Издержки ремесла

      — Ходят слухи, что прошлой ночью в доме графа де Парейя обнаружили вора и что его пытались поймать, — сказал Маро, встретившись с Призраком тени в темном и безлюдном переулке ровно через сутки по их договоренности. — Дальше мнения расходятся: одни говорят, что его все-таки поймали и казнили, а другие — что он убежал.       — И правы вторые, — невозмутимо произнес Кейн, хотя ему таких трудов стоило не выразить своих истинных чувств. Досадная встреча с хозяином дома, которого он пришел ограбить, до сих пор не дает ему покоя. А тут еще лишний раз напоминают об этом. И в самом деле, чего это графа на ночь глядя так некстати потянуло в свой кабинет? Мучила бессонница? В животе пучило или дурное предчувствие одолело? Если Главе Гильдии станет известно о его промахе (а он обязательно узнает, потому что всегда и во всем в курсе всего, что происходит), то ему несдобровать. — Вы ведь знаете, что это так. Иначе, я бы не стоял сейчас перед вами.       — Все верно. Но успел ли ты найти требуемые бумаги, прежде чем тебя засекли?       — Вы оскорбляете меня своими сомнениями, сеньор. Бумаги у меня.       — Отлично. Они ведь с тобой?       — Да. Как мы и условились.       — Тогда отдай их мне.       — Не так быстро, — произнес Кейн, почувствовав нетерпение заказчика. — Сначала деньги.       — Вот, держи. — Альдо Маро без всяких возражений достал мешочек и потряс им, затем бросил вору, не желая попусту терять время. Юноша ловко поймал его и подкинул на руке. Монеты весело звякнули.       — Все правильно. Здесь двести золотых.       — Думаешь, что я могу надуть? Все по чести. Главное, чтобы ты не вздумал меня обмануть. Теперь твоя очередь. Давай сюда бумаги. — Маро протянул руку. Вор подошел и вложил в нее футляр. Заказчик быстро открыл его и достал содержимое. Чуть развернул, обнажая ряд замысловатых символов, чтобы убедиться в подлинности. — Да. Это именно то, что нам нужно.       Он кивнул, незаметно делая знак своим людям, находившимся поблизости, и вора тут же, в считанные мгновения, окружили головорезы числом десяти, а то и больше. Они вылезли из своих тайных укрытий, где до этого, по их мнению, сидели ниже травы, тише воды.       — Что это? — спокойно спросил Кейн и даже бровью не повел, когда его столь любезно и внезапно окружили такой устрашающей толпой. — Вы задумали избавиться от меня, Маро? К чему эта мера предосторожности? Я ведь не знаю, что там в этих бумагах. Даже если бы и захотел это узнать, все равно ничего бы не понял. Как вы сами заметили, они написаны на чужом языке. А читать я на нем не умею. Впрочем, как никто другой.       — Беда в том, что ты видел эти бумаги и знаешь об их существовании. Кто-то может спросить тебя о них. Я не могу оставить такого важного свидетеля в живых. Тем более такого умника, как ты. Ты можешь не в меру проявить лишнего любопытства. Или с кем-нибудь сговориться, чтобы извлечь максимальную для себя выгоду. А этого я бы не хотел. Так что прости, друг, ничего личного. Не хочу убивать тебя, но у меня нет выбора. Самое безопасное — это воспользоваться тобой, а потом тихонько избавиться.       — Я так и думал, — хмыкнул Кейн, по-прежнему оставаясь совершенно спокойным. Это озадачило нанимателя, но не насторожило. — Есть все-таки в мире то, что никогда не меняется, — это коварство знати.       — Убейте его! — приказал Альдо Маро и отошел, уверенный в успехе задуманного предприятия.       Как только кружок головорезов сузился вокруг него, вор быстро окинул взглядом их ряды, достал какой-то маленький предмет в виде прозрачного шарика из внутреннего кармана и бросил его под ноги убийцам.       — Думаете, я не ожидал такого поворота? — выкрикнул он. В голосе его звучала насмешка.       Последовала неожиданная яркая вспышка, которая ослепила всех вокруг.       — А-а-а! Проклятье! Мои глаза! — послышался вопль незадачливого заказчика, который от острой рези прижал ладони к своим органам зрения. — Что ты со мной сделал, паршивец?       Отовсюду раздавалась отборная брань. Всяк на свой лад костерил плута и тер глаза, чтобы вернуть прежнюю видимость. Но никому пока это не удавалось.       Воспользовавшись всеобщим замешательством при внезапном ослеплении, юноша незаметно проскользнул между противниками и был таков.       Когда паника прошла и все наконец пришли в себя, то обнаружилось, что вор избежал уготованной ему кары, нарушив строй противников. Первым опомнился Маро. На него страшно было взглянуть: лицо так перекосилось от злости.       — Чего вы стоите, болваны?! Скорее! В погоню! Не дайте ему уйти!       Головорезы тут же рассеялись по всему району, где еще совсем недавно состоялась нелегальная встреча. Но вора, разумеется, так и не нашли. Он отлично знал свой город и его тайные лазейки. Так что для преследователей Кейн словно под землю провалился.