Твоё место - бордель

После приема гинеколога Чонгук в приподнятом настроении отправился домой. Вызывать такси не хотелось, а в людный автобус садиться уж тем более не хотелось, поэтому Чонгук решил идти пешком и как-раз прогуляться. Идти часа два, не меньше, но Гука это не пугало, он весь такой радостный надел наушники и потопал в нужном направлении. Хорошее настроение давало о себе знать, омега шел и восхищался красотой вроде бы обычных улиц, люди, которые проходили мимо, казалось, заряжены позитивом так же, как и Чонгук. Мелодичная и спокойная песня в наушниках лишь добавляла беременному наслаждения. Но, спустя полчаса ходьбы, омега устал и ноги начали немного болеть, поэтому он решил немного скоротить путь и пойти неоживлённой и немного заброшенной улочкой. Он уже не видел красивых вывесок кафе, аккуратной плиточки, по которой удобно было идти по центральной улице, были лишь серые высотные дома, мусорки и раздолбанный машинами асфальт. Настроение всё ещё было хорошим, пока он не заметил маленького мальчика, который сидел на бордюре возле мусорки и плакал. Чонгук не медля снял наушники и подошёл к ребёнку, чтобы помочь, вдруг он потерял папу? — Привет! Почему ты плачешь? Ты потерялся? Что случилось? — Чонгук нежным голосом обратился к плачущему мальчику-омежке. На вид ребёнку было не больше пяти лет, посмотрев на одежду малыша, Чонгук ужаснулся: лёгкая кофточка и такие же лёгкие штанишки. На улице прохладно и на ребёнка нужно одевать курточку и колготки, как минимум. У Гука, как у папы, сердце кровью обливается от такого вида омежки, он же может простудить себе все, что только можно, к тому же мальчик сидит на холодном бетоне. В голове у Чона лишь вопрос: где родители омежки? Что делать с ребёнком Чонгук не знал, но бросать малыша он не собирается. — Я убежал — тихо-тихо сказал мальчик. — Откуда, маленький? Откуда ты убежал? — Чонгук снял с себя курточку и кофту, что была под ней, он сразу закутал ребёнка в кофту, а на себя надел обратно курточку. Кофта была довольно-таки теплой, малышу было не холодно в ней. — Из дома. — коротко сказал мальчик. — Солнышко, давай мы с тобой сейчас пойдем в кафе, я позвоню своему мужу и он поможет мне найти твой дом, хорошо? — Чонгук по-доброму улыбается и приобнимает омежку. — Нет, нет, дядя, пожалуйста, не отдавайте меня им, пожалуйста! Меня бьют, я не хочу возвращаться туда. — омежка заплакал с новой силой, утыкаясь личиком в испачканные ладони. Чонгуку так жаль ребёнка, ведь он понимает, что такое домашнее насилие, сам подвергался этому, отец никогда не жалел его, бил так жестоко, но хуже всего было, когда отец начал отдавать тело Чонгука своим пьяным друзьям. Его даже за человека не считали, игрушка для секса, спермоприемник, его пускали по кругу, и это были самые ужасные минуты жизни Чонгука. Такого и врагу не пожелаешь, а этого мальчика нужно срочно спасать. Но всё ведь не так, как думает Чонгук. — Всё равно пошли погреемся и мы с мужем что-нибуть придумаем. — Чонгук взял мальчика за руку и повёл в сторону центральной улицы, там много кафе и детских магазинов одежды. Мальчику срочно нужна хотя бы курточка и тёплые колготки, он не знает, сколько времени займут поиски дома малыша, поэтому лучше сразу купить ему одежду. — Меня зовут Субин, а как вас зовут, дядя? — сказал мальчик, а у Чонгука от имени Субин по спине прошелся холод. Так звали его отца, того самого, что бил и издевался над маленьким Чонгуком. Чон сейчас даже не знает, жив ли тот, да и знать не хочет, для него не существует отца, есть только папа — Хёну, которому, кстати говоря, нужно будет вечером позвонить и рассказать про двойню и приключения со сбежавши ребёнком. Выйдя на главную улицу, Чонгук сразу повёл мальчика в детский магазин, где купил ему тёплую курточку и колготки, а так же куколку. Омежка был так рад новой игрушке, он пищал от радости и даже обнял крепко-крепко в знак благодарности. Когда ребёнок был уже тепло одет, Чонгук со спокойной душой повёл его в кафе. — Вот смотри что здесь продают и выбирай себе всё, что хочешь, а я пока позвоню своему мужу, хорошо? — на вопрос мальчик кивнул и принялся изучать меню. — Алло, Тэ, привет! Ты когда освободишься? — Где-то через полчаса, ты уже дома? — Нет, не поверишь, я встретил маленького мальчика, он убежал из дома, он был в лёгкой одежде, поэтому я купил ему куртку и колготки, ты не будешь ругать меня за это? Он наотрез отказывается говорить, где находится его дом, и даже просто не хочет описать примерную локацию, он просит не отдавать его, говорит, что его там бьют. Тэхён, я хочу ему помочь, но я сам не смогу, приезжай по адресу, который я тебе сейчас скину смс-кой, спрошу сейчас у официанта точный адрес. — Ох, Гукки — альфа устало вздохнул. — В любом случае, ребёнку нужно помочь, поэтому жди меня, я приеду.

