Академия нечисти им. Бан Шихёка

      На открытом полигоне сеульской магической полиции собралось порядка двух десятков оборотней: медведи, волки и несколько грифонов. Последней на место сбора прилетела Джой, она уважительно кивнула крупному оборотню-медведю, который являлся их наставником, и встала в конец импровизированной шеренги.       — Итак, практиканты, — раздался суровый голос тэджана на звуковой частоте зверей. Он обвёл всех студентов внимательным, строгим взглядом и произнёс. — Доложите, как прошёл ваш патруль. Всё ли спокойно на улицах Сеула?       — В нашем районе была драка между волками, — шагнув вперёд, сообщил студент-медведь по имени Ким Чжинхван. — Две стаи никак не могут поделить территорию. Пришлось вмешаться.       — Хорошо, что ещё?       — А у нас маги решили превысить свои полномочия и организовали ограбление банка, используя запрещённые заклинания, — доложил другой студент, Сон Юнхён. — И как им только наглости хватило?!       — Как видите, в нашем магическом мире бывает и такое, — со знанием дела прокомментировал тэджан. — Сила и власть порой открывают в нас самые чёрные уголки души, о которых мы даже не подозревали. Кто-то не брезгует использовать её в ущерб другим людям, а это уже наказуемо. Наше отделение полиции призвано оберегать покой мирных жителей и магических существ, чтобы они сосуществовали в гармонии. Поэтому всегда помните, на какой вы стороне. На этом всё, жду ваши отчёты и до встречи!       После сдачи докладов о выполненных заданиях все звери, приняв свой человеческий облик, побрели кто куда: кому-то хотелось прогуляться по улицам города, пока была такая возможность, а кто-то решил сразу вернуться в академию. Отстав от общей группы, Джой заметила, что Чон Чонгук свернул в другую сторону от остальных. Не думая ни минуты, девушка последовала за ним.       Шаги молодого человека были быстрыми и слегка порывистыми, будто он сильно спешил. Ли следила за ним около двадцати минут и несколько раз чуть не потеряла Чонгука из вида. Её сердце лихорадочно стучало, отдаваясь в ушах. Ещё никогда ей не приходилось выслеживать человека, а страх быть пойманной впрыскивал адреналин в её кровь.       Вскоре ничего не подозревающий парень привёл Джой на территорию частного жилого сектора в районе Мапхогу, где дорогие коттеджи тянулись бесконечной линией, создавая атмосферу роскоши и великолепия. Девушка-грифон с удивлением осознала, что это район, где жила вся элита магической нечисти Сеула. Но что Чонгук здесь забыл?       Спрятавшись в тени ветвистого граба, Джой проследила за тем, как её одногруппник позвонил в домофон одного из коттеджей и, прождав не больше минуты, он с улыбкой встретил вышедшую к нему… девушку? Внутренности Ли перевернулись, когда она увидела на лице Чонгука радость, а его рука как-то нежно приобняла незнакомку за талию. Девушка была блондинкой с длинными прямыми волосами, высокая, ростом почти что с парня, привлекательная и стройная. Волшебница-аристократка.       Молодые люди любезно перекинулись ещё несколькими предложениями, из которых Джой выудила только одну, врезавшуюся ей в голову, фразу, что вылетела из уст Чонгука: «дорогая Юви». После чего они зашагали в противоположную от Ли сторону, крепко взявшись за руки. Это стало последней каплей.       Грифон отвернулась от парочки и с глухим стуком прислонилась спиной к дереву, прикрыв свои серые глаза и сжав веки до белых пятен перед зрачками. Было такое чувство, что по её рёбрам царапали кошки, а лёгкие будто сдавили в тиски, что стало тяжело дышать — так больно и невыносимо ей было. Вдруг в её голове что-то щёлкнуло, и Джой протянула руку в карман вельветовой юбки, нащупав там прохладу металла. Тот самый кулон, который на днях обронил Чон Чонгук. Тот самый, внутри которого любовными буквами было выгравировано:       «J&U»       «Неужели… у Чонгука всё это время была любимая девушка, которую он ото всех скрывал?» — догадалась Джой и с силой ударила кулаком по дереву, что на коже проступила кровь, но девушка не почувствовала боли.       Ей просто в это не верилось! Казалось, что увиденная только что радостная улыбка Чона была лишь миражом, ведь Ли никогда не видела его таким счастливым. Разве что в далёкой юности… Её одногруппник и этот сегодняшний Чонгук будто были совершенно разными людьми, противоположными по характеру братьями-близнецами.       «Господи, у него девушка…» — набатом повторялось у Джой в голове.       Вот почему он был так разозлён их внезапной помолвкой! Вот почему он никогда не обращал внимания на женскую половину академии и не поддавался обаянию Ли! Его сердце было занято другой. Паззл потихоньку начал складываться.       Джой простояла у дерева ещё несколько долгих минут, после чего, разбитая и раздавленная увиденной картиной, поплелась прочь. Отдать так просто Чонгука в чужие руки? Похоронить все чувства к нему, что копились долгие годы? Определённо, Джой была к этому не готова.

