Зависимы

И  они отнюдь не привыкли церемониться. Так что мне очень интересно, по какой «счастливой» случайности вы обе здесь оказались. Лу съежилась от моих слов. Возможно, я немного приукрасил. Да, ладно, я все выдумал. Это приличное место для приличных людей вообще-то. Но этим двум глупышкам следует вести себя более осмотрительно, выбираясь куда-то из дома в нетрезвом состоянии в следующий раз. – Ну, у нас было что-то вроде девичника сегодня, – начала она оправдываться виновато. Она испугалась. Ха, а я молодец. Делаю серьезнейшее выражение лица, чтобы не  рассмеяться. – Мы были дома, нам было весело, потом этого стало недостаточно… Ее голос все тише и тише под конец фразы. – Ясно. Спасибо, что позвонила мне, – смягчаюсь я. — Не за что. Притом, что ты вроде как немного виноват во всем этом. – Она выводит пальцами круги в воздухе. Я киваю. – Я так и понял. Я прошу у Лу ее телефон, вбиваю туда номер Джиен и отдаю его обратно. – Если тебе позвонит ее сестра, подтвердишь, что вы обе остались ночевать у подруги, у которой день рождения, – говорю я первое, что пришло мне в голову. – У Бэй Бэй, – подхватывает она мою мысль. – Договорились, – отвечаю я. – Поймать тебе такси? Она смотрит на меня какое-то время, затем оглядывается по сторонам, задерживает взгляд на Чжихе, которая посадила свою попку на стул и уронила голову на свою руку, лежащую на стойке. – Ты ведь не позвонила бы мне, если бы не  доверяла, ведь так? – тихо спрашиваю я. – Да. Верно. Я сама поймаю такси, – вздыхает она и разворачивается, чтобы уйти. Я добавляю ей в след: – Телефон Чжихё упал в бассейн. – Она останавливается, ее брови задумчиво сходятся на переносице. Надеюсь, Лукреция не настолько пьяна, чтобы забыть детали нашего плана. – Так, на всякий случай. Она кивает, и я полагаю, что могу на нее рассчитывать. Что я собираюсь делать? Сам незнаю. Но в любом случае, всю эту ерунду с сексуальной неудовлетворенностью пора заканчивать. А  для этого сначала я намерен разобраться с  Чжихё. Пора ставить на хрен точку в этой истории. Хватит ей уже держать мой член на  коротком поводке, как декоративного чихуа-хуа. – Привет, сладкая, – бормочу я, подсаживаясь рядом с ней на барный стул. Она медленно поднимает голову и смотрит на меня так, как будто я с другой планеты. Это уже смахивает на традицию, объяснять нетрезвой Чжихё, что мы не можем послать все к чертям ряди одного траха. Ее соблазнительные губы растягиваются в улыбке. Черт, это будет даже тяжелее, чем в  прошлый раз. Я хочу немедленно впиться в  эти охрененные губы, разложить ее на барной стойке, широко развести ее стройные ноги, предварительно выгнав всех отсюда, и как следует отыметь. Это мигом сделало  бы мой день лучше. Дьявол, я ведь здесь совсем не для этого. Я призываю все свое самообладание и набираю полные легкие воздуха. – Да неужели? – Она не сводит с меня глаз, пристально всматриваясь мне в лицо.  – Ты решил ответить на мое сообщение лично? Было очень мило с твоей стороны продержать меня столько времени в подвешенном состоянии из-за этого. Только знаешь что, самодовольная ты задница, меня уже не интересует твой ответчто, катись на все четыре стороны. Ух, ты. Она зовет Боба взмахом руки и почти кричит на него: – Налей мне чертову текилу! – Тебе достаточно на сегодня, – спокойно говорю я. Она продолжает делать вид, что меня здесь нет. На всякий случай я кладу на стойку пару купюр, встаю, подхватываю Чжихё под ее идеальную задницу и выношу из  бара. Она визжит и брыкается, перекинутая через мое плечо, смешно ругается и колотит своими ручонками меня по спине. Это забавно. Довольно улыбаюсь, пока несу ее к  машине. В своих фантазиях я делал это уже тысячу раз. Я испытываю странное ощущение счастья, когда она в моих руках. Улыбаюсь, как кретин, ей богу. Пристегнув ее на переднем сиденье рядом со мной, завожу мотор. Волосы Чжихё растрепаны, она тяжело дышит, но больше не пытается избавиться от меня. Думаю, у нее просто нет сил на это. – Ненавижу тебя. Куда ты меня везешь? Подожди-подожди, дай угадаю. Домой! – яростно выплевывает она, скрестив руки под грудью. — Мы это уже проходили, так ведь? – шучу я. На самом деле я не знаю, куда ехать. Очевидно, что нам нужно поговорить, но так  же очевидно, что она сейчас не в том состоянии, чтобы между нами получился продуктивный диалог. – Придурок, – бормочет она и отворачивается от меня. Я жму педаль газа и просто начинаю ехать. Куда-нибудь. Через несколько минут кружения по дорогам вечернего