Любовь или наказание?

Никто не умрет девственником. Жизнь всех поимеет.

      Маринетт сладко потянулась в кровати и приоткрыла глаза. Тикки тихонько сопела у неё над ухом, похоже, квами ещё спала. Странно, обычно это она ее будит в школу, чтобы Маринетт не опоздала на занятия, как делала это в последнее время. Но вдруг девушка явно вспомнила события сегодняшней ночи, и низ живота приятно стянуло. Кажется, там запорхали ее любимые бабочки. Девушка покраснела, вспоминая, как Кот Нуар осыпал ее поцелуями, а она, изгибаясь под ним, стонала так громко, что, наверное, жители города окна стали закрывать. Но тогда брюнетку не волновало ничего, кроме блондина, который утолял жажду, а ещё ласкал ее. Маринетт вспомнила, как потом они ещё час просидели на крыше, задавая друг другу странные вопросы. Оказалось, что Коту совершенно не дают покоя, а также свободы. Девушка лишь посмеялась над этим, вспоминая, как Кот отрывается в бою. И не скажешь, что ему в чём-либо отказывают. Маринетт про себя почти ничего не рассказала. Только то, что в школе она учится на пятёрки, а ещё умеет очень хорошо рисовать. Похвасталась, что однажды выиграла особый конкурс на дизайнерскую вещь. Кот тогда сказал, что его подруга как-то тоже выиграла один дизайнерский конкурс, но не сказал какой.       Маринетт отвлеклась от воспоминаний и протянула руку к телефону, лежащему где-то около изголовья кровати. Она включила его и посмотрела на время. Было около девяти часов, а уроки начинались без пятнадцати девять. Сначала брюнетка испугалась, что опоздала, но потом задумалась, а почему будильник не прозвенел? Поняв, что она сама отключила его ещё вчера вечером, девушка стала размышлять, с какой целью? Уроки отменили? Новая Акума напала на город? Карантин? Или уже наступили каникулы? Да нет, вроде тринадцатое сентября ещё только. Девушка зашла в классный дневник и в ужасе подскочила в кровати, разбудив Тикки своим вскриком и шумно спустилась вниз, подбегая к столу.       — Ой-ой-ой! — качала головой девушка, шаря по тумбочкам. Потом она побежала в ванную, из ванной вернулась с баночкой в руках. Потом подбежала к сундуку с вещами, оделась. Причём сделала она все это, наверное, за тридцать минут, потому как постоянно спотыкалась, падала, а ещё приговаривала, что совершенно забыла о чём-то. — Как я могла забыть? Как могла забыть? Как? — бурчала брюнетка себе под нос, кладя в сумку какие-то вещи, в основном это были бумаги и справки.       — Что случилось, Маринетт? — спросила квами, наблюдая за мельтешащей по комнате Маринетт, которая искала медицинскую книжку. Тикки присела на стол и потёрла глаза, потому что в них начало рябить от бегающей девушки.       — Где же она? Где? — спрашивала Маринетт сама себя, выворачивая комнату наизнанку. Только вчера они с Тикки навели порядок, так нет, снова грязно! Стоило Маринетт лишь что-то забыть, как сразу беспорядок. Квами устало вздохнула и высвободила из-за компьютера потерянную Дюпен-Чен медицинскую книжку и отдала ее хозяйке. — Спасибо-спасибо, Тикки! Без неё никак! — девушка засунула найденную вещь в сумку и крикнула маме. — Мам, я встала! Сейчас приду завтракать! — в это время наконец прозвонил будильник, заведённый на полдесятого. Девушка отключила его.       — Маринетт, а куда это вы сегодня идёте? — спросила Тикки. Она слышала, что мадам Бюстье объявила на весь класс, что дети идут в больницу. Но вот зачем, квами не знала. Потому что маленькая мисс Удача никогда не бывала в больницах, ведь ее силы всегда восстанавливали все ранения.       — На медосмотр с классом… — ответила ее хозяйка, застегивая сумку. Тикки задала немой вопрос: мол, что такое медосмотр? Маринетт устало выдохнула и присела на своё крутящееся кресло. — Ну, там мы будем сдавать анализы, чтобы врачи могли выяснить здоровы мы или нет. Если анализы будут плохие, то ученика отправят на больничный, чтобы вылечиться, а если нет — то он будет продолжать ходить в школу. Вроде так.       Тикки кивнула, поняв объяснение.       — Маринетт, иди завтракать, — донёсся снизу, из гостиной, голос Сабины, которая уже приготовила вкусный завтрак.       — Уже иду, мам! — крикнула ей Маринетт, вставая и беря сумочку. Так же она взяла и сумку, в которую положила все бумаги. — Прячься, Тикки, — сказала девушка своей квами, которая быстрым движением юркнула в маленькую сумочку. Маринетт улыбнулась ей и спустилась вниз.       — Вижу, ты сегодня рано встала, — проговорила мама, целуя дочь в щечку. — Что такое случилось?       — Э-э-э… — протянула Маринетт, неловко краснея. Не говорить же маме, что она просто постоянно думает о сегодняшней ночи, которую она провела с Котом. Нет. — Просто сегодня мы идём на медосмотр. Я просто переволновалась, а потому проснулась раньше обычного.       Сабина кивнула. Она редко когда разбирала слова дочери, ведь той удавалось запутать всё от и до, но всё-таки женщина привыкла и, видя пытающуюся хоть что-то объяснить Маринетт, лишь кивала дочери, будто поняла. Но в этот раз ее что-то насторожило в поведении девочки, но мама не удосужилась спросить, что, ведь брюнетка не смогла бы и слова из себя выдавить. Китаянка села за стол напротив Маринетт, а вскоре пришёл и отец. В тот момент девушка уже все доела, попрощалась с мамой и папой, быстро убежав вниз, откуда со всех ног мчалась к школе, дабы успеть залезть в автобус, который отправлялся ровно без пятнадцати десять.       Около школы уже стоял автобус, в который поспешно входили ее одноклассники. Маринетт подбежала в самый последний момент и уже около дверей споткнулась и упала, но ее кто-то придержал. Девушка извинялась, а потом подняла взгляд и покраснела. На неё смотрел улыбающийся Адриан, который тоже почему-то покраснел. Точнее, был какой-то загнанный, так как кое-как сказал «Привет!». Брюнетка не обратила на это большого внимания, так как уже заходила в автобус, ведь мадам Бюстье сказала пошевеливаться. Наши герои-любовники друг за другом зашли в транспорт и сели каждый со своим другом — Маринетт с Алией, а Адриан с Нино. Быстро поздоровавшись, девочки начали обсуждать предстоящий медосмотр.       Алия, конечно, зациклилась на странном поведении Агреста, но Маринетт сказала, что ничего необычного не заметила, Сезер быстро забыла тему. Вместо этого юная журналистка начала перечислять всех докторов, к которым они пойдут. На ее словах «Гинеколог» Маринетт поперхнулась и закашлялась, а все непонятливо посмотрели на неё.       — Что? — спросила тихо брюнетка, когда одноклассники уткнулись в телефоны, каждый в свой.       — А что такого? — удивлённо поморгала глазами ее лучшая подруга. Она никогда не наблюдала такую странную Маринетт. Девушка побледнела, потом позеленела, а потом покраснела и снова побледнела. Сезер бы заподозрила неладное, но уж слишком хорошо знала свою подругу.       — Зачем это? — осторожно уточнила брюнетка в волнении дернув себя за волосы.       — Странная ты. Так, вроде как нужны анализы, а потому врач будет нас проверять. В этом нет ничего такого, если ты вдруг стесняешься… — тихо добавила в конце подруга.       — Ага!.. — отстранённо произнесла Маринетт. Ах, если бы она вчера об этом вспомнила! Или хотя бы потрудилась узнать к каким докторам их поведут! Но нет, это же она, Маринетт! Что скажет врач? Расскажет всем, что она не девственница? От плохого предчувствия Маринетт начало тошнить, это не укрылось от Алии, но та почему-то ничего не спросила.       В автобусе стало тихо. Многие спали, так как встали раньше, чтобы как и Маринетт подготовиться. Некоторые воткнули наушники в уши и слушали музыку, а другие ребята шепотом о чём-то разговаривали, боясь, что разбудят спящих. Так как больница, в которой проводились медосмотры для их школы, находилась почти что на другом конце города, ехали школьники как минимум двадцать минут. Брюнетка в это время могла насладиться тишиной и умиротворением. Алия что-то редактировала в «Ледиблоге», а потому девушка просто думала о сегодняшней ночи, и какую же всё-таки ошибку она совершила. И зачем тогда ответила Коту «Да»? Только испортила все. Что говорить теперь друзьям? Маринетт просто пыталась не думать об этом и поспать чуть-чуть.

