и навсегда быть вместе с кем-то. Все в их возрасте встречаются, а для него все это слишком проблематично. Она постоянно говорила, что всему свое время, чем немного успокаивала Чимина. Тем не менее, он продолжал замыкаться в себе, считая, что ему нужно быть тише воды, ниже травы – настолько страшно было, если кто-то узнает. Танцы были его отдушиной. В танцах он забывал обо всем, поэтому так сильно их любил. И ему совсем не хотелось думать, куда он пойдет дальше, потому что сразу закрадывались мысли, а если там узнают, а если не примут, а если… а если… а если…       И вот Чимин признался своему учителю. Сам не знал, зачем он это сделал. Наверно, настолько сильно доверял этому человеку. Нельзя сказать, что он не пожалел о сказанном в тот же момент, но теперь оставалось ждать только вердикта. «Что будет, если сабомним отвернется от меня?», - в страхе думал Чимин.       Учитель же удивился не так сильно, как думал Чимин. На самом деле, он догадывался, что есть такая вероятность. Красноречивые взгляды Чимина на парней, которые тот думал, что никто не замечает, не прошли мимо внимательного учителя. Но до того, как Чимин признался, он не мог сказать о чем-то с уверенностью, все же этот парень со всеми очень милый, любит иногда хитрить, и иногда трудно сказать, что у него на уме, что скрывается за заговорщеской улыбкой и милыми глазами, которые при всей открытости их обладателя создавали ощущение неоднозначности их выражения. К тому же, Чимин вроде как встречался с кем-то, об этом многие знали, и порой даже ходили слухи, что он самый настоящий дамский угодник. Кто же знал, что у него просто много подруг, и ему равно нравится общаться с девушками и парнями, но нравятся и привлекают его все же представители одного с ним пола. - Чимин-а, знаешь, я догадывался об этом, и уже давно принял мысль, что такое возможно. Тебе не стоит об этом беспокоиться. Спасибо, что рассказал. И все же почему ты так боишься? Никто не будет прямо о таком спрашивать. Этот факт можно скрыть. - Но в какой компании будут относиться хорошо, если вдруг как-то узнают, а они в любом случае узнают. Все серьезные компании следят за жизнью своих артистов… - Чимин-а, не думай, что ты один такой. Открою тебе тайну, в нашей сфере гораздо больше гомосексуальных людей, чем можно подумать. Сейчас все так, будто их вообще нет, потому что общество это не принимает. Конечно, никто не распространяется о реалиях здесь в Корее. Как человек, проработавший в шоубизнесе и со многими артистами достаточно времени, я сам лично знаю несколько известных на данный момент гомосексуальных артистов. Об этом не принято говорить, но это есть. Ты еще мало знаешь, и это хорошо, потому что умалчивается даже намного большее, чем одна лишь ориентация. Если это единственное, что ты хочешь скрыть, то все нормально. - Что же там может быть такого страшного? - Не стоит сейчас об этом думать, потому что тебя это пока совсем не касается. Единственно, что хочу посоветовать, будь подальше от этого, когда узнаешь, о чем я говорю, а ты определенно все узнаешь и поймешь со временем. Не мне тебе про это рассказывать. - В таком случае, куда вы порекомендуете мне пойти? - Давай так, я поищу для тебя подходящие варианты, где ты бы мог свободно проявить свой талант. Но пообещай мне, что пойдешь и попробуешь! - Сабомним так обо мне заботится, я не могу отказать и попытаюсь. - Нет, ты не просто попытаешься! Ты пойдешь и постараешься на все 100, понял? - Хорошо, сабомним.       Тук-тук. Звук раздался от двери класса хореографии. Затем в комнату осторожно зашел школьник очень похожий на Чимина. - Извините, что помешал! – быстро сказал он, когда увидел учителя. – Мне подождать снаружи? - Нет-нет, ты ведь пришел к брату? Мы уже закончили. Чимин-а, ты точно все понял? - Да, сабомним. Спасибо вам! – сказал Чимин с решительностью. Учитель улыбнулся на это, попрощался и ушел. - Джихён-и, а что это ты тут делаешь? – мурлыкающим голосом спросил Чимин у своего младшего брата, подошел к нему и стал гладить по голове, но тот тут же начал уворачиваться. - Хён, я думал, что мы вместе пойдем на пляж после уроков, а потом сходим покушать кукси**. - Ты же сказал, что пойдешь со своими друзьями. – Чимин точно помнил, что ничего не обещал брату. - У них у всех оказались какие-то дела. А ведь это первый день в школе! Какие вот у них дела?!... – дулся Джихён. - Хорошо-хорошо, пошли вместе.       Чимин и Джихен выбежали из школы и наперегонки отправились к пляжу, где весело провели время. Чимин всеми силами старался отвлечься, дурачился, играл с братом и много смеялся. Кажется, ему удалось на время забыть о своих сложностях. Предстояло пойти в то место, которое укажет ему учитель. Он знал, что плохого точно не посоветуют, но как же перебороть себя. Как он через это пройдет, как справится с давлением в том месте. Ведь кроме его ориентации он ко всему прочему был перфекционистом и ему было важно мнение других людей, их любовь и признание.       Порой Чимину казалось, что его страх – это какой-то бесформенный призрак, живущий в нем, и каждый раз находящий пути, чтобы выползти наружу и попортить ему жизнь. Он вылезал в любом месте, где обнаруживалась хоть какая-то слабость. Загнать его обратно в клетку было невероятно сложно. Нужно было что-то, что помогало бы в этом, что давало бы защиту от него самого и вообще от всего, чего бы он мог бояться. Чимин не знал, как долго он сможет справляться своими силами. Но отвлечения всегда ему помогали, если могли вывести из состояния самокопания.       Одним из тех, кто помогал Чимину отвлечься был Джихён. Особенно нравилось Чимину смешить брата, что он и делал все время, находясь на пляже. В такие моменты он как никогда чувствовал себя свободным от всего, а радостный взгляд брата убеждал его в том, что он все делает правильно в этот момент, что все хорошо, и можно просто веселиться.       Когда игра прекратилась и оба брата спокойно вглядывались в горизонт, провожая солнце и радуясь красоте момента, Чимин почувствовал на себе чей-то взгляд. Он обернулся и увидел худого парня в форме одной известной в Пусане средней школы, который не моргая смотрел на него. У того был немного встрепанный и озадаченный вид, делавший его похожим на воробья. Из-за расстояния Чимин не мог разглядеть черты лица, но общий вид заставил его рассмеяться. Он хотел окрикнуть незнакомца, но тот будто опомнился и, резко развернувшись куда-то убежал. - Чудной парень, - тихо сказал Чимин, пожал плечами и отвернулся. По дороге домой он еще пару раз вспомнил его, уж больно тот был забавный, и даже спрашивал себя, что у того на уме.       Дома были вещи поважнее: надо было помочь родителям с семейным рестораном, сделать домашние задания. Под конец дня, ложась спать, он вернулся в мыслях к разговору с учителем и так и заснул, не придя к решению, как ему быть, оставалось только ждать вестей от учителя. * Сабомним - мастер, тренер, учитель на кор. ** Холодная лапша.