На грани с ночью

      В клубе стоял шум и гам, он был заполнен под завязку. В честь победы Дреяр устроил праздник с бесплатным и свободным входом для всех желающих, эта новость быстро облетелась по городу, так что помещение было забито под завязку. К тому же, пятница.       Фернандес зашёл в здание и даже как-то растерялся. В помещении было очень много людей, что очень странно для «На грани с ночью», но так даже лучше, всё-таки праздник. С трудом, ориентируясь по слабым запахам и внутреннему чутью, волк увидел стол, за которым сидела крайне знакомая компания.       Кана, уже изрядно выпившая, доставала Миру, пьющую безалкогольный коктейль, заставляла ее пригубить чего-нибудь покрепче. Дреяр сидел рядом и всячески подначивал Альберону, громко смеясь. Он тоже был на веселе. Гажил и Эльза сидели за соседним столиком, тихо беседуя. Фернандес не хотел нянчиться с пьяными, поэтому поздоровались с ребятами с первого столика, и сочувствующе кивнув Штраус, он сел за второй.       — О, Джер, — Редфокс поднял стакан, поприветствовав оборотня. — Долго ты. Пропустил пьяный стриптиз Альбероны.       — Отвёз Волчонка? — алая сделала глоток из бокала и посмотрела на оборотня. Тот еле успел отвести взгляд от стройных ножек девушки. Это обтягивающее короткое чёрное платье сводит его с ума.       — Да, второй день ночует у подруги. Счастья — полные штаны.       Вампирша кивнула, улыбнувшись. Фернандес заказал себе бурбон и постарался вникнуть в суть разговора вампиров.       — На чем я остановился? Забыл нахрен.       — Ты говорил про Арболес.       — Точно! — Гажил оскалился, заговорщески повернулся к волку. — Протусила в Магнолии много лет и совсем отстала от мира.       — Реще, Редфокс.       — Ладно! Короче, в Арболесе сейчас ваще не спокойно. Там появилась какая-то мутная Княгиня и строит козни. А, ещё Клан Пегасов распался. Потом…       Девушка поперхнулась.       — Чего? Клан Боба? С чего это, он же сильный Князь, — алая немного помолчал, потом продолжила. — Странный, но сильный.       — Хз, я с ним мало знаком, слышал, что он просто отошёл от дел, — брюнет махнул рукой. — Давно уже распался клан, лет семь назад.       — И кто теперь там Князь?       — Ичия.       — О боже…       — Что за Ичия? — Джерар непонимающе уставился на сокрушающуюся девушку.       Редфокс заржал и придвинулся ещё ближе к Фернандесу.       — Суть в том, что Ичия по уши влюблен в Эль и раз сто делал ей предложение. Я даже думал, что она в Магнолии от него прячется. Не даёт мужику и шанса!       — Я не прячусь, — Скарлет залпом выпила вино и отставила бокал. Разговоры об этом рыжем карлике действуют ей на нервы. — Но избавиться от его преследования — приятное дополнение.       — Это точно.       Разговор тихонько продолжался. Вампиры рассказывали Фернандесу забавные случаи из своего давнего совместного путешествия, интересные истории и легенды, которые на самом деле происходили. Постепенно к разговору подключились и остальные, усаживаясь за единый стол. Вот они и пришли к современности.       — Он реально это сделал? — Кана громко засмеялась, Эльза вздохнула.       — Да, у меня была нормальная комната. Пока ублюдок Дреяр не переклеил мне обои, когда меня не было.       — Они классные! Я пару часов выбирал! — Лаксус возмущённо нахмурился, лишь улыбка его выдавала.       — Хреновый из тебя риэлтор, хочу я тебе сказать.       Под дружный смех застолье продолжалось. В какой-то момент Кана познакомилась с какими-то новообращенными вампирами и исчезла с горизонта, прихватив с собой слабо сопротивляющегося Гажила. Парню нужно было развеяться, забыться и отпустить все мысли о Леви. Лаксус и Мира давно уже скрылись в толпе танцующих. В итоге остались лишь Джерар и Эльза, тихо разговаривающие. У каждого из них было такое странное чувство, будто они очень давно знакомы, а тем для бесед у них было не счесть. В какой-то момент в клубе заиграла красивая и медленная мелодия. Недолго думая, Фернандес встал и подал девушке руку, зовя ее на танец. Скарлет тут же согласилась.       