Два в одном.

      Безглазый задумчиво покачивался взад-вперёд, неловко сминая в руках оставленные на прощание Авой колготки, когда вдруг Роуз провозгласила: — Ну вот, собственно, и всё!       Она отошла от Дженни на два шага и стала рассматривать её с видом ЧСВ-шного художника, созерцающего своё творение. Миллер, услышав долгожданные слова, распахнула глаза и тут же вскинула руки к волосам, пытаясь на ощупь определить, какая причёска у неё на голове и насколько симпатично с этой причёской смотрится сама Дженни. — Маллет на короткие волосы, — завидев немой вопрос, застывший в глазах девушки, ответила Опатти. — Если бы моя ненаглядная сестрёнка не трогала твои волосы, то можно было бы сообразить каскад, но на такой длине он смотрелся бы не очень. А вот маллет — самое то. Придаёт дерзости. И волосы у тебя средней густоты, так что стрижка выглядит небрежно, а не зализано. Чёлочка по брови, кстати, тебе тоже идёт… Блять, может, ты просто подойдёшь к зеркалу и посмотришь, а не будешь лапать свои волосы?       Дженни уже успела забыть, что существует такое великое изобретение человечества, как зеркало. Встав, она на негнущихся ногах подошла к шкафу и уставилась на своё отражение. — Ну как? — протянула Роуз с нетерпением, но Миллер молчала, не отрывая немигающего взгляда от зазеркальной себя. Отсутствие её ответа заставило Роуз занервничать. — Не нравится? Могу, конечно, ещё покороче сделать, но у тебя волосы и так до плеч не достают, я не знаю, что получится… Каре точно не выйдет, потому что пряди разной длины, а пикси — это вообще прошлый век… Эй, Безглазый! Ты-то чего молчишь? Скажи что-нибудь! Всё плохо, что ли?       Джек вместо ответа издал какие-то нечленораздельные звуки. Его внимание полностью было приковано к Дженни, которая, осмелев, неловко крутилась, рассматривая себя со всех сторон. — Я дико извиняюсь, что стригла без накидки, — продолжала тем временем Роуз. — Просто кто-то решил взять её на пикник в качестве подкормки для костра, а новую я так и не приобрела… Я смахнула большую часть волос кисточкой, но тебе лучше сходить в душ и переодеться… — Боже, — наконец смогла выдохнуть Дженни. Роуз напряглась. — Что? — настороженно протянула она. — Это, блять, просто охуенно! — Миллер повернулась к девушке с горящими от восхищения глазами. — Ёбаный рот, да ради такого результата я бы ещё раз Роллин свои волосы отдала на растерзание! Хотя нет, хуйню спизданула… Но это невероятно пиздато!       Опатти довольно зарделась и гордо подбоченилась, но тут же приняла вид монашки и смущённо притупила глазки. — Обращайтесь, — промурлыкала она скромно. — Джек, а ты что скажешь? — Миллер подлетела к парню и довольно покрутилась. — Как тебе? — Э…Красиво, — скомканно пробубнил Безглазый, сильнее стискивая несчастные колготки. — Тебе очень подходит…э…такая стрижка и… — Переведу с мужского, — видя, что связывание слов в предложения даётся каннибалу с трудом, оборвала его страдания Роуз. — Он в восторге.       Джек настолько активно закивал, что все китайские болванчики европейского происхождения с ним и в одном ряду не стояли. Дженни довольно заулыбалась. — Слу-ушай, — она повернулась к Роуз, — а я вот давно хотела сплит-окрашивание… — Ни слова больше! — Опатти в один прыжок оказалась у своей кровати. Опустившись на колени, она с кряхтеньем, которому позавидовала бы любая бабка, принялась копаться и пытаться что-то вытащить. В итоге ей это удалось, и перед Безглазым бахнули огромную коробку со всякими флакончиками и тюбиками. Эта коробка, кстати, с точки зрения матушки-физики, никак не могла поместиться под кровать, поэтому то, как Роуз удалось её туда впихнуть и, соответственно, выпихнуть, осталось тайной. Сама девушка же принялась