Солнце и Луна

- Принцесса? – Заиль появился подле нее верхом на своем скакуне и протянул ей свою руку. - Ты не нарушишь приказ, если?.. - Вы супруга лейтенанта и принцесса, вам достаточно лишь приказать мне. – Подсказал с легкой усмешкой Заиль, сажая принцессу к себе в седло. – Каковы ваши приказы? - Доставь меня в дом лейтенанта Моран, сержант Заиль Розер! – Тут же воскликнула Анурай с чувством, и тот, кивнув, пришпорил коня, заставив его помчаться вперед по дороге вслед за ушедшей далеко вперед Фэй. *** Была уже глубокая ночь, когда они смогли добраться до места назначения. Дом семьи Моран располагался неподалеку от Столицы – скромное поместье, располагающееся на высоком старом дереве, в которое вела деревянная винтовая лестница. В дальних комнатах горел тусклый свет, а возле самого подножья стоял гнедой жеребец Фэй, прибывшей все-таки раньше них сюда. Анурай и Заиль спешились. Принцесса, глубоко вздохнув, последовала по лестнице наверх, где уже на выходе столкнулась нос к носу с седовласым тифлингом, чья борода была такой длинной, что он практически об нее спотыкался, а, висящие на длинном носу, очки увеличивали его маленькие темные глаза чуть ли не в пять раз. Они невольно замерли друг перед другом, пока позади старца не послышался обеспокоенно-яростный голос Фэй, показавшейся на виду спустя пару мгновений. Ее глаза выдавали признаки недавнего плача, но сейчас в них было отчаяние и искренняя злоба. - Я уже сказал вам, лейтенант. – Послышался недовольный старческий голос, когда тот обернулся к девушке. – Наша медицина здесь бессильна. Все зависит от вашей матери – сможет ли она перебороть Скверну внутри себя и выкарабкаться. Я ничего не могу сделать. - Ты шут, а не лекарь!! – Объявила Фэй порывисто, схватив старца за лацканы. – Да ты хотя бы знаешь, кто… - Фэй. – Голос генерала был подобен тяжелому гонгу, и едва тот прозвучал, как лейтенант тут же поникла и отпустила бедолагу из своей хватки. – Хватит. Возвращайся к матери. - Да, отец. – Еле слышным шепотом проговорила Фэй и удалилась вглубь дома. Старец, поправив свою мантию, перебросился с генералом парой фраз на родном языке и ушел прочь, ненавязчиво обойдя замершую на месте Анурай стороной. Взгляд Матиаса уткнулся в нее и проникся изумлением, поскольку сначала он ее не заметил. – Принцесса? - Я не могла остаться, когда узнала. – Тут же проговорила Анурай и потупила взгляд вниз. – Я могу уйти, если… - Нет, прошу, заходите. – Тут же отозвался мужчина и впустил эльфийку под крышу. Внутри дом абсолютно не располагал какой-либо роскошью - его даже с легкостью можно было назвать деревенским, и, если бы не огромные просторы и пространства, принцесса так бы и считала. Но судя по всему – такая обстановка вполне устраивала его жителей, а сам дом, как было видно, на самом деле содержал в себе не одно поколение семьи ее супруги. Отвлекаясь на обстановку, Анурай прошла вслед за Матиасом в полной тишине, пока они не остановились в гостиной, где на вынесенной из спальни кровати лежала изможденная болезнью Галатея. Возле нее, опустившись на колени, сидела Фэй, трепетно держа практически побелевшую ладонь в своих руках. Галатея практически сливалась по цвету своей кожи с простынями, на которых лежала. Ее утонченное лицо было худым – щеки впали, под глазами залегли темно-серые мешки, прекрасные блестящие волосы потускнели. Даже гранатовые глаза чуть утратили тот блеск, который у них был. Из горла женщины вырывалось тихое и хриплое дыхание. - Фэй. – Позвал отец приглушенно, и та, оторвав взгляд от матери, изумленно уставилась на принцессу. - Анурай? – Она медленно встала на ноги, когда отец подменил ее и сел на место подле своей жены. – Что ты здесь делаешь? - Тише. – Тут же коротко отозвался Матиас, и Фэй тут же замолкла, отойдя вместе с девушкой в другую комнату. - Я не могла остаться, когда узнала, что с твоей мамой. – Призналась тихо Анурай под тяжелым взглядом мрачной Фэй. – Почему лекарь ушел?.. - Он сказал, что бессилен здесь. – Произнесла с тяжким сердцем Фэй, и на дне ее голоса можно было легко услышать кипучую ярость. – Наш народ всю жизнь борется со Скверной, но все равно… Черт. Мама часто заражалась Скверной – она была очень устойчивой и поэтому ее постоянно брали на экспедиции в зараженные земли. Но в этот раз… Анурай не знала, что сказать, поэтому единственное, на что у нее хватило сил и смелости – это обнять супругу и прижать к себе. Та вздрогнула всем телом, но после пары мгновений она обмякла в ее объятьях и мелко задрожала. Наследница Прелатов приняла ее в свои объятья с готовностью и искренностью. Всегда крепкая и неколебимая, та была такой уязвимой, что отвернуться от нее сейчас было равносильно предательству. Анурай не посмела отказать Фэй в успокоении, в котором та