Та самая осень

Неслышно ушла зима, оставив после себя лишь грязные кучи мокрого снега, ютившиеся в оврагах, редких расщелинах и в тени деревьев. Шаркая прошлогодними листьями на задышавшей земле, пронеслась весна, принеся с собой свежесть прохладного ветра и лёгкую зелень на деревьях и земле. Лето пропало в прохладных закатах сентябрьских вечеров, унося палящее солнце, тёплые сквозняки, запахи хвои и цветов, ярким ковром раскинувшихся на бескрайних, теперь уже увядающих, лугах. *** В доме стоял прозрачный и тёплый сумрак, из гостиной через приоткрытую дверь на пол коридора падал оранжевый свет огня, отскакивал с лёгким эхом от стен треск дров. Приятно пахло хвоей. Финн шаркал ногами по тёплым и слегка шершавым доскам пола уже минут пять, бесцельно меряя шагами пространство коридора. Охотницы не было с самого утра, в голове Финна возникло чувство дежавю, будто что-то странное и неосязаемое происходило раньше, но, силясь вспомнить, он лишь сильнее убеждал себя, что этого не было. Приглушённый голос подсознания конечно напоминал о тех «прекрасных» моментах, пережитых им, но всё то же подсознание гнало их прочь, противореча самому себе. Осенний вечер оседал на дом, тёмной периной застилая окрестности. За окном раскинулись поля, в свете заката искрящиеся жёлто-розовым живым свечением. Мир лениво готовился ко сну, зажигая на небе тусклые звёзды, прекрасно видимые в такие вечера, когда воздух становился стеклянным и прозрачным, как будто расширяя границы видимого. Финн засмотрелся в окно и прислушался к самому себе. Спокойствие и умиротворённость. Чутьё подсказывало, что всё будет хорошо, и Финн ему верил. Накинув кофту, он вышел из дома и стал забираться на крышу. Почувствовав ладонями прогретый за день деревянный настил крыши, он прилёг на пологую поверхность и уставился в хаотично меняющийся градиент небосвода. Серо-голубой на западе сменялся на востоке синим. Закатив глаза вверх, Финн увидел пугающую, почти чёрную пустоту, такую далёкую и одновременно близкую, что голова начинала кружиться. Парень перевёл взгляд обратно на более приземлённые пейзажи. Закатное солнце спряталось за редким облаком, погрузив всё живое в блеклый сумрак. Ярче вспыхнули звёзды. Финн достал из кармана пачку сигарет. Он хотел бросить, он обещал Охотнице, но пока что сдерживание обещания было лишь в процессе. В тишине осеннего вечера раздалось шипение спички, затем еле уловимое потрескивание. Облачко дыма поднялось вверх и растворилось в воздухе. Погружённый в процесс Финн не услышал скрежет лестницы, не почувствовал мягкую вибрацию досок от того, что кто-то оказался на крыше. Ветер подул в спину парня, и тот почувствовал непередаваемый запах лесной свежести. Обернувшись, Финн увидел Охотницу. Закатное солнце освещало прекрасное лицо Колдуньи, обрамлённое аккуратно выглядывающими из-под капюшона волосами, развевающимися от дуновений ветра. Она улыбалась, смотря на него. — Такой ты взрослый, — с улыбкой заметила она. — Ты ведь обещал бросить. — Знаю, как-то не получается. Я честно хотел, но не получается. Колдунья положила свою ладонь на руку Финна. Следующие минуты прошли в молчании, нарушаемом потрескиванием сигареты. Окурок почти ужалил пальцы неприятной болью, и Финн щелчком запустил его куда подальше. На горизонте догорал закат, тени мелких деревьев и трав в долине становились длиннее, создавая странное ощущение какой-то бестелесности в пространстве. Подул ветер, пригибая вереск у дома к земле, стало заметно прохладнее. Сидя на крыше в одной только кофте, Финн почувствовал, как тепло его тела уплывает куда-то далеко вместе с несущимся мимо ветром. Парень поёжился и прикрыл глаза. Охотница прижалась к нему. Вдалеке появилась неприметная туча, за которой, подобно хмурым часовым, выплывали из-за тумана горизонта серые вереницы, освещаемые закатным солнцем. Шелест дождя, очень слабый, практически на грани слышимости. Колдунья уже давно задремала на плече Финна. Её волосы, пахнущие лесной свежестью, скатывались по ключицам парня и подрагивали в такт дыханию спящей девушки. Финн потянулся за пачкой в карман толстовки, достал и повертел в руке. «Ладно, ещё одну и хватит на сегодня…» Чиркнула спичка, бумага начала тлеть. Финн, выпустив сизое облачко, посмотрел на смятую пачку и, подумав секунду-другую, запустил её с крыши куда подальше. «Нет, теперь уже точно хватит.» *** Охотница провалилась в сон, каким спит не всякий покойник, так что Финну пришлось спускать её с крыши своими силами, коими он не был обделён. Перед входной дверью он слегка притормозил, планируя дальнейшие действия. Промелькнула идея открыть дверь, шарахнув по ней головой, но это мысль Финн сразу отмахнул, аккуратно поддев носком слегка выпирающий край двери. Зайдя в дом, он почувствовал, как тепло домашнего очага пронизывает его продрогшее на улице тело. Он уложил Колдунью на мягкий диван, а сам направился на уютную маленькую кухню. Сняв с огня камина уже разогретый чуть ли не до бела чайник, он разлил в кружки прыгающий куда угодно, только не туда, куда надо, кипяток. Бросив в каждую чашку пару сухих листьев и свёртков некогда благоухающих трав, но присел на подоконник. Вечер плавно перетекал в ночь, подступая тьмой к маленькому квадратику света от окна на темной земле. Финн выдохнул. Взяв чай, он направился в гостиную. Охотница потирала рукой сонные глаза. Взглянув на Финна, она откинула плед, которым тот заботливо укрыл её. Парень, балансируя с чашками в руках, плюхнулся рядом с ней. Вручив любимой одну из чашек, он приобнял Охотницу и прижал к себе. По стеклу сначала тихо, потом всё громче застучал дождь. — Эй, Бимо! — позвал маленького робота Финн. В гостиную весело вбежал Бимо и, неуклюже забравшись на табурет, уселся напротив Финна с Охотницей. — Что-то случилось? — поинтересовался робот. — Да, на улице прохладная осенняя ночь, по стёклам стучит дождь, а ты ещё не включил фильм, — шутливо произнёс Финн. — Какой изволите смотреть? — сделав на экране серьёзную рожицу, спросил Бимо. — Любой. На твой выбор. — Я бы что-то про космос посмотрела… — задумчиво прошептала Охотница. — Включай про космос, Бимо. Лицо робота пропало, на экране засветились какие-то буквы и цифры. Потом приятный, мягкий голос диктора начал вещать из колонок. Захватывающие приключения в далёких галактиках, квазары и солнечные бури — всё смешалось в этом старом-старом фильме, лежавшем на задворках жёсткого диска компьютера. Охотница положила голову на грудь Финна, мерно попивающего тёплый чай. Мягкий свет маленькой лампы погружал комнату в приятный полумрак. Даже осенью бывает тепло.