На грани с ночью

      Скарлет первым делом позвонила Мире, сообщила обо всем, что произошло. Штраус, в свою очередь, сказала, что они нашли другую ведьму. Девушки договорились, что пока Эльза и Джерар не вернутся с Гажилом, волчица не будет посвящать во все дела новую знакомую, а Лаксус должен будет заехать в квартиру Фернандеса и забрать тело охотника, его вещи вампирша возьмет с собой.       Положив трубку, алая села в машину. Джерар завел мотор.       — Ну что, едем за вампиром?       — На окраине, знаешь заброшенную мастерскую там? Огромная такая.       — Ну допустим.       — Нам туда, — девушка откинулась на спинку сиденья и на секунду прикрыла глаза, обдумывая произошедшее. Охотник убил себя, ему приказано было, чтобы он не взболтнул лишнего. Обычная мелкая шестерка. Но кому он подчинялся? Кто стоит выше?       — Мира дала другой адрес, — Фернандес направился туда, куда сказала вампирша.       — Она дала то место, где он встречается со своими клиентами. Мы поедем к нему домой.       — Ты знаешь, где он живет?       — Да, мы довольно давно знакомы.       — Мм, ясно, бывший любовник.       — Почему, если вампиры знакомы, сразу значит, что они любовники? — алая рассмеялась.       — Так обычно и есть.       — Стереотипное у тебя мышление, Джерар, — дальнейшую дорогу они ехали молча. Эльза смотрела в окно, Фернандес — на нее. Он поймал себя на мысли, что ему нравится, как эта вампирша произносит его имя. Как-то певуче, растягивая буквы. Красиво.       Они приехали довольно быстро. Старое здание стояло одиноко на пустыре, рядом не было никаких пристроек. Территория была огорожена, автомобилю не проехать. Парень остановился у шлагбаума, Скарлет вышла из машины, он — за ней.       Было очень тепло, ветерок слегка обдувал лицо. Эльза довольно потянулась, подняв руки, и направилась прямиком ко входу, под лучами палящего солнца. Фернандес шел рядом.       — Тебе больше ста пятидесяти лет, — задумчиво проговорил он. Рассматривая девушку.       — Ты о чем?       — Твой возраст. Примерно после ста пятидесяти вампирам совсем не вредит солнце.       — А ты что, хочешь узнать, сколько мне лет? — Эльза весело глянула на парня, хитро прищурившись. — Не прилично спрашивать такое у девушки.       — Была бы здесь девушка, — Джерар улыбнулся. Вампирша остановилась, сердито посмотрела на парня.       Злобно что-то пробурчав, Скарлет развернулась, взмахнув своими длинными волосами, и быстрым шагом пошла к массивным дверям.       Фернандес задумчиво смотрел ей в след.       — Почему ты решила стать вампиром? Что такое могло случиться, что заставило тебя навсегда отказаться от человечности? Стать чудовищем, пьющим человеческую кровь?       Эльза резко остановилась, разговор принял неприятный для нее оборот. Фернандес чуть не врезался в нее.       — Есть некоторые темы, которые нельзя трогать.       — Ты говорила о доверии. Как я могу доверять почти незнакомцам?       — У меня не было больше вариантов, — она посмотрела ему в глаза. — Чтобы ты выбрал: медленно погибать от болезни, испытывая нарастающую, невыносимую боль и умереть в двадцать лет или стать вампиром и сделать все то, что ты не успел?       Парень молчал.       — То-то же, — девушка отвернулась. — Когда я просила сделать меня вампиром, я думала лишь о том, что не хотела умирать. У меня было одно важное нерешённое дело. Я даже не задумывалась, кем я стану.       — Прости, я не думал…       — Легко судить человека, не зная о нем ничего.       Девушка подергала массивную дверь. Она была закрыта. Тихо выругавшись, Эльза сердито пнула ее.       «Бесится…» — подумал Джерар.       — Я… — Фернандес запнулся. Не умеет он извиняться, что тут поделать. — Я прошу у тебя прощения. Мои слова… Я не хотел ворошить твои старые раны.       Эльза посмотрела на Джерара, задумчиво, как будто прикидывая что-то. Затем она улыбнулась.       — Забей, я уже достаточно живу на этом свете, чтобы не обижаться на такую мелочь, — девушка вздохнула. — Просто в последние дни слишком много трудностей появилось в моей жизни. И ты прав насчёт доверия… Я расскажу о себе. Как-нибудь потом.       Фернандес кивнул. Он и не думал, что расстроит алую, просто хотел узнать ее получше. В принципе, у него это получилось       Двери были все ещё закрыты. Джерар предложил выломать их, сорвать с петель. Скарлет покачала головой.       — Гажик любит всякие механизмы и ловушки, лучше не рисковать, — девушка задумчиво стала рассматривать здание.       — Может, найдем другой вход?       — Другого нет. Поэтому я когда-то и предложила ему обосноваться здесь, если он приедет. Дом-крепость.       — Видимо, он принял предложение.       — Надеюсь, — Скарлет задрала голову, тут она что-то заметила наверху, пригляделась.       — Ага, то-есть ты даже не уверена, что он тут?       — Ты сможешь меня подкинуть туда? — девушка проигнорировала парня и указала рукой на окно. Оно было где-то на пять-шесть метров выше входа. Фернандес нахмурился.       — Это не лучшая идея.       — Да ладно тебе, — Эльза подвела его ближе. Он закатил глаза, но все же быстро подхватил алую на руки, она ойкнула от неожиданности. — А как же уговоры? Прикидка всех «за» и «против»?       — Откроешь мне дверь с той стороны, — парень немного пригнулся, Скарлет поерзала у него на руках. — Готова?       