Падая в бездну

      Кембридж, Оксфорд и Ливерпуль были покорены великолепием и помпезностью шоу «Queen». Они были самой неординарной, самой яркой рок-группой, которую видели эти города. Остались непокоренными лишь Манчестер и Лидс. Но если между первыми тремя городами музыканты передвигались наземным транспортом, то в Манчестер нужно было, хоть и недолго, но лететь самолетом. И это было большой проблемой для Тейлора.       Роджер ужасно боялся летать. Об этой его особенности не знал никто, он стыдился своего страха перед самолетами, поэтому не посвящал никого в свою проблему. Чтобы унять волнение перед полетом Тейлор курил уже не первую сигарету, стоя у входа в аэропорт, и думал о том, что произошло между ним и Фредом две недели назад, и о том, что тогда он ему сказал. Они больше не возвращались к тому разговору. Вечерами Фред куда — то уходил, а приходил ,когда Роджер уже спал, так и не дождавшись друга. Заглядывал в комнату, поправлял упавшее одеяло, любовался спящим барабанщиком, присев рядом на корточки, забирал кошку и шел к себе. — Хватит дымить, — сказал Брайан, проходя мимо Роджера, выдергивая того из раздумий. — Пошли, уже объявили наш самолёт. — Дорогой, Брайан прав, ты много куришь, а это может плохо отразиться на твоем прекрасном голосе, — констатировал Фредди, подойдя к Роджеру, забрав у него из рук сигарету и выбросив ее в урну, — Пойдем, а то улетят без нас. То, как смотрел Фредди на Роджера не осталось незамеченным, проходящим мимо ,Джоном Диконом. Он давно заметил, как изменились его друзья, как они украдкой смотрели друг на друга, как изменился сам Роджер, некогда хамивший при любом удобном случае,а тут вдруг стал покладистым и соглашающимся со всем, особенно, если рядом был Фред. И теперь, когда Джон увидел, как Фредди подошел к Роджеру и забрал у того сигарету, все сомнения сами собой отпали. «Между ними что-то большее, чем дружба. Это даже больше попахивает любовью, но я никогда не мог и подумать, что Родж и Фред будут вместе», — подумал Джон. Из-за страха летать Роджер ушел в хвост самолета, предполагая что там его никто не увидит и не потревожит до конца полета, но его мечтам не суждено было сбыться. — Ты чего здесь сидишь один, все хорошо? — спросил Джон, заметив сидящего Тейлора с бледным лицом. — Все нормально, — отрезал Роджер. — Точно все хорошо? Ты плохо выглядишь. — Я же сказал, все нормально, — сухо ответил Тейлор. — Ну, как хочешь, — пожимая плечами, ответил басист. — Если что — зови. Фредди сидел недалеко и слышал весь разговор. Подождав, пока Джон займет свое место рядом с Мэем, Меркьюри поднялся и пошел в хвост самолета, где сидел Тейлор. Роджер сидел с закрытыми глазами и не видел того, кто подошел и сел рядом. — Дики, я же сказал, что мне ничего не нужно, — бросил он, думая, что обращается к Джону. — Я ему передам, — ответил Фред. — Прости, я думал это опять Дики. Задолбал своей заботой. — Ну, он переживает за тебя, дорогой. Ты, кстати, действительно выглядишь неважно, — всматриваясь в бледное лицо друга, констатировал Меркьюри. — Я летать боюсь, — признался Роджер, опуская взгляд в пол. — Прости, не знал. — Никто не знает, — все так же, не поднимая взгляд, ответил Тейлор. — Ну, теперь я знаю, — взяв Роджера за руку сказал певец. — Посиди со мной, — подымая взгляд на друга попросил драммер. — Конечно, — ответил Фредди, целуя Роджера в висок. С облегчением выдохнув Тейлор положил голову на плечо своему возлюбленному и уснул, не выпуская руку Фреда из своей. Так блондин и проспал на плече до прибытия в аэропорт. Пока проходила регистрация, Фред не отпускал ударника. Как же ему хотелось оказаться в одном номере с ним. Но до отеля нужно было еще добраться. Первые трудности начались