Живые искренние чувства. (Ты и Чонгук (BTS))

Ты впервые оказалась дома у Чонгука. Вообще впервые пришла к одинокому парню домой. Однако вопреки твоим ожиданиям, «холостяцкий хаос» не царил в его квартире, оказавшейся довольно большой. Двухкомнатная квартира, расположенная на пятнадцатом этаже, была просторная, как четырехкомнатная, хотя минимализмом и не пахло: шкафов, кресел, стульев, столов, полок — было предостаточно, не говоря уже о картинах и разнообразных предметах декора. — Что, впечатлена? Нравится? — он посмотрел на тебя и добавил уже тише. — Думала, я типичный холостяк? Неловко кашлянув, ты сменила тему: — Так что ты хочешь готовить? Не могу представить тебя в фартуке. — Увидишь. Ты не против, если я переоденусь? — Не против, конечно. Кто в рабочей одежде готовит? Чонгук загадочно улыбнулся и пошел переодеваться, сказав: — Садись, где захочешь, я быстро. Ты не хотела сидеть, а пошла к окну. Все-таки квартира Чона в хорошем районе, недалеко от парка с большим фонтаном. Такая высота вызывала у тебя волнение вперемешку со страхом, но ты все же решилась подойти ближе к окну и посмотреть. Вид был прекрасный. Тебе пришла мысль, что вечером будет еще красивее, когда стемнеет, ведь включат фонари и подсветку в фонтане. Ты и не заметила, как подошел Чонгук, пока он не обнял тебя сзади, вдыхая аромат волос, и спокойно сказал: — Меня часто мучает бессонница, а ночью отсюда прекрасный вид. — Бессонница? — Не совсем, просто не могу уснуть какое-то время. Я всего лишь засыпаю позже запланированного времени. — Это во сколько? — ты повернулась к нему. — Ты беспокоишься обо мне? — он улыбнулся. — Возможно. Так после скольких ты засыпаешь? И во сколько встаешь, раз бегаешь еще по утрам? — О, ты помнишь? — он расцвел, искренне польщенный, что ты запомнила. — Не уходи от темы. — ты смутилась, хотя его улыбка согревала тебе сердце. — Так точно, мэм. Около трех-четырех засыпаю, встаю в половине шестого. Ты покачала головой и тяжело вздохнула, а после сказала: — Ну, теперь ясно, почему ты такой эмоциональный. Нервы ни к черту будут от такого режима. Еще кофе пьешь, да? — Ты читаешь мне нотации? — Кажется, да… — осознала ты. — Странно… Ты поймала себя на мысли, что обычно не лезешь с нравоучениями, если только дело не касается близкого человека. — Я рад. Значит, я что-то для тебя значу. — Ага, губу закатай. Пойдем, хочу посмотреть, как… — ты отстранилась и увидела, что парень только в спортивных штанах. — Ты говорила, что не против, если я переоденусь. — улыбаясь, с хитринкой во взгляде напомнил Чон. Ты невольно рассмотрела каждый мускул, вену и изгиб от шеи до пояса парня, потом осознала, посмотрела на лицо Чонгука, который был очень доволен тем, что его ожидания оправдались. — Холодно же. — неловко произнесла ты. — А мне тепло. Парни горячее девушек. Это природа. — он смотрел на тебя, как кот, игравший с мышью и, наконец, загнавший ее в угол. — И к тому же, я надену фартук. Ты вспомнила, как тепло было от его объятий, что даже стало жарко, но теперь было неловко и кардиган-то снять. — Я… руки еще не помыла, где у тебя ванная? — По коридору налево. Я провожу. — Зачем? Ничего сложного… — ты торопливо ушла, надеясь, немного остудить лицо прохладной водой. Парень тихо посмеялся, когда ты скрылась за углом коридора, и пошел на кухню начинать готовить ужин. Тем временем, тебе удалось полностью успокоиться, благодаря