Волшебный восход солнца

Женщина с волосами, едва достающими до плеч, сидела на краю своего ложа и тяжело дышала. Морщины, которые обычно глубоко залегали на лбу, в уголках глаз и губ, были почти не заметны на красной от жары коже. - Ваше Величество, я принесу воды, - старушка рядом с трудом начала вставать с резного стула, мастерски выполненного из дуба Восточной рощи. - Не стоит. Я сама. Женщина подошла к небольшому кофейному столику с чинно стоявшими на нём хрустальным графином и парой стаканов: - Будешь? – Королева посмотрела на свою служанку. Та отрицательно качнула головой. - Как знаешь, – уже со стаканом в руке женщина подошла к окну. – Я хоть и Королева, но умею уважать старость. Многие ниже меня этого не делают, строят из себя невесть что. Всегда раздражало. Все когда-нибудь придут к старости. Моё солнце тоже уже совсем скоро уйдёт за горизонт. - Мы не вечны, - старушка нервно перевела взгляд, улыбнулась. – Но прошу Вас, ещё слишком рано, чтобы оставлять нас. Королева сделала большой глоток. Короткий смешок, далёкий от радостного сорвался с её губ. - Опустим это. Красивый город, - несколько секунд помолчав, она продолжала смотреть на черепицу домов, раскинувшихся далеко к горизонту, - с такой высоты он виден почти полностью. Жаль, что я лишь малость смогла вложить в него. И обрекла на войну, - она начала говорить полушёпотом, будто очень сожалела о содеянном, - в которой неправыми оказались мы. Королева закряхтела. - Что-то мне нехорошо… Она быстро, как не умеющий плавать человек идёт ко дну, упала на пол. - Мария! - от неожиданности вскрикнула старушка. Почти мигом, вопреки своему возрасту, она оказалась рядом. За это время Королева уже успела посинеть. Служанка трясла её за плечи. На её руках умирал человек, которого она знала всю его жизнь. Мария как рыба раскрыла рот и пыталась хватать воздух. Ничего не выходило. Через минуту она навсегда перестала двигаться. Этой ночью во дворце Светграда никто не спал.

***

Вместе с восходом солнца и его первыми лучами на улицы столицы проникли ужасающие новости. Ночью мёртвую Королеву Марию нашли в её покоях. «Она была, конечно, не так молода, но и не так уж и стара, чтоб умереть», - переговаривались лавочники между собой, готовясь к очередному открытию. А во дворце, казалось, спать никто не ложился. Смерть будоражила каждого из присутствующих уже с позднего вечера. Не находил себе места и Александр. Шеф разведки занимал эту должность уже семнадцать лет, это событие касалось его напрямую. Шпион ходил из стороны в сторону, то и дело поглядывая в окно. Он был уже не молод, лет около сорока. Его голубые глаза, которые он любил щурить по делу и без, сейчас были и вовсе закрыты. Солнце взошло полчаса назад, Александр поднял веки, чтоб взглянуть на центральную улицу, уже заполненную народом. Чем-то постоянно занятые люди хоть немного успокаивали шпика. - Не могло этого случиться, - размышлял он вслух, - и всё же произошло. Но что-то не так… Совсем недавно началась активная пропаганда среди черни. Невозможно, чтобы эти события были связаны… Шеф разведки злился. Он всегда злился, когда что-то уходило у него прямо из-под носа. Александр сказал кому-то в глубине комнаты: - Загляни в Зал Совета. Наверняка они уже там, но я не хочу тратить время на пустые хождения по дворцу. По закону, - он усмехнулся, - сейчас власть эта глубокоуважаемая четвёрка. Из его комнаты выбежала до сих пор не видимая служанка. Александр опёрся на подоконник и продолжил думать. «Многим, если быть честным, - шпион размышлял уже про себя, - её смерть на руку. Слишком честная, она не могла закрывать глаза на некоторые дела её приближённых и часто била их по рукам. Гораздо чаще, чем это было необходимо».