И вот, выискав место посвободнее, парень по хозяйски положил свои руки девушке на талию и притянул ее к себе, слишком близко для простых товарищей, алая обвила его за шею, приняв правила игры. Так они и танцевали, медленно покачиваясь из стороны в сторону, музыка сменялась раз за разом, но им было это не важно. Оливковые глаза смотрели в фиалковые и утопали в них, пухлые губы сводили с ума, а это чертовски тонкое и короткое платье заставляли фантазировать далеко не о обстановке вокруг. Эльза же всеми силами старалась не думать о том, как сильные руки оборотня сжимают ее талию в своих тисках, как горячее дыхание ополяет ее шею и лицо. Девушка из последних сил цеплялась за тонкую нить благоразумия и адекватности. Поэтому, когда Джерар пригнул свою голову слишком близко, она была готова. И отстранилась.       — Спасибо за этот чудесный танец, — Эльза слабо улыбнулась и последовала к их столику на негнущихся ногах, стараясь не думать о ноющем чувстве внизу живота. За столиком сидела одна Мира, пьющая напиток и наблюдающая за Альбероной и Редфоксом, танцующих на соседнем столе, и за Дреяром, пытающимся их оттуда снять. Скарлет уже почти дошла, как путь ей преградил Фернандес.       — Ты издеваешься надо мной?       Его рычащий голос и слегка мерцающие янтарные крапинки в глазах выдавали, насколько он был зол. Алая сглотнула большой ком в горле и попыталась сделать как можно более равнодушное выражение лица. Не получилось.       — О чем ты?       — Не прикидывайся идиоткой, тебе это не идет, — на этих словах волка теперь уже глаза Эльзы угрожающе слегка покраснели. — Ты думаешь, я не замечаю, как нас друг к другу тянет? Думаешь, не вижу, как ты хочешь того же?!       — Считай, что у меня просто чертов недотрах, — Эльза прошипела эти слова почти по слогам, вкрадчиво, нервно, зло сверкая глазами. — А ты просто постоянно попадаешься под горячую руку.       — Да ладно, только и всего? — Фернандес встал прямо перед девушкой, вплотную, на его лбу образовалась глубокая морщина, а брови сошлись к переносице.       Мира, наблюдающая теперь уже за парочкой, вжалась в стул, тихо попивая безалкогольный коктейль и переводя взгляд с парня на девушку, и обратно. Ее глаза сверкали чистым интересом и радостью. Она мысленно кивала волку, посылая несуществующие импульсы одобрения. Вот, им просто нужно было разозлиться. Оборотни импульсивны, а Эльза иногда невероятно вспыльчива. Сейчас они поругаются… А дальше просто перейдут в горизонтальное положение наверху. И все у них будет хорошо. Так думала Штраус, пока не услышала последующие слова Джерара.       — Раз у тебя недотрах, так давай, тут много мужиков, исправь это. Для вампиров это же свойственно — непостоянство. Сегодня с одним, завтра с другим. Действуй!       Челюсть волчицы упала на пол клуба, а глаза готовы были вылететь из орбит. Что он сказал? Боже. Какой балбес. Но внутри Миры ещё теплилась надежда на благоразумность алой. Однако, увидев ее лицо, Штраус поникла. Всего на секунду, на лице девушки отразилась глухая боль, из глаз пропал огонь злости. Осталась лишь обида. И желание ответить тем, что обычно ждут от вампиров. Что ненавидит Скарлет.       — Да без проблем. Может сразу с двумя?! Вампирам же это свойственно, — Эльза схватила первого попавшегося под руку парня и посмотрела на него. — Хей, хочешь развлечься?       — Эээ, — брюнет сначала не понял, что она говорила, он был весьма пьян, но когда слова алой дошли до его мозга, он тут же осмотрел Скарлет с ног до головы, скользко улыбнулся и заржал. — Да с такой… Да прям щас!       — Умница, — девушка взяла парня за руку и потащила к туалетам, на последок бросив Фернандесу. — Ты прав. Все просто.       Последняя фраза кольнула оборотня прямо в сердце, в груди что-то защемило. Она сказала это таким голосом… Разочарование? Он не хотел этого говорить. Он так не считает. Джерар смотрел в след удаляющейся сквозь толпу парочки. И злость накапливалась внутри него.