активно рыться, иногда вынимая какой-то флакон. На одни она просто смотрела, у вторых что-то читала, третьи зачем-то нюхала, а некоторые даже пару раз лизнула. Все её действия сопровождались непрерывным бормотанием. — Так, у этой краски срок годности истёк… — с этими словами флакончик отлетел Роуз за спину. — Хм, что тут у нас? Фуксия? Не то… — этот тюбик как твой бывший разделил судьбу своего брата и едва не прилетел Дженни в лоб. — Это ещё что? Вытекает? Ну-ка… — проба методом слизывания. — Томатный сок, ещё и просроченный… — на этот раз флакон отлетел в сторону. — Так, а это? Золотистый блонд? Засох… — снова бросок за спину, и на это раз Миллер не успела увернуться, поймав запущенный снаряд вовремя подставленным носом. — Тут шампунь, это вообще жидкое мыло, так, средство для мытья посуды, стиральный порошок, мумия майского жука, локон Фиалы, о, отдам Эмбер, чтобы порчу навела… Ну с чёрной краской всё хорошо… О, ещё красная, зелёная… А, нет, это просто зелёнка… Йод, перекись… У меня тут что, аптечка раньше была? Чей-то палец в формалине… Ёбаный рот, а палец мне нахрена? А, там на ногте рисунок классный, я ж себе маникюр когда-то такой хотела сделать… Так, карамельный каштановый, золотистый каштановый, горячий шоколад, дерзкий красный… — тут Роуз замерла, резко выпрямилась и повернулась к Дженни, которая осторожно щупала свой нос. — Стоп, а ты вообще в каких цветах окрашивание хочешь? — Э…Ну… — Миллер замялась. — А какие есть?..       Роуз упёрла руки в бока и снова уставилась в недра коробки. — Что ж… — выдохнула она и тут же забормотала, словно читая мантру: — Чёрно-коричневый, тёмно-коричневый, медно-коричневый, классический коричневый, золотистый коричневый, шоколадный, карамельный каштановый, золотистый каштановый, горячий шоколад, вишня, тёмный махагон, огненно-красный, дерзкий красный, рубиновая мечта, яркий светло-красный, глубокий тёмно-красный, насыщенный тёмно-красный, насыщенный красный, гранатовый, красный цвета жопы младенца после того, как его отхуярили цепью — это я для себя подписала, красивый цвет, — синий, синий тёмный, синий яркий, голубой — засох, синий цвета перетянутой конечности — тоже для себя подписывала, — зелёный хаки, зелёный тёмный, лаймовый, фиолетовый тёмный, фиолетово-синий, чёрный, глубокий черный, цвет волос пизды цыганки и иссиня-чёрный. — Широкий выбор… — просипел Безглазый, шокированный количеством оттенков одного цвета. Для него цветов в радуге было более, чем достаточно. Дженни же, всё это время внимательно слушавшая, приняла крайне задумчивый вид. — Глубоки чёрный и цвет жопы младенца после того, как его отхуярили цепью, — наконец вынесла она решение. — Ты ещё и запомнила? — охуел Джек. — У меня после шоколадного мозг отказался информацию воспринимать… Кстати, а что это за цвет такой — жопы младенца? — Не просто жопы младенца, а жопы младенца после того, как его отхуяили цепью! — нравоучительно воздела палец к потолку Роуз. — Это абсолютно два разных цвета. Второй больше напоминает запёкшуюся кровь, но на солнце может иногда отливать нежно-розовым — как младенческая задница. Между прочим, придумывать названия для цветов довольно сложно, поэтому мог бы для приличия восхититься! — Я скорее поражён, нежели восхищён, — заметил Джек. Роуз закатила глаза и, поняв, что с таким профаном в области парикмахерского искусства не о чем беседовать, вынула из коробки два нужных флакона. — Волосы у тебя теперь короткие, покраска много времени не займёт, — произнесла она. — Ещё и краски предостаточно. Так как у меня, повторюсь, нет накидки, то советую надеть что-то, что не жалко… О, и у меня в гардеробе даже найдётся такая вещь!       