Hooked (Пристрастившийся)

      Сам того не замечая, Гарри просыпался, нюхал или курил все, что у него оставалось. Он выполнял свою домашнюю работу, спорил со своей «семьей» (иногда это приводило к драке), тренировался до изнеможения, курил травку, спал несколько часов, а затем встречался с друзьями в парке, чтобы напиться. В один из тех редких моментов, когда он был не под кайфом, он нашел забавным тот факт, что несколько недель назад, если бы кто-нибудь сказал ему, что он будет напиваться почти каждую ночь и употреблять наркотики, такие как кокаин и даже героин, которые он решил не продолжать принимать после тяжёлых отходняков, он бы сказал, что кому-то нужно обратились к психиатру. И все же через два дня он был здесь, в парке. Все вещества ему предлагали новые приятели.       Накануне вечером встреча не удалась, так как остальные члены группы были заняты. Гарри рассмеялся, подумав на чтобы это было похоже, если бы он сказал ребята, что занят этим вечером, словно у него были другие друзья и захватывающая Светская жизнь.       — Ребята, вы меня любитее. — сказала Люси, кружась вокруг прутьев качели, стараясь казаться элегантной, несмотря на то, что не могла удержать себя на ногах после выпивки. Да, выпила она много.       — С чего бы это? Что ты будешь делать? — спросил Уилл.       — Ну, скажи-ка мне, Уилл, хватает ли тебе счастья в жизни? — спросила она. Люси подошла и села на колени Уилла. — Достаточно экстази? Ха-ха-ха. — рассмеялась она, вытаскивая пачку таблеток из маленького пластикового пакета.       Гарри и Дэви весело наблюдали за происходящим, они уже были настолько пьяны, что не могли нормально стоять, поэтому опустились на землю, прислонившись к скамейке в парке. Гарри не знал, сколько он выпил водки и колы. Но потому, как он не мог прочитать надпись «Не мусорить», которая была меньше чем в пяти метрах от него, можно было сказать, что…достаточно. Они пытались свернуть косяк, наблюдая за суматохой Люси.       — А вы, ребята? Хотите немного повеселиться? — спросила Люси. Шатаясь, она подошла к Гарри и Дэви. Люси редко бывала так пьяна, так как считала, что у нее больше здравого смысла, чем у кого-либо из них. Но сегодняшний вечер был исключением.       — Гарри, — начала она. — мы все знаем, что тебе не помешает немного повеселиться.       — Валяй. — засмеялся Гарри.       Она положила таблетку между языком и верхними зубами, подошла и оседлала Гарри, лежащего на земле. Затем прижалась губами к его губам, коротко поцеловала и открыла рот, чтобы он мог взять таблетку и проглотить. — Гарри снова улыбнулся.       — Спасибо, Люси. — ответил он.       Она улыбнулась, потрепала его по щеке и повернулась к ошарашенному Дэви.       — Эй, я тоже хочу таблетку. — ухмыльнулся он.       — Вот. — сказала она, швырнув ему пакетик с таблетками, и пошла к Саммер, которая танцевала под качелями.       — Как же так! А где же любовь? А я-то надеялся, на маленький язычок. — крикнул Дэви.       — Попроси Гарри. — со смехом ответила она.       — Нет, спасибо, я знаю, где он был. — сказал Гарри, поворачиваясь к Дэви.       Дэви проигнорировал его и надул губы, повернувшись к Люси, которая уже ушла.       — Ну ладно. — сказал Дэви, закинув сразу три таблетки. Он запил их текилой и вздрогнул.       — Ненавижу это дерьмо. — сказал Гарри, глядя на бутылку.       — Ты пил всю ночь. — невнятно пробормотал Дэви.       — Мне нравится эффект, а не сам напиток. — объяснил Гарри. Он почувствовал такой заряд энергии, что мог бы пробежаться или поднять что-то тяжёлое.       