Похождения Режиссера 2

Это был обычный мирный день, не предвещающий ничего плохого. Мирно светило декабрьское солнышко, облака разошлись над великой столицей русской, был тихий субботний день – благодать, одним словом. Тихо было и в студии звукозаписи, где уже третий час заседала ужасная и прекрасная группа Эпидемия. Сейчас у них был перерывчик, потому что Мелисов, после тысячного нытья товарища Егорова «Еще одна песня, и я сорву голос», решил дать группе перекур. Кроме основного состава сего бэнда здесь также находился Максим, что он тут забыл – гидрометцентр умалчивает. - Эль в мехах, лес в мерцающих огнях… - раздался тихий голос издалека. На него мало кто из присутствующих обратил внимание. Кроме Юры. Мужчина поднял голову и прислушался. - Нам дают передохнуть… - голос приближался. Теперь голос услышал и Самосват. Он отложил в сторону журнальчик, неспешно встал с кресла и направился к шкафу. Что здесь делал шкаф для верхней одежды – индейцы майя умалчивают. Так же неспеша, будто совершая обыденный ритуал, он залез в шкаф и заперся там. - Димон, - произнес Мелисов, побарабанив пальцами по столу. – Прячь Женю. Теперь уже голос услышали все участники группы. - Что? – недоуменно спросил Егоров. - Вы обречены! Смешались реалии и сны, - тот, кто пел, видимо специально ошибся в словах. Вокалист Эпидемии еще не знал, что его ждет. Ударник встал на ноги и, схватив Женю выше локтя, потащил за собой. - Да что здесь происходит? – парень не понимал, почему его коллеги, как сговорившись, хотят его куда-то увести. - Юра, ты же вроде закопал ее где-то под Тулой, - обратился к мужчине клавишник. – Что она тут делает? Мелисов только развел руками. Он сам не понимал, почему ужас этого мира снова попал в Москву. - ОТ ВРАЖЕСКИХ ГЛАЗ ЛЕСА СКРОЮТ НАС И ОТЗВУКИ ФРАААААААЗ!! – дверь распахнулась, и перед группой предстало нечто в костюме Торвальда, держа в руках огромную коробку, где что-то гремело. Режиссер собственной персоной. За секунду до этого Дима успел затолкнуть вырывающегося Егорова в шкаф к Самосвату, напоследок шикнув, чтобы он не издавал ни звука. Встретили Режиссера крайне холодно. Пять пар глаз, уставившиеся на сию персону, испепелили бы ее нахрен, если бы умели метать огонь. - А шо это вы все такие хмурые? – с наимилейшей миной произнесла Режиссер. – Вы не рады меня видеть? Лица мужчин говорили сами за себя. Режиссер пожала плечами и с грохотом опустила коробку на пол. Перешагнув через нее, девушка по-хозяйски прошествовала по помещению и уселась в то кресло, где еще недавно сидел Самосват. Мелисов вытащил мобильник и куда-то позвонил. После нескольких гудков телефон подняли, но из динамиков слышалось лишь молчание. Даже без дыхания. - Что ты сделала с Лобашевым? – спросил Юрий у Режиссера. – Ты ведь его хату посетила, перед тем как нести разрушения? Режиссер удовлетворенно хмыкнула, вытащила из кармана ракушечку на веревке и повертела ее на пальце. В такой ракушечке Урсула хранила голос Ариэль в небезызвестном мультфильме. Оттуда послышался нелестный мужской мат. - Я всего лишь забрала у него то, что принадлежит мне, - сказала Режиссер. - То есть, отобрала у него голос, - Илья потер висок. – И почему же он принадлежит тебе? Режиссер убрала ракушечку и скрестила руки на груди. - Ну, смотри, его голос – это клад, - начала она. – А десять процентов клада принадлежит государству. Я являюсь составляющим государства. Поэтому я взяла себе небольшой процентик… все. Теперь осталось найти Самосвата и забрать его голос, потому что слушать, как они поют вместе, я могу вечно. Режиссер встала на ноги и одним прыжком достигла шкафа. Она резко открыла дверцы и оттуда выпали два вокалиста, матеря все, на чем свет стоит. - Приехали, - подытожил Самосват, отплевываясь от волос Жени. – Привет, Реж. - Вы думали, я не пойму, что на том кресле сидел ваш экс-вокалист? – рассмеялась Режиссер. - Максимушка родиииииииимый! – протянула она, стискивая мужчину в убийственных объятиях. – Я пришла за тем, что принадлежит мне! И отдать тебе твои вещи, - она глянула на коробку. Из ракушки слышались крики Андрея, чтобы Самосват скорее бежал, в другую страну, на другую планету. Режиссер приметила еще одного жителя шкафа, и на ее лице расплылась ехидная лыба. - Во имя Эру милосердного, Режиссер, пощади хотя бы детей! – воскликнул Мелисов, поднимаясь на ноги. – Он у нас отсилу год, ну не заставляй меня снова тебя зарыть где-то в Подмосковье. Девушка возмущенно глянула на Юру. - Да, кстати, товарищ Мелисов, это