Голос крови (уводит в темноту)

      Вот, что Гарри знал точно — за ним следили. Кто-то наблюдал за каждым его движением, терпеливо выжидая подходящего момента. Это было хорошо знакомое чувство, но совершенно неуместное в данной ситуации. Он отправился в Шеффилд не как Гарри Джеймс Поттер, верховный чародей Визенгамота, доверенное лицо британского министра магии, дважды Спаситель магической Англии и Погибель Темного Лорда. Сегодня в магловское кафе на Норфолк-Роу пришел выпить чаю сын Лили Эванс, кузен Дадли Дурсля, который также был Гарри Поттером, но чье лицо не появлялось в газетах и не печаталось на вкладышах в шоколадных лягушках. На это лицо не охотились Пожиратели во время войны и наемники после нее. И не было ни единой известной ему причины, почему это должно было измениться сейчас.       Гарри терпеть не мог находиться в неведении.       Под щитом, отводящим нежелательные взгляды, он быстро проверил посетителей кафе. Их эмоциональный фон не вызвал у него подозрений, и хотя легилименция широкого спектра действия была далеко не так надежна, как направленная на определенного человека, Гарри доверял своим инстинктам. За ним следили издалека.       — Дадли, есть кое-что, о чем я хочу у тебя спросить, — развернулся он к кузену, который последнюю пару минут несчастно глядел в свой остывающий чай и едва отреагировал на оклик.       — У тебя есть какие-нибудь неприятности на работе? Проблемы с деньгами? Угрозами? — с нажимом спросил Гарри.       Дадли нахмурился:       — Ты о чем? Я же говорил, что со дня на день жду повышения. Не бойся, мы сами заплатим за учебу Джейми.       Гарри не нужна легилименция, чтобы видеть Дадли насквозь. Его кузен только оскорблен его вопросами, но в нем нет ни страха, ни дискомфорта, характерного для лжи. И Гарри трудно было представить, что рядовой менеджер по страхованию, не имеющий ничего общего с грязью преступного мира, мог стать чьей-то целью. Но на всякий случай…       Не моргнув, он бросил в Дадли невербальный Конфундус и улыбнулся появившемуся у него на лице замешательству:       — Ты разве не собирался воспользоваться туалетом? Думаю, я присоединюсь.       Оставив под пустой чашкой деньги, Гарри подхватил дезориентированного и запинающегося кузена под руку, повел по проходу меж столиками. Встретившийся им по пути официант вопросительно взглянул на них, и Гарри подмигнул ему с легкой усмешкой:       — Мой друг узнал, что скоро станет отцом, и все еще не пришел в себя.       Парнишка сразу же потерял интерес и, машинально улыбнувшись в ответ, умчался к подзывающей его девичьей компании. Без помех добравшись до туалета, Гарри удостоверился, что кабинки пусты, наложил маглотталкивающие чары на дверь и, крепко держа Дадли за плечи, аппарировал в гостиную дома Дурслей. Немного рискованно, учитывая, что Дадли и его семья не вели замкнутый образ жизни, и он мог легко натолкнуться на их гостей. Но лучше было почистить память маглу, которому некуда бежать, чем беспокоиться о вездесущих камерах снаружи, обеспечив Дэнниса лишней работой.       Дадли отреагировал на краткое путешествие предсказуемо плохо. Гарри отпустил его прежде, чем содержимое чужого желудка оказалось у него на туфлях. Смысла терять время, ожидая, когда Дадли полегчает, не было, поэтому под душераздирающие звуки рвоты он наколдовал письмо с коротким объяснением, запретив кузену возвращаться за своей машиной, пока странная ситуация со слежкой не прояснится. Очистив прихожую двумя взмахами палочки, Гарри отвел Дадли в ванную и, оставив письмо парить на самом видном месте, аппарировал обратно.       Как обнаружилось тридцатью секундами позже, его там уже ждали.       Снова очутившись в окружении зеркал, раковин и кабинок, Гарри напрягся практически мгновенно. Что-то глубоко укоренившееся в его костях, древний инстинкт, пробудившийся на войне и с тех пор не дремлющий, зашептал об опасности, воспламеняя кровь, побуждая к битве. Он вышел из туалета в полной готовности. И ничуть не удивился, что вместо посетителей и персонала кафе наполнено боевиками с направленным на него оружием в руках и нашивками Щ.И.Та на форме.       — У.Д.А.Р? И чем же я заслужил такую честь? — спросил он холодно.       Ему ответил мужчина, пренебрегающий шлемом, чьи жесткие глаза, не лишенные интеллекта, выдавали в нем командира.       — Сам знаешь чем, Локи.       Гарри застыл.       — Сдавайся, ты окружен…       Что бы агент Щ.И.Та ни говорил дальше, для Гарри не имело значения. Он получил ответ, почему его преследовали. И от этого знания в ушах зашумело от ярости, а постоянная пустота в груди превратилась в нечто уродливое, что заворочалось, заскреблось, пробивая себе путь когтями наружу. Из тлеющих углей души Гарри вспыхнула неистовая злоба, и была она настолько же сильна, как боль, как агония, скрутившая все его существо. От одного звучания имени Локи в горле зародилось рычание, а по шее поползла отвратительная синева.       — Обычно я не принимаю близко к сердцу, когда меня оскорбляют дети, умственно неполноценные и маглы, — тихо и очень спокойно сказал он. — Но у любых правил есть исключения.       Гарри поднял Бузинную палочку.       Командир рявкнул:       — Бета-1, огонь!       Разлетелось осколками оконное стекло.