прохладной воде, после чего пришла на кухню, по пути оставив кардиган на спинке кресла в зале. Чонгук, неожиданно для тебя, хорошо управлялся с ножом, нарезая лук. Его нос покраснел, а глаза немного слезились из-за запаха. Ты заметила, что он очень мило выглядит. Потом обратила внимание на темно-кофейный фартук, что надел Чон на полуголое тело. Этот предмет «кухонного гардероба» удачно подчеркнул талию и сильную спину парня. Тебе вдруг захотелось прикоснуться к его спине, но ты сдержалась и просто встала рядом, задав шуточный вопрос: — О чем плачешь? Парень был немного смущен этим фактом, ведь планировал выглядеть круто перед тобой, но не учел реакцию носа на такой сильный раздражитель, как лук. Чонгук ничего не ответил, повернулся к тебе, отложил нож на доску для нарезки и сменил тему: — Видишь? Я вполне нормально выгляжу в фартуке. — Ага. Что ты хочешь готовить? Скажи, я помогу. — Не скажу. — Чонгу-ук! — Нет. — Да. — Не спорь. — он пробарабанил пальцами по доске для нарезки рядом с лезвием ножа. — Ладно. Но я буду тут. — Хорошо. Ты села за стол и стала наблюдать за тем, как парень готовит. Тебя быстро увлекло то, как при этом «играли» мускулы Чонгука и проступили вены на руках. — Слишком сексуально. — произнес Чон, будто озвучив твои собственные мысли. Ты уже хотела с ним согласиться, но успела «протрезветь» и спросила: — Ты о чем? — О том, что ты слишком сексуально на меня смотришь. — пояснил он со спокойствием удава. — Не!.. Не неси ерунды. Я просто задумалась от нечего делать. — О чем-то неприличном? — Ага. — О чем? — он лукаво улыбнулся. — О твоей наглости! Он фыркнул, поняв, что и эта попытка соблазнить тебя провалилась, и продолжил готовить. Но как говорится, еще не вечер… Пока ты наблюдала за ним, невольно вспоминала «проверку», а именно то, как «помогла» Чонгуку. Накрывшего тебя смущения с лихвой хватило бы на вас обоих. — Я на минутку, позвонить надо. — сказала ты и вышла из кухни. «Кому? Зачем? Опять той «подруге»?». — подумал Чон, насупив брови, но отбросил эти мысли и помешал мясо с овощами на сковородке. Ты достала телефон из сумочки и позвонила и/п «для прикрытия», но она не ответила. Только начав писать ей сообщение, вспомнила ваш поцелуй, стерла текст и отправила другой: «Ничего такого, просто поболтать хотела, не перезванивай». Следом отправила улыбающийся смайлик, нажала кнопку блокировки, убрала телефон и со вздохом села в кресло. С одной стороны, проблема с подругой отвлекла тебя от смущающих воспоминаний, с другой — навеяли грусть. «Она что с немым жестами по видеосвязи общается? Иначе почему не слышно голоса? Почему не вернулась? Говорила же, что будет здесь…». — думал Чон. Убавив огонь, он вышел из кухни, посмотреть, что ты делаешь. А ты смотрела на фото, присланное с неизвестного номера, на котором и/п выпивала с уже немного знакомой тебе девушкой. «Извини, я буду занята, надо выйти на работу». — вспомнила ты слова подруги, сказанные ею утром. Ты снова отложила телефон в сторону и взглянула на фото, на котором видела подругу такой веселой, что одновременно была и рада за нее, и почувствовала себя словно брошенной. «Неужели нашей дружбе конец?». — подумала ты, не замечая, как слезы навернулись на глаза. — Что делаешь? — спросил Чон, подойдя, и наклонился к тебе. Его улыбка быстро «растаяла», когда он заметил слезы, почти наполовину застлавшие твои глаза. — Эй, что