***

Когда один монарх умирал, а другой ещё не был коронован, власть переходила к Совету. Так происходило всегда. Так произошло и сейчас. По давней традиции он состоял из четырёх человек. Именно к ним и направлялся шеф королевской разведки. Широкие двери главного зала распахнулись. За круглым столом сидело трое мужчин и женщина. Когда Александр зашёл, они перестали разговаривать и устремили взгляды на него. - О, Саша! Не твоя служанка заглядывала? – громко сказала единственная представительница противоположного пола. Немного грузная, в пышных одеждах она походила на небольшое облако. На её лице, ближе к уголкам губ и глаз, едва виднелись морщины – спутницы вечных хохотушек. - Здравствуй, Анна, - немного сухо поздоровался он с советницей по экономике. От его тона женщина немного погрустнела, но потом снова приняла беззаботный вид. - Я собрал вас здесь, чтобы… - шпион не успел начать, как его перебил сухощавый мужчина с тёмными глазами. Советник народного мнения. Скуластое и угловатое лицо человека было испещрено морщинками, на длинном прямом носу расположились очки. - Знаем уже зачем. Не в этом дело. Займёмся более насущными проблемами. После смерти Марии народ опять требует свободы. Трон не может долго пустовать – это внесёт дополнительную смуту. Которая мне, - он проговорил по слогам, - совершенно не нужна. - У нас война! Нельзя запускать чернь в свободное плавание. Нужно ещё до коронации пресечь смуту и мятеж. Работа кузниц встанет, а там уже ничего не поможет, - подал голос сидевший прямо напротив двери мужчина, военный советник. Не из самых красивых и так, без левого уха, на месте которого висел лишь маленький обрубок – привлечь своим видом он точно не мог. Но его голос! Голос перекрывал все внешние недостатки этого человека. Одной фразой он переключил внимание собравшихся на меры пресечения бунта. - Но для этого нужно обзавестись королём. Тогда и чернь перестанет думать о другом. - Как вы не понимаете? Мы можем не успеть! Север уже под стенами Марий-города, ещё месяц и уже столица в их зоне атаки. - Убьём агитаторов – и дело с концом! - Это может стать роковой точкой невозврата. Завязалась словесная перепалка. Пока Совет пытался установить очерёдность действий, двое всё же сохраняли молчание: шпион и научный советник не спешили вступать в бой. «Как долго идёт война? Всю жизнь, кажется. То мы побеждаем, то они. Сейчас они. Но вот Север растянет линии снабжения, пробившись вглубь, - думал Александр, - устроим диверсию. И снова пойдут наши победы». - Хватит! - его размышления прервал научный советник. Как и темноглазый, он носил очки, но был гораздо моложе того. Лет тридцати на вид. – Мои помощники уже приготовили новые орудия. Они стреляют в полтора раза дальше прежних. О войне можно не беспокоиться. «Теперь точно пора побед», - ещё больше уверился в своём Александр. - Пару недель на введение, - рассуждал советник без уха, - потом пушкари привыкать будут… Завтра что ли представите? - Неделя, не больше, - уверил советник науки. Повисла тишина. Только били часы на центральной площади да жужжала муха где-то под потолком. Полдень. - Полдень, - сказал сухощавый советник народного мнения. - Да, пора обедать, - весело сказала Анна, будто несколько минут назад не вела речей о необходимости умерщвлений врагов и скорейшей коронации. Перед самым уходом, когда все уже задумались о своём, научный советник тихо положил в карман Александра маленькую записку. Тот сделал вид, что ничего не заметил, и прошёл дальше.

