Шантаж

Бетти окатило холодным потом. Сохраняя внешнее спокойствие, она взметнула на него удивленный взгляд. – Может, Вы предложите выпить для начала? – Если ты пришла сюда чтобы выпить – не трать мое время. Раздевайся. Вот теперь Бетти затрясло не на шутку. Было бы наивно предполагать, что Хирам так просто поведется на ее уловки. Она хотела быть кошкой в этой игре, но оказалась мышкой. Вот ты дура, Купер! И теперь, если она не сделает того, что он требует, путь у нее один – ногами вперед. Поднявшись на подкашивающиеся ноги, Бетти неторопливо, одну за одной, расстегивала пуговицы на блузке, непременно глядя в глаза своему мучителю, пока не закончила, и не сбросила ее с себя. Холодный воздух окатил бледную кожу, покрывая мурашками. Девушка невольно сжалась. – Ну что же ты так несмело? – Хирам, казалось, издевался. Хотя, почему казалось? Он издевался, снимая и бросая в сторону пиджак. – Ты должна делать это легко и без раздумий. Разве не за этим сюда пришла? Сделав вдох поглубже, усмиряя в себе колотящий по ребрам пульс, Бетти потянулась к «молнии» сбоку на юбке. Ткань с шелестом, нехотя, словно противясь, но все же слетела под ноги девушки. Она стояла перед ним в нижнем белье, чулках, и пылающая от стыда и страха. Мелкая дробь била ее тело, и это не скрылось от Хирама. Он, уже с оскалом вместо улыбки, зашел ей за спину, пальцами проводя по животу, спине, плечами и ключицам. Пользуясь тем, что он не видел ее лица, она зажмурилась, и прикусила губу, давя в себе вопль. – Я не знаю, какую цель ты преследовала, придя сюда, но тебе не удастся меня провести. Решила соблазнить меня? Ну давай, играй до конца. Он грубо привлек ее к себе, проводя языком вдоль шеи, руками спускаясь к внутренней стороне бедер, до боли сжимая нежную кожу. Бетти резко развернулась лицом к нему. Это все слишком далеко зашло. Нет, она больше не может участвовать в этом опасном для жизни и здоровья спектакле. Она уперлась ладонями в его плечи, с ужасом глядя в лицо, помутневшее от злости и похоти. – Это было глупо… – Да, глупо. И назад у тебя пути нет. Хирам резко развернул ее снова к себе спиной, толкнув вперед так, что не совладав с ударом, Бетти полетела грудью на стол, снося на пол разложенные на нем бумаги и другие канцелярские принадлежности. Он телом и локтем одной руки упирался ей в спину, не давай возможности двигаться, а второй видимо расстегивал брюки, судя по звону ремня. И вот сейчас паника овладела девушкой на все сто процентов. Она извивалась, стучала по столешнице кулаками, дрыгала ногами, но все было тщетно. Бетти была словно муха в паутине паука – от лишних движений она только все больше запутывалась. – Отпусти меня! Хватит! – кричала Бетти, чувствуя, как слезы смывают тщательно наложенный макияж. – Я не хочу тебя! – Ты получишь то, зачем пришла, грязная шлюха. Крепкая мужская рука взяла за тонкую ткань трусиков Бетти, отводя их в сторону, обеспечивая доступ во влагалище. Закричав в голос, девушка зажмурилась, готовясь к насилию, но звук разбитого стекла за спиной, и сыплющиеся на нее осколки, смешанные с каплями чего-то, привели девушку в чувства. Мужская хватка ослабла, и уже через мгновение Бетти почувствовала, как грузное мужское тело упало на нее, и тут же грохнулось вниз, под ноги. Боясь даже пошевелиться, громко глотая воздух, Бетти повернула голову, пытаясь рассмотреть, что случилось. В двери, с горлышком от разбитой бутылки коньяка, стояла Гермиона. На ней было вечернее платье и ужас на лице. Она смотрела то на мужа без сознания возле ног, то на остатки бутылки у себя в руке, пока не заметила на себе взгляд Бетти. Купер медленно сползла со стола, вставая на не чувствующие земли ноги. – Простите, миссис Лодж, – всхлипнула Бетти. Вид Бетти привел Гермиону еще в больший ужас. Но и отрезвил мгновенно. – Давай скорее, – она бросила осколки бутылки на пол, хватая