***

      — Доброе утро, Луна! — раздался над головой девушки знакомый баритон, а в нос ударил приятный кофейный аромат.       Хван Луна сидела на скамейке в коридоре академии и листала учебник по истории магии, готовясь к предстоящей паре. Это был её первый день практики, когда она должна была самостоятельно провести всё занятие.       — Я принёс тебе кофе, он тебя взбодрит, — Ким Тэхён с добродушной улыбкой протянул студентке картонный стаканчик, который она с благодарностью приняла, встав со своего места и поравнявшись с учителем.       — Спасибо! — Луна вдохнула крепкий аромат и сделала глоток, после чего удивлённо посмотрела на мужчину. — Эспрессо? Как вы узнали, что я люблю именно его?       Выбор мужчины действительно её изумил, так как большинство девушек обычно предпочитали более лёгкий и сладкий на вкус капучино или латте. Но только не Луна, которую воротило от подобной приторности.       — Интуиция… — с задержкой ответил Тэхён, пожав плечами, и тут же перевёл тему, на что девушка недоверчиво прищурилась. Откуда он узнал? — Как твой настрой? Волнуешься?       — Если только слегка…       — Это совершенно нормально, — кивнул мужчина, поправив расстёгнутый ворот своей рубашки, тем самым открывания прекрасный вид на выступающие ключицы. — Помню, в свой первый день в качестве преподавателя я так разволновался, что перепутал носки, и на одну ногу надел белый, а на другую чёрный. Вот забавно то было!       Тэхён улыбнулся и слегка посмеялся, чем второй раз за утро удивил стоящую перед ним студентку. Сегодня мужчина казался ей каким-то не таким. Он был слишком открыт, улыбчив и расслаблен, о чём говорила даже его одежда: лёгкая бежевая рубашка с расстёгнутыми верхними пуговицами, такие же светлые зауженные брюки и минимальное количество аксессуаров, которые он так любил носить. Было ли это связано с тем, что лекцию предстояло вести не ему, а Луне? А может в его жизни произошло нечто знаменательное?       Хван пришла на ум мысль о том, что именно в таком расположении духа лучше всего к нему подобраться с расспросами о Ян Хёнсоке. Может быть ей повезёт.       — Скажите, сонбэнним… а вы тоже заканчивали нашу академию? — начала она издалека.       — Да, заканчивал. Кажется, что это было целую вечность назад, хотя прошло не более десяти лет, — мужчина посмотрел в никуда, и Луна поняла, что в этот момент он подумал о своей юности.       — Интересно, наш директор Бан в те времена был таким же энергичным фантазёром? — как бы между делом полюбопытствовала волшебница.       — Не то слово, и его во всём поддерживал… — Тэхён начал предложение с энтузиазмом, но вдруг запнулся, будто передумал говорить. — Впрочем, это неважно.       Хван занервничала, что мужчина уйдёт от нужной ей темы, а потому решила рискнуть.       — Вы хотели сказать, что его поддерживал Ян Хёнсок, не так ли? — открыто спросила она.       Преподаватель одарил девушку тяжёлым пронзительным взглядом, но Луна глаз не отвела, несмотря на то, что по её спине прошёлся холодок. Аура Тэхёна почти ощутимо помрачнела, и студентка успела пожалеть, что начала этот заведомо бесполезный разговор.       — Да, когда-то они очень дружили, — сухо подтвердил мужчина спустя несколько длительных секунд раздумий, и стало видно, что его хорошее настроение пропало.       