нуждалась, как никогда. Когда Фэйоланта несколько успокоилась - ее дыхание выровнялось, а хватка вокруг принцессы ослабла, Анурай отважилась обхватить ладонями лицо супруги и поцеловать ее ласково в лоб. - Я знаю, что это слабое утешение, но что бы ни случилось, Фэй, ты не одинока. - Фэй... - В проеме комнаты появился Матиас и, несколько кашлянув от неловкости, все-таки заставил себя произнести: - Мама пришла в себя и хочет вас видеть. – Его взор коротко обратился и к Анурай. - Обеих. Фэй нервно кивнула отцу, и тот пошел обратно, пока девушка глубоко вдохнула и выдохнула. Анурай, видя, как та собирается с мыслями, аккуратно взяла ее за руку, стараясь помочь и придать уверенности. Едва зайдя в комнату, девушки увидели, как Галатея со слабой улыбкой смотрит на них. Она с трудом подняла дрожащую руку в их сторону. - Девочки… - Ее голос напоминал сухой шелест опавшей листвы. Не сдержавшись, Фэй подбежала к кровати, обняв слабую тонкую ладонь матери своими. На глаза набежали слезы, которые та с трудом сдерживала. - Мама.. – Некогда твердый голос дрогнул. - Как ты? - Бывало и лучше. - Призналась с тяжким вздохом та, говоря тихо и с большим трудом. Было видно, что любое усилие дается ей крайне трудно. - С тобой все будет нормально. - Если бы вера и уверенность в действительности могли нести исцеление, Фэй смогла бы поставить на ноги свою мать за одну лишь эту фразу. - Ты же такая сильная! Помнишь, как ты учила меня? Ты... - Фэй закрыла глаза, почувствовав них резь, когда дрожащая рука матери легла ей на лицо, начав вытирать слезы. - Т-ш-ш... - Только и прошептала та тихо, и Фэй смолкла, заставив себя проглотить вставший поперек горла ком слез. Ее взгляд уткнулся в Анурай, которая медленно подошла ближе и опустилась рядом с Фэйолантой на колени. - Вы обе... - начала Галатея тихим голосом. -...должны держаться вместе, что бы ни случилось... - Мам, не говори так, словно... - Фэй отчаянно не хотела произносить страшной правды, которая буквально бросалась в глаза - ее мать уже готовилась к концу, чувствуя себя на пределе. -...вместе вы можете делать потрясающие вещи... Судьба связала вас вместе не просто так... По какой-то причине Луна и Солнце выбрали вас... - Мам, не трать силы... – Фэйоланта не желала, чтобы последние силы и слова Галатея тратила на Светил, которые оставили их в такой важный час. Оставили! Ее злость мешалась со скорбью. - Анурай, - Галатея будто не слышала разумных доводов дочери и обратилась к наследнице Прелатов, отчего та сочувственно наклонилась ближе и позволила себе обхватить дрожащие бледные руки. - Фэй бывает очень трудной, но она правда хорошая девушка... Принцессе становилось дурно - слезы душили ее, и те покатились градом по щекам без всякого стыда. - Я верю, что благодаря тебе... она сможет, наконец, видеть в этом мире надежду... что она сможет открыться ему... – Каждое слово давалось женщине с трудом. - Мама, пожалуйста... – призывала ее дочь отчаянно. - Присмотри за ней, пожалуйста, моя дорогая. – Попросила та срывающимся голосом. Анурай коротко кивнула, едва сдерживая себя, чтобы не разрыдаться еще сильнее. Эта женщина доверила ей свое самое ценное сокровище, доверила хоть и была ей совершенно не знакома. Лишь пара встреч и разговоров. Эта чистая вера восхищала принцессу, но в то же время, ей было искренне больно, что это происходило при подобных обстоятельствах. Она полушепотом произнесла, не смея отказать: - Я обещаю вам. Галатея слегка кивнула и перевела свой взгляд на Фэй. - Дочь. - Мам, нет... даже не смей говорить этого! – Порывисто произнесла Фэйоланта, сжав зубы от злости и слез, что начали обжигать ее лицо. - Ты столько всего отдаешь войне, милая... Она жадная, Фэй... Она забирает у нас все, и это даже не демоны, а сама война... - Мам... - Я только сейчас понимаю, как я на самом деле мало проводила с тобой времени... - Руки Галатеи зарылась в черной копне волос, начав любовно и нежно перебирать их. -...война не забрала у меня детей или друзей, но она забрала у меня столько времени, которое я могла посвятить тебе и отцу... - Ты еще посвятишь! - Твердо отозвалась Фэй, отважно глядя в бледное лицо матери. - Еще все будет, обещаю тебе!.. Анурай затаила дыхание, ощутив укол в груди. Разворачивающаяся картина вывела ее из колеи, но больше всего ее вымораживало до дрожи то, что никто не мог помочь. Даже лекари-тифлинги не могли, и уж тем более... она? Взгляд наследницы опустился на собственную грудь, где из-под ткани летнего платья торчала цепочка с флаконом, полной эссенции чистой Солнечной Магии. Ее руки приподняли светящийся в полумраке флакон к уровню своего лица, и Анурай задумчиво нахмурилась. Лишь благодаря флакону она могла переживать периоды магического голодания, выпивая из него пару капель. Это