***

Толпа собралась на центральной площади. Те, кто всё утро чего-то требовали, наконец готовились слушать. Балкон, на который всегда выходила Королева Мария, чтоб пламенно выступить перед своим народом (иначе у неё просто не получалось), теперь занимал Георгий Малинов. Фамилия советника народного мнения не соответствовала ни его внешности, ни его методам. Каждый, кто более-менее был приближен ко дворцу, знал: всем его врагам рано или поздно приходилось очень несладко. - Граждане Светграда, - начал он, - наступают тяжёлые времена. Войска Севера осаждают Марий-город, нашу вторую столицу. И тем больше именно сейчас нам необходимо превозмочь себя и вернуть власть над этими варварами. Я призываю всех вас трудиться на благо Родины не покладая рук. Верьте в победу, делайте всё для победы, станьте победой! Последние слова все 20 лет непрекращающейся войны звучали на каждом углу, приобретя статус девиза. Толпа одобрительно загудела. Идиллию прервал одинокий, но слышимый голос. «Когда нам вернут наших родных?» Малинов, уже собравшийся покинуть балкон, остановился. Нашёл взглядом примерно то место, откуда послышался крик. Без очков это было достаточно трудным занятием. - Пока идёт война, свобода передвижения частично ограничена. Вместе со свободой печати. Частично. Всё для того, чтобы помешать шпионам и диверсантам подрывать могущество нашей страны. До установления мира, думаю, это ясно, об изменениях не может идти речи. Площадь разразилась множеством неодобрительных криков. Малинов и сам не очень одобрял это. Тысячи человек работали сейчас в плавильнях под Железной горой, в несколько раз больше – отдавало свои жизни на войне. Советник развернулся и мрачный скрылся в глубине Королевского дворца.

***

Пунктуальность шефа разведки не подвела, как и всегда. Который раз он приходит в один и тот же дворик, спрятавшийся недалеко от дворца, по обещанию научить принцессу Елизавету фехтовать. «Получается, она единственная наследница. Сложные времена, пусть хоть оружие будет ей поддержкой». Для него она нечто большее, чем просто будущая властительница. - Запыхался? – спросила Лиза, когда Александр быстрым шагом появился из-за угла. Они обнялись. - Да, сегодня особенно жарко. Видно, гроза будет. - Видимо… Наступило то молчание, которое наступает только в двух случаях. Когда закончились все заезженные фразы, показывающие воспитанность собеседников. И когда что-то будто колет человека в самое сердце, перехватывая дыхание лишь от взгляда на собеседника. Последнее зовётся любовью, в той или иной мере. - Начнём? – благо, длилось молчание недолго. Разминка, затем простые упражнения, сменившиеся почти настоящей битвой. Александр не смог отказать даже в использовании настоящего оружия. Между звоном стал слышаться и их разговор. О разном: о прочитанных книгах, о новых костяных изделиях с Островов, которые нынче пребывали колониями Самдейла. Когда говорили об обеде, у Александра предательски урчал живот. Но одна фраза, брошенная будто случайно, заставила шефа разведки встать как вкопанного прямо во время выпада. Хотя в глубине души он был рад, что Лиза, будущая королева Светграда, доверяет ему столь сокровенные переживания и мысли. - Кажется, я влюбилась, - вскользь, будто это ежедневное занятие – влюбляться, сказала Лиза. С небольшой усмешкой, чтобы казаться беззаботнее, Александр спросил у неё: - И кто он? - Архип. Александр представил этого высокого смуглого начальника Гвардии, с которым он уже полгода находился в контрах из-за некоторых действий юноши, остававшихся без объяснений для шпиона. Этому жилистому пареньку, всегда появлявшемуся в тяжёлых гвардейских доспехах, едва перевалило за двадцать лет. Шефу же разведки недавно исполнилось уже тридцать шесть. Поэтому, как полагал сам Александр, враждовать с молодняком было ему не к лицу. Однако это дело он продолжал. И с довольным упорством. Шпион уже собирался что-то сказать, как вдруг весь дворик заполнил звонкий смех, не принадлежавший никому из доселе находившихся здесь. -Кажется, тренировка закончилась, - вышедшая из-за колонн Микаса продолжала смеяться. – Ты уколола этого человека в самое сердце! Идёмте, никто из вас ещё даже не обедал. Некоторое время Александр просто смотрел на появившуюся девушку с серыми глазами и волосами цвета вороного крыла, достававшими до плеч. Такая милая и нежная, со столь притягательными лицом и фигурой. Возможно, это ему казалось. Но он любил её, а она любила его, оттого всё становилось не столь важным.

***

Вечерело. Обед уже давно провалился, но до ужина оставалось несколько часов. Александр шёл через бесчисленные коридоры замка. В руке он сминал клочок бумаги, который минуту назад полностью захватил его внимание.