Тэхён был недоволен.       — И что же произошло? — задала самый главный вопрос Луна, ведь терять ей уже было нечего.       Мужчина глубоко вздохнул и засунул руки в карманы брюк, начиная терять терпение.       — Поверь, Луна, тебе не нужно этого знать. Это давно забытое прошлое, а ты просто живи настоящим.       Их взгляды столкнулись, будто грозовые облака, от которых тут же разразился гром. В этот момент Луна чётко осознала, что Тэхёна было не пробить. А ещё, что он определённо точно был не так прост, как казалось на первый взгляд. Она ничего от него не добьётся, кроме как загадочных фраз, которые сама разгадать была не в силах. Что за страшную тайну скрывали преподаватели и директор? Почему они не хотели об этом говорить? Девушка уже поняла, что Ян Хёнсок был вампиром, но что он мог такого сделать, чтобы лучший друг выгнал его из академии и запретил все разговоры на эту тему? Если бы только Луна умела читать чужие мысли…       — Скоро начнётся пара, пойдём в аудиторию, — мужчина поставил жирную точку в их разговоре и пошёл открывать кабинет.       Расстроенная Луна поплелась следом. Последующая подготовка к лекции прошла в тяжёлом молчании. Волшебнице даже стало немного неприятно, то ли от того, что своими расспросами она расстроила мужчину, то ли от того, что он с ней больше не разговаривал, словно обидевшись. Почему-то нахмурившееся лицо Тэхёна отзывалось болью в сердце Луны. Таким она его ещё не видела, и ей определённо точно не хотелось его огорчать.       — Простите, что заговорила об этом. Мне не стоило вас расстраивать, — негромко и с сожалением проговорила девушка, не выдержав напряжённой атмосферы.       Тэхён удивлённо оторвал голову от своих бумажек и застыл, впившись в лицо Луны внимательным взглядом. Затем он медленно и тягуче, словно капающий мёд, встал со своего места и подошёл к девушке. Студентка замерла, не зная, чего ожидать. Она почувствовала, как оказалась в ловушке, будучи зажатой между двумя партами и окном, а единственный выход теперь перекрывал высокий силуэт учителя.       Внезапно холодные длинные пальцы Тэхёна невесомо коснулись подбородка девушки, и её будто прошибло током. Внутренности перевернулись, а сердце упало куда-то в пятки, отдаваясь ноющим чувством в груди. Глубокие тёмно-карие глаза затягивали в свою бездну, подобно водовороту, и не давали ей пошевелиться.       — Дело вовсе не в тебе, Луна, — бархатистым голосом произнёс мужчина, заполняя собой всё пространство. — Ты красива и умна, и тебя ждёт большое будущее. А я просто хочу уберечь тебя.       Девушка тяжело сглотнула, почувствовав, как у неё пересохло горло. Она отчаянно ничего не понимала в словах Тэхёна, а стук собственного сердца оглушал и не давал рационально размышлять. Последние остатки разума покинули её, когда мужчина придвинулся ближе, сокращая расстояние между их лицами до опасного минимума. Ещё никогда прежде Луне не доводилось рассматривать черты лица Тэхёна так близко: эти длинные ресницы, выразительные глаза, а ещё эти очаровательные родинки, которые издалека были не видны.       Хван зажмурила глаза, не то чего-то страшась, не то предвкушая.       Но оглушительный звонок разрушил этот волшебно-напряжённый момент, и когда Луна распахнула веки, она увидела лишь удаляющуюся спину Тэхёна.