последнее, что удерживало ее от полного истощения. «Если есть шанс помочь, то им нужно воспользоваться!» - решительно призвала себя Анурай и встала на ноги, мгновенно обратив на себя взгляд Матиаса, Фэй и самой Галатеи. - Я не знаю, сработает ли это, - Начала Анурай, демонстрируя наполовину полный флакон на своей цепочке. - Но если есть хоть какой-то шанс. - Ты... Можешь исцелить ее? - Дрожащим голосом спросила Фэй. - Я никогда не пробовала делать что-то подобное, - откровенно призналась Анурай, сняв флакон с шеи, и откупорила маленький цилиндрический колпачок. - Но попытаться стоит. Фэй поднялась на ноги и отошла, освобождая место Анурай, и пока та отходила, они пересеклись взглядами. В заплаканных глазах тифлинга она увидела не ту грозную воительницу, которую та всегда демонстрировала, а маленькую девочку. Маленькую девочку, для которой слова Анурай стали самым настоящим лучом надежды, что все получится, что ее мать будет жить. Принцесса не сказала этого, но от этого ей было еще больнее, ведь она была совсем не уверена в результате и боялась подвести ее. Особенно теперь. Она медленно приподняла голову Галатеи и поднесла к ее губам флакон. - Пейте медленно, не торопитесь. – Тихим голосом проговорила она. Галатея аккуратно выпила весь оставшийся флакон и слегка выдохнула, когда Анурай опустила ее голову обратно на подушки. - Теперь... нам нужно ждать. - Ну, в крайнем случае, я попробовала что-то новенькое и необычное в последние моменты жизни... - даже на самом краю Галатея умудрялась острить, что только восхищало Анурай, которая осталась подле нее, наблюдая за тем, какие изменения будут протекать в теле женщины на момент после питья Солнечной Эссенции. Матиас и Фэй сидели поодаль, боясь подойти к ним и помешать чему-либо. После пары минут питья из флакона - по бледным и исхудавшим рукам Галатеи внезапно пробежали яркие огоньки, похожие на огненных змеек, ползающих прямо по поверхности кожи. После, Галатея пробормотала, что ей становится очень жарко, и Матиас заботливо принес ей стакан холодной воды. От глотка воды легче не стало, и Анурай, пощупав вспотевший лоб тифлинга, поняла, что ту начал бить температурный жар. - Меня тошнит... - Призналась женщина сорванным голосом спустя полчаса после принятия Солнечной Эссенции. Пока к Галатее принесли железный таз, Анурай с озабоченным взглядом увидела то, как вены тифлинга взбухли и потемнели. Наконец, охваченная лихорадкой Галатея не выдержала, и ее все-таки вывернуло наизнанку прямо в принесенный таз. Но вместо зрелища в виде рвоты, из Галатеи вырвался неприятный густой черный комок, похожий на смолу. - Это сгустки Скверны... - Сморщился Матиас, заботливо придерживая жену над железным тазом. -...кажется, она начала выходить наружу... Фэй, сбегай за свечами - надо поджечь эту дрянь, и не дать распространиться. Галатея, продолжай - тебе нужно выплюнуть эту дрянь из себя!.. - Тебе... легко говорить! Как будто я сама не… Ее прервал очередной приступ. Фэйоланта же, не дослушавшая отца, уже сама несла свечи, снятые со столика, стоявшего в углу. - Держи. Несите сюда еще один таз! Живо! – Громко скомандовала она. Прислуга, ожидавшая за дверью, услышав приказ, громко топая, побежала вглубь дома. - Давай, дорогая, еще чуть-чуть! Ты почти справилась! – Матиас обхватил супругу за талию, чтобы та не опиралась руками о постель и могла рухнуть. Галатею вырвало в последний раз и вместе с черной жижей, она выплюнула маленький шарик, отливавший ядовито-зеленым оттенком. - Как эта дрянь попала ей внутрь? – Озабоченно нахмурился Моран-старший. - Какая разница, отец! Надо избавиться от этой дребедени! Фэй резко оторвала кусок ткани со своего плаща, прикрывавшего ее ноги, и использовала его, чтобы аккуратно забрать таз, не задев Скверну. - Дорогу! Откройте! Она быстро понесла это на улицу, одна из слуг последовала за ней, неся свечи. Выйдя на воздух, она поставила таз на землю и приняла свечи из рук слуги. - Всем отойти! – Громко приказала она. От брошенной свечи густая жидкость мгновенно заполыхала неестественным, зеленым пламенем. К Фэй подбежал Заиль, до этого ожидавший на улице. - Командир! - Сержант! Проследите, чтобы эта дрянь сгорела дотла! Она бросила это впопыхах, со всех ног несясь обратно в сторону гостиной, а на губах беззвучно звучало лишь одно слово. *** Когда все более-менее утихло, заботу о Галатее на себя взяла принцесса, которой никто не посмел препятствовать. Навыки врачевания, которым она была обучена на службе у Жриц, сейчас вызывали у Анурай множество благодарностей в адрес терпеливых учителей. Распорядившись постелить чистое белье и выделить новую постель, она с расторопностью также позаботилась лично и о самой Галатее, переодев ее в чистую одежду. - Как вы себя чувствуете? - Заботливо