Они провели остаток ночи, играя в детскую игру вроде пятнашек, просто бегая по парку. Около шести утра они не легли спать, пока Гарри и Уилл не выпили по две порции кока-колы, и оба не упали на землю.       — Ха-ха-ха, блин, они еще живы? — невнятно спросил Дэви, готовый рухнуть в любой момент.       Саммер ткнула их носком ботинка, отчего Гарри застонал и снова провалился в сон.       — Похоже на то. — сказала Саммер, ложась рядом с Гарри и положив голову ему на грудь.       — Будем надеяться, что так и есть. — сказала Люси.       — Угу. — сонно ответила Саммер. — Гарри хорошая подушечка. — сказала она, проваливаясь в сон.       — Ты же знаешь, что я тоже могут быть подушкой, Люси. — сказал Дэви, шевеля бровями.       — Заткнись, Дэви. — ответила она с ухмылкой.       Через три часа Гарри проснулся от того, что кто-то грубо тряс его за плечи. Он посмотрел на расплывчатую возвышающуюся фигуру и заметил тяжесть на своей груди. Он посмотрел вниз и увидел Саммер, лежащую на нем. Она посмотрела на него сонными глазами.       — Привет, Гарри. — рассеянно произнесла она.       — Привет. — сонно ответил он.       Он очень медленно поднялся на ноги, покачнулся и попытался помочь Саммер встать.       У него жутко болела голова, и он чувствовал себя так, словно заболел гриппом. Гарри фыркнул, потирая свой раздраженный нос, из-за того, что он постоянно нюхал какую-то дрянь.       — Самое время, ребята, я уже целый час пытаюсь вас разбудить. Дэви, конечно, все еще не в себе. — сказала Люси, выглядевшая уставшей. Но не так помято, как Гарри.       Гарри посмотрел на нее затуманенным взглядом, он заметил, что все еще был под кайфом, он не мог ни на чем сосредоточиться.       — Который час? — спросил он.       — Девять. — ответила она и снова попыталась разбудить остальных парней.       У Гарри чуть сердце не остановилось. В 9 утра он должен был уже давно вернуться, и приготовить завтрак для Дурслей в 7.30 утра. Но через секунду чувство страха пропало и сменилось тем же самым «безразличием», которое испытывал с самого начала каникул. Что они могут ему такого сделать, чего еще не сделали раньше?       — Ты в порядке, Гарри? Ты какой-то потерянный. — спросила Люси и, прежде чем он успел ответить, продолжила: — Эй, поскольку сегодня суббота, почему бы нам всем не встретиться попозже. Никто сегодня не работает, так что… ты свободен?       — Сегодня суббота? — спросил Гарри, садясь на скамейку и стараясь не упасть. Значит, он избежал неприятностей. Дурсли встанут через час раз сейчас выходной. Люси рассмеялась.       — Гарри, тебе нужно выбраться из комнаты, в которую ты себя запер, черт возьми! Я бы, конечно, не удивлялась, если бы не знала, в каком году мы живем.       Гарри тихонько рассмеялся. Он закурил и глубоко затянулся, прежде чем попрощаться и отправиться домой. Гарри снова обрызгал себя водой, вылез через окно и перелез через письменный стол, когда заметил на ночном столике вскрытое письмо.       — Вот блин. — пробормотал он. Снейп должен был прийти сегодня, не меньше, чем через полтора часа. Он продолжал тупо пялиться на письмо, пока не почувствовал, что начал пятиться назад. Гарри споткнулся и с грохотом упал. «Ага, значит все еще пьян». — подумал он про себя.       — Мальчишка! — раздался снизу крик. — Какого черта ты делаешь?       Гарри закатил глаза. Обычно он пытался немного протрезветь, но, судя по тому, как начался день, это уже неважно. Гарри спустился по лестнице, чтобы не споткнуться снова, и встретил своего дядю в коридоре.       — Ну и что? — спросил он.       — Ну и что? — тупо повторил Гарри.       — Не дерзи мне, парень. — пригрозил дядюшка. — Что это за чертовщина такая грохочет?       — Я учусь танцевать чечетку, хотя, похоже, мне нужно больше практиковаться. — сказал Гарри с серьезным лицом.       Дядя бросился на него, он уперся своим большим предплечьем в горло Гарри и оттолкнул его к стене. Гарри посмотрел ему прямо в глаза. Единственное, что никто никогда не мог назвать Гарри трусом. Конечно, дядя мог выбить из него все дерьмо, когда хотел, но Гарри никогда не доставлял ему удовольствия видеть, как он плачет или умоляет. С тех пор как он вернулся домой из школы в этот раз, он начал больше отвечать своему дяде, даже не думая об этом, ему просто было все равно, что они делают с ним, и он хотел, чтобы Дурсли это понимали.       — Тебе лучше держать язык за зубами, мальчик, и, если я узнаю, что ты использовал магию под моей крышей, ты не выберешься отсюда до следующего учебного года. Понятно?       — Кристально. — ответил он с улыбкой.       Затем дядя грубо толкнул Гарри, отчего он ударился головой об стену. Вернон ушел, приказав ему приготовить завтрак.       — Будет синяк. — подумал он, массируя свою руку, которая все еще болела после удара кулаком в стену. Рука стала еще хуже от вчерашней беготни, а затем и от того, что дядя его толкнул.       Гарри ходил по кухне, готовя завтрак для своих родственников. Тетя Петуния просто сидела и читала журнал, пока Гарри делал всю работу. Удивительно, это была его тетя, которую он ненавидел больше, чем Дадли или Вернона. Хотя хуже всех с ним обращался дядя, кузен издевался над ним и смеялся, когда Вернон словесно нападал на него (он никогда не был жестоким в присутствии Дадли), но его тетя, его собственная плоть и кровь, просто смотрела, ничего не говоря, никогда не проявляла к нему сострадания, даже когда он был маленьким. Она обращалась с незнакомыми детьми лучше, чем когда-либо с Гарри. Он никогда не мог понять, как она могла так поступить со своим собственным племянником. Его мать — Лилли ничего не сделала ей, но Петуния полностью пренебрегла сыном родной сестры.       Он закончил, подал завтрак и вышел из кухни. Сам Гарри ничего не ел, потому что не был голоден; в последнее время он никогда по-настоящему не хотел есть. Обычно он обедал и, может быть, перекусывал то тут, то там. Немного еды на вынос, например, чтобы поесть в парке, и все. Выходя из кухни, он вдруг вспомнил, что не предупредил Дурслей о приходе Снейпа. Он почти развернулся, чтобы сообщить об этом, но потом подумал: «Пусть Снейп разбирается с ними сам». Сегодня его ничего не беспокоило. Гарри медленно поднялся в свою комнату и заметил, как сильно устал. За последние два дня он спал всего около 5 часов, и это сказывалось. Поэтому он решил быстренько ширнуться, чтобы пережить следующие несколько часов. Гарри подошел к своей расшатанной половице и достал кое-что из тайника. Он высыпал немного порошка из пузырька, нарисовал на столе две линии и вынюхал их. Гарри потёр нос, взял со стола остатки Кока-Колы и принялся полоскать ею рот, пока не почувствовал онемение. Убедившись, что все улики были спрятаны, он сел на кровать и принялся ждать.       Через несколько минут раздался стук в парадную дверь, и Гарри услышал, как дядя открывает дверь. Он встал с кровати и спустился вниз, находя стоящих лицом к лицу в коридоре дядю и зельевара. Снейп был одет в обычную черную мантию и свирепо смотрел на Гарри, стоящего на темной лестнице.       — Мальчишка, что это за чертовщина? — спросил дядя, гневно глядя на Гарри с огоньком в глазах.       — Вы его крестный отец? — внезапно спросил он, повернувшись к Снейпу, но Гарри расслышал нотку беспокойства в голосе, когда Вернон посмотрел на возможного бывшего заключенного, стоящего в его доме. Гарри почувствовал легкий толчок при слове «крестный отец», но продолжал оставаться невозмутимым.       Снейп посмотрел на него с легким любопытством, удивляясь, что его родственники не в курсе о смерти крестного отца мальчика.       — Я профессор Поттера, преподаю в школе и имею, пожалуй, самую неудачную сферу деятельности, потому как обучаю студентов, незаинтересованных даже в самостоятельной работе в каникулярное время. — ледяным тоном сказал Снейп.       Кажется, дядя Вернон собирался оспорить слова Снейпа, поэтому зельевар угрожающе произнес.       — Если у вас имеются какие-либо проблемы, обсудите это с директором.       «Вот и все.» — подумал Гарри. Дурсли всегда боялись Дамблдора; он вспомнил кричалку, которую его тетя получила в прошлом году после нападения дементоров.       — Поттер. — резко произнес Снейп, кивнув головой, показываю, что следовало бы подняться наверх подальше от лишних глаз.       Гарри закатил глаза и повел Снейпа в свою спальню в конце коридора. Снейп заметил, что на двери было несколько замков с внешней стороны. Это была единственная подобная дверь. Снейп также заметил дверцу для кошек. Он подумал, что это странно, но потом решил, что магглы сами по себе странные.       Снейп наколдовал два стула в маленькой комнате и впервые внимательно посмотрел на Гарри. Мальчик определенно похудел и побледнел, у него были темные круги и мешки под глазами, которые были налиты кровью, а глаза, казались, затуманенными. Снейп заметил забинтованную руку и синяк на щеке. Гарри выглядел измученным и больным.       Поттер подтвердил подозрения, шмыгнув носом и потерев глаза. Он выжидающе смотрел на Снейпа.       — Вы знаете, почему я здесь, Поттер? — спросил он.       — Чтобы научить меня Окклюменции. — пожал плечами Гарри.       Снейп свирепо посмотрел на него. Последнее, что он хотел бы сделать, это тратить своё время на сопляка.       — А знаете почему?       Гарри снова пожал плечами. Снейпу показалось, что Поттер не готов. Он уже начал терять терпение из-за поведения «пофиг-на-всё».       — Поттер, позвольте напомнить вам, что, хотя мы и не находимся в школе, я все еще ваш профессор, вы должны проявлять уважение и обращаться ко мне, сэр. — холодно сказал он.       Гарри зевнул и устало закрыл глаза: «Да, сэр».       Снейп нахмурился.       — Причина, по которой мы решили продолжить ваше обучение Окклюменции после неудачных попыток в прошлом году, достаточно весомая. У нас есть все основания полагать, что он попытается продолжить попытки проникнуть в ваш разум и контролировать его. В этом году мы не можем себе этого позволить.       Гарри едва сдерживался, чтобы не закатить глаза. «Они всегда скрывали многие вещи; они никогда не говорили правду до конца.» — подумал про себя Поттер. Гнев снова нарастал, но Гарри было плевать. Он осознал, что с каждой секундой становится все более раздраженным.       — Почему именно в этом году? — спросил он, снова шмыгая носом.       — Сэр, Поттер.       — Почему именно в этом году, сэр?       — Темный Лорд становится сильнее, и мы считаем, что он может попытаться сделать что-то в этом году. — быстро ответил Снейп, доставая палочку из кармана. — А теперь прекратите болтовню, Поттер, и подготовь свой разум, Legilimens!       Как и много раз до этого, он не предупредил Гарри и начал атаковать.       