Всучив оба флакона почему-то не Дженни, которая уже даже протянула руки, а Джеку, которому, дабы успеть их перехватить, пришлось выпустить из рук колготки, Роуз прошла к шкафу и после недолгих раскопок вытащила из него платье пудрового цвета. — Вот, — продемонстрировав находку, самодовольно улыбнулась Роуз и протянула платье Дженни. — Надевай.       Миллер пожала плечами и уже хотела стянуть с себя футболку, но вовремя вспомнила о присутствии Безглазого, который вместо того, чтобы вежливо отвернуться, смотрел на девушку во все свои отсутствующие глаза. — Ну ты хотя бы вид сделай, что тебе не интересно за моим переодеванием наблюдать, — усмехнулась Миллер. — Не, я, конечно, могу тут типа эротично раздеться и одеться, но это будет не бесплатно. — И без продолжения, к сожалению, — хмыкнул Безглазый. Дженни мгновенно вспыхнула от его слов, а Роуз с таким интересом принялась изучать свои ногти, будто видела их первый раз и вообще не понимала, что это за странная хрень растёт у неё на пальцах.       Понаслаждавшись ещё немного миллеровским смущением, Безглазый-таки соизволил отвернуться. Дженни быстро переоделась, немного повозившись с застёжкой на боку, которой, видимо, следовало отведать парочку «Сникерсов», чтобы не тормозить. «Как хорошо, что у меня трусы бесшовные, а то оно ведь в облипку…» — подумала Миллер, разглаживая ткань на бёдрах. Хоть платью и была отведена роль эдакой груши для битья, девушка не удержалась от того, чтобы не полюбоваться собой в зеркале — ну а что, она платья такого фасона не надевала с тех пор, как… Да вообще никогда не надевала! И при виде своего отражения Миллер настолько сильно ахуела, что умудрилась подавиться всем сразу — воздухом, слюнями и словами собственного изумления.       Платье было на ладонь выше колена и полностью обтягивало фигуру Дженни, да так мастерски, что девушка сама охуела от того, какими формами она обладает. Длинные облегающие рукава подчёркивали тонкие руки, а изящный вырез оголял плечи и немного спускался к груди, давая простор фантазии. Не веря своим глазам, Миллер пару раз моргнула и покрутилась. Попа что надо, груди на месте, округлые бёдра выглядят аппетитно, изъяны фигуры скрыты… И это платье Роуз не жалко?! — Слушай, — неуверенно начала Дженни, повернувшись к девушке, которая до сих пор со вселенским любопытством таращилась на свои ногти. Услышав, что обращаются к ней, Роуз вскинула голову и тут же одобрительно присвистнула. Безглазый, расценивший этот свист как разрешение посмотреть, повернулся и обомлел. — Ну как оно на тебе сидит… — одобрительно сказала Роуз. — Тебе точно его не жалко? — с грусть спросила Дженни. Ей было обидно, что платье, которое превратило её в такую сексуальную красотку, после завершения отведённой ему миссии отправится в мусорку. — Не, — Опатти отмахнулась. — Я такое не ношу. А вообще это платье сестрички. Случайно унесла с собой, когда переезжала да так и не отдала. Представляю выражение её лица, когда она увидит, во что её драгоценная тряпка превратилась…       Миллер горестно вздохнула. Да, платье просто потрясающее, но оно принадлежит Фиале, поэтому сама мысль о том, чтобы не портить вещь и оставить себе, казалась омерзительной, особенно после всего случившегося. Эх, вот если бы у этой одёжки была другая хозяйка… — Вау, — наконец смог выдохнуть Безглазый. Он буквально пожирал Дженни взглядом, что, учитывая его каннибальскую натуру, было неудивительно. Дженни от такого оказанного внимания стало даже неуютно, но в то же время и безумно приятно. — Перевожу с мужского, — видя, что осыпать девушку комплиментами маньяк не собирается, пришла на помощь Роуз. — Он в приятном ахуе и еле прячет стояк.       Дженни хихикнула. — Лучше бы не прятал, — сказала она. — Это было бы гораздо действенным способом высказать своё восхищение.       