спросила принцесса, трепетно вытирая вспотевший лоб влажной тряпицей, пока Матиас и прислуга приводили комнату в порядок и чистили пол на том месте, где стоял таз или могла оказаться хотя бы одна капля Скверны. - Лучше. - Произнесла Галатея более твердым голосом, но все еще, конечно, слабым из-за долгого изнурения и борьбы с заразой, которая отравляла ее изнутри. - Я чувствую внутри такую пустоту, но... мне хорошо, принцесса... такое сладостное облегчение, словно из меня вытащили что-то, что меня душило... - Как давно вы посещаете Оскверненные Земли, Галатея? - Спросила тихонько Анурай, взяв на себя полноценную роль лекаря, и теперь напоила женщину холодной свежей водой. - С молодости. - Призналась та, прикрыв глаза и, кажется, понимала, к чему вела принцесса. - Думаешь, тот кристаллик... - Наверняка он начал формироваться внутри вас, постепенно сращиваясь с другими кусочками. Как опухоль, но кристаллизованная и в виде Скверны. Последняя вылазка, видимо, сделала свое дело и, возможно, это даже хорошо, что это произошло сейчас - по-другому эта дрянь могла проявить себя намного позже, когда ваш организм уже не был бы таким крепким. - Кажется, я ваша должница, принцесса. – Произнесла Галатея с благодарными нотками в голосе. Анурай лишь тихонько улыбнулась, не замечая того, как со стороны за ними наблюдает Фэйоланта. Она затормозила на самом пороге, увидев, как мать полусидела на кровати, поддерживаемая Анурай, теперь пила принесенный слугами бульон. Какое-то время она молча стояла в проходе, не веря, что все получилось, а после на нетвердых ногах подошла к кровати. Заметив ее приближение, Анурай с легкой улыбкой поднялась со своего места и, ободряюще погладив супругу по плечу, кивнула ей на немой вопрос. Девушку затрясло, но на этот раз от осознания. Обошлось. Она, едва сдерживаясь, села к матери на кровать и, как только та убрала тарелку, упала на нее, обнимая и зарываясь в ее плечо, без остановки шепча «Мама». - Ох, Фэй-Фэй, я тоже тебя люблю, но ты такая тяжелая... - С неожиданным искренним смехом протянула Галатея, и дочь тут же отстранилась, сдерживая слезы, на этот раз - искреннего счастья. - Оу, ну, посмотри, что такое?... Все хорошо... Обошлось. - Да. - Хрипло и еле сдерживая подобие скулежа, отозвалась Фэйоланта, стирая набежавшие слезы. - Я... я так рада... - Тогда улыбнись, детка. - Попросила Галатея с улыбкой, и девушка, улыбнувшись, все-таки пустила еще одну порцию слез уже вперемешку со сдавленным смехом. - Я люблю тебя, мама... - Произнесла Фэй вкрадчиво, обняв ту и прижав к себе. - И я тебя. - Произнесла нежно Галатея, и, после пары минут умиленной тишины, та, посмотрев в лицо Фэй, вдруг с серьезным тоном прошептала: - Ты должна беречь Анурай, как зеницу ока. Такая девушка - подарок жизни! - Мам... - Не спорь с больной женщиной! Я и раньше говорила, что тебе повезло с женой. Галатея усмехнулась, видя, как заплаканная дочь постепенно приходит в себя и вновь краснеет каждый раз, как она начинает обсуждать ее и Анурай. - Если ты упустишь такую девушку, я лично тебе хвост розгами отстегаю! – Пригрозила она. -М-м-а-а-а-ам! Хвост упомянутой невольно дернулся и прижался к ногам, будто пытаясь стать невидимым. *** Матиас хотел вмешаться и тоже поделиться своим счастьем по случаю выздоровления жены, но решил не мешать их уединенному разговору, которые происходили все реже и реже. Вместо этого он отыскал Анурай, которая стояла на улице вместе с Заилем и наблюдала за тем, как Скверна сгорает позеленевшим противным пламенем. Увидев приближение генерала, Заиль тут же отдал ему честь и склонил голову в почтении, на что тот приказал ему оставить их с принцессой наедине. Когда он ушел, Матиас взглянул на сравнительно маленькую по сравнению с ним девушку, и ему стало вдруг совсем странно на душе - столь маленькая, хрупкая и всем своим видом говорящая окружающему миру, что она слабенькая неспособная сошка, но она была той, кто исцелил его жену и практически вернул этим поступком к жизни его самого. - Принцесса. - Произнес Матиас и, не зная, как ему по-другому выразить свою благодарность, преклонил перед ней колени. - Спасибо вам за то, что спасли Галатею. Я запомню этот поступок на всю свою жизнь! Анурай покраснела и тут же шепотом начала лепетать: - Не нужно, пожалуйста! - Нет. Я всю свою жизнь посвятил всего двум вещам. Это моя семья и война. И сегодня я едва не потерял свою семью. Я говорю не только о Галатее. Если бы она умерла... мне даже представить страшно, что бы я и Фэй сделали, если бы это случилось. Галатея всегда являлась той, кто не давала нам обоим раскиснуть и не забыться среди всего этого хаоса. Вы сегодня спасли не одну, а три жизни, Принцесса. Я вечно буду вам обязан, и если вам когда-либо хоть что-то