***

Спустя час приехал Тэхён, Чонгук уже его заждался, но все равно он безумно благодарен мужу за поддержку. — Привет, Гукки, привет, малыш! — Тэхён сел напротив мужа и ребёнка. — Привет, Тэ. Это — Гук указывает на мальчика — Субин. Субин, этот дядя — Чон показывает на Тэ — мой муж, можешь называть его ТэТэ-хён. Он поможет нам. Тэхён, я не знаю, что это за странное место. Мне удалось выпытать у него про дом, он говорит, что там два этажа и на стенах большие и красивые рисунки сказочных животных, а ещё он боится какого-то воспитателя Чхве. — сказал Чонгук, а Субин, услышав про воспитателя Чхве, зажмурился. — Прошу, не отдавайте меня ему! — добавил напуганный малыш. — Ох, это садик какой-то или что… — Чонгук в недоумении. — Гукки, а может это детдом? Здесь недалеко как-раз есть один, помню, в детстве меня папа пугал тем, что сдаст меня туда за плохое поведение. — пришло в голову Тэхёну. А и правда, всё сходится: и рисунки на стенах и воспитатель Чхве. — Да, вполне может быть. Но этот воспитатель Чхве... его нужно уволить, где гарантии, что он завтра не будет его бить? Вдруг завтра произойдёт та же ситуация, только рядом уже нас не будет? — Чонгук уверенно смотрит на Тэхёна, у них есть абсолютно всё, чтобы уволить этого Чхве: когда Субину подбирали колготки, Чонгук заметил несколько синяков на детских ножках; ребёнок был один одинешка на улице без одежды; и самый главный аргумент: Чонгук не отступит, он добьется своего во что бы это не стало. С помощью гугл-карт Чонгук и Тэ быстро нашли детский дом, там и правда были большие рисунки животных из мультиков. Омежка явно не хотел возвращаться, но у него просто не было уже выбора. Он показал паре, где вход, но мальчика они отпускать не собирались, он должен помочь им в увольнении воспитателя Чхве. — Золотце, где здесь кабинет директора? — спросил Гук, а мальчик молча повёл его и Тэхёна. На двери было большими золотыми буквами написано "Директор", значит, Субин правильно их привёл. Чонгук не медля постучался в дверь и без разрешения вошёл. — Добрый день! — Чонгук поздоровался с мужчиной, которому лет пятьдесят на вид. — Скажите, пожалуйста, почему этот мальчик был на улице один? Без тёплой одежды? Почему он сидел возле мусорки и плакал? Вы понимаете, что он мог простудиться, его могла сбить машина, вы это понимаете? — Чонгук сразу начал разговор на повышенных тонах. — Мужчина, пожалуйста, успокойтесь. — директор устало тер переносицу, только скандала ему ещё сегодня не хватало. — Этот мальчик говорит, что сбежал от воспитателя Чхве, он говорит, что воспитатель его бил, можете посмотреть какие синяки у него на ногах, такое чувство, будто, его ногами били. Как воспитатель мог допустить, что ребёнок убежал за пределы двора? Это уже уголовная ответственность! — Мужчина, перестаньте кричать ради Бога. Кто вы такой? Как вас зовут? — директор встает с своего кресла. — Пойдёмте к самому Чхве, будем рабираться. — Я Ким Чонгук, это мой муж — Ким Тэхён и мы нашли Субина одного возле мусорки, в лёгкой одежде. — Чонгук крепче сжал в руке ручку мальчика, он добьется увольнения этого воспитателя Чхве. — Пойдёмте к Чхве. — сказал директор и все они пошли за пожилым мужчиной. Доходя до группы, можно было услышать крики. — Ты, маленькая блядь, я сколько раз говорил тебе не рисовать на обоях? — послышался крик какого-то омеги, а после послышались звоны ударов. Зайдя в группу, Тэхён и Чонгук ужаснулись, какой-то омега небрежно держал совсем маленькую плачущую омежку за ручку, на ребёнке был только памперс и на коже были отчетливо видны отпечатки ладоней. — Для вас это нормально? Я сейчас же звоню в полицию, пусть они с вами разбираются. Это уже переходит все границы. — подал голос Тэхён. — Давайте не будем никуда звонить, разберемся сами. — директор понимает, что может пошатнуться и его карьера, а этого ему точно не нужно. — Чхве, что здесь происходит? Как ты можешь так обращаться с ребёнком? Эти люди нашли Субина без тёплой одежды за пределами двора, как ты мог это допустить? Ты понимаешь, что это уголовная ответственность? — директор не кричал, но его тон был устрашающим. Чонгук был готов набросится на этого поганого омегу за такое обращение с детьми, но рука Тэхёна на талии не давала это сделать. — Директор Бан, я всё объясню… — Не нужно, ты уволен. Радуйся, что я и эти добрые люди не будем писать на тебя заявление в полицию. Вот, Чонгук добился своего, этого поганого омегу он не против посадить в тюрьму, но ему сейчас банально лень этим заниматься. Главное, что Субину и другим детям ничего теперь не угрожает, и Чонгук будет обязательно приходить к малышу каждую неделю.