Девушка коротко кивнула, стараясь не смотреть на Фернандеса. Он был слишком близко. Ее рука скользнула по его оголенной шее. По телу парня пробежали мурашки.       Секунда и Джерар подкинул Эльзу, с силой оборотня это было просто. Девушка зацепилась руками за раму и повисла. Легонько толкнув стекло, оно поддалось и отодвинулась. Алая довольно улыбнулась. Легко подтянувшись, она пролезла в здание. Послышался глухой удар от приземления. Через несколько мгновений перед Фернандесом была открыта дверь. Он уже хотел пройти, но девушка облокотилась об косяк, преграждая путь. Она обворожительно улыбнулась.       — А волшебное слово?       Парень подошёл в плотную.       — Пожалуйста, — Джерар зашел, легонько пихнув Скарлет. Она фыркнула и закрыла за ним дверь.       В здании было темно. Глаза Фернандеса моментально загорелись. Парочка оказалась в просторном помещении со всяким хламом, мусором и прочей бесполезной ересью.       — Думаю, ты ошиблась, никого здесь нет. И уже давно, — Джерар протер какую-то коробку, на руке остался слой пыли. Девушка же довольно улыбнулась, осматриваясь.       — Нет, теперь я уверена, что он здесь, — алая уверенным шагом направилась в центр комнаты. — Чертов барахольщик, — потом добавила громче. — Я знаю, что ты здесь! Тебе же прекрасно известно, что я тебя чувствую, проклятый вампиреныш!       Послышались тяжёлые шаги. Теперь Фернандес тоже чувствовал вампира: слышал его мерное сердцебиение, звук его шагов, дыхания, чувствовал его запах, а потом и увидел.       В темноте одна за другой стали загораться лампы, теперь помещение освещалось хоть и тусклым, но все же светом. Вампир вышел вперёд.       Это был высокий, широкоплечий мужчина с черными, длинными, густыми волосами. На лице виднелось море пирсинга, в руки были вогнаны какие-то железные штыри. Серая футболка и черные джинсы были в каком-то машинном масле, но пятна были уже старыми. Глаза горели красным, вампир оскалился, обнажая свои клыки. В руке у него была труба из чистого железа, Фернандес напрягся.       — Что, якшаешься с оборотнями? — сказал он грубо, сжимая трубу еще сильнее.       — Ты так и не научился улыбаться, — девушка не переставала давить лыбу. Джерар поражается просто ей! Прекрасно же видно, что вампир ни капли не рад их видеть! Тут брюнет захохотал, бросая трубу в сторону.       — А ты такая же отбитая на всю голову, — парень развел руки и девушка незамедлительно прыгнула ему в объятья, смеясь. — Ахринеть, сколько мы с тобой не виделись? Лет пятьдесят?       — Шестьдесят восемь.       — Точно-точно, — Гажил выпустил вампиршу из объятий. — Тысяча девятьсот пятьдесят второй. Наш последний год.       Джерар стоял в оцепенении. Как-то слишком все просто! Вампир перевел взгляд на оборотня, стал его рассматривать. Потом он оскалился и подошел к нему, протягивая руку.       — Гажил Редфокс, собственной персоной!       — Джерар, — они пожали друг другу руки.       — Фернандес, — добавила Эльза, хитро прищурившись и ухмыляясь. Оборотень посмотрел на нее с максимальным презрением.       — Да ладно, тот самый Фернандес? Родственничек Фауста? — вампир удивлённо посмотрел на парня. Потом нахмурился и перевел взгляд на девушку. — И в какую задницу ты залезла, что аж с древней стаей оборотней связалась?       — В огромную, — Эльза перестала улыбаться. — Нам нужна твоя помощь.       — Стой, стой, стой. А с вами не тусуется ещё один оборотень? — Редфокс пошел из зала к двери. Парочка переглянулась и последовала за ним. Зашли они на какое-то подобие кухни, виднелась пыль и грязь, но уже было видно, что здесь кто-то иногда пользуется кухонным инвентарем. Брюнет подошёл к шкафчику и достал бутылку пивка. — Шикарная, длинноногая, голубоглазая такая? У нее ещё волосы седые. Она мне тоже недавно заливала, что нужна помощь, спасаем мир и тд и тп.       — Да, это Мира.       — Я ее послал, не знал, что ты с ней, — Гажил открыл бутылку и сделал жадный глоток. — Но даже для тебя, Эль, я не сделаю исключения. Я завязал с войнами, битвами.       — Я тоже, — девушка оперлась на стол, посмотрела прямо на вампира. В ее глазах читалось сожаление. — Я приехала в этот город почти двадцать лет назад. Я прекратила поиски, сдалась, отпустила прошлое и хотела тихой жизни. Но эту ситуацию нельзя больше игнорировать. Я больше не могу ее игнорировать.       Редфокс молчал. Он живёт в Магнолии уже пару лет. Приехал по делам, а потом решил остаться подольше. О том, что Скарлет тоже в городе, он не слышал. Скорее всего она использует один из своих бесконечных псевдонимов.       Как обычно, стоит Эльзе снова ворваться в его жизнь, как она переворачивает его привычный мир кверх ногами. Он же остепенился, занимается ремонтом, подделкой документов, строит. Никаких убийств, старается держать себя в руках, подавить свой вечный, безудержный голод.       Но он не может отказать. Только не ей. Она почти его семья. Все, что у него осталось от старой жизни.       Гажил тяжело вздохнул. Придется отложить некоторые свои планы по поводу причины своей остановки в этом городе.       — Это последний раз, Эль, — брюнет скалится, девушка лучезарно улыбается, Фернандес хмыкает. — Последняя услуга. Как только мы закончим с этим, ты отпустишь меня. Навсегда.