Падая в бездну

      Добравшись до гостиницы самостоятельно Роджер поднялся к себе в номер, кинул сумку и спустился в бар с огромным желанием напиться. Он был злой, как никогда. — Водку, — заказал он, садясь возле бара. Осушив рюмку одним махом и даже не скривившись, попросил повторить. — Чертов Фредди Меркьюри, — выругался уже изрядно захмелевший блондин. — Откуда ты взялся на мою голову, почему именно ты. Взяв бутылку Тейлор переместился за самый дальний столик, продолжая накачивать себя алкоголем. — Сука, песню он написал, — пьяно хмыкнул Роджер, — со смыслом, блядь. Наверное, завел себе кого-то, не зря же таскался непонятно где по ночам. А я, идиот, повелся.       В бар вошли двое мужчин, оглядевшись по сторонам, они подошли к бармену, что-то спросили, тот указал на столик, где уже изрядно пьяный, сидел Роджер Тейлор, заливая алкоголем горечь обиды на все и всех. Мужчины заказали себе пиво и прошли к столику. — Чего пришли? Идите дальше восхищайтесь его творением, — подымая пьяные глаза, сказал Роджер. — Роджер, что ты творишь? — тихо спросил Джон. — Что я творю? — сорвался почти на крик барабанщик. — Это что он творит? — Сядь, люди на нас смотрят, — одернул его гитарист. — Какого черта ты сорвался? — Ты так из-за той песни завелся? — спросил Джон. — Дерьмовая песня, — пьяно ответил Роджер. — Кстати, а чего это наш великий Фредди Меркьюри не пришел меня воспитывать? — Он устал и пошел к себе, — ответил Джон. — Ты знаешь, ему нужно беречь голос. — Хватит накачиваться, — сердито сказал Брайан, забирая рюмку из рук друга. — Отвали, Мэй, — отмахнулся барабанщик. — Ты идиот, Тейлор? — спросил басист — Фред просил найти тебя, беспокоится за тебя, придурка. — С чего вдруг такая забота? — Ты точно идиот, — подтвердил гитарист — Сами вы придурки, — опустив голову, тихо сказал Роджер. — Не видите очевидного. — Ну, так проясни, будь любезен, — скрещивая перед собой руки сказал Брайан. Роджер поднял голову и ,пьяно улыбнувшись, смотря на своих друзей, сказал: — Да нравится он мне, понятно. Люблю я его. Две пары глаз уставились на него, хлопая ресницами. Если Джон догадывался о таком развитии событий, то для Брайана это стало подтверждением догадок Джона. Поняв, что ляпнул лишнего, Роджер закрыл рот рукой, испуганно уставившись на своих друзей, ожидая ответной реакции. — Ну, а я что говорил, — сказал Джон, ткнув локтем в бок гитариста. — А ты, нет, Джон, не может быть, Джон. И какая у них любовь? Ну? — Так, — протянул задумчиво Мэй. — И что мы будем делать? — Ничего мы не будем делать, — отрезал Джон. — Сами разберутся. — Ага, как же, разберутся, — не соглашался Брайан. — Они скорее друг друга поубивают из-за ревности или группу развалят по той же причине. — Давай, дружище, мы тебя проводим в номер, ты поспишь, а завтра все образумится, — подымая под руки пьяного Роджера сказал басист. — Сам дойду, — отмахнулся Тейлор, еле стоя на ногах. Но, поняв, что без помощи друзей ему до номера не дойти, отдался в надежные руки Джона Дикона. — Ну и тяжелый же ты, — кряхтя ответил басист. — А так и не скажешь.       Поднявшись на нужный этаж музыканты проводили блондина в его номер, и убедившись, что тот лег спать и никуда больше не пойдет, спустились в бар. Нужно было снять напряжение после столь утомительного дня.       Фредди очень волновался за Роджера, зная его вспыльчивый характер, тот мог встрять во что угодно. Напиться, подраться или все то же, но в другой последовательности. А учитывая тот факт, что ушел он очень злой, могло случиться все, что угодно, если уже не случилось. Вернувшись в гостиницу Фредди попросил Джона и Брайана найти этого засранца и поговорить с ним. И вот уже два часа Меркьюри не находил себе места, меряя шагами комнату. В номере зазвонил телефон, разрывая тишину своим трещанием, заставив певца вздрогнуть от неожиданности. — Да, — нервно ответил Фред — Мы в баре, спустись, — сказали на том конце. Буквально вылетев из номера певец уже через минуту был в том самом баре. Увидев знакомую фигуру и копну черных волос Брайан помахал рукой. — Ну? И где он? — взволновано спросил Фред, сев напротив друзей — У себя в номере, — ответил Мэй, пристально глядя на