понадобится, просто скажите, я сделаю что угодно. - П-пожалуйста, встаньте! Я просто сделала то, что считала правильным! Вы не должны из-за этого склоняться предо мной! – Искренне смутилась Анурай. Мужчина грузно поднялся, и Анурай удалось увидеть, что старый генерал, ветеран многих битв, улыбался как маленький счастливый ребенок, получивший прекрасную новость. Глаза его тоже слегка слезились, но он смахнул влагу одним движением и, встав по стойке смирно, отдал честь Принцессе. После этого он перевел взгляд на дом. - Думаю, они хотят поговорить еще какое-то время, вы не будете против компании старого солдата? - К-конечно нет! - Тут же уверила Анурай, чувствуя в душе непередаваемые ощущения от собственного поступка и от столь искренней реакции всегда стойкого и внушающего одним своим видом трепет генерала. - Я буду рада, если вы побудете со мной, генерал. - Матиас. Просто Матиас. - Протянул тот с улыбкой, позволив себе присесть на траву и уставиться на розовеющую полоску горизонта. Анурай, недолго думая, села рядом с генералом. - В словах Галатеи был свой смысл, не находите, принцесса? - Вы о войне? - О ней. - Матиас задумчиво нахмурился. - Она права - война забирает у нас слишком многое. Моя Галатея воевала недолго - около пяти лет на фронте, до тех пор, пока нас не обручили, и она не осталась единицей в запасе, часто принимая участие в экспедициях. Потом... - Матиас ностальгически улыбнулся. -...у нас родилась Фэй. Я тогда подумал, что буду сражаться на войне со всех сил, чтобы мир, в котором будет расти моя девочка - был безопасным и радостным. На деле же... все закрутилось волчком. - Когда я родилась, мои родители оказались в разладе. - Поделилась Анурай тихим голосом, тут же обратив внимание Матиаса к себе. - Глядя на вас, я, если честно, мечтаю о том, чтобы моя семья была хоть немного такой же дружной, как ваша. - Мы дружны и всегда улыбаемся, потому что наша семья - одно из немногих мест, где мы можем забыть обо всем, что находится по ту сторону. Мы отчаянно дорожим этим, потому что знаем - что бы ни произошло, здесь нам всегда будут рады. Здесь, не важно, что произошло, мы найдем поддержку и уют. Я не могу разрешить конфликт твоих родителей, но я знаю, что однажды они помирятся. - Почему вы так уверены? - Они смогли вырастить такую замечательную дочь. Но знаешь, Анурай, - Матиас с мягкой улыбкой аккуратно положил свою огромную руку на хрупкое плечо девушки. - Сегодня ты стала частью еще и нашей семьи. А это, значит, что отныне это место всегда будет для тебя домом. - Гене... Матиас.. Я не знаю, что сказать. – Призналась растрогано принцесса. - А и не говори ничего! Полно мне, старику, так расклеиваться, Галатея потом все уши прожужжит! Раскатистый смех генерала разнесся по всей округе, и в этом смехе слышалось настоящее облегчение. *** - Фэй, милая... - Произнесла Галатея, поглаживая дочь по лицу и волосам, пока та самозабвенно слушала. -...я ведь говорила всерьез насчет всей этой кутерьмы с войной. После того, что со мной случилось... я не хочу, чтобы ты продолжала воевать. - Мам... - хотела было произнести Фэй, но Галатея опередила ее: - Но ты не станешь этого делать, я знаю. Возможно, что это правильно, а возможно, что нет. Я понимаю твое желание продолжить борьбу с нашим врагом. - Вот-вот наступит День Слез, а после официальный Поход на фронт. - Задумчиво произнесла Фэй. - А после я уеду вместе с Анурай в Солнечное Королевство и, фактически говоря, я буду пропадать на войне уже в два раза меньше обычного. - Ох, ну хоть что-то. - Хмыкнула насмешливо Галатея, а после, интригующе прищурилась: - Когда ты уже начнешь ухлестывать за принцессой? - Мам, ну не сейчас же!.. Я завтра... уже сегодня - официально вернулась к делам и... ох, не надо так на меня смотреть... - Она хочет внимания. Твоего внимания. И ты это прекрасно знаешь. – Галатея усмехнулась и заговорщически добавила: - Она ведь буквально каждое твое движение ловит! - Ты перегибаешь! И.. я стараюсь... - Если бы ты старалась, то я бы уже готовилась нянчить внуков! - Ну, мама! - Не нукай! - Ты же сама знаешь, что я не могу так прямо! Тем более после того, что... - Фэй прикусила язык, поняв, что чуть не рассказала о произошедшем недавно в лесу. - Забудь ты уже об этом! Если бы я помнила все моменты, за которые мне было стыдно или больно, я бы ни за что в жизни не смогла посмотреть на твоего отца и тем более заделать тебя! - Мам... - в которой раз промолвила Фэй, а Галатея в который раз закатила глаза. *** Они вернулись обратно на виллу, когда убедились в том, что Галатея была в порядке - несколько лекарей осмотрели ее и закрепили очевидные запреты: никакого фронта, никаких экспедиций или любых других вылазок в места, где есть хотя бы немного Скверны. Галатея не была