***

      Девушка только-только прикрыла глаза, как вдруг автобус остановился, и мадам Бюстье объявила, что они прибыли на место назначения. Маринетт глянула на часы в телефоне. О боже, она проспала больше пятнадцати минут, а ей показалось, что и минуты не прошло. Девушка тяжело вздохнула, взяла сумку в руку и вышла из транспорта. Алия следовала за ней, как и мальчики, которые все время в пути сидели за ними. Школьники распределились по парам и послушно шагали за учительницей, которая провела их внутрь. Она расписалась на какой-то бумаге, а потом потребовала от ребят того же.       Далее, все они прошли куда-то внутрь и около окошка «Приём анализов мочи» остановились. Каждый сдал свою баночку. А Маринетт, протянувшая свою, смутилась. Тикки тихонько посмеивалась, над всей этой ситуацией. Ребята прошли в крыло больницы, где у них взяли кровь из пальца, а позже — из вены. Маринетт объяснила квами, что это для проверки на наличие сахара в крови. Иногда брюнетка удивлялась: Тикки уже больше пяти тысяч лет, а она почти ничего не знает о мире? Это как? Перед тем, как идти к гинекологу и андрологу, школьники зашли на УЗИ, в основном, всем делали узи живота и сердца.       Уже стоя в коридоре перед кабинетом женского врача, Маринетт вся тряслась: то ли от страха, то ли от волнения — непонятно. Всех вызывали по парам. Кабинеты андролога и гинеколога находились параллельно друг от друга, а потому все: и мальчики, и девочки стояли в одном коридоре. Маринетт стояла рядом с Алией, которая разговаривала с Нино, а рядом, оперевшись на стену, стоял молчаливый сегодня Адриан. От переживания брюнетка грызла ногти на руках, отчего ее самодельный маникюр немного испортился. Алия заметила поведение подруги и решила подать голос:       — Что-то ты нервная, — покачала головой журналистка, медленно и подозрительно осматривая Дюпен-Чен. Та от взгляда подруги дернулась и ещё сильнее заволновалась. — Что такое, Маринетт? Ты что, боишься? Стесняешься?       — Нет, не боюсь… и не стесняюсь, — ответила робко та, отводя глаза в сторону. Нино и Адриан заинтересованно наблюдали за их беседой. — Просто… не хочу идти к этому врачу, вот и все. Я скорее боюсь непредвиденных обстоятельств, — «Таких, как моя пропавшая девственность,» — добавила она про себя.       — Эй, тебе не о чем переживать! — отмахнулась Сезер. — Ты же девственница… или нет? — усмехнувшись, спросила Алия в шутку, чтобы развеселись Маринетт. Но такой реакции она не ожидала.       У брюнетки округлились глаза, что, казалось, они выпадут из орбит, укатятся куда-то далеко-далеко. Дюпен-Чен стала глупо улыбаться, схватилась рукой за стену, пытаясь удержать себя на ногах и напряжённо рассмеялась. Все ее внутренности сжались от страха. Как Алия попала прямо в точку? Не могла же догадаться? Нет! Это исключено! Поэтому девушке приходилось играть роль.       — Что?! — притворно-удивлённо переспросила она, глупо краснея и улыбаясь. — Ч-что за ч-чушь ты несёшь? Конечно, я девственница, а как же иначе! У меня даже парня-то нет! Ха-ха-ха! — она снова напряжённо рассмеялась, наблюдая за подругой и за парнями, лица которых вытянулись.       — Да успокойся, подруга! Я же пошутила! — хмыкнула Алия, скрестила руки на груди. — Уж я-то знаю тебя, как никто другой!       — Алия, Маринетт! Вы следующие! А также Нино и Адриан! — крикнула мадам Бюстье откуда-то.       Алия схватила еле стоящую на ногах Маринетт и потащила ко входу в кабинет. Девушка до сих пор глупо улыбалась и краснела, а внутри сжималась от страха и волнения. Ей казалось, что сейчас прилетит та самая акума Бражника, и она станет жертвой. Ох, нет! Брюнетка несмело вошла в кабинет и вместе с подругой присела на кушетку. Гинекологом оказалась женщина лет тридцати. Она была полненькой и добродушной. Девочки тихо поздоровались, пока она что-то записывала в блокноте.       — Алия Сезер, проходи за ширму и спускай джинсы, — попросила она. — Я сейчас приду.       