случилось? — Ничего. — сказала ты, но голос взял предательски высоко, и слегка улыбнулась, взглянув на парня. — У тебя там не горит? Чонгук смотрел на тебя, беспокойно сдвинув брови, и сказал: — Т/и, ты можешь рассказать мне что угодно. Мое отношение к тебе не изменится. Ты вспомнила, как и/п говорила то же самое много лет назад, когда вы еще не были так близки. Слезы скатились по обеим щекам и упали с подбородка на твои джинсы, образовав темные пятнышки. Тебе не хотелось обсуждать это ни с кем, с Чонгуком, в том числе. — Все нормально. Просто увидела в одной группе фильм, который смотрела. Трагичный. Было так жаль собаку. — Ты про «Хатико»? — Да. Чонгук сделал вид, что поверил, потому что решил не давить на тебя. — Ладно, не плачь. А то из-за соплей не сможешь в полной мере насладиться ароматом моего шедевра. — Пошли, — усмехнулась ты. — пока твой шедевр не сгорел. — У меня все под контролем. — сказал парень и тем не менее, поспешил на кухню. Ты оставила телефон на журнальном столике в зале, не заблокировав, и ушла «по нужде». Чонгук помешал мясо с овощами еще раз, выключил газ и облегченно вздохнул: — Не подгорело, отлично. Так как ты не появилась на кухне, парень снова выглянул в зал, но не увидел тебя. Заметил на столике горящий экран телефона, подошел, ругая себя за такое вмешательство, и все-таки посмотрел. Чонгук узнал обеих девушек на фото — и Джиен, и и/п. О первой вспомнил кое-что… Несколько дней назад Сон ответила Жене, что здесь у нее есть человек, ради которого она и приехала. Чонгук поспешил обратно на кухню, где стал строить догадки: «Возможно ли, что мир настолько тесен? Джиен приехала к подруге т/и? Если так, то это точно не просто дружба… Переехать в другой регион ради человека и обустроиться — это не просто в гости приехать. Выходит и/п сдалась насчет т/и и стала встречаться с Сон? Но почему т/и заплакала из-за этого фото? У нее же нет чувств к подруге?!». У парня будто все внутри застыло от последней мысли. — М-м, пахнет аппетитно. — сказала ты, наконец, вернувшись на кухню. Чон едва не подскочил от неожиданности, взял тарелки, повернулся к тебе и важно сказал: — Мое коронное. — А может, единственное? — подколола ты парня. — Грубиянка. — усмехнулся он. — Уверен, тебе понравится. — А если нет? — ты улыбнулась. — Если не понравится, можешь съесть меня. Смотри, я не завязывал на узел, только на бант. — сказал он и указал на слабый бантик, немного повернувшись к тебе спиной. Ты слабо усмехнулась и опустила взгляд. Чонгук уже разложил еду по тарелкам, взял парочку и решил отвлечь тебя: — Т/и, поможешь отнести эти тарелки в зал на журнальный стол? — Да, не вопрос. — ты подошла, взяла у него тарелки и понесла в зал. Тем временем, Чонгук взял бокалы и вино, которое достал из холодильника еще утром. Когда он вошел в зал, ты уже поставила тарелки и держала в руке телефон, который уже автоматически заблокировался. Чон посмотрел на тебя, поставил на стол бокалы и вино, они слегка стукнулись друг о друга, что отвлекло тебя от очередных мыслей о подруге. — Так, — с улыбкой начал Чонгук. — садись. Отметим. — Что? Парень сел на диван перед журнальным столиком, недовольно скривил губы, протяжно выдохнул носом и сказал: — Начало наших отношений. — А-а. Прости, что-то я… — ты неловко улыбнулась и села рядом с парнем. Но Чонгука эта улыбка не обманула, ведь по твоим глазам он видел, что