Та самая осень

Светало. Проснулся Финн от еле выглядывающего из-за облаков солнца, пустившего солнечный зайчик в пыльное окно дома. Парнишка полежал немного, повернулся к Охотнице, но её в кровати не было. Вместо возлюбленной лежала лишь записка примерного содержания: «Ушла по делам, буду к середине дня». Финн подумал немного и решил прибраться в доме, взял метлу, доставшуюся после битвы с какой-то ведьмой, и стал подметать пол. Метла была волшебной, летала, но сейчас использовалась по прямому назначению. Кое-как убравшись, Финн подошёл к холодильнику, достал яйца и, употребив сделанную из них безвкусную яичницу, вышел из дома на крыльцо. Жёлтые деревья уже почти облетели, и их тёмные, мокрые после утренней росы стволы, покрывал почти пропавший иней. Парнишка выдохнул, и маленькое облачко пара вылетело из его рта и растворилось в стеклянном воздухе. Он огляделся. Всё те же деревья, остатки луж после позавчерашнего проливного дождя, ковёр из листьев на твёрдой, как сталь, земле. Из леса, на опушке которого и стоял дом, доносились скрип, шуршание листвы и какие-то невнятные звуки, порождённые природой. Внезапно пронизывающий до костей, холодный ветер принёс с собой странный отголосок приглушённого воя. Финн насторожился. Это, конечно, мог бы быть какой-то лесной зверь, но шестое чувство говорило парню, что отсутствие Колдуньи по неясным причинам, скупая записка и этот вой как-то связаны. Было принято решение побольше узнать про этот вой, дойти до источника звука и по крайней мере удостовериться, что Колдунья с этим никак не связана. Финн зашёл в дом, надел черную кофту, которая прекрасно маскировала его среди тёмных облезлых стволов, накинул сверху выцветший старый плащ, некогда серый, нацепил рюкзак, взял меч и вышел из дома, плотно захлопнув за собой тяжёлую дубовую дверь. Финн продирался сквозь заросли колючего шиповника и то и дело останавливался, прислушиваясь, чтобы лучше понять направление, в котором находился источник участившегося на тот момент воя. — О мой Глоб, лишь бы с Колдуньей всё было хорошо… — шептал парень по дороге, мысленно молясь всем богам, которых знал. Перепрыгнув через несущий тяжёлую чёрную воду ручей с отвесными песчаными берегами, парнишка угодил прямо в заросли шиповника, которые от души исцарапали его лицо. Выругавшись, Финн поднялся и снова прислушался. Тишина, нарушаемая лишь скрипом веток, шумом ручья и шорохом листьев, была немым ответом, посланным пареньку. Финн стоял ещё с минуту, напрягая слух, но никаких плодов это не принесло. Финн уже был готов развернуться и направиться обратно к дому, как вдруг сильный хруст веток и невнятный вскрик в соседней рощице заставил его передумать. Парнишка направился в сторону плотной стены хилых деревцев и начал протискиваться сквозь стволы. Хруст ветвей и непонятные урчащие звуки вперемешку с воем приближались. Спустя 5 минут упорных стараний Финн выглянул на маленькую полянку, укутанную туманом, которая кишела непонятными серыми существами, прыгающими и пытающимися залезть на дерево посреди поляны, на котором сидела… — Колдунья?! — вскричал Финн. Существа обернулись на его возглас, и Финн узнал их. Это были те самые страшные порождения Войны Грибов, зомби с лезущей из всех отверстий зелёной жижей. Монстры направились к Финну. — Финн, беги! — окрик Колдуньи был проигнорирован и парнишка, обнажив меч, ринулся в бой с мутантами. Спустя полчаса поляна была усеяна трупами творения мутагенной бомбы, а на земле, куда капала зелёная масса из разверзнутых в предсмертном крике ртов, трава обугливалась и появлялась голая чёрная земля. Вся поляна была усеяна этими прогалинами, и Колдунье пришлось потрудиться, чтоб при прыжке с дерева не угодить в одну из таких дыр. Она подбежала к Финну, обняла и почти раздавила его в крепких объятиях. Сдавленным горлом Финн выдавил: — С тобой всё хорошо, К.