Журналистка сжала плечо подруги и отошла за ширму, где была отдельная кушетка, на которую она легла, раздевшись. Женский врач внимательно ее обследовала и заключила, что у нашей блогерши все отлично со здоровьем. Алия оделась и присела к Маринетт, которая уже тряслась от страха, готовая унестись подальше отсюда, даже без помощи йо-йо. Наконец, врачиха отдала Алие бумагу-справку и пригласила брюнетку за ширму. Дюпен-Чен сглотнула и разделась, ложась. Врачиха подошла к ней и стала внимательно оглядывать половые органы. А потом вскинула брови и уставилась на девушку, которая сжалась.       — Хм, девушка, тебе лет сколько? — спросила она и исподлобья посмотрела на ту.       — Ш-шестнадцать, — ответила Маринетт, ее голос дрогнул, а все тело покрылось мурашками.       — А не рановато ли? — вернувшись за стол, спросила врачиха. Она что-то стала заполнять на бумажке, пока Маринетт одевалась.       — Что случилось? — спросила Алия, переводя взгляд с подруги на врача. Маринетт внутренне разрывалась по частям, боясь встречаться взглядом с Сезер.       — Вы ведь понимаете, что мне придётся сообщить вашим родителям? — не удостоив Алию ответом, спросила гинеколог у брюнетки. Та кивнула, хотя понимала, что врачиха никак не могла этого увидеть.       — Почему меня все игнорируют? — возмущённо переспросила Сезер, глядя только на Маринетт. — Что случилось, девочка? У тебя проблемы со здоровьем?       — Скорее наоборот, — усмехнувшись, ответил врач, а потом передала справку Алие. — Ваша подруга уже очень даже взрослая, — ехидно ответила она, пока Маринетт глупо улыбалась. Алия заглянула в бумажку подруги, и ее глаза поползли на лоб от удивления.       — Сегодня?! Не девственница? — спрашивала она скорее у себя, чем у брюнетки. — Маринетт, ты ничего не хочешь мне рассказать?       — Давай позже, — кое-как выдавливая слова изнутри, ответила та и повела подругу в коридор, попутно выхватывая у неё справку.       — Позовите мне Милен Апрэль и Аликс Кюбдэль! — попросила врачиха, и Дюпен-Чен захлопнула дверь.       — Аликс! Милен! Вы следующие! — сообщила Алия, пока Маринетт тащила ее к окну.       Брюнетка выдохнула и села на подоконник. Алия повторила действие за ней и уставилась на подругу, ожидая ответов. Та ничего не могла из себя вытянуть, до сих пор глупо улыбаясь. Сезер не на шутку обиделась на подругу! У неё есть парень, с которым она занималась сексом, а ей не сказала? Что такое-то? Журналистка заметила, как к ним приближаются Адриан, и Нино и лишь ещё сильнее разозлилась на Маринетт, скрестив руки на груди. Парни подошли ближе и, увидев пылающую злобой Алию и растерянную Маринетт, лишь спросили:       — Что случилось?       — Что случилось! — огрызнулась блогерша, не сводя с подруги взгляда. — Я лишилась лучшей подруги, вот, что случилось! — она гневно покачала головой и отвернулась от брюнетки. Парни переглянулись в удивлении.       — Прости, Алия, я… просто не могла сказать, — наконец, собравшись с мыслями, выдавила из себя Маринетт— Я…       — Дело не в этом! Я просто не понимаю, как ты могла подобным заниматься с… с кем? — спросила журналистка, обратно развернулась и посмотрела на подругу. — Говори уже!       — А что, собственно, между вами произошло? — спросил Нино, неловко поправляя очки.       — Вы даже не представляете, что! — процедила сквозь зубы его девушка. — У Маринетт, оказывается, есть парень, с которым она… Знаете, что? — она посмотрела в гневе на мальчиков. Дюпен-Чен ещё сильнее покраснела. Она, конечно, доверяла Нино и Адриану, но никак не хотела, чтобы они знали об ее отношениях с Котом. — Занималась любовью, блин! — убавив громкость, выдавила из себя Алия. — Причём, как написал врач, девственности она лишилась именно сегодня! — У парней вытянулись лица от такой информации, а Адриан заметно побледнел. — Неизвестно, с кем! Может, наконец, скажешь?       — Он не мой парень, — буркнула Маринетт-помидорка, опуская голову. — Просто… Я не виновата! — выкрикнула девушка слетая с подоконника. — Он сам предложил, вот он и виноват! — она скрестила руки на груди, точь-в-точь как Алия пару минут назад, и гневно уставилась в пол. — Вот честно, о чем я думала?! — она начала задавать эти вопросы сама себе. — Алия, дорогая, поверь! Я не виновата! Это предложил он…       — Кто он?! — перебила ее подруга. Она верила Маринетт, но узнать, кто этот человек, лишивший ее девочку невинности, было ее задачей.       