мыслями ты далеко не рядом с ним. Ему не хотелось мириться с этим. — Т/и, посмотри на меня. — серьезно попросил Чон. Ты взглянула на него не столько из-за просьбы, сколько из-за тона голоса, в котором, действительно, были и просьба, и серьезность. Чонгук приблизился и поцеловал тебя в щеку, после чего очаровательно улыбнулся. Это было так мило с его стороны, что ты, наконец, «оклемалась» и улыбнулась в ответ. Парень облегченно вздохнул, открыл красное вино, разлил по бокалам, протянул один тебе, другой взял сам и сказал: — Итак. Давай, выпьем за то, что спустя четыре года наши пути, наконец, пересеклись. Ты тепло улыбнулась, вы чокнулись бокалами, отпили немного вина, и Чон указал ладонями на блюда со словами: — Кушай, скорее, а то в голову ударит. — Уже. — сказала ты. — Я только сейчас об этом. — он неловко улыбнулся. — Не страшно. Я так легко не опьянею. — призналась ты. Вы спокойно ужинали при слабом свете настенных бра. Чонгук рассказывал смешной случай со времен первого года в школе, как его часто ребенком, вплоть до шестнадцати лет принимали за девочку. То ты, то он периодически смеялись. Твой телефон вдруг зазвонил, ты недовольно взглянула на него, спросив: — Ну и кто звонит? Но когда увидела имя подруги на экране, замешкалась, взглянула на Чонгука, потом снова на телефон и сказала парню: — Извини, я отвечу, ладно? Он едва успел нехотя сказать «ладно», как ты уже ответила на звонок, встала и отошла немного. Парня напрягло то, что тебе понадобилось отдалиться от него для разговора с подругой. Но он решил потерпеть, пока не будет знать точно, какие чувства ты испытываешь к ней. — Алло, и/п? — приглушенно спросила ты, что тоже не нравилось парню. — Да-а-а. — протянула подруга, которая уже была «в дрова». — М-мне… Нам! На-ам. Надо поговорить. — Ну-у… Хорошо. А где твоя подруга? — Ты — моя подруга. Люби-имая подруга. Ты усмехнулась из-за смешной интонации пьяной и/п. — Я про ту, с которой ты сейчас. — сказала ты с улыбкой. — А-а, ты про Жи… Джиен. Она пошла нос кадрить. — Пудрить, может? — ты посмеялась. — Ну, ты ж-ж поняла, чего из-змыв-ваешься надо мной? — Даже не думала. — улыбка не сходила с твоего лица, заставляя Чонгука ревновать. — Т/и, ты жес-стока. — Почему? — Потому что не любишь меня! — Люблю. — возразила ты все так же негромко, но Чон слышал и нервничал все сильнее. — Нет, не любишь… — она шмыгнула. — Ты чего? Почему ты так говоришь? — Я люблю тебя. Но не так. Ты нервно сглотнула и сказала: — И/п, ты пьяна. — Да! Да и Слава Богу! Иначе х@й я бы решилась эт скагх… сказать! — И/п… — Я люблю тебя, т/и. — сказал она негромко. — Но н-н-не как подругу. Намного-намного сильнее. Но… — ее голос дрогнул. — Я не знаю… — она заплакала. — Я не понимаю… что… Что мне делать? Что с нами теперь будет? Ты до последнего надеялась, что разговор до этого не дойдет. Что он будет бессмысленным пьяным разговором. Что после него все у вас потихоньку наладится. И теперь ты не знала что делать. Надежда рухнула и разбилась, но нужно было что-то сказать. Как-то не потерять столь дорогую тебе подругу детства. И в голову ничего не шло. По твоим щекам потекли слезы, ты беззвучно заплакала, сглотнула и сказала: — Я не хочу тебя терять, и/п. Пожалуйста, можешь?.. Можешь остаться моей подругой? Может, все быть, как раньше?.. Прости… И/п судорожно вдохнула и прежде, чем завершить звонок, сказала: — Я не знаю…