друга. — Спит. — Хорошо, — выдохнув, ответил певец. Две пары глаз пристально наблюдали за ним. — Что? — спросил Фред, — Это ты нам скажи, что случилось, — ответил Брайан, склонив голову набок. — Что ты хочешь услышать? — Мы нашли Роджера здесь, в говно бухого, понимаешь? Это хорошо, что он никуда не вляпался, и что его в таком виде не встретил Фишер, — сказал Джон. Фред только тяжело вздохнул. — Он что-то говорил? — спросил Меркьюри — Много чего наговорил. Возможно даже то, чего не стоило, — ответил Мэй — Почему ты ему не сказал? — спросил Джон. — Хотел сделать сюрприз. Думал он поймет, — виновато ответил Фред, опустив голову. — Поймет?! Ты что, не знаешь Роджера? Ему же нужно все говорить напрямую! — Ну и заварили вы кашу, — отозвался Джон. Неловкое молчание повисло в воздухе. — Ну что, время уже позднее, завтра нужно быть в форме. Последний концерт все-таки, — подымаясь из-за стола сказал гитарист. — Да, ты прав. Сегодня был тяжелый день, все устали, — согласился певец.       Все трое разошлись по своим номерам уже далеко за полночь. Фред лег с мыслью, что завтра обязательно поговорит с Роджером, все объяснит. И пускай это будет началом конца их отношений. Он все выдержит.       Роджер проснулся поздно. Голова гудела, а тело ломило так, будто по нему проехался грузовик. Хотелось умереть. Он смутно помнил то, что вчера произошло, и почему он проснулся одетый, поперек кровати. Поднявшись, морщась от жуткой головной боли, все еще шатаясь, Тейлор поплелся в ванную. Прохладный душ снимал головную боль и приводил мысли в порядок. Какие-то обрывки вчерашнего дня начали всплывать в памяти. Концерт, напился в баре, Джон с Брайаном. — Твою же мать, — выругался Роджер. — Черт, черт! В памяти всплыл разговор. Он вспомнил, что вчера ляпнул друзьям о своих чувствах к их вокалисту. Он со стоном уткнулся лбом о холодную плитку. Что теперь будет? В дверь номера настойчиво постучали. Нехотя вылезая из-под душа, повязав вокруг бедер полотенце, барабанщик пошел открывать. Открыв дверь номера, Роджер на пороге увидел Брайана, в руках которого был стакан воды, с пузырящейся в ней таблеткой аспирина. Не дождавшись приглашения гитарист вошел в комнату. — Вот, выпей, — протягивая стакан, сказал Мэй. Осушив залпом стакан с жидкостью, принесенный другом, Роджер вернул его обратно владельцу. — Спасибо, — сказал драммер, не поднимая взгляда на гитариста. Ему было очень стыдно за вчерашнее поведение. — Угу, — ответил Мей — Я вчера перебрал. Извини, — виновато проговорил блондин. — Ладно, с кем не бывает, — отмахнулся гитарист. — И наговорил лишнего. — Вот это точно. В комнате повисла неловкая пауза. Роджеру хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не встречаться взглядом с другом. Если бы было можно, то он бы просидел в комнате до окончания тура, но за барабанами его никто не заменит. — Не говорите никому, ладно? — попросил блондин, подымая на друга, полные отчаяния, глаза. Брайан впервые, за годы их дружбы, видел такого Роджера. Он был похож на ребенка, беззащитного и ранимого. — Ну что ты, — обнимая за плечи, ответил гитарист. — Мы же не первый день знакомы, не так ли? — А Дики? — Он — могила, — улыбнувшись ответил Мей. — Спасибо вам. Вы настоящие друзья, — Родж поник, опустив голову. — Давай, приводи себя в порядок, пора ехать на репетицию, — потрепав блондина по волосам сказал Брайан       На репетицию все четверо ехали молча. Фредди украдкой смотрел на все еще дующегося Тейлора, Брайан с Джоном молча наблюдали за происходящим. Роджер все еще злился на Фреда из-за той песни, поэтому старался не встречаться с ним взглядом, предпочитая смотреть в окно машины. Отрепетировав музыканты вернулись в гримерку. До начала концерта оставалось еще много времени, можно было выпить кофе или заняться личными делами. Брайан с Джоном перекинулись парой взглядов, понятных только им двоим, быстро ретировались под предлогом срочных дел, оставив Фредди с Роджером одних. Тейлору не хотелось оставаться наедине с этим человеком. Он встал с дивана и поспешил уйти, но Фред остановил его, поймав за руку. — Роджер, подожди. Давай поговорим. Объясни что происходит. Чем я тебя обидел? — Что ты хочешь