Эванс, что ты опять здесь забыл?

Представь, что поступила в Бостонский университет и заселилась в студенческое общежитие. Покидать родительское гнездо оказалось нелегко, но ты сохраняла бодрый настрой, воодушевлённая тем, что вскоре начнётся новый этап жизни, который наверняка принесёт много улётных эмоций. Что ж, когда ты обнаружила на кухне практически голого — прикрытого лишь полотенцем! — верзилу атлетического сложения, это было достаточно улётно. От неожиданности ты взвизгнула и выронила чашку — к счастью, пустую: ты как раз шла, чтобы налить себе какао. Чашка не пережила такого отношения и разлетелась на части. — Эй, остынь, — недовольно бросил нарушитель спокойствия. — Что за дикий ультразвук ты включила? Фанатские вопли? Самомнение у этого нахала было что надо. Сначала ты даже дар речи потеряла — и, придётся признать, шикарный торс парня и лицо, ну прямо как с обложки журнала, не способствовали его обретению, — но потом взяла себя в руки. — Скорее, сигнализация, — мрачно сказала ты. — Срабатывает при вторжении чужаков на частную территорию. — Частная территория? Чужаков? — он вздёрнул идеально прочерченную бровь. — Детка, ты точно перегрелась. Знаешь, как меня зовут? — У тебя на лбу не написано. — Крис Эванс! О, это имя ты слышала от подруги, которая училась курсом старше. Крис был на последнем и считался звездой школы права, если не всего университета: по нему сохла каждая первая девчонка. Но подруга не говорила, что он — совершенно бестактный хам. — Т/И Т/Ф, — как ни в чём не бывало представилась ты. Если он ожидал, что при звуке его имени ты впечатлишься и затрепещешь — не на ту напал. — А эта кухня, насколько мне известно, для тех, кто живёт в этом крыле. — И? — он прислонился к стене, с надменным любопытством ожидая, что ты скажешь дальше. Крис не мог не знать, что это крыло отведено только для девушек. — И ты явно что-то перепутала, подружка. — Ха! — ухмыльнулся Крис. — Звучит как вызов. — Звучит как то, что сейчас ты соберёшь всё это, — ты обвела взглядом осколки, — извинишься и покинешь помещение. Поняв, что одним именем тебя не проймёшь, он решил, по-видимому, сменить тактику и растянул губы в очень, очень сексуальной улыбке. — Слушай, крошка, кто бы здесь ни жил, у меня всегда был доступ на кухню. Ни одна девчонка не возражала, так что даже не пытайся делать вид, что тебя не устраивает моё вторжение. Вот засранец, он явно считал себя неотразимым — и, что самое обидное, был абсолютно прав. Но ты не собиралась потакать его самолюбию. — Если хочешь здесь бывать, это можно устроить. При условии, что ты участвуешь в уборке, в готовке, всегда стучишься, прежде чем сюда ввалиться, и, — ты упрямо уставилась Крису в глаза, чтобы не считал, что от созерцания его тела невозможно оторваться, — даже не смеешь переступать порог в таком виде. Крис присвистнул и, демонстративно взяв с полки привезённое тобой яблоко, надкусил его. — Слишком много условий, Т/И. Прощаю только потому, что ты новичок и ещё не разобралась в нашей иерархии. — Это я тебя прощаю только потому, что моя доброта практически безгранична. И верни сейчас же яблоко на место. Он, даже не думая послушаться, направился к выходу (не смотреть! не смотреть ниже его спины!), но оглянулся — в его глазах заплясали лукавые огоньки. — Только если у тебя хватит смелости сунуться за ним в наше крыло, дорогуша. В том же наряде, что сейчас на мне.