Язык тела

oOoOoOo Том прекрасно знал, что его усмешка способна довести Густава и Георга до белого каления. А в это прекрасное пятничное утро, когда он вошел в кухню и уселся около брата, она была особенно саркастичной. Билл вопросительно взглянул на него. Завтрак проходил в тишине, потому что никто из них не был любителем утренних разговоров, кроме Билла, а тот был вынужден молчать. Так что атмосфера была мирной. Точнее, была бы мирной, не будь на губах Тома этой самой усмешки. - Ок, что это ты этакое "знаешь" на этот раз? - Георг, будучи самым нетерпеливым, не смог долее выносить его самодовольного вида. - Знаю, что ты не спал прошлой ночью у себя, - Том улыбнулся до ушей и погладил подавившегося молоком Билла по спине. Однако уже через секунду он вспомнил обо всем том, о чем думал всего несколько часов назад по поводу Билла, и убрал руку. Лицо Георга приобрело помидорный оттенок, и Том мог поклясться, что до самовозгорания осталось всего ничего. Не глядя на Тома, он обратился к собственному тосту, выдавив очень писклявым девчоночьим голоском: - Что? - Я сказал, что знаю, где ты провел эту ночь, - Том внимательно наблюдал за книгой Густава, которая ползла все выше и выше, пока не закрыла его пылающее лицо целиком, - видишь ли, Билл... - младший глядел на него во все глаза, Том был весьма в игривом настроении, - наша бедная маленькая фея испугалась прошлой ночью и решила спастись посредством спящего принца. Однако, если я помню правильно, умолять ей не пришлось... Билл прыснул от смеха, хватаясь за живот, и, прежде чем Том смог проконтролировать собственные движения, он приобнял своего близнеца, так, что тот уткнулся к нему в плечо, продолжая смеяться. Тома самого поразило то, насколько мало власти он имел над своим телом в присутствии Билла. - Блять! - Георг попытался зарыться лицом в собственный тост. Тому казалось, что краснее стать уже в принципе невозможно. Он ошибался. - Ему приснился кошмар, - Густав явно не обращал ни малейшего внимания на книгу, так как страниц он уже сто лет как не переворачивал, но откладывать ее он не собирался ни под каким видом. - Густав? - капризный тон Георга напомнил Тому Билла. Близнец так и лез в его голову все эти дни. - Да ладно тебе, лучше, чтобы они так думали, чем про что-то другое, - Густав, наконец, опустил книгу, но только чтобы кинуть взгляд на басиста, который к тому времени успешно утопился в собственном завтраке. - Какое - другое? - слова Георга было почти невозможно разобрать из-за хлеба и прочей еды, но тем не менее они все поняли, о чем он говорит. Билл снова захихикал. - Возможно... - Том драматически расширил глаза, - фея оказалась не столь невинной, как мы думали, и она отправилась к принцу не только за утешением, но еще и за се... - ТОМ! Еще одно слова из этой твоей больной сказки, и я отбираю у тебя книгу, - возможно, Густав сейчас спас Тому жизнь, потому что во время этой сентенции, произнесенной весьма твердым тоном, он крепко держал разъяренного басиста. - Да чего там, все уже догадались, каков будет конец, - Том вскочил со своего сидения и без малейшего труда и чувства неудобства перебрался через колени Билла к выходу. - Фшшоортф идшшшт, - Билл снова захихикал, а убегающий Том мог только догадываться, что означали звуки, которые издавал Георг сквозь тост, или джем, или чем там он подавился. oOoOoOo Если вы вспомните главу про ложь, то, вероятно, вспомните также, что там говорилось о том, как можно распознавать ее по неестественным движениям лгущего. Когда же речь идет о скрывании правды, с точки зрения языка тела это совсем другая история. Хранить секрет - не значит лгать, и поэтому это еще труднее заметить. Самый надежный путь - поднять в разговоре тему, так или иначе касающуюся этого секрета, а затем проанализировать реакцию собеседника. Разумеется, для этого необходимо знать о наличии секрета, как такового. Первый шаг - дать понять человеку, что ты в курсе существования секрета, и намекнуть на основную тему того, чего он касается. Затем вам нужно если не напрямую спросить человека, то хотя бы заговорить о ситуации, к которой он относится. После этого нужно проанализировать аспекты языка тела. Билл вошел в комнату, и Том не знал, пришел ли он для того, чтобы посидеть с ним, или за чем-то еще. Ему очень хотелось закончить