было весьма неучтиво с вашей стороны, закинуть меня в мешок, везти черт знает куда в багажнике и закопать в лесу! - Прости, я пытался спасти Самосвата, после того, как ты пыталась заставить его играть в своей гейской опере, - мужчина сказал, как отрезал. - Никакая она не гейская! – фыркнула Режиссер. – Так… совсем чуть-чуть… ну капельку… Максим подошел к коробке и приоткрыл ее. Оттуда взвился рой мух, отчего Самосват отшатнулся в сторону. - Эм… женщина, - он указал на коробку. – Ты сказала, что там мои вещи. Пока я вижу там только какие-то урны и чувствую прекрасный трупный запах. Эпидемщики уставились на Режиссера и очень вовремя. Та, с самым невинным видом, заклеила Егорову рот изолентой и теперь связывала его по рукам и ногам. Мелисов вытащил из кармана огромный мусорный пакет, как раз по ее росту. Девушка тут же отпустила бедного обладателя шикарной шевелюры и погладила его по голове, мило улыбаясь. - Твои вещи это, Макс, - сказала она, наблюдая, как Женя гусеничкой пытается доползти до своих коллег. Самосват открыл одну из урн, и его чуть не вывернуло – там лежали уже порядком подгнившие легкие и сердце. - Ну, ты поешь не как человек, - начала объяснять Режиссер. – Значит, ты бог. А богам полагаются жертвы. Обычно человеческие. Максим закрыл урну и швырнул ее в коробку. - Пощади, Режиссер, - ответил он. – Это, конечно, лестно, но… «…но вали, пока не поздно, идиот!» - напомнил о себе Андрей. Все тут же вспомнили, зачем Режиссер сюда пришла, в том числе и она сама. - Итак, товарищи зараженные, - сказала девушка, разминая руки. – Отдадите мне Самосвата по собственному желанию или мне силой забирать? Мелисов вышел вперед и прикрыл собою Максима. Да, он был побольше экс-вокалиста. Режиссер уперла руки в боки и, прищурившись, вперила в него возмущенный взгляд. Никто из присутствующих не услышал, как из ракушки донесся голос Лобашева: «Надо было тебе крепче привязывать меня к батарее, женщина». Секундой позже в помещение влетел вокалист Arida Vortex, злой, как черт, уставший, как черт и замерзший, как черт. Режиссер удивленно посмотрела на мужчину и икнула. - Я тебя титановым тросом привязала… ты как выбрался? – пролепетала она. «Перегрыз», - кратко ответил Андрей из ракушки, разминая кулаки и вставая рядом с Мелисовым. Режиссер посмотрела сперва на Лобашева, потом на Самосвата за его спиной и возмущенно топнула ногой. - Да что вы за ироды такие?? – воскликнула она. – Я пришла сделать себе подарок на Новый Год, а вы… мне все планы срываете! Девушка вытащила ракушку, вздохнула, и разбила ее об пол. Голос Андрея светящейся хреновиной влетел владельцу в горло и тот откашлялся. - Твою мать, - произнес он. – Какие у тебя странные пожелания на праздники, чесслово. Мирную идиллию нарушило мычание Егорова, который до сих пор связанный лежал на полу. Группа, спохватившись, начала освобождать его от изоленты. Когда Женя снова стал, аки Добби или Кипелов, свободен, он воскликнул: - Я единственный не понимаю, что тут происходит?? Ему поведали прекрасную историю о том, как в далеком 2004-ом, когда только записали альбом Эльфийской рукописи, появилось нечто, назвавшееся Режиссером. И возжелало оно три вещи: голос Лобашева, голос Самосвата и печеньку. Собственно, печеньку Режиссер получила. Ее кинул в мешок Мелисов, чтобы было чем перекусить, пока он вез ее к Туле. - И она принесла некоторое разрушение в этот город, - закончил рассказывать Юра. – Нам пришлось искать новую студию звукозаписи. - Моя хата с краю, ничего не знаю, - замахала руками девушка. – Ваши проблемы, господа рокеры, что не захотели со мной сотрудничать. Наделали тут себе охрененных голосов, а мне потом страдать. Мелисов покачал головой. - Мы тебя приглашали мирно отпраздновать выход нашей оперы, - сказал он. – Но ты меня походу тогда не услышала. Могу позвать тебя отпраздновать с нами Новый Год. Режиссер, которая порядком приуныла, подняла на мужчину горящие глаза. - А можно? – сейчас она была похожа на маленького щеночка. Мелисов посмотрел на коллег, те кивнули. - Почему бы и нет… - сказал он, но закончить не успел. Режиссер с воплем «УРААААА» подпрыгнула и стиснула его в объятиях. Создавалось впечатление, что мы наблюдаем кадры из мультика «Маша и медведь». - А они споют мне вдвоем? – девушка указала на Самосвата и Лобашева, а потом она указала на Женю. – Я смогу заплести ему косички? Все присутствующие поняли, что, походу, они поторопились с приглашением. - Да уж, - усмехнулся Максим. – С наступающим, господа.