Гарри прекрасно учился в школе, а Дадли и его банда издевались над ним. Ему было восемь лет, и за ним гналась собака тети Мардж. Затем Гарри почувствовал ужас, когда увидел перед своими глазами Сириуса, смеющегося на Гриммо, 12 в прошлом году на Рождество. Сцена сменилась на Отдел Тайн, где он снова увидел Сириуса, падающего в завесу. Гарри открыл глаза и обнаружил, что лежит на полу своей спальни и тяжело дышит. Сейчас он чувствовал себя паршиво и хотел бы принять что-нибудь, чтобы успокоиться, но ему придется подождать, по крайней мере, пока Снейп не уйдет.       — Вы потеряли контроль! — раздраженно сказал Снейп. — Поднимайтесь!       Гарри медленно поднялся, он все еще был слегка пьян после вчерашнего, кайф от кокаина начал быстро сходить на нет в присутствии Снейпа, что, по его мнению, было попросту невозможно. Гарри лишь вызывающе уставился на Снейпа; он решил, что лучше не отвечать на подначку, иначе не сможет противостоять нападению.       В течение следующего часа, Снейп продолжал все больше и больше беситься, в то время как Гарри больше злился на Снейпа. Гарри заметил, что гнев внутри него самого прямо сейчас ему нравился. Это было лучше — чувствовать что-то, вместо обычной невозмутимости. До сих пор, Гарри только единственный раз смог вытолкнуть Снейпа из головы, но на седьмой попытке гнев взял над ним верх.       — Legilimens. — бросил Снейп.       Гарри пил в парке со своими приятелями. Около сотни дементоров плавно двигались к нему и Сириусу у озера. 4 курс — Сириус в пещере, смерть Седрика. Ему было 7 лет, тетя кричала на него. Сириус падает в завесу.       — Нет! — завопил Гарри.       С этими словами от вытолкнул Снейпа из своего сознания и прижался с огромной силой к стене. Гарри открыл глаза. Он был весь в поту и теперь выглядел гораздо хуже, чем раньше. Гарри посмотрел на Снейпа, на лице которого застыло непроницаемое выражение.       — Черт возьми, Поттер! Ты опять потерял контроль. — прорычал Снейп.       — Что? Я вытолкнул вас из своей головы. Я думал, в этом весь смысл этого гребаного упражнения! — прокричал в ответ Гарри.       Он ненавидел, когда Снейпа его контролировал. О чем думал Дамблдор, посылая его врага снова заниматься Окклюменцией? Это были его мысли и воспоминания, и Гарри не желал, чтобы этот ублюдок снова всё увидел.       — Следите за языком, Поттер. — угрожающе произнес Снейп. — Дело в том, что вы не должны использовать магию, вы должны использовать свой разум.       — Я и использовал! — саркастически ответил Гарри. — Я подумывал ударить вас в лицо, чтобы вы свалили, наконец-то.       — Поттер, предупреждаю, тебе лучше знать свое место, избранный ты или нет. — сказал он ледяным тоном. — Жалко, что вы не можете дистанционно отгородить своё сознание после всех уроков, которые я потратила впустую в прошлом году. Я больше не собираюсь тратить время впустую. — зарычал Снейп и быстро вышел из комнаты.       Гарри посидел в комнате некоторое время, и только потом заметил, что его трясет, то ли от недостатка наркотика в крови, который он принимал в течение последних 24 часов, то ли от ярости, которую чувствовал после встречи со Снейпом. Он знал, что всё покончено. Однако это не помешало достать косяк, который Гарри прятал под тумбочкой, зная, что в любой момент к нему могли ворваться Дурсли после ухода гостя. Он прошел через коридор в ванную. Запер дверь, открыл окно и закурил. Гарри делал большие затяжки и держал дым во рту, чтобы добиться полного эффекта. Он знал, это может помочь ему пережить остаток дня. Закончив, он обрызгал все вокруг освежителем, и, по иронии судьбы, в этот момент дядя приказал ему спуститься. Вздохнув, Гарри медленно начал спускаться вниз, стараясь успокоиться. Он чувствовал, как его накрыло марихуаной.