***

      Ким Чживон с силой швырял теннисный мячик о противоположную стенку комнаты и с ловкостью ловил его обратно. Он сидел в своей комнате в полном одиночестве, не зная, чем занять себя от скуки. Его друг и сосед Мино ушёл играть в приставку, позвав Чживона с собой, но тот отказался. А Ханбин вообще пропадал не пойми где, хотя обычно в вечернее время всегда сидел за своими любимыми учебниками или читал мангу.       Что-то на душе Чживона не давало покоя, какое-то скребущее чувство внутри. Впервые за долгое время парень понял, что это одиночество. И для него это стало невыносимо. Чживон ненавидел это чувство, потому что оно напоминало ему о детстве. Когда он был ещё совсем маленьким, то не стало его матери, а отец ушёл с головой в работу и проблемы стаи, позабыв о собственном сыне и предоставив его самому себе. Некому было приласкать и позаботиться о нём, и, достигнув подросткового возраста, Чживон начал искать утешение в девушках, стараясь получить от них то женское тепло, что когда-то давно дарила ему мама…       Мяч с силой отскочил от стены, сменив свою траекторию, и полетел прямиком в открытое окно. Чживон чертыхнулся и встал с кровати. Подойдя к окну, он стал высматривать свою пропажу, но наткнулся глазами на нечто другое, что полностью завладело его вниманием.       Ким Ханбин и Аоки Минори шли по узкой каменной дорожке, ведущей в мужское общежитие, и о чём-то мило ворковали. У обоих на лицах были улыбки, и в голове Чживона пролета ненавистная мысль, что для полноты картины им не хватало лишь взяться за ручки. И всё. Получилась бы идеальная парочка.       — Блять, — рыкнул Ким, с силой сжав подоконник, что дерево под его руками жалостливо застонало.       Как же так? Ким Ханбин — его лучший друг, самый верный соратник и надёжный товарищ, стал променивать свои вечера с Чживоном на прогулки с девушкой… Да ещё не абы с какой, а именно с этой волшебницей. Почему именно с ней? У Бина сроду не было отношений, а тут, стоило Чживону положить на Минори глаз, так сразу…       Неужели это всё проделки этой гордой и смелой девчонки?       Громко выдохнув, оборотень развернулся на пятках и быстро покинул свою комнату. Он не стал выходить через главный вход в общежитие, потому что не хотел сейчас встречаться и говорить с лучшим другом. Ему нужно было другое.       Ким свернул к пожарной лестнице и вышел на задний двор, где пулей преодолел нужное расстояние и, свернув за угол, как и ожидалось, наткнулся на бредущую обратно Минори.       Девушка резко остановилась, слегка опешив от внезапного появления одногруппника. Чживон чётко увидел, как её расслабленное и одухотворённое выражение лица сменилось на растерянно-вопросительное.       — Послушай, я думаю, что тебе пора прекратить эти игры и перестать использовать Ханбина в своих целях, — начал Ким диалог с нападения.       — О чём ты? — нахмурив изящные брови, совершенно невинно спросила Аоки, от вида которой у Чживона совсем снесло крышу.       — Не притворяйся, будто не понимаешь. Ты решила позлить меня и теперь вьёшься вокруг моего лучшего друга. Думаешь, я не знаю?! — парень сделал шаг вперёд, наседая и давя своим ростом и угрожающим видом.       Он сам не знал, зачем говорил всю эту чушь, но злость и раздражение, копившиеся в нём всё это время, не давали здраво соображать. Ему просто хотелось уколоть Аоки, чтобы она почувствовала ту боль, что была у него внутри. По другому он просто не умел.       — Твоя самоуверенность и эгоизм не знают границ, — сложив руки на груди, Минори встала в оборонительную позу, начав раздражаться. — Я не такая подлая, как некоторые личности, чтобы использовать других людей в своих интересах. Но это неважно, потому что я не хочу оправдываться перед тобой, потому что ты мне никто!       — Уверена?! — зло рыкнул парень и, в два счёта оказавшись в непозволительной близости от девушки, с остервенением и отчаянием впился поцелуем в её губы.       Минори, не ожидавшая такого нападения, постаралась оттолкнуть от себя оборотня, но он не позволил, усилив свой натиск, крепко держа девушку за талию. У Аоки просто не было шансов, чтобы освободиться. Мужская энергия и жар разгорячённого тела заставляли её плавиться, а жёсткие губы обжигали своей страстью. И от этой близости у неё подкашивались коленки.       Невыносимо.       Казалось, что прошла целая вечность, когда Чживон отпустил из своего плена девушку. Он довольно улыбнулся, когда увидел результат своих действий — припухшие губы и распалённые девичьи щёки. Парень по-прежнему придерживал Аоки за талию, тем самым показывая, что она ничего не сможет сделать, пока он не позволит.       — Ты маленькая лгунья, — тихо, почти невесомо, прошептал молодой человек. — Я чувствую твоё сердце. Оно бьётся в унисон с моим.       Все ругательства и ненависть, что девушка хотела вылить на парня, почему-то застряли большим комом у неё горле. Минори хрипло вздохнула, не отводя взгляда от лица Чживона. Ей так многое хотелось ему высказать или даже ударить, но тело будто парализовало, не выдержав эмоционального перенапряжения. Ей хватило сил лишь на то, чтобы развернуться и позорно сбежать подальше от своего персонального мучителя.       Вся смелость и дерзость девушки мигом испарилась, стоило Чживону переступить черту её личного пространства. Всё, как он и думал.