Безглазый ухмыльнулся, но промолчал, хотя в голове крутились мысли самого разнообразного характера. Этот вырез на груди буквально будоражил, а эти оголённые бледные плечи, на которые так и просятся парочка укусов или засосов… А запястья, казавшиеся сейчас такими тонкими… Хотелось бы крепко стиснуть их над этой пока что беловолосой головкой или грубо зафиксировать за спиной, заставляя при этом Дженни нагнуться, чтобы платье ещё больше обтянуло её ягодицы, а подол слегка приподнялся… Совсем чуть-чуть, скрывая все интересные места, но вызывая безумное желание поскорее до них добраться… А затем задрать его и… Нет, нет! Касаясь её талии и бёдер, чуть сжимая их от нетерпения, но стараясь держать себя в руках, медленно и дразняще расцеловывать её шею и ключицы, нежно, но иногда властно поглаживая внутреннюю часть бедра, поднимаясь чуть выше, но не задевая интимных зон…пока что. Затем не спеша, раззадоривая и себя, и её, расстегнуть «молнию» сбоку, пытаясь справиться с порывом сорвать это платье к чертям, осторожно снять его и отбросить в сторону, дабы узреть манящее тело, которое было скрыто под тканью… А потом…       «Святой Слендер, — мысленно простонал Джек, стискивая два всученных ему тюбика. В каком месте Слендер был святым, на данный момент было известно только одному Безглазому. — Я хочу её трахнуть из-за какого-то сраного платья…» — Во-оу, — Роуз наклонилась и внимательно всмотрелась в лицо каннибала. — Да ты поплыл! Как там шишка? Не дымится? — Пойду Эмбер найду, — выдавил Безглазый, облизывая пересохшие губы. Он встал, с силой впихнул флаконы Опатти и, стараясь не натыкаться взглядом на Дженни, поспешно вышел из комнаты.       «Была на моём месте — не задавала бы таких тупых вопросов,» — у себя в голове ответил ей парень, ниже оттягивая толстовку.

***

      Естественно, в своём законном обиталище Ава не была обнаружена, поэтому Джек двинулся к себе в комнату, будучи уверенным, что девушка там. На самом деле отсутствие Эмбер его не очень-то и волновало, просто… Если бы он продолжил находиться там, с такой Дженни, то точно бы не выдержал. Контролировать себя ещё полбеды, а вот прикрывать вставший член подушкой, оправдываясь тем, что так гораздо удобнее — смешно и тупо, особенно если причина стояка постоянно находится в поле зрения. «И где Эмбер носит? — размышлял Джек, пытаясь отогнать мысленный образ Миллер. — Она же больше всех хотела посмотреть на изменения Дженни, а в итоге даже до конца стрижки не досидела… Конечно, этот Солёный припёрся, но не могут же они так долго пиздеть, тем более у нас в комнате. Стоп, а почему я так уверен, что она там? А, да без разницы, всё равно сейчас открою дверь и…» — А ну дай сюда! Дай, кому говорю!       Картина а-ля «Дикарка скачет вокруг статуи Свободы, фото в цвете» заставила Безглазого недоумённо застыть в дверном проёме. Ава, нелепо подпрыгивая, вертелась вокруг Утопленника, стараясь вырвать что-то из его задранной руки. Тот всячески уклонялся и отпихивал от себя обсайгаченную особу. — Я могу дать тебе только пиздюлей, — ровным голосом ответил Бен, уворачиваясь. — Или в рот, но это не точно, над этим ещё стоит подумать. — Я тебе сейчас таких пиздюлеев в рот с пятки надаю — зубами харкаться будешь! — голосила Ава, продолжая безуспешно пародировать то ли брачный танец индийского племени, то ли пьяный хоровод. — Я всё равно успела рассмотреть! — Раз успела — зачем пытаешься отобрать? — У меня рукоблудость! — Правда? Порукоблудишь в области моего паха? — Вообще-то это когда вдали не видишь! — Значит, всё же не рассмотрела? — Рассмотрела! Но хочу убедиться, что из-за рукоблудости мне просто померещилось! — Если ты плохо видишь вдали — это