главу прежде, чем ему придется разбираться во всей сложившейся ситуации с братом. Но Билл скромно прошествовал к собственной кровати и принялся там рыться, выкладывая перед собой странный набор вещей. По всей видимости, он выбирал только зеленые вещи: бантик, который ему как-то передали вместе с подарками, одну из томовых зеленых маек (Том не очень понял, каким образом она оказалась у Билла в кровати), а помимо всего зеленого - косметичку. - Что ты делаешь? - хотя Тому и хотелось продолжать читать, ему стало слишком интересно, что Билл собирается делать со всеми этими вещами. Но его маленький невинный Билл только подмигнул ему и улыбнулся одной из своих неопределенных улыбок, подразумевающей, что он знал что-то, чего не знал Том. Честно говоря, так оно и было, подумал Том, ведь Билл знал, что он чувствует по отношению к близнецу. Младший прокрался в ванную и закрыл за собой дверь, оставляя Тома вновь один на один с его книгой. Том так и не знал, хватит ли ему храбрости поднять волнующую его тему сегодня. Один из верных признаков - нежелание смотреть в глаза. Известно, что многое можно прочесть в глазах, и человек автоматически прячет их, чтобы не дать понять, что он что-то скрывает. В попытке спрятать эмоции, человек может начать крутить что-то пальцами, чтобы они не дрожали, или ходить по комнате, чтобы не выдавать напряжение в ногах. Закусывание губы, грызение ногтей, изредка бросаемые нервные взгляды - все это характерные признаки попытки сохранить секрет. Во время дискуссий собеседник будет стараться уклониться от обсуждения "опасных" вещей, иногда самым абсурдным образом меняя тему разговора. Также, если он говорит слишком быстро, это значит... Эта часть Билла не касалась, поскольку он вообще не разговаривал сейчас, но Том все равно ее на всякий случай прочел. Надо будет хорошенько обдумать, каким именно образом спросить Билла, потому что Тома все это и самого приводило в состояние некоторого смятения. За последние дни он много думал обо всем этом и с собственными эмоциями более или менее справился. Он считал, что лучше не начинать разбираться с проблемой, пока не возникнет, действительно, необходимость это сделать. К тому же ему было страшно от мысли, что идея ему может понравиться, а что случится, если все предположения были чушью, и Билл любит его только как близнеца и никак больше? Все эти вещи крутились в голове Тома и не давали ему покоя. И потихоньку, незаметно для самого себя, он привыкал к мысли, что думает о близнеце как о ком-то, кто привлекает его. Потому что, черт побери, по крайней мере тело Тома знало, как реагировать на ситуацию, и сознание наконец-то начало догонять его. И он решил, что все же самым правильным будет разрешить, наконец, все сомнения. Он спрыгнул с койки и отправился на поиски близнеца. Он никак не думал, что когда-нибудь обнаружит его в том виде, в котором нашел сейчас. - Спаси! - Георг умоляюще посмотрел на Тома, и ему потребовались все душевные силы, чтобы не сложиться пополам от смеха. Георг сидел напротив Густава, а рядом с ним сидел Билл. Билл был в длинной зеленой майке Тома, зеленый бантик красовался в его волосах, добавляя пикантности косичкам. Но хуже всего были крылышки, маленькие блестящие крылышки, крепко привязанные к его спине. - Он фея, - пояснил Густав, не отрывая взгляда от абсурдной парочки. Билл похлопал ресницами, строя Георгу глазки. - Он Георг, - Том ухмыльнулся в ответ на рычание басиста. Хоть Билл и не мог говорить, самовыражался он будь здоров. Билл поднялся и, подойдя к сиди-проигрывателю, нажал на пару кнопок. Затем он повернулся к Тому - смеялся он уже просто как ненормальный. Том сначала не понял, что происходит, но затем из проигрывателя донеслась мелодия "Лебединого озера". Билл взял Тома за руки и положил их себе на талию. Сам он сцепил пальцы у Тома за шеей, и черноволосая фея начала качаться в такт музыке. Том только и мог, что улыбаться, Георг уставился на них с видом умственно отсталого, а Густав дал себе по лбу. Том решил, что разговор с Биллом может и подождать, а пока что они просто побудут братьями. Ну, настолько, насколько это возможно, если ты танцуешь под классическую музыку с феей. Вскоре он позабыл и про Густава, и про Георга, и потерялся в собственных ощущениях. Близнец всегда любил танцевать, но мало кто