услышать, Фредди? — спросил блондин, пронзительно смотря на друга. — Почему ты убежал тогда после концерта? Я волновался. — Не стоит, — забирая руку зло ответил Роджер. — Тебе, видимо, есть о ком беспокоиться, и явно не обо мне, — прошипел он, сжимая кулаки. — О чем ты? — не понимающе спросил певец. — Фред, не делай из меня идиота, — прищурив глаза, с видимой злостью сказал Тейлор. — Теперь я понял смысл твоих слов, сказанных тогда: «Роджер, я не тот, кто тебе нужен». — Вот и вали к тому… Кто там у тебя? Брошенные слова, звоном отозвались в голове. Роджер, его Роджер, он только что оттолкнул его. Фредди стоял, как будто на него вылили ведро холодной воды, открыв в изумлении рот. Тейлор резко развернулся и направился к выходу, оставляя певца одного стоять посреди пустой комнаты. — Какой же ты глупый, Родж, — сказал парс, уходящему блондину. — Ты подумал, что ту песню я написал кому-то? Тейлор замер у самой двери, готовый выйти и забыть все, что могло бы случиться между ними. Забыть все чувства, испытываемые к этому человеку. Но слова, брошенные вслед, заставили его остановиться и вернуться. — Ну, так просвети же меня, — сверля взглядом своих голубых глаз сказал блондин. — Я ее написал тебе, Роджер, как признание, — начал Фредди, отвернувшись к своему любимому спиной, чтобы он не видел выступившие слезы. — Знаешь, почему я тогда так сказал? Ты мне очень дорог, правда. Я не заслуживаю такого, как ты. Я принесу тебе только боль и разочарование, — говоря все это, певец сам себе не верил. Сердце разрывалось на мелкие кусочки, а слезы душили. Но Фредди боялся выставлять свои чувства напоказ, предпочитая все держать в себе. Лишь однажды он любил, сильно, преданно и его обманули, бросили, растоптали. Тогда он закрылся от всех. И лишь когда он встретил Роджера, все чувства вспыхнули вновь, и он испугался. Он думал, откройся он сейчас, его растопчут и предадут, и все повторится снова.       Роджер слушал и не верил. Вот он, настоящий Фредди Меркьюри, открытый, ранимый и такой беззащитный, а не тот, кого он изображал на сцене, мачо и секс символ. Ему стало очень стыдно за те слова, брошенные в обиде. — Прости меня, — прошептал Роджер, подойдя сзади и обняв парса за талию, зарываясь лицом в волосы, от запаха которых кружилась голова. — Прости. Я просто… Господи. Ты мне нужен. Потому что… — он запнулся, борясь с волнением, чтобы сказать те самые слова, которые собирался сказать, еще тогда, в их маленькой квартире. — Я…люблю тебя, Фредди. Я никогда, никому не говорил таких слов, а тебе говорю, потому что это правда. Певец повернулся к блондину, заглядывая в глаза, не веря в то, что только что услышал. — Повтори, что ты сказал? — Я люблю тебя, Фредди, — повторил Роджер уже убедительней.       Роджер целовал Фредди, нежно, аккуратно, будто боялся, что тот, словно фарфоровая ваза, рассыплется от любого лишнего прикосновения. — Я не позволю никому тебя обидеть, Фредди, — сказал блондин, оторвавшись от возлюбленного. — И что же ты будешь делать? Закроешь меня от всех в квартире? — Нужно будет, закрою, — ответил Роджер, взяв в свои руки лицо Фреда, целуя почти невесомо. — А кто же будет петь? — Мы что-нибудь придумаем, — хихикнув ответил барабанщик       Последний концерт, и музыканты вернулись домой, в родной Лондон. Гастроли — это, конечно, хорошо: новые города, новые люди, тысячи покоренных сердец, поющих в унисон. Но дома все же лучше. Джон с Брайаном вернулись к своим родным, Фредди с Роджером в свою, хоть и маленькую, но все же свою, квартиру. После выясненных отношений ребята больше не скрывали тот факт, что они теперь в новом статусе — пары. На людях, перед прессой, все же держались скромно, чтобы не вызывать лишних, ненужных вопросов со стороны, их и так не очень жаловали местные СМИ, каждый раз выдавая все новые порции слухов и сплетен. Уж слишком быстро столь молодая рок-группа завоевала популярность. Их новый альбом был раскритикован, а имидж группы вообще вызвал шок, он был слишком гламурным, что вызывало немало слухов по поводу их сексуальной ориентации. Уж слишком хороши они были. — Нет, ну ты видел, что эти газетчики пишут о нас! — возмущался Роджер, читая очередной выпуск