Пусана, малышка засыпает. Я могу спокойно поразмыслить над своим импульсивным решением увезти ее, чтобы остаться наедине. Зачем я придумал всю эту глупость про день рождения подруги? Я ведь не смогу провести с ней вместе целые сутки, не попытавшись… Черт. Мой мозг и мой член устроили флеш-моб, толкая меня на безумные поступки с появлением этой девочки в моей жизни. Так что я аккуратно достаю телефон из ее маленькой сумочки и пишу Джиен сообщение, объясняющее отсутствие ее сестры, отключаю его, а затем убираю обратно. Ненавижу эту хрень, но, Чжихё, насколько я понял, не хочет, чтобы кто-либо был в курсе наших заморочек. Мы не едем ко мне домой, потому что это самое неподходящее место для нее. Уже совсем стемнело, въезжаю на пляж Гвангалли. #Чжихе# Первое, что я вижу, открыв глаза, это он. Руки в карманах голубых джинсов, черная футболка облегает крепкую спину и бицепсы на руках, волосы влажные, очевидно, после душа. Он стоит лицом к окну. Пусть этот сон длится вечно. Пожалуйста припожалуйста. Подождите-ка. Обвожу взглядом пространство вокруг себя. – Где я, черт возьми? – О, это получилось вслух. – Доброе утро. Он поворачивается, чтобы сказать это. Я умерла от отравления алкоголем и попала в  рай, где мой собственный бог желает мне доброе утро. Боже, благослови текилу! – Твое платье в шкафу, – осторожно произносит он. Мое платье? – Мое платье? Встречаюсь с его неимоверно выразительными темно-зелеными глазами, и он ведет мой взгляд в сторону шкафа. О, ясно, мое платье в шкафу. Это интересно. Что тогда на мне? Заглядываю под одеяло, под которым лежу. Лифчик и трусики на месте. Даже не могу понять, огорчиться или обрадоваться этому факту. Я вообще сейчас мало что понимаю. – Ты раздел меня? Он вздыхает и присаживается на кровать рядом со мной. На его совершенном лице мелькает фирменная ухмылка. – Ты что-то имеешь против? – Его голос звучит так низко и сексуально, невольно закусываю губу, он видит это, резко встает и уходит от меня. Во мне зарождается легкая паника. Куда он? Но он останавливается возле двери. Ждет. Надо же что-то промямлить в ответ на его вопрос. Точно. Я очень даже за, что ты раздел меня и уложил в свою постель. И хотя я смутно помню, как тебе удалось все это провернуть, когда я всячески мешала тебе своими визгами и пьяным дебошем, в итоге, я счастлива, что ты сделал это. – Нет, – вместо этого говорю я. – Хорошо. Если тебе нужен душ, дверь напротив. И выходит из комнаты. Мне нужен ты. Можно и в душе. Ох. Осторожно ступаю босыми ногами на гладкий деревянный пол. Видно, что дорогой. Здесь все выглядит дорого. Темный пол, огромная плазма напротив кровати с белой постелью, встроенный шкаф с зеркалом, который так расположен, что можно любоваться собой, занимаясь сексом. О, мой Бог! Я прикрываю рот руками, чтобы не закричать, когда вижу Тихий океан, который чуть ли не омывает порог этого дома. Вау! Он здесь живет? Не похоже. Больше напоминает место, куда можно убежать от всего и всех, чтобы побыть одному в своей берлоге. Или с кем-то потрахаться, наблюдая за этим в зеркало шкафа. От этих мыслей я мгновенно чувствую и ярость, и  возбуждение. Смотрю на себя в зеркало и радуюсь тому, что принарядилась вчера, поддавшись уговорам Лу. Она прочитала мне целую лекцию о ношении красивого белья всегда и везде, ведь неизвестно, как неожиданно все может обернуться в любой момент. Черт. Она была права. Благодаря ей, на мне сейчас белые кружевные трусики «бразилиано» и подходящий к ним бюстгальтер «бандо». Интересно, что почувствовал Крис, глядя на все это вчера вечером. Мое настроение делает крутой поворот от интригующе-возбужденного до раздосадованного. Разве можно не помнить такие моменты, Чжихё? Почему-то это выражение прозвучало в  моей голове голосом моей матери. Это отстойно. Прыскаю со смеху и отодвигаю одну из зеркальных дверей. Зачем иметь такой большой шкаф, если хранить в нем так мало вещей? Пара джинсов, спортивные брюки, пять вешалок с  футболками, ящичек с нижним бельем. Хм, руки сами тянутся к нему. Не могу удержаться, чтобы не взглянуть на кучку небрежно брошенных боксеров. О, черт. Мои трусишки промокают только от одного взгляда на его белье, которое даже не на нем. Больное воображение тут же рисует сексуальный образ полуобнаженного Криса в серых, обтягивающих его упругий зад, боксерах. Или в этих черных… Ммм. Да я раньше и представить не могла себя такой озабоченной. Возьми себя в руки, ненормальная. Если бы он хотел с тобой переспать, то уже