уже в гостинице. Оказалось, что номера, которые якобы были заранее забронированы, уже кем-то заняты. Пришлось бронировать на ходу то, что осталось. — Послушай меня, дорогуша, — обратился Фред к их менеджеру. — Нам нужны отдельные номера. Мы хотим отдохнуть перед концертом. — Что за херня? — подключился Брайан. — Почему мы должны жить все в одном номере? — Это еще не худший вариант, — сделал заключение Фишер, вручая ключи от номера Брайану. — Не худший? — начал заводиться Тейлор. — Я хочу нормально выспаться, чтобы мне никто не мешал. — Мы тащились сюда через полстраны не для того, чтобы ты селил нас всех в один номер, — уже переходя на повышенные тона продолжал возмущаться Меркьюри. — Или ты ищешь нам другую гостиницу и нормальные номера, или завтра никакого концерта. — А теперь послушайте меня, — вставая в позу начал Фишер. — Вы будете жить там, где вам скажут, и даже дышать тогда, когда вам скажут. Не вы мне платите. — Да, как ты… — уже завелся Тейлор, но его остановил Брайан — Успокойся. Он прав. Не мы ему платим. Единственное, что радовало, это то, что номер оказался двухместный. — М-да, — выдохнул Мэй, плюхаясь в кресло. — Не на такое я рассчитывал, подписывая тот контракт. Роджер с Фредом сидели на кровати, Джон занял второе свободное кресло. Все молчали. — Я поговорю с Шеффилдами, когда вернемся домой, — резко вставая сказал Фред. — Они не могли так с нами поступить. — Мы все пойдем к ним и поговорим, — ответил Мэй. — Нет, дорогой. Я нас в это дерьмо втянул и мне нас из него и вытаскивать. — Сам ты к нему не пойдешь, — резко ответил Тейлор. — Спасибо за заботу, милый, но это теперь моя проблема. — Нет, Фред, — сказал Джон, — мы все-таки группа, и все проблемы будем решать вместе, сообща. — Вот послушай, что тебе говорит умный человек, — сказал Роджер, указывая на Джона. Меркьюри ничего не оставалось, как согласиться с друзьями.       Смирившись с тем, что им придется делить один номер на четверых, разобрав вещи и поужинав в ресторане отеля, музыканты отправились в номер отдыхать. С завтрашнего дня им предстояло отыграть шесть концертов в трех городах. — Это конечно все чудесно, — сложив руки на груди, сказал Мэй. — Но как мы будем делить кровати? — Ты хочешь спросить, кто с кем будет «спать»? — переспросил Меркьюри, загадочно улыбаясь. — Ну, типа того. — Вы с Дики здесь, а мы с Роджем займем спальню. Да, милый? — ответил Фред, подмигнув Тейлору, отчего тот смущенно отвел взгляд. — И сильно не шумите, — лукаво улыбнувшись сказал певец. — Фред, иди на хер, — ответил ему Мэй. Одно дело делить одну квартиру на двоих, другое — одну постель с человеком, которого любишь, который возможно, любит тебя. Это слово — возможно. Оно не давало покоя Роджеру с момента их разговора в тот вечер, когда он признался в своих чувствах. «Возможно, у Фреда действительно кто-то есть? А я лезу, со своей никому не нужной любовью» — терзал себя сомнениями Тейлор, смотря как Фред стягивает с себя футболку, обнажая спину, оставаясь в одних лишь брюках. — Дорогой, ты собрался спать стоя? — залезая под одеяло спросил Фреди, видя как Роджер мнется в дверях. — Или ты меня боишься? — Я…эээ…нет, — ответил Тейлор, смущаясь, как школьница на первом свидании. «Действительно, чего это я» — подумал Роджер, снимая рубашку и брюки. — Давай, запрыгивай, я не кусаюсь, — откинув одеяло сказал Фред, похлопав рядом с собой. Роджер, как послушный ребенок, последовав указанию «родителя», забрался под одеяло. — Я же тебе говорю, что между ними больше ,чем просто дружба, — твердил Джон Брайану о своих догадках насчет их друзей. Утром, встав пораньше, он зачем-то заглянул в спальню, где мирно спали музыканты. Фред лежал на спине, а голова Роджера покоилась у