близорукость… — обозначил своё присутствие Джек, проходя в комнату. Ава в его сторону лишь цокнула языком. — Зачем мне близоручить, если у меня есть вибратор? — удивилась она. — Идиотка планетарного масштаба, — хохотнул Утопленник. — Выучи значение терминов перед их употреблением! — Летящей походкой иди-ка ты на хуй со своими советами! — Эмбер показала ему язык. Её взгляд наткнулся на Безглазого, который закрывал за собой дверь. Глаза девушки округлились, будто она увидела Мессию. — Джеральд! — радостно воскликнула Ава. — Давно не виделись, — хмыкнул Джек. — Слушай, ты почти всё пропустила. Там Дженни уже достригли и сейчас будут кра… — Джин, твой сосед дрочит на мою подругу!       Безглазый запнулся на полуслове. Его лицо приняло выражение искреннего недоумения. — Ты дрочишь на Дженни? — неверяще спросил он у Бена. — Не дрочу я на неё! — возмутился тот. — Это ты на неё дрочишь! — Он пиздит! — наябедничала Ава, тыкая пальцем в задрота. — Я видела у него… Так, погодите, чего? Вы что, оба наяриваете на мою Белозадку? — Оба? — уточнил Безглазый, ничего не понимая. — Ага, конечно! — фыркнул Утопленник. — По вечерам друг напротив друга садимся и мастурбируем на Дженни. Кто первый кончит — вытирает сперму. Очень классное соревнование, повышает дух соперничества. — Да кому ты брешешь, дорогой? — Ава с сомнением выгнула бровь, скрещивая руки на груди. — Я видела у тебя её фотографию! — Фотографию? — переспросил Джек, окончательно запутавшись. — Да! — Эмбер, до этого осуждающе смотревшая на Бена, повернулась к каннибалу. — Представляешь, я захожу в комнату, а он на какой-то огрызок бумаги пялится, с такими прямо влюблёнными глазами. Стоило мне войти — сразу под жопу себе спрятал. А потом забыл, и он на пол упал. Оказалось, что это фотка моей Дженнюшки! — Так это не моё! — запротестовал Утопленник, лихорадочно пытаясь что-то придумать. — Да что ты? — ласково пропела Ава, снова повернувшись к нему. — А чьё же?       И это «что-то» мгновенно придумалось. — Его, — невозмутимо отозвался Бен, кивнув подбородком на Безглазого.       Ава недоверчиво поджала губы. — Тебе бы поучиться пиздаболить, — сочувственно произнесла она, отвернувшись. — Да, Джагфар?       Но Джагфар, он же Джин, Джеральд и по совместительству Джек её не слушал. Его внимание было приковано к пантомиме Утопленника, который на языке жестов просил друга подыграть. Если бы Безглазый владел знанием жестового языка, то он бы прочитал, что он не один, вокруг него мохнатые сливы пророчества, которые вняли момент кадыка карликового миротворца с влажными бровями и вообще что волк не тигр, но попу моет. — А… Э… — Безглазый прищурился, расшифровывая агрессивные утопленниковские жестикуляции. — Это моя фотография, я тёр ей подмышки…       Брови Авы удивлённо поползли вверх. Бен за её спиной показал, как кладёт что-то в кулак и прячет под задницей. — После того, как подтёрся… Нет, не подтёрся… Достал из своей жопы…       У Эмбер изумлённо приоткрылся рот. Если бы она могла проследить, куда направлен незрячий взгляд Джека ну или хотя бы имела глаза на затылке, то уже давно бы заметила жестикуляцию Утопленника и обернулась, но так как ебало каннибала оставалось неприступным, сказанное им вызывало у девушки только ахуй. Недолинк, видя, что ассоциации у Безглазого сворачивают в сомнительную сторону, показал руками крест. — Не из своей… — Джек чуть склонил голову вбок.       Бен начертил в воздухе квадрат, изобразил ножницы и свёл большой и указательный пальцы так, чтобы между ними осталась пара миллиметров — Из жопы квадратного гнома, которого я кастрировал…       Недолинк закатил глаза, изобразил «рукалицо» и снова показал «прячущий» жест. — Я её нюхал до оргазма, а потом засунул в трусы…       Ава охуевше присвистнула. — Ёбаный сыр, — произнесла она. — У всех, конечно, свои фетиши, но таких извращений я ещё не видывала… Так это реально твоя фотография?       