давно бы это сделал, потому как ты даешь ему миллионы шансов для этого. Бери – не хочу! Мало того, что я озабоченная, так еще и доступная. Всерьез разозлившись на себя, снимаю с  вешалки свое платье и прошмыгиваю в  дверь напротив. Хочу смыть с себя все воспоминания о глупостях, которые творила в  последнее время, находясь во власти своих сексуальных фантазий. Пусть лучше они и  дальше останутся фантазиями, чем я буду продолжать унижать себя, соглашаясь на  его чертовы «просто секс» условия. Надо сообщить ему, что я передумала о  своем решении. И еще перестать таять от  одного только его вида, и куда хуже, от  вида его трусов в ящике шкафа. – Это твой дом? – спрашиваю я, спускаясь по лестнице. Дом не большой. Наверху спальня и ванная, как я понимаю, а внизу гостиная, совмещенная с кухней из черного мрамора с белой столешницей. Посреди комнаты кожаный диван, тоже черный, еще один телевизор, стереосистема, и все тот же великолепный пол. Весь дом в одном стиле. В чисто мужском брутальном стиле. И Крис в этом интерьере смотрится особенно шикарно, когда сидит на диване, расслабленный по-домашнему, закинув босую ступню одной ноги на колено другой, и  клацающий что-то в своем телефоне. – Да, но я здесь редко бываю. – Он отвечает между делом, даже не взглянув на  меня.  – Так я и думала. – Поэтому здесь пустой холодильник. Я сейчас закажу нам что-нибудь. – Ладно, – просто говорю я, не решаясь присесть рядом с ним. Вместо этого я подхожу к полностью стеклянной двери, которая скрывается за легкими кремовыми занавесками. За ними песок и океан. Потрясающе. Замечаю на полу свои босоножки и мужские спортивные кроссовки. Что еще раз напоминает, что мы здесь только вдвоем. Только я и он. И все вокруг наэлектризовано. Даже воздух в доме тяжелый от напряжения, и я уже не такая решительная и независимая, как была наверху пару минут назад. Ву Ифань, этот уютный маленький дом почти без мебели, океан за стеной, вся эта ситуация ощущается слишком интимно. Все работает на то, чтобы лишить меня всякой возможности к отступлению. – Сейчас нам принесут бургеры и свежий апельсиновый сок. – Я оборачиваюсь на его голос и слегка улыбаюсь. – Звучит здорово. – Эти бургеры и правда стоят того, чтобы есть их даже на завтрак. Сама увидишь. – Мой живот урчит, я надеюсь, что это слышу только я. Я такая голодная, потому что вчера меня совершенно не интересовала еда. Помню, как требовала текилу в  баре. Это помню. А вот насчет еды ничего не могу вспомнить. Как я выжила вообще? И почему чувствую себя так хорошо после всего этого? – Идем на террасу, наш завтрак, кажется, подан, – говорит он, сбивая меня с мысли. Крис открывает стеклянную дверь, и  вот уже перед нами маленький плетеный столик с льняной скатертью, двумя тарелками и соком.  — Скатерть самобранка? – удивляюсь я. Он только посмеивается и подталкивает меня на свежий воздух. Затем отодвигает для меня плетеное кресло с мягкой подушкой точно такого же цвета, как занавески внутри дома и вокруг нас по всей террасе. Они колышутся от ветра, как паруса. Я ахаю от окружающей меня роскоши и в то же время простоты. Все буквально кричит о том, что я в раю. Кроме одного. Дьявола с зелеными глазами в черной футболке напротив меня. Он откусывает кусок от своего бургера, и посылает по моему телу электрический разряд. Он поднимает на меня глаза, и мои внутренности начинают тлеть. – Ешь, ─ говорит он, и я сглатываю комок. Ладно. Я стараюсь больше не смотреть на  него, а сосредоточиться на шуме воды и  теплом ветре, обдувающем мои почти высохшие волосы, заставляя их щекотать мои плечи и спину. Это успокаивает. Я кусаю и  мычу от удовольствия, закрывая глаза. – Боже мой, как это вкусно.  — Я же говорил. Это второе мое любимое блюдо после кексов, которые готовит моя экономка. Когда я здесь, я всегда их заказываю. ─ он делает знак головой куда-то мимо меня, я оборачиваюсь и вижу неподалеку ресторанчик в гавайском стиле. Прикольно. – У них самые вкусные бургеры и  самые зажигательные пляжные вечеринки. – И как часто ты здесь? – В последнее время очень редко. А раньше мы зависали здесь почти каждые выходные. – Мы это…? – Я и Сондже. Ну и еще… И еще толпы девочек, готовых на все, хотел он сказать. – Джиен тоже тут была? – Кто вообще думает, прежде чем открыть рот? Не я. – Нет. В доме как раз шел ремонт, когда мы были вместе, – отвечает он, и глазом не  моргнув. – Хотя, они с Джой прятались здесь от дождя как-то раз. Мы познакомились с ней в тот день, кажется.