него на груди. Одной рукой Фредди обнимал друга за талию. Картина была, более чем, милой. Со стороны все выглядело так, будто эти двое уже не первый год женаты. Тихо прикрыв за собой дверь, чтобы не разбудить эту парочку, а не то можно было нарваться на нецензурную брань Роджера, Джон поспешил разбудить Брайана. Дело не терпело отлагательств. Фред проснулся давно. Рука, которой он обнимал Роджера, затекла. Аккуратно, чтобы не разбудить его, Фредди высвободил руку и повернулся на бок ,лицом к спящему блондину, любуясь своим «другом». Лежать рядом с Роджером было приятно, чего уж скрывать, Фред давно мечтал об этом. Во сне он был похож на ангела, не грубил, не ломал палочки и не хотел убивать. Губы слегка приоткрыты, а длинные ресницы подрагивали во сне. «Кто он для тебя? Друг — да, однозначно. Возлюбленный — Да. А любит ли он тебя? Что значит для него это слово — любовь? Скольким девушкам он говорил это слово?» — размышлял Меркьюри, разглядывая спящего рядом Роджера. Аккуратно, чтобы не разбудить блондина, Фред убрал с лица Тейлора упавшую челку. Роджер заворочался и перевернулся на спину. Фредди продолжал смотреть на него, подперев голову рукой. Не выдержав на себе пристального взгляда Роджер открыл глаза и повернул голову, встретившись с парой темных глаз. — Доброе утро, принцесса, — сказал Фред. — Доброе утро, — сонно ответил Роджер. — И давно ты так за мной наблюдаешь? — Не очень. — А что там за шум? — спросил барабанщик, указывая на дверь. — Не знаю, — пожимая плечами ответил певец. — Судя по повышенным тонам, наши «девочки» чего-то не поделили. — На них не похоже. — Пойду, спрошу, что у них случилось, — выскальзывая из -под одеяла сказал Фредди. Певец был в одних лишь белых плавках, которые обтягивали подтянутые ягодицы и подчеркивали стройные ноги. Грациозной походкой кошки Меркьюри подошел к двери спальни. Роджер, залюбовавшись столь соблазнительной картиной, тяжело выдохнул и откинулся на подушки. — Господи, Роджер, о чем ты думаешь? — спросил он сам себя. — Фред никогда не поверит в то, что ты, Тейлор, любимец девушек, смог его полюбить. — Брайан, ты слепой что ли? — не унимался Джон. — Ну с чего ты взял, что у них, как ты выразился, любовь? — Это же очевидно. — Ну, допустим, — потирая подбородок, согласился Мэй. — Да нет, ладно Фред, там все было ясно с самого начала, но Роджер…. — разводя руками, недоумевал гитарист — О чем спорите? — спросил Фред, отчего оба музыканта застыли на месте и стали коситься друг на друга, как бы спрашивая, не слышал ли их разговор Меркьюри. Но поняв, что ничего такого он не успел услышать, быстро нашлись. — Да так… — начал гитарист, хлопая ресницами. — Брайан тут песню сочинил, — стал выкручиваться Джон. — Неужели? — спросил Фредди, смотря на друга пронзительным взглядом своих карих глаз, отчего тот поежился. — Да… — ответил Мэй. Делать было нечего, нужно было подыграть Джону. — Покажешь? — не отставал Меркьюри. — Да она еще не готова, — продолжал врать Мэй. — Ну ладно, — пожимая плечами ответил певец. — Что у вас тут происходит? — в дверях появился уже одетый в любимые рваные джинсы и рубашку в мелкий цветочек, лохматый и явно недовольный барабанщик. — Все хорошо, дорогой, просто Брайан сочинил песню, и видимо, они спорили о словах, — обращаясь к Роджеру ответил Фред. — И всего -то? Чего было так орать, — ответил Тейлор, хмуря брови. В номере зазвонил телефон, прервав своим трещанием разговор. Все четверо переглянулись. Фредди подошел к аппарату и снял трубку. — Алло, — ответил он. — Да, хорошо. Сейчас будем. — Кто звонил? — спросил гитарист. — Фишер. Сказал через 15 минут быть в холле. Ровно через 15 минут все четверо были в холле гостиницы. — Сегодня вечером концерт, завтра