против остаться дома, как говорила уже до этого, и, когда дочь с ее супругой уезжали обратно на виллу, та смело заявила, что двери этого дома для них всегда открыты в любое время. Пока они ехали обратно, Заиль, видимо поняв что-то для себя, поскакал чуть впереди них, пока Анурай, сидящая вместе с Фэй верхом на Келпи - пыталась найти в себе хоть какие-то слова. Впрочем, лейтенант сама вышла на разговор, когда легко обняла принцессу за талию, придерживая в седле, и искренне произнесла: - Спасибо тебе. Анурай сжала ладони на руках тифлинга, что держали ее за талию. - Я рада, что смогла помочь. - Ты сделала нечто большее. Фэйоланта мягко прислонилась к затылку Анурай и втянула воздух носом. Непередаваемый запах лета и полевых цветов заполнил ее легкие. - Теперь ты нюхаешь мои волосы? – Игриво спросила Анурай, слегка разведя уши в стороны. - Ничего не могу с собой поделать! Они слишком хорошо пахнут. Ох, они у тебя совсем растрепались.. и здесь, и здесь. - Фэй заерзала на месте, роясь по седельным сумкам, - черт, куда я ее дела? - Что ты ищешь? Лейтенант замерла на месте, поняв, что слегка увлеклась. - Ну... расческу... я хотела уложить тебе волосы.. если ты не против. Анурай захихикала, и от этого звука у Фэй по спине пробежала приятная дрожь, отдавшая даже в кончик хвоста, который, кстати, слегка помахивал из стороны в сторону, несмотря на неудобное положение из-за седла. - Мне будет очень даже приятно. - Произнесла Анурай, позволяя Фэй начать скользить гребешком из китовой кости по золотистым струящимся волосам. Наследница прикрыла от удовольствия глаза и когда Фэй стала заботливо и удивительно ловко, несмотря на то, что они были верхом на лошади, заплетать ей косичку, она произнесла: - У эльфов этот жест очень доверительный, знаешь... так что... делай выводы, мой верный тифлинг... Обернись в данный момент Анурай, она бы увидела, как лицо девушки в очередной раз заливает краска. Ничего не ответив, Фэй с сокровенной улыбкой продолжила аккуратно заплетать волосы. Постепенно, мерное движение лошади, мягкое поглаживание по волосам и тишина вокруг сморили принцессу, и та очень быстро уснула прямо на лошади. Фэй придержала ее, не позволяя упасть, и улыбнулась. За эти сутки произошло определенно очень большое количество событий. Она заслужила отдых. *** С того дня изменилось многое. Фэй, доселе думающая, что ее симпатия вызвана одним лишь личным очарованием принцессы, поняла для себя, что ее чувства переросли в более глубокие и сокровенные. Поступок Анурай очень тронул Фэй и выдвинул наследницу в стан особых людей, ради которых она была готова на все. Раньше, в принципе, можно было сказать, что это было также, но это было лишь по причине их навязанной судьбы и связи между ними. Теперь же Фэй могла сказать, что это чувство идет изнутри ее души, которая медленно приоткрылась Анурай. К сожалению, служба никуда не делась, и Фэй, как и говорила, быстро ушла в дела, а Анурай пыталась справиться с внезапной тоской, одиночеством и... голодом. После случившегося она пыталась гнать от себя мысли о том, что собственноручно отдала единственный источник «Солнца», который помогал ей не ощущать себя дурно в моменты очередной слабости. Это были отголоски эгоистичного естественного поведения - примерно такие обрывки, которые проскальзывают в мыслях каждого, когда он вспоминает о чем-то, что было ему нужно, и что он отдал по собственному решению. Все же, своего рода неприятности были налицо - Фэй, пропадая по делам военной службы, измотанная и вечно недосыпающая, виделась с принцессой лишь по ночам, когда сонно волочилась в спальню и устраивалась рядом с ней. Реже, она во сне позволяла себе обнять Анурай, которая просыпалась, но никогда не подавала виду и не пыталась вырваться. Обе девушки мало-помалу приближались к своему небольшому пределу. Анурай, стремящаяся изучить записи Шуаран, все чаще стремилась заставить себя сказать Фэй, чтобы та отвезла ее к границе Королевств, но все иронично складывалось так, что та возвращалась домой в полумертвом состоянии и сказать ей что-то о том, что необходимо поехать к Солнечному Древу - у Анурай не поворачивался язык. Также, ухудшалась погода, и дороги раз за разом размывало, из-за чего поездка к Границе обещала быть утомительной и долгой. Наследница Прелатов оказалась не в самом лучшем положении. Спустя почти полтора месяца, Фэй внезапно показалась дома еще на закате, что было очень необычно, ведь последние пару недель, она возвращалась уже затемно. Девушка со слегка приподнятым настроением зашла в дом, держа одну руку за спиной. Путь ее немедленно лежал в комнату Анурай. За это время она успела выучить эту дорогу наизусть, ведь фактически она уже переехала туда и каждую ночь проводила именно там. От осознания этого