***

С уходом одной, главной в жизни многих, звезды на смену ей приходили другие, гораздо меньше предыдущей. Некоторые из них и совсем были незаметны, но всё же, несмотря на это, исправно исполняли свою главную роль – светить. В этот вечер всё случалось точно так же. Александр наслаждался предночным пением птиц, медленно и незаметно пробираясь сквозь плотные декоративные кусты по тропке, знакомой ещё с детства. Воспоминания о тех временах вызывали у него улыбку. Лёгкий ветерок здесь, в глубине сада, почти не ощущался. Лишь верхушки деревьев слабо покачивались под его напором. Сам сад уже пятую сотню лет рос на городском берегу озера Магдалин, отделяя его от дворца Светграда – столицы государства. Капюшон всё время норовил упасть шпиону на глаза или зацепиться за ветку. Но, верный своим принципам конспирации, он не снимал его с головы. Когда пение птиц совсем утихло, а палящий круг зашёл за горизонт, Александр оказался на указанном месте. «Срочнейшее дело. Сегодня, в саду, после заката, на площадке со скамейкой у обрыва». Шпион знал или, по крайней мере, догадывался, о чём пойдёт речь. И немного нервничал из-за этого. По совершенно неизвестным причинам. Ждать Александру не пришлось. В условленном месте совершенно неподвижный ждал его человек. Услышав шаги, он обернулся. Владислав, научный советник короны. Его очки в угловатой оправе блеснули в свете луны. - Благодарю, что пришли, Барон, - начал советник. – Это действительно важно. «Без приветствий, сразу в бой, - подумал Александр. – Неужели удумал сходу выбить меня из колеи». Эти мысли совсем не отразились на его лице. - Кто зовёт меня на встречу ночью, явно жаждет спокойствия для нашей страны, - вслух проговорил шпион. – А это для меня больше, чем просто долг. - Вы совершенно правы. Ветер потихоньку начинал усиливаться. С запада небо уже полностью накрылось тучами. Волосы Владислава, лишь немного не достающие до плеч, от очередного порыва попали ему на лицо. Выплюнув часть, рукой он убрал их в большой конский хвост на затылке. - Просто стечение обстоятельств? – спросил советник. - Несомненно. - И ничего делать Вы не будете? Оба собеседника сохраняли совершенно непроницаемые выражения лица. Александр немного помедлил с ответом: - Готовиться к похоронам. Могильщики явно не останутся без работы. - Я вот о том же. Посудите сами, после её кончины ни одного слова о том, кто это сделал, никто не сказал. И не скажет. Мне кажется, убийцу покрывают. Или… - Великий советник, - Александр говорил тихо и вкрадчиво, - Вы слишком громко бросаетесь фразами. Или Вы уверены, что мы здесь не одни и Вас, глубокоуважаемый, кто-то спасёт от случайного ножа? - Совершенно одни, уверяю. - Пятеро? - Шестеро. Столько же с Вашей стороны. Разговор становился всё более напряжённым. Владислав понимал, что любая последующая фраза могла стать последней не только для него, но и для всех здесь собравшихся. Он не выдержал: - Маски в сторону! Не время для плетения интриг меж друг другом. Впервые в летописной истории убивают королеву. И я знаю, кто это сделал. Кто-то из Совета, кто метил на трон сначала как регент, потом же и законным королём. Александр ликовал. Даже небольшое разочарование в себе сошло на нет. Такой поворот событий нравился ему всё больше и больше. Он старался не терять бдительности, хотя из-за эйфории это было нелегко. - Я приму Ваши слова. Но мне до сих пор кажется, что это несчастный случай. Никакого заговора в столице нет и быть не может. Я абсолютно в этом уверен. Советник кивнул. - Жаль, что мы не пришли к согласию. Но если вдруг… - Я знаю, где Вас найти. В ту ночь Александр заперся в покоях, достал крепкого северного алкоголя, хранившегося ещё со времён отца, и много пил. Он был рад новому союзнику в расследовании, но что-то рвало ему душу. Да и советник казался ему не слишком надёжной личностью. Далеко за полночь он уснул, уткнувшись носом в собственный стол.