выезжаем в Лидс, пробудем там неделю. Потом возвращаемся сюда. Даем два концерта и сразу улетаем домой, — вещал Фишер перед музыкантами. — Я знаю, вы устали, но нужно продержаться. — Пускай предоставят нормальную гостиницу и номера, — отрезал Роджер. — Все будет. Есть еще вопросы? Шоу, которые делали «Queen», были незабываемыми. Да что говорить, таких шоу не делала ни одна рок-группа ,бывавшая здесь ранее. Чего только стоила их осветительная техника. Фредди блистал на сцене, он жил сценой. Он мог ничего не делать, просто выйти, просто стоять, а толпа не отпускала. Лишь по одному движению руки зал вставал и начинал петь в унисон. Он был звездой.        Манчестер, Лидс, снова Манчестер. Руки стерты в кровь, голос сорван. — Вы с ума сошли? Как отменить концерты? — срывая голос орал их менеджер — Дай мне два дня и я смогу петь, — шепотом сказал Фред,— И найди хорошего врача. — Ладно, ладно. Я сделаю все, что смогу, — успокоившись согласился Фишер. — Сильно болит? — спросил Роджер, присев радом на корточки, заглядывая тому в глаза, когда дверь комнаты, служившей музыкантам гримерной, закрылась за их менеджером. — Нормально, — прошептал певец — Мы не выдержим в таком темпе. Ты не выдержишь, — сказал Мэй, садясь рядом. Все понимали, что если Фредди не удастся восстановить голос за пару дней, то организаторы заплатят огромную неустойку. Фишер нашел хорошего врача и доставил того лично в номер Меркьюри, присутствуя при осмотре. Ларингит с осложнением — было заключение врача, что означало минимум неделю никаких концертов, даже говорить было нельзя. — У нас нет недели. Максимум что я смогу выбить, это четыре дня, — разводя руками сказал менеджер. — Постельный режим, покой для горла. Может тогда он сможет петь, — ответил доктор, вручая рецепт с назначениями в руки менеджера. Выпроводив из номера доктора и Фишера Фред поплелся в постель. Режим есть режим, но стук в дверь остановил певца на полпути, заставив вернуться и пойти открывать дверь. На пороге стоял Мэй. Кивком пригласив войти Фредди впустил гостя. — Я поговорить, — сказал Брайан, войдя в комнату. Фред взял листок бумаги и ручку, написал: — Я не могу, мне нельзя. — Тогда пиши, а я буду говорить. Фред кивнул. — Я не писал никакой песни тогда, — признался гитарист, тяжело опускаясь на кровать. Фред удивленно поднял брови. — Да, не писал, — продолжал Мэй. — Мы тогда с Дики спорили о вас с Роджером. — О нас? — написал Фред, удивившись еще больше. — Угу. Ты знаешь, что вы мои лучшие друзья. Я вас очень люблю и дорожу вами. Фред уже стал не на шутку волноваться, к чему весь этот разговор. Неужели все было так очевидно. — К чему ты сейчас все это говоришь? — написал парс. — Дики меня уверяет в том, что… В общем, что у тебя с Роджером… Блин, как бы это сказать? — Брайан запнулся, подбирая нужное слово. — Что у вас с Роджером любовь. Вот. Договорив гитарист поднял взгляд на Меркьюри, встретившись с его глазами. Фред смотрел пронзительно, прямо в самую душу. Они с Роджером старались тщательно скрывать свои чувства. Где же они облажались? А вдруг кто-то еще узнает? — Значит, он так думает? — написал певец — Фред, мы ничего не имеем против, это ваше личное дело. — Все будет хорошо, дорогой. Не волнуйтесь, — шепотом сказал Фред — Да я не за него, балбеса, переживаю. — За меня? — одними губами спросил Фред, указывая на себя. — Да, — кивнул гитарист. Меркьюри улыбнулся во весь рот, не стесняясь своих выступающих зубов. Было приятно ощущать заботу. — Ладно, пойду я. Заболтал тебя. Спокойной ночи, — сказал гитарист, обнимая своего друга. Брайан давно планировал этот разговор, поэтому, когда дверь номера певца за ним закрылась, он с облегчением выдохнул. Будто бы гора с плеч упала. Закрыв