девушку за руку, и притягивая к себе ближе, заставляя переступить через лежащего Хирама. – Одевайся. Бетти трясло словно от тридцатиградусного мороза. Спазмы моментально сковали тело: пальцы рук и ног она не чувствовала, а зуб на зуб не попадал. Не без помощи Гермионы она надела блузку и юбку, как раз в тот момент, когда в кабинет влетела Вероника. Она тоже была в вечернем наряде, и выглядела запыхавшейся. Она не моргая смотрела на лежащего в отключке отца, и на мать, торопливо помогающей Бетти одеться. – Я еле успела, – пояснила Гермиона, увидев вошедшую дочь. – Он почти изнасиловал ее. – Боже мой… – прошептала Вероника, с боязнью делая пару шагов вперед. – Давайте, забери ее и увези. Спрячь, пока отец не пришел в себя, – Гермиона закончила с одеждой Купер, и планировала передать ее в руки дочери, когда Бетти вырвалась, и направилась к столу. – Бетти, что ты делаешь? – зашипела на нее Вероника, следя за хаотичными движениями бывшей подруги на столе и возле него. – Нам надо убираться отсюда! – Я не сделала то, зачем сюда пришла, – размазывая тыльной стороной ладони по лицу стекающую тушь, Бетти, наконец, в разбросанных вещах нашла свой маленький клатч. Трясущимися руками, она достала из него припасенную заранее заготовку, на которой предстояло оставить след от ключа, чтобы потом воспроизвести в мастерской его дубликат. Склонясь над Хирамом, который продолжал быть в бессознательном состоянии, Бетти потянула за цепочку, выглядывающую из ворота рубашки. На ней висел заветный ключ. – Я прошу тебя, Би, пойдем отсюда! – взмолилась Вероника за спиной. – Если мы не уберемся отсюда раньше, чем он очнется, нам всем крышка! Не снимая ключа с цепочки, Бетти сделала все, что было нужно, как показал мастер, и спрятала его под воротом рубашки, словно ничего и не было. Вероника уже за руку тянула ее за собой, пока Купер застегивала клатч. – Мама, что ты скажешь? – уже в дверях Вероника остановилась, оглядываясь на мать. – Что застукала его с девицей и видя, как он пытается ее изнасиловать, со злости дала ему по голове, – Гермиона движением рук давала понять, что девушкам пора скрыться. – Напиши мне, когда он придет в себя. – Прошу вас, будьте осторожны. Вероника тащила за собой Бетти, совершенно потерянную, и не до конца осознающую все произошедшее с ней. Через черный вход они вышли к гаражу, возле которого стояла машина Вероники. Не говоря ни слова друг другу, девушки сели в нее и, не раздумывая, тронулись с места. Когда поместье Лоджей было далеко позади, и машина встряла в пробку на одном из светофоров Торонто, Веронику прорвало: – Ты обезумела? – закричала она, ударяя руками о руль. – Ты понимаешь, что он реально тебя изнасиловал бы, если бы мы не приехали вовремя?! – А разве не на это был расчет? Цель оправдывает средства. По этому слепку ты сможешь сделать дубликат, – еле слышно отозвалась Бетти, кладя на панель слепок. – Я же сказала Арчи, чтобы ты не совалась к нему! Мы придумали бы другой выход. Он что, не сказал тебе? – Сказал. Но мне не хотелось огорчать тебя и Джагхеда. Жаль твой отец не довел дело до конца, – у Бетти не было сил говорить, но из огромной черной дыры внутри нее обида текла рекой, вместе со слезами. – Если бы не Джаг, так бы все и было. Он сказал мне, что ты поехала к папочке. На секунду мозг Бетти просветлел. Она достала из клатча мобильный телефон и посмотрела журнал звонков: куча пропущенных от Джонса и Вероники. Но не стоит обольщаться. Забота? Бросьте. Они все по-прежнему просто пользуются друг другом. – Куда мы едем? – спросила Бетти, убирая телефон. – Ко мне. Сегодня ты переночуешь у меня. Это гарантия того, что ты переживешь эту ночь. А дальше будет виднее: поверит ли папа маме или нет. Бетти закрыла глаза и припала щекой к холодному стеклу. Ей уже было все равно: куда ее везут, убьет ли ее кто-то или нет. Она сама себя давно убила.