О? Почему ты не стреляла в них из лука? — Обычный лук я оставила дома, так как не думала, что встречу вот это… — Колдунья бросила на существ взгляд, полный отвращения. Парнишка поднял на неё вопросительный взгляд и Охотница ответила: — Вблизи источников сильной радиации моя магия не работает, Финн. Если бы не ты, они рано или поздно добрались бы до меня, спасибо, солнце. — улыбнулась К.О. Финн вздрогнул. Колдунья первый раз назвала его так. Он судорожно пытался вспомнить Ступени Отношений, разработанные Джейком, но никак не получалось освежить их в памяти. «Хотя оно мне надо? Мы уже спим в одной кровати…» — со смешанными чувствами подумал парень. Щёки Финна покраснели, чтобы замять неловкую паузу, он сказал смотрящей на него Колдунье: — Всё, надо идти обратно домой, К.О, нам ещё крышу утеплять. Уходя с поляны, Финн думал о том, как Колдунья его только что назвала. Он повторял «солнце» в голове уже не один десяток раз, а перед взором всплывало лицо Охотницы с милой улыбкой и развивающимися на ветру зелёными волосами. Очнулся от воспоминаний парнишка, споткнувшись в ещё не сошедшем тумане об останки монстра, которые зашевелились и выплюнули на парня пару литров зелёной текучей массы. — Финн! — Колдунья уже бежала к нему, на ходу сдирая с себя плащ с намерением стереть субстанцию с тела парня. Парнишка тупо опустил глаза на свой торс, на котором уже проело одежду, на свою обуглившуюся и покрасневшую кожу, вдохнул полной грудью и почувствовал горький металлический привкус на языке. В глазах помутнело и Финн, заваливаясь набок, потерял сознание. Очнулся он уже ночью в их с К.О спальне, лёжа на кровати. В свете маленькой лампочки, висящей под потолком, парнишка различил силуэт Колдуньи, спящей сидя на стуле. Тонкие, изящные руки подпирали прекрасную голову Охотницы, её волосы свисали до плеч и плавно покачивались при каждом вздохе, напоминая листву дерева. Финн попытался повернуться на другой бок, но ему помешала вспышка боли, красной искрой отлетевшая от торса. «Точно, монстры на поляне, чёрт…» — скрежетнул зубами парнишка. Чуткий слух Колдуньи не оставил скрип зубов без внимания, она вздрогнула и проснулась. Заметив, что лицо Финна скорчилось от боли, она вскочила со стула и бросилась к кровати. — Как ты, Финн? — глаза Колдуньи налились слезами. — Не очень, сама видишь. Через пару недель пройдёт, надеюсь. — Нет, милый, не пройдёт, радиация — очень опасная вещь, тем более у тебя был с ней прямой контакт. Мне очень жаль, Финн, это всё из-за меня. Я не должна была идти одна, я должна была предупредить тебя, что стая этих созданий забрела в лес. Я во всём виновата. — с этими словами Охотница разрыдалась и, трясясь, уткнулась Финну в плечо. Финн приобнял её одной рукой. В теле парня моментально отозвалась вспышка боли, но он терпел. Спустя 10 минут Колдунья-Охотница разговаривала с Бубльгум по видеосвязи в коридоре. Охотница просила Принцессу Жвачку срочно прилететь в земли Ууу с Марса и помочь Финну, но та говорила, что никак не может улететь в разгар заседания какого-то там союза. Тем не менее, Бонни очень переживала за Финна, давала советы для облегчения страданий парня, но в излечении никак помочь не могла. Синтезировать лекарство долго, а кроме этого помочь никак нельзя, говорила она. Попрощавшись, Бонни отключилась. Колдунья отошла к стенке, опёрлась об неё спиной и сползла на пол, обняв руками колени. — Я не могу допустить, чтобы Финн умер, я не могу. Я обрела его, обрела свой луч солнца в этом мире совсем недавно… Я не могу допустить… — шептала она. Финн слышал её шёпот из спальни, и сердце его сжималось.