за другом дверь Фредди отправился в постель, ведь режим так и называется «постельный», значит нужно его соблюдать, ну или хотя бы попытаться. Достав из сумки блокнот, с которым он не расставался еще с колледжа, Фредди залез под одеяло, устраиваясь поудобней, чтобы можно было писать. Открыв блокнот на нужной странице, он провел по ней кончиками пальцев. Это был рисунок, а точнее портрет человека, который плотно поселился в его сердце, мыслях и сознании. Голос потихоньку восстанавливался, лечение помогало. И уже через четыре дня Фредди мог петь, но прогноз был неутешителен, ларингит мог вернуться в любой момент. Концертный зал Appollo встретил музыкантов с восторгом. Поклонники были рады возвращению группы. Были сыграны лучшие их песни. Два часа лучшего шоу, которое могла видеть эта сцена. Отыграв последнюю песню Фредди подошел к краю сцены, кланяясь в реверансе, благодаря публику за прекрасный прием. Зал не отпускал, требуя еще. — Я могу это делать хоть всю ночь, если хотите, — улыбаясь сказал Меркьюри, раскланявшись еще раз. — Послушайте дорогие, послушайте, — обратился он к залу. — Хотите еще? — вопрос вызвал волну восторга и оваций. — Хорошо. Я спою вам еще одну песню. Совсем новую. Даже ребята о ней ничего не знают. Она называется «You take my breath away». С этими словами Фред подошел к роялю и, взяв первые аккорды, запел. Oooh oooh take it take it all away Ooh ooh take my breath away Ooh ooh you take my breath away Lоокin to my eyes and you'll see Im the only one You've captured my love, stolen my heart Changed my life… Меркьюри допел последние строчки, опустил голову, и одна слеза упала на клавиши пианино. Свет погас, скрывая в темноте сцены, уходящего за кулисы, певца. Роджер не дослушал песню до конца, ушел в гримерку, раздираемый чувством ревности. Он не мог знать, что эту песню Фред написал ему, как признание в своей любви. В комнате было много людей: гримеры, парикмахеры, роуди. Хотелось все ломать вокруг. Нужно было держать себя в руках, и чтобы не сорваться ни на ком, барабанщик закурил. — Прости, но здесь нельзя курить, — сказал ему его роуди Кристалл. Но встретившись взглядом с разгневанным Тейлором понял, что лучше замолчать. Если бы взглядом можно было сжигать, то от Криса бы осталась горстка пепла. Дверь распахнулась, и в комнату вошли остальные члены группы, живо обсуждая новую песню их вокалиста. Не обращая ни на кого внимания Роджер принялся собирать сумку, нервно забрасывая в нее свои вещи. Следом вошел Фредди. — Классная песня, Фред, — похлопав друга по плечу сказал гитарист. — Когда ты успел ее написать, еще и музыку сочинил? — переодеваясь, спросил Джон. — Еще когда были дома, — ответил певец, глядя на Роджера, пытаясь понять, что сейчас происходит, и почему тот не обращает на них внимания. — Родж, тебе понравилась песня? — подойдя ближе спросил Фред. — Нормально, — с явным раздражением ответил барабанщик. — Нормально? — переспросил Мэй, разводя руками. — Да она классная, я думаю, она может стать синглом. Внутри Тейлора все закипало от обиды и ревности, чувства, которое он не испытывал раньше, и это его пугало. — Дурацкая песня, — зло выплюнул блондин, хватая на ходу сумку, желая скорее уйти. Роджер и раньше страдал переменой настроения, но чтобы вот так, из-за какой-то песни, это было впервые. — Родж, ты куда? — окликнул драммера Джон, который был уже в дверях. — Иди в жопу, Дики, не твоего ума дело, понял? — и, хлопнув дверями так, что они чудом не вывалились, ушел. — Охренеть. Я то что ему сделал? — все что мог сказать Джон — И что это сейчас было? — спросил Брайан. — Фред, ты что-то понял? — Извините, — ответил певец, смотря на закрытую дверь, за которой только что скрылся злой Тейлор.