Тонкое искусство пофигизма

      Максим сидел над письмом, не по-мужски роняя слёзы на и без того промокший лист. Перед глазами все плывёт, и он никак не может дочитать большое сообщение, написанное от руки очень аккуратным почерком.       С каждой новой прочитанной строчкой в голове глухо отображались новые воспоминания.       Десять лет назад…       Письмо написано ещё в 2019-ом году.       С того времени много чего произошло. Ну, а девушку из больницы он забыть не мог. Она причинила ему столько боли, а он мечтал ещё раз прийти и поговорить с ней. По душам… как будто они родные.       Содержание письма было внушительных размеров:       “Дорогой Максим, я знаю ты, возможно, зол, а, может, уже забыл. Я прежде всего хочу сказать, что люблю тебя и все это время я страдала, ведь не могла быть с тобой.       Давай по порядку?       Помнишь, как мы познакомились с тобой в городской больнице? Странный вопрос, ведь забыть это невозможно.       Я нервно прогуливалась по коридору, ожидая результаты диагностики моей мамы, а ты просто находился там из-за простуды. Я очень сильно испугалась, вдруг наткнувшись на тебя. Мы тогда оба упали от столкновения. Было нелепо, но очень даже мило. Моё нервное напряжение знакомство с тобой смягчило, хоть ты всё-таки заметил, как я нервничала.       После моего краткого рассказа, ты изменился в лице, но меня позвали, и я так и не услышала, что ты хотел мне сказать. Наверное, сейчас я бы душу отдала, ради ещё одной нашей встречи. Потом и десяти минут не прошло, как я вышла вся в слезах, а ты ждал меня. После того как я тебе рассказала о том, что моя мама умрёт, ты меня пожалел. И именно этот момент стал переломным, именно тогда я поняла, что влюбилась.       Все следующие дни я провела дома. Мы с папой ещё надеялись, что маме помогут, но я понимала — этого не произойдёт.       Тогда я и попала в больницу, в ту самую палату по соседству с твоей.       Попала я туда, кстати, не из-за волнений и головной боли, как я тебе сказала, а из-за попытки суицида.       С таблетками баловаться нельзя…       Как оказалось, всему свое время.       Помнишь, как ты приходил ко мне каждый день? Ты был моим самым главным лекарством. А шутку помнишь? Ты шутил, что я твоя больничная жена. Это так забавно и мило. И да, то колечко из проволоки до сих пор у меня, я его постоянно хранила рядом с собой.       Ну вот мы и приблизились к тому моменту, где ты меня не видел более месяца. В один из вечеров, когда мне уже стало лучше, меня всё равно не выпускали из больницы. Тебя, кстати, на следующий день после этого выписали. Вечером, где-то в девять я узнала, что мой отец умер. Я осталась совершенно одна. Ты обещал меня проведывать, но у меня не оставалось сил терпеть издёвки жизни. Была вторая попытка суицида. Как ты понял — неудачная. Я лечилась в больнице (уже в другой), а после провела неделю дома.       Кто бы мог подумать, что я попаду в ту же больницу, в ту же палату и всего-то из-за простуды. Мне сказали, что ты приходил каждый день в течение месяца, а потом раз в два дня.       Я помню, как ты радовался тому, что смог навестить меня.       Наступила самая грустная часть, не правда ли? Ты предложил мне встречаться. Я была очень этому рада, ты ещё так улыбался моим слезам. Тебе уже надо было отправляться домой, а я осталась наедине с секундами счастья. Ночью мне стало плохо и оказалось, что это не просто простуда… Она дала большие осложнения на сердце. У меня начали синеть губы и ногти, нарушалась сердцебиение, появились боли в грудной клетке. Мне назначили операцию.       Следующим днём после операции мне сказали, что я долго не проживу. Шанс того, что я проживу десять лет был 50 на 50. Вот я и "устранила" тебя из своей жизни.       На самом деле, я всего лишь хотела тебя защитить. Терять близких очень сложно, и я это очень хорошо понимаю. Если бы мы продолжили наши отношения, ты бы страдал после моей смерти. Я бы впустую украла твои самые лучшие годы жизни. А так я дала тебе возможность иметь нормальную и полноценную семью. Я знаю, у тебя она есть. Когда я это пишу, то вспоминаю, как мы были счастливы семь с половиной лет назад.       Я до сих пор тебя люблю.       Сохрани свою семью. Люби жену и дочку, она очень на тебя похожа. Если ты решишь меня найти — не стоит, ведь если ты это читаешь, то я уже мертва. Села писать это письмо только когда почувствовала, что действительно пора. Надеюсь, ты в силах понять, почему я так с тобой поступила и сможешь жить дальше. Я очень тебя прошу, проживи жизнь со своей семьёй. Подари Анечке куклу, которую она хотела, деньги я положила в конверт. Жене подари большой букет, такой, как обещал подарить мне после выписки из больницы.       Навести меня всего один раз, больше не нужно. Я хочу, чтобы на мою могилку хоть кто-то пришел, а у меня нет никого. Я хочу впервые, пусть даже после смерти, увидеть тебя с букетом лилий в руках, вспомнить как ты улыбаешься.       Я всегда буду рядом, ведь на небесах видно всё. Обещаю защищать твою семью, а особенно Аню. С любовью, твоя старая подружка Ливи...”       Остановив поток слез, он в этот же день купил куклу, как просила Оливия. Выбрал самую красивую, с такими же чёрными кудрями и карими бездонными глазами. Купил Жене букет, о котором просил Лив — лилии. Красивые…       Сначала он поехал на кладбище, вручить Ливи букет, о котором она, видимо, давно мечтала.       — Привет, подружка, — это слово его насмешило и он горько улыбнулся, — это тебе, как и просила. Найти тебе было не так уж легко. Знаешь, я скучаю, ты оставила меня и я сильно злился, но теперь понимаю, что я просто идиот. Оливия, я очень хотел бы связать свою судьбу с твоей. Мне бы хотелось дать тебе свою фамилию, и чтобы ты родила мне дочь, такую же прекрасную, как ты. Я люблю Женю, она хорошая, но чувства к тебе всегда были сильнее. Ты заботливая, я всегда это знал. Твой поступок сильный — ты поставила меня выше своих чувств. Я люблю тебя, родная, — он положил цветы. После он отправился домой.       Там его ждёт семья, которую Оливия создала, жертвуя своим же счастьем. Она всегда будет рядом — всегда в сердце.