Маринетт оглянулась по сторонам. Таращившиеся на них пару минут одноклассники, уже вовсю обсуждали, как проведут время после того, как вернуться из больницы. Никто на них не смотрел. Девушка собралась с мыслями. Что делать? У неё даже не было плана, как объяснить все Алие. Конечно, она может сказать, что занималась любовью с Котом Нуаром, но Алия ей не поверит. Но и подумать о том, что она — Ледибаг тоже не сможет. Она знает какие отношения у божьей коровки с котом, а потому всегда отрицала их пару. Но как на это отреагируют парни. Может, тоже не поверят? Хотя, Адриан как-то странно себя вёл. Он встал словно статуя и не шевелился, а ещё побледнел. Неужели, он наконец в неё влюбился и теперь ревнует? Девушка отогнала эти мысли и посмотрела на друзей.       — Я все расскажу, только пообещайте, что никому не скажете! Я доверю это только вам, — те твёрдо кивнули и пообещали, что и словом не обмолвятся никому. Маринетт выдохнула. — Дело в том, что я… занималась любовью с Котом Нуаром! — при этих словах Адриан поперхнулся воздухом и закашлялся, а Нино похлопал его по спине. Брюнетка глупо улыбнулась и покраснела, понимая, что всей правды сказать не сможет, но… придется как-то выкручиваться.       — Серьезно?! — воскликнула Алия. — Вот это да! Теперь я понимаю, почему ты не сказала. А ты знаешь, кто он? Неужели, ты с ним… — она изобразила свои слова не очень хорошим жестом.       — Ну да… — робко ответила девушка. Адриан краснел от злости. Почему Дюпен-Чен так глупо врала? Хотя, доказательств у него не было. — Просто получилось так, что Кот разлюбил Ледибаг, потому что она продолжительное время не отвечала на его чувства взаимностью… — от каждого сказанного слова девушка краснела, не потому, что врала, а потому, что это все было частично правдой. — И однажды ночью он пришёл ко мне, мы с ним поговорили и стали встречаться по ночам, а вчера… на здании с цветами… мы… ну, сами понимаете, — она снова глупо покраснела. Агрест вновь побледнел. А ведь правда. Между ним и Ледибаг это произошло именно там, на здании, закрытом цветами.       — А почему ты сказала, что сама не виновата? — спросила Алия, вспоминая речь подруги.       — Э-э-э… — неловко протянула та, почесав затылок. — Дело в том… что… это было условие, вот! — твёрдо сообщила она.       — Условие? — переспросила журналистка.       — Да! Мы играли в игру! — хоть чуть-чуть правды добавить было можно. — «Правда или действие»!       При этих словах Адриан был готов провалиться под пол от смущения. Неужели, Маринетт — это Ледибаг? Плагг во внутреннем кармане уже дрожал от распирающего его хохота, а Агрест пытался держать себя в руках. Вновь в его голову врезались те минуты проведённые с его Леди. Неужели, это все время была Маринетт? Его тихая, робкая одноклассница? Надо это выяснить, срочно!       — Класс! — выдохнула Алия. — Так ты знаешь, кто скрывается под его маской?..       — Нет, — резко ответила брюнетка.       — Как же ты тогда можешь доверять ему? — спросил молчащий Нино.       — Он ещё никогда не подводил мое доверие, Нино, — решительно сказала девушка, помотав головой. — Я ему доверяю, — улыбнулась она. Агрест снова покраснел и посмотрел на девушку, сравнивая ее с Ледибаг. А ведь они и вправду похожи!       — Ладно, разобрались! — сказала Алия, хватая подругу под руку. — Пойдёмте, все наши уже ушли, уедут ещё без нас! — она рассмеялась и указала вперёд.       И вправду, все их одноклассники уже давно вышли из этого коридора. Друзья направились обратно, туда, откуда пришли. Уже около автобуса они заметили учительницу, которая перечисляла их имена и отмечала галочками присутствующих. Наши герои залезли в автобус и начали думать каждый о своём, всю дорогу. Адриан же думал о том, что ему обязательно нужно навестить его Леди, а именно — Маринетт.       Пора отбросить маски…

Человек чувствует себя неуютно, когда говорит о себе. Дайте ему маску, и он расскажет вам всю правду.