***

      Скарлет затащила за собой парня и толкнула его к стене. Повезло, что туалеты в клубе отдельными маленькими комнатами, а не кабинками. Брюнет пьяно улыбался, раздевая девушку глазами и похотливо облизывался. Алая закатила глаза.       Да, он довольно симпатичный, и в другом своем жизненном промежутки она бы, возможно, даже переспала с ним. Но сейчас… Она не хочет. Его не хочет. Ей нужен тот, кто остался в зале. Но теперь Эльза точно не уверена, взаимны ли вообще были чувства. Они разные. Это просто тупое желание. Вот только не для нее. Девушка упустила тот момент, когда позволила себе влюбиться в оборотня. И ведь держит его на расстоянии, пересиливает себя, чтобы он держался подальше. Волкам не стоит привязываться к вампирам, как и наоборот. Это плохо заканчивается.       Алая прислонилась к стене спиной, холодный кафель отрезвлял, остужал голову, в которой копошились, как вредные и вездесущие тараканы, мысли. Девушка прикрыла глаза, прислоняясь затылком к стене. Брюнет с великим трудом, держась за туалет, поднялся на ноги и, опасно зашатавшись, оперся о раковину.       — Ну шо, красотка. Готова принять меня в свою…       — Проваливай.       — Чё?       — Иди отсюда, — Скарлет смерила парня безразличным взглядом, что сильно кольнула по его самолюбию. — Вали, пока окончательно меня не довел.       Бесит. Как же ее все бесит. Бесят слова Фернандеса, бесит это шатающееся тело, бесит, что прямо сейчас здесь нет этого сраного волк, в конце концов. «Тело» возмущённо то открывал, то закрывал рот, его лицо стало красным от негодования.       — Да ты знаешь, кто я?! Да я…       — Девушка сказала тебе выйти.       Схватив брюнета за шкирку, Фернандес взял и, как маленького котенка, выкинул его из комнатки, заперев за ним дверь. Волк повернулся к слегка удивлённой вампирше. Она даже не услышала его приближение.       Джерар стоял прямо перед ней, она чувствовала его гнев. Но не на нее, на себя. Он чувствовал себя виноватым, это читалось в его глазах. Но черта с два он признается открыто, что не прав.       — Эльза, давай забудем и…       — Пошел ты.       Мгновение, и Скарлет уже стоит перед Фернандесом на носочках, слегка касаясь его губ своими. Ещё мгновение, и Джерар привалился всем своим телом к девушке, вжимая ее в стену, и поцелуй уже не кажется таким мимолетным. Жадный. Вот, как можно описать этот поцелуй. Потому что Фернандес — жадный.       Волк подхватил вампиршу под ягодицы, заставляя ее обвить его талию ногами и скрестить их у него за спиной. Она обхватила его за шею и ещё сильнее притянула к себе, запустила руки в его густые волосы, сжимая их со всей силы. Джерар развязно кусает ее за нижнюю губу, бесстыдно исследует ее рот, сплетаясь с ее языком своим.       Его руки уже давно исследуют ее тело, сжимая талию, поднимая это чертовое и такое ненужное чёрное платье верх. Фернандес хочет снять его, исследовать ее тело досконально, каждый миллиметр, оставить засосы по всей ее бледной коже, как знак того, что она его. Но сейчас желание слишком сильное.       — Без прелюдий? — Джерар кусает Эльзу за шею и получает в ответ тяжёлый выдох с ее стороны.       — К черту прелюдии, — девушка поднимает его лицо к себе, вглядываясь в глаза, янтарные крапинки светятся ярче, чем обычно, выдавая возбуждение своего хозяина. Скарлет знает, сейчас ее глаза кровавые, она не может это сдержать. Она всматривается в лицо парня, пытаясь увидеть на нем отвращение, ненависть, но видит лишь желание и всепоглощающее обожание. Он не видит в ней чудовище. Он желает ее даже такую. — Проклятье, что мы делаем.       Риторический вопрос остаётся без ответа, лишь ещё один обжигающий поцелуй парень оставляет на ее устах. Джерар скользит своими горячими пальцами по внутренней стороне ее бедра, чем вызывает громкий вздох из горла девушки. Фернандес ловко избавляется от черных трусиков девушки, Скарлет судорожно стягивает ремень и расстегивает брюки парня. Сейчас. Она хочет его почувствовать прямо сейчас.       Приподняв девушку за бедра, Джерар резко входит, поймав губы татуированного, Эльза заглушает свой протяжный, громкий стон, наслаждаясь страстным поцелуем. Парень начал вдалбливать алую в стену резкими, необузданными, почти звериными толчками, Скарлет быстро подстроилась под такт и начала двигаться навстречу. Движения превратились в своего рода горячий танец двух жаждущих тел. Она судорожно хватается за воротник рубашки волка, скользит по его шее руками, оставляя глубокие царапины, которые тут же затягиваются, парень ловит каждый стон своими губами, она хватается за каждый его судорожный вздох. Толчки становятся всё сильнее, темп нарастает, на стене за спиной Эльзы появляются довольно заметные трещины, но им все равно.       В комнатке слышны лишь стоны, вздохи и хлопки, Фернандес почти рычит, сжимая бедра девушки своими руками, она трётся об него, как кошка, простанывает его имя. Он двигается грубо, жёстко, без нежности, но их все устраивает, им этого и надо. Слишком долго они терпели, пытались побороть в себе чувства и желание, слишком долго убеждали себя, что им этого не нужно.       Скарлет закинула голову назад, протяжно застонав, через несколько минут Фернандес следует за ней и кончает, после чего выходит из девушки. Тяжело дыша, парень прижимается лбом к ее лбу, улыбка появляется на их устах, взгляды встречаются.       — Ты — моя.       — Предпочитаю свободные отношения.       На этих словах парень сильнее наваливается на вампиршу и кусает за шею. Алая смеётся и поднимает его голову, обхватывает лицо своими руками, заставляя посмотреть ей в уже фиалковые глаза.       — Хорошо. Уговорил, — девушка нежно проводит по контуру татуировки Фернандеса пальчиком, не прерывая зрительного контакта. — Вот только и ты теперь мой. Никогда не думала, что произнесу эти розовые сопли.       Джерар улыбается и накрывает ее губы своими требовательным поцелуем, чувствуя вновь нарастающее возбуждение.       — Пошли наверх.       — Хочешь посмотреть на мою скромную комнату с розовыми обоями с единорогами?       — Просто мечтаю.       Раздался смех и вздох от нового поцелуя. И ничего уже не важно. Теперь уж точно.

***

      — Ты чего лыбишься?       Кана плюхнулась на соседний стул от Штраус и сделала большой глоток из пивной кружки. Мира заговорщески улыбнулась ведьме и подмигнула.       — Да так, просто мысленно рассуждаю о пользе острого слуха оборотней, — волчица откинулась на спинку стула и добавила. — Знаешь, я поняла, что очень люблю, когда все у всех хорошо.       Все складывается, как нельзя лучше…