знал, что он очень неплохо танцевал и парные танцы. По крайней мере, с Томом. Том кружил его по ограниченной площади пола, стараясь не потерять контроль над собой. Учитывая то, что Билл прижимался к нему всем телом при малейшей возможности, это было довольно затруднительно. - Ок, ок, сворачивайтесь, мы уже все поняли. Вы любите друг друга и остаток жизни будете танцевать при лунном свете, или как там, - Георг покачал головой, глядя на финальный пируэт Билла. - Не, мы просто репетировали, я ведь планирую предложить свою сказку "Георг, маленькая зеленая фея" в качестве театральной постановки, - Том уселся подле Густава, замечая, что тот как-то странно смотрит на Георга. - Заткнись, книжный червь, - Георг отвернулся от обоих, и Том вспомнил, что так и не спросил его про сон. - Эй, Гео, а что за кошмар тебе снился? - тот резко обернулся, а Густав издал непроизвольный смешок. Тому, разумеется, сразу стало в три раза интереснее. - Об убийстве. В турбусе, - Георг подергал молнию на своей куртке, уставляясь куда-то поверх томовой головы. Том немедленно расценил это как один из знаков на языке тела. - Правда? - протянул он, так, чтобы Георг понял, что тот ему не верит. Все это было так весело. - Да, во сне это было, - Густав не глядел на Тома, вместо этого он уставился на Георга, - скажи им, кто был убийцей. Лицо Георга вновь приобрело пунцовый оттенок, и краем глаза Том увидел, что Билл аж вперед наклонился от любопытства. - Ну же, Гео, мы не будем смеяться. - Будете, поверьте мне, - Георг все еще разговаривал со стенкой. Том почувствовал, что стол вибрировал от того, как дергалось колено басиста. - Это была девочка, - улыбнулся Густав, - с длинными струящимися волосами... платьем... палочкой... и крыльями. Стол чуть не развалился от смеха, который тут же сотряс помещение. Успокоиться они смогли только через несколько минут. Единственным, кто не смеялся, разумеется, был Георг. - Ты... - Том никак не мог отдышаться и все еще держался изо всех сил за живот, - боишься фей? oOoOoOo Том все еще хихикал, идя в ванную этим вечером, напрочь позабыв о всех тяжких раздумьях по поводу своего близнеца. Только когда он вошел обратно в комнату и обнаружил, что Билл уже валяется там на животе, читая какой-то журнал, он понял, что разговор все близится. Билл так и не сказал сегодня ни одного слова, и Том гордился им. Это доказывало не только упрямство, но и силу воли его близнеца. Младший, по всей видимости, заметил, что Том стоит и разглядывает его. Он поднял глаза и подвинулся, освобождя Тому место. Журнал упал на пол. Стоять босиком было холодно, и Том залез к нему в койку, закрывая за собой занавеску. Он вздохнул, почувствовав тепло билловой постели. Билл улыбнулся ему. Улыбка была любящей. Не невинной, не загадочной, это просто была любящая улыбка, которую он всегда оставлял только для Тома. За ней он не прятался, как за остальными, так Тому казалось, по крайней мере. Сейчас ему вдобавок стало казаться, что она предназначалась ему не только по этой причине. Но сегодня он не будет об этом спрашивать, только не сейчас, когда постель такая теплая, а Билл такой хорошенький и заботливый. Том, что уж говорить, никак не был безнадежным романтиком, но их особую связь он не ценить не мог. Билл понял его настроение уже в ту секунду, когда заметил, что Том смотрит на него, стоя в проеме двери. Он придвинулся ближе, пока одна нога Тома не оказалась поверх его собственных, и обнял старшего правой рукой. Другую руку он положил на сердце, а затем взглянул на Тома и прижал ее к его груди. Том не знал, чувствует ли младший его бешеное сердцебиение. Он прошептал в ответ, зная, что близнец имел в виду: - Я тоже люблю тебя, Билль. Билл улыбнулся, не сразу отнимая руку от груди Тома. Потом он указал на кровать, прося не уходить и спать сегодня тут. Тому и самому не хотелось идти к себе, хотя это и не было, возможно, слишком хорошей идеей. Но тем не менее он откинулся на подушку и оказался почти нос к носу с Биллом. На одну еще ночь они останутся просто братьями. Всего одна ночь, большего ему не надо. Билл прижал два пальца к своим губам, и Том удивился, не понимая, зачем он это сделал. Затем, прежде чем прижаться к старшему и провалиться в сон окончательно, Билл отнял пальцы от своих губ и очень нежно приложил их к губам Тома.