Голос крови (уводит в темноту)

      Говорят, чему быть — того не миновать. Миры должны столкнуться, пути — пересечься, битвы — выиграны, а война — проиграна, и смерть неотвратима.       Что ж, может быть, и так.       Для Гарри Поттера неизбежность определена обстоятельствами рождения, пронесена сквозь годы борьбы, но однажды наступает момент, когда мойры вновь слепо вплетают в полотно его судьбы роковую нить судьбы человека, чей облик так схож с ним.       Бог лжи и коварства вторгается на Землю с оружием в руках, и все силы военной организации ЩИТ брошены на его поиски. Каждая доступная камера на планете берется под контроль, и спустя некоторое время одна из них — Штутгарт, Германия — показывает нужное изображение. Собранная наспех оперативная группа выдвигается мгновенно. Они не ожидают, что через час после их вылета другая камера зафиксирует почти то же самое хищное лицо — с черными бровями вразлет, идеальным римским носом и горделиво приподнятыми скулами, подчеркивающими мерцание глаз, глядящих задумчиво с монитора на взволнованного агента, который скажет своему директору:       — У нас еще одно совпадение. Последнее обновление — 72%.       — Место? — Фьюри не выдает недоумения ни движением, ни голосом.       — Шеффилд, Англия. Норфолк-Роу, 22.       Изучив двойника Локи, чей слегка размытый снимок занял главный экран, Фьюри раздумывает не дольше десяти секунд:       — Пусть УДАР готовится. Настоящий этот Локи или его нет, доставьте мне его на борт живым и способным говорить.       И вот так три разных мира соприкасаются. ***       Говорят, в сказке ложь, да в ней намек. Бесчисленные мифы и легенды повествуют о том, как на землю с небес спускались великие боги — сущности, что во всём превосходили людей, и которые в сущности своей были смехотворно на людей похожи. И от парадоксальных союзов человека и бога рождались могучие герои и кошмарные чудовища, чей смысл жизни был в сражениях друг с другом — на потеху и во славу родителей. Нет, не родителей, а скорее, создателей. В конце концов, боги снисходили до смертных, используя их, как им взбредется, а затем бросая, не заботясь ни о женщинах, в чьи постели они без разбору ложились, ни о детях, появляющихся в результате этого.       И так уж случилось, что иногда боги бродили по земле не только в легендах и порождали настоящие трагедии и настоящих героев (поистине монстров).       Мало кто знает, что таким высокомерным богом стал младший сын Одина Всеотца, повелевающего Девятью Мирами. В коротком странствии по Мидгарду он встретил отчаянную смертную ведьму с короной огненно-рыжих волос и глазами, зелень которых соперничала с листвой деревьев в саду Идунн. И никому, в том числе и принцу-обманщику, не было ведомо, что за чувство поселилось в его груди при виде нее. Он хотел сделать пламенную Лили своей, и кто мог ему помешать? Он был могущественным асом, покровителем магии, среброустым богом тысячи обличий — неважно, с помощью каких уловок и хитроумных планов, но он достиг желаемого. А затем вернулся в золотой Асгард, оставив одинокую ведьму позади — на растерзание миру, охваченному войной.       Говорят, Лили и Джеймс Поттеры были идеальной парой, чья история написана любовью и самоотверженностью.       «Ну просто вылитый отец», — твердят волшебники всю юность Гарри Поттера.       Гарри улыбается им мягкой улыбкой, в равных пропорциях выражающей смущение, радость и симпатию, на деле не испытывая ни одно из этих чувств. Он носит школьную форму в слизеринских цветах, водит дружбу с Малфоем и Забини, болеет за них с трибун на квиддичных матчах. Его первое сознательное убийство происходит в одиннадцать лет. Последнее… порой он думает, что последнее будет непосредственно перед его смертью. Гарри уверен, что ни в чем не походит на отца.       Конечно, он ошибается.