Утопленник кивнул. Безглазый заторможенно повторил за ним. — Даже спрашивать не буду, откуда… — Ава устало потёрла переносицу. — А ты, получается, это фотографию нашёл и рассматривал?       На этой фразе она повернулась к Бену. Тот в этот момент показывал Джеку два больших пальца, поначалу перепутав их со средними, поэтому, чтобы не попасться, сделал вид, что обмахивается себя. — Жарко просто… — оправдался он. — А в целом всё верно. Видишь? Реальность оказалась не такой, какой ты успела её себе навыдумывать. — Ну у меня был повод! — Ава повела плечом. — Повод пиздеть в мою сторону? — насмешливо уточнил Утопленник. — Кто бы говорил… — буркнула Эмбер. Маньяк закатил глаза. — Считай, что один-один, — бросил он. — «Считай, что один-один», — с издёвкой передразнила Ава. — Не, ну вы с моей Белопопкой так скорешились, а тут ещё эта фотка… Вот я и подумала, будто она тебе нравится далеко не как подруга. Но я даже рада, что это не так, потому что моё мозгоёбельское сердечко не выдержало бы факта ваших отношений. А так… — тут девушка медленно повернулась к Безглазому на пятках и расплылась в довольной улыбке. — Джайлс, и давно ты дрюнькаешь на мою ненаглядную? — А? — не расслышал Безглазый. Он изо всех пытался сделать вид, что в курсе происходящего, но вид упорно не делался. — Говорю, Дженнюшка моя давно тебе приглянулась? — А, — уже с пониманием протянул Джек. — Ну…не очень, но… — Но она действительно тебе нравится? — Ава, казалось, не верит своим ушам. Чуть поразмыслив, каннибал осторожно кивнул, затем кивнул немного увереннее, а потом уже с такой решительностью, что у него хрустнула шея. — Так чего ты тупишь?! — заорала Эмбер так, что в лесу на дереве закачался висельник. — Я у него это уже спрашивал, — с лёгкой самодовольной улыбкой отозвался Бен. Безглазый в ответ скорчил ему убийственную гримасу, и если бы Утопленник не был мёртв, то сейчас бы он точно скопытился. — Ой бля-я! — Ава с такой силой ударила себя ладонью по лбу, что её шатнуло назад. — Ты ей тоже нравишься, шлепок ты майонезный, но не скажет же она тебе об этом первая! Действуй, блять, а не просто дрочи!       Утопленник с умным видом кивал на каждое её слово, не отрывая насмешливого взгляда от Джека. Безглазый пообещал себе, что, как только мадемуазель Ёбнутаязель покинет их комнату, он раскромсает Бена на тысячу маленьких долбоёбов и смоет в унитаз.       Эмбер ещё минут десять отчитывала каннибала за его тугодумность. Затем, спохватившись, что пропускает доапгрейдивание Дженни, извинилась на древнеперсидском и улетучилась. Едва дверь за ней захлопнулась, как Джек кинулся на Утопленника. Тот благоразумно вскочил на стол, готовый в любой момент нырнуть в монитор компьютера. — Чё это, блять, за хуйня?! — вопил Безглазый. — Хуйня — это то, как ты расшифровывал мои знаки, — Бен зевнул, и одна его нога скрылась за экраном. — А произошедшая ситуация — первый шаг к действиям… Ну-ну, чего ты на меня так уставился, будто сожрать хочешь? У моей плоти давно истёк срок годности. Я несъедобен. — Слышь, умник! Может, объяснишь, какого хуя я должен прикрывать твою утонувшую задротскую задницу? — Разве друзья так не делают? — Издеваешься? — Нисколько. И чего ты так злишься? Зато теперь мы знаем, что твои чувства взаимны. — Я не планировал узнавать это при таких обстоятельствах! — Представь, что ты на кладбище. — Чего? — Говорю, плюсы ищи. Сам бы ты ни за что не раскрыл всех карт, а тут за тебя это так удачно сделали. — Удачно?! Я спорол полную хуйню про какую-то фотографию! Кстати, что за фотография