на усталом лице появилась легкая улыбка. Девушка зашла внутрь без стука и, как и ожидала, обнаружила Анурай, склонившуюся над записями. Та совсем не заметила какое-то изменение, увлеченная бумагами. Фэй медленно подошла к супруге и мягко положила свою ладонь на хрупкое плечо. - Как поживает, моя дорогая жена? – С лукавыми нотками спросила Фэйоланта, почти мурлыкая. - А?.. Фэй? – Принцесса устало потерла пальцами переносицу, но выдавила из себя искреннюю улыбку. - Ты сегодня очень рано. Что-то случилось? - Да, я, наконец-то, смогла закончить с большинством накопившихся дел, так что на сегодня у меня появилось немного свободного времени. - Она протянула Анурай букет полевых цветов, собранных по пути домой. В последнее время им едва удавалось поговорить, но сегодня Фэйоланта хотела посвятить все свое время именно принцессе. - Ох, спасибо. - Анурай приняла букет и незаметно убрала прочь документы, которые сегодня, наконец, смогла расшифровать. Она была почти у цели, которая могла положить конец ее изнурительному состоянию в виде волн слабости, мигрени и редких обмороков. - А твое свободное время как долго продлится? - Думаю, до завтра. - Проговорила Фэй с теплой улыбкой, сосредоточив все свое внимание на голубых глазах и прекрасном лике, освещенном в полумраке зажженных свечей. - Завтра я отлучусь ненадолго в штаб, чтобы сдать разобранные мною документы и весь оставшийся день смогу посвятить нам... ну, тебе... да. - Звучит прекрасно! - Обрадовалась наследница и отложила букет в изящную вазу, потому что к неожиданности самой Фэй внезапно прильнула к ней. - Я соскучилась по тебе. Ох! Это признание вызвало в душе тифлинга просто гром и шквал эмоций, отразившихся на ее лице незаметным румянцем и робким ответным объятьем вокруг талии эльфийки. Анурай хотела оторваться от Фэй и попросить ее о том, что очень давно угнетало, но слова застряли в горле. «Она выматывается так сильно, что еле ходит! Я практически закончила со своими исследованиями и скоро позабуду о своем голоде, а заставлять Фэй везти меня на другой конец Королевства и тратить на это единственные дни, которые мы можем посвятить друг другу? Нет!». Анурай сама не заметила, как порывисто прильнула губами к щеке супруги, наслаждаясь ее пьянящей близостью так, как никогда. Одно ее присутствие и возможность трогать, не боясь разбудить ее или чувствовать ее руки на себе - кто она такая, чтобы отказываться от этого? - А ты сегодня очень активна. - Усмехнулась Фэйоланта, пока в голове творился хаос от того, как Анурай льнула к ней. Это было настолько приятно, что она даже терялась - неужели она настолько ей важна? Но она покачала головой, отбрасывая все мысли. Здесь и сейчас важна только Анурай. Она аккуратно обняла ее лицо своими ладонями. В глаза сразу бросался нездоровый цвет кожи и круги под глазами, но она не хотела омрачать этот вечер своими расспросами. - Чем бы ты хотела заняться? - О, мы могли пойти и прямо сейчас поужинать, потому что я умираю с голоду. - Призналась Анурай, ласково дотронувшись до теплых, но чуть грубоватых от обращения с оружием ладоней. - Тогда, не будем больше откладывать! - Объявила Моран бодро и, дабы в полной мере отдаться приятным ощущениям собственной смелости, навеянной поведением принцессы, подхватила ее на руки. - Пойдем, я накормлю тебя, жена! Анурай искренне засмеялась. За ужином, который она разделяли вместе впервые за такое долгое время, они позволили себе болтать обо всем, что только приходило в голову, и при этом они сидели не напротив друг друга, как это было давно, а рядышком, часто встречаясь взглядами, а иногда и соприкасаясь руками. В воздухе буквально парила эта приятная атмосфера неясного предвкушения. Наверное, именно об этом рассказывал ей отец, когда журил ее за то, что у Фэй нет второй половинки. «Эх, Фэй, ты не поймешь, что это такое - возвращаться к кому-то, кто тебе важен так же сильно, как ты сам! Ты таешь буквально от одного взгляда, по которому тосковал все это время, а касания пробуждают огонь и даже неважно - окончится дело постелью или нет - пламя чувств разгорается с новой силой, когда ты возвращаешься после долгого отсутствия к своей дражайшей половинке!». Конечно, их отношения совершенно не подразумевали такую глубокую связь, но даже прямолинейная в данных вопросах Фэй понимала, что между ними что-то разгорелось, стоило полноценно встретиться после столь долгой разлуки. Отложив приборы, Фэй с улыбкой откинулась на стуле. - Ах, ты просто не представляешь как это приятно после стольких дней солдатской готовки и пайков отужинать домашней пищей! Особенно в такой компании. Я, конечно, люблю своих солдат, но они определенно уступают тебе в красоте! - Девушки легко посмеялись, и наступил момент тишины. Она не была неудобной. В