бульварной газетенки, лежа в постели рядом со, все еще дремлющим, Фредди. — Да брось, милый, — отмахнулся певец, — если верить всему, что там пишут, то мы бы давно все забросили. — Я вот знаешь о чем думаю? — глядя в потолок спросил Фредди Роджера — О чем? — Нужно подыскать другую квартиру. Я завтра встречусь с Шеффилдами и поговорю насчёт этого. Нам же полагается часть прибыли от продаж альбома. Снимем квартиру побольше, а может даже купим дом, — мечтал певец, целуя Роджера в шею, оставляя мокрый след от уха до ключицы. От таких ласк блондин закрыл глаза, замурлыкав, как большой кот. Фредди плавно переместился с шеи на самое чувствительное место у своего любимого, за ухом, прикусив при этом нежно мочку, отчего Тейлор закрыл глаза и застонал. Мелкая дрожь прошла через все тело и отозвалась внизу живота. — Фред, что ты делаешь? — томно спросил Роджер, с трудом выговаривая слова от возбуждения. — А на что это похоже? — выдыхая куда-то в шею ответил Фредди. — Иди сюда, — потянув на себя парса сказал барабанщик. — Ты знаешь, как я люблю тебя? — спросил он, всматриваясь в любимые глаза ,цвета кофе. — Не знаю, — насмешливо ответил Фредди. — Покажешь мне? — Ну, смотри, — указывая на возбужденный член ответил Тейлор — О, и что ты собираешься с этим делать? — Я хочу тебя, любовь моя, всего и сейчас, — тяжело дыша ответил Роджер. — Так чего же ты ждешь, я весь твой, — ответил Фредди, втягивая Роджера в глубокий, страстный поцелуй.       Вдоволь насытившись друг другом, парни лежали рядом, не желая вставать. Роджер курил, прикрыв глаза, а голова Фредди покоилась на его груди, одну ногу он перекинул через торс блондина, прижавшись к нему всем телом. Роджер гладил певца по спине, нежно проводя пальцами. Вставать не хотелось. «Вот так бы и провел всю жизнь» — подумал Роджер. — Ро-о-одж, — позвал Фредди — М? — ответил тот сонно. — Ты лучшее, что со мной случалось. Фред не видел, как Роджер улыбнулся в ответ.       В дверь квартиры настойчиво позвонили, вызвав недовольное бурчание барабанщика. Гостей они не ждали, значит кроме Мэя или Дики никто другой прийти не мог. С неохотой высвободившись из объятий любимого, натягивая на ходу штаны, бурча себе под нос, Роджер поплелся открывать незваным гостям, оставив Фредди одного в постели. Открыв дверь, готовый послать ко всем чертям того, кто пришел, Тейлор осекся. На пороге стоял никто иной, как Брайан Мэй собственной персоной, лучший в мире гитарист и друг. — Вы тут живы? — первое, что спросил Мэй, войдя в квартиру. — К вам не дозвониться. — Я, как видишь, да, Фред не знаю, — решил пошутил Тейлор, пожимая плечами. Ответ вызвал у гитариста шок, отчего глаза стали, как два блюдца. — Что? — Да шучу я, — хихикнул Роджер, за что сразу же получил звонкий подзатыльник. — Ну и шуточки у тебя, Тейлор, — сердито сказал Брайан — Фред! — позвал Роджер. — Выползай из постели, у нас гости.       Для завтрака было уже поздно, а для обеда еще рановато. Пройдя на кухню и пригласив с собой Брайана Роджер принялся готовить нехитрый поздний завтрак для всех, достав из холодильника продукты. — Чай, кофе? — спросил он у Брайана. — Чай, с молоком и три сахара, — ответил гитарист. — Слушаюсь и повинуюсь, — раскланявшись в реверансе ответил Тейлор. — И с каких это пор ты стал такой хозяйкой? — прищурившись спросил Брайан — С тех самых, мой дорогой друг, — заваривая чай, ответил Роджер. Должен же его кто-то кормить, а то он и яйцо не знает как сварить. — Это я не знаю? — переспросил, появившейся в дверях Фред, укоризненно глядя на Роджера. — Угу, — ответил тот. — Кто-то сейчас схлопочет по заднице, — подойдя к Тейлору и притянув того к себе, ответил Меркьюри. — Кхе-кхе, — откашлялся гитарист. — Я тоже здесь. Фредди отстранился от Роджера. — Привет Бри, с чем пришел? — С новостями. Вы тут сидите и ничего не знаете. — Что за новости? — спросил певец, присаживаясь на стул. — Сейчас придет Дикки и мы вам все расскажем — ответил гитарист. — Вы что, тоже вместе? — не переставал шутить Роджер. Он все -таки решил довести своего друга. — Вот сейчас встану и кто-то получит за свои дурацкие шутки — отозвался Брайан, гневно глянув на драммера. Тот лишь показал язык в ответ.