ней была своя магия, Фэй, мягко гладила ладонь принцессы своими пальцами, их взгляды смотрели друг на друга, и это казалось.. настолько правильным, что хотелось, чтобы момент не прекращался. Но на секунду лицо Анурай исказилось от очередного приступа боли в висках. Многочасовое сидение дома целыми днями без глотка свежего воздуха явно не пошли на пользу. - Эй, ты совсем плоха, принцесса. - Фэй пыталась придать голосу веселье и скрыть свое беспокойство, пока Анурай, справившись с волной мигрени, выдавила из себя: - Я определенно пересидела за книгами. - Она приняла руку супруги и позволила вывести себя на широкий балкон, с которого наследница Прелатов когда-то наблюдала за дуэлью Фэй и Заиля. Заняв место на удобной лавочке, Анурай удовлетворенно вдохнула свежий воздух и возложила белокурую голову на крепкое плечо супруги. Она могла бы очень легко привыкнуть к этому - к вечерним посиделкам на балконе, в объятьях друг друга. - Знала бы ты, как солдатня завидует мне, каждый раз, когда вспоминают, что у меня за красавица-жена! - Со смехом проговорила Фэй, пока Анурай позволила себе рисовать указательным пальцем на чужой руке незамысловатые узоры. - Мне в пору хвастаться тем, что я обручена с самым лучшим лейтенантом армии тифлингов, которая разит демонов направо и налево. - Хех... Очередной момент приятного молчания в компании друг друга, но уже под открытым ночным небом. Луна, едва выглянувшая на небо, невольно окинула их своим взором. Обычно, в такие моменты наступает романтичная сцена, как какое-то откровение или поцелуй. И, возможно, Фэй бы решилась поддаться окончательно своей тяге, усилившейся под напором момента и настроения, но Анурай уснула на ее плече, прижавшись к ней так трепетно, словно инстинктивно искала этой близости. Мысль о том, чтобы заснуть с принцессой практически в одно и то же время вызвала у Фэй улыбку, и она, недолго думая, вновь подхватила легкое тело супруги на руки, рассеянно нахмурившись от явно... более легкой ноши, чем обычно, которую она не заметила до этого. Весь путь до спальни она провела в тяжелых думах. Анурай становилось хуже, она не была слепа. И ее очень злило то, что она была бессильна хоть как-либо помочь. Если бы только она могла съездить с ней в Солнечные земли, хотя бы на пару дней. Но лишь совсем недавно к ним прилетал почтовый ястреб, который передал сообщение о задержке поставок припасов из-за размытых дорог. Непогода и раньше одолевала их местность, но в этом году природа свирепствовала особенно. Фэйоланта мягко уложила принцессу на кровать и принялась готовиться ко сну. - Может, попросить отца?.. Он должен помочь... - Фэй... - прошептала сонно Анурай, когда услышала бормотание девушки и застала ту за тем, как та медленно снимала с себя рубаху, стоя к ней обнаженной спиной. Принцесса замолкла, не в силах сдержать соблазна и откровенно уставилась на то, как та переодевалась. Узкие армейские штаны отправились вниз с бодрым еле слышным перезвоном бляхи, и Анурай все-таки отвела слипающийся взгляд в сторону, когда девушка осталась лишь в неглиже и отошла к шкафу, где облачилась в легкую сорочку. Сил раздеться самой у наследницы Прелатов не было, но когда Фэй мягко опустилась на свою половину кровати, она без стеснения сократила между ними расстояние и вновь прильнула к ней, мыча от удовольствия и сонливости. - Вот бы всегда засыпать так, Фэй... - прошептала Анурай с усмешкой и лукавством. Та в ответ улыбнулась и обняла супругу одной рукой, а другой принялась поглаживать ее по волосам. Пальцы проскальзывали сквозь золотистые локоны, вызывая внутри девушки тихий восторг от их мягкости и шелковистости. - Да, я бы многое отдала за такую возможность. Постепенно сонливость начала одолевать и Фэйоланту, и она решила позволить себе маленькую вольность. Она мягко опустила свои губы на лоб Анурай, едва коснувшись его. - Спокойной ночи, Анурай.. Этот незамысловатый жест, которым Анурай обычно тоже награждала Фэй вызвал у эльфийки свою порцию восторга, ибо вернувшийся к ней в ответ - он вызывал у нее искреннюю симпатию. Они обе уснули с улыбками на лицах. К сожалению, Фэйоланта вновь проснулась раньше принцессы, но, зная, что сегодняшний день она сможет вновь посвятить принцессе после недолгой поездки, позволила себе оставить на щеке принцессы легкий поцелуй, который вызвал у Анурай улыбку сквозь сон. Ведомая желанием поскорее покончить с делами, она быстро снарядилась и отправилась в путь. Анурай проснулась спустя час после уезда Фэй и очень долго с улыбкой нюхала еще свежий запах чужой подушки. - У нас будет весь день с ней. - Шепотом порадовалась Анурай. - А завтра, когда она отлучится, я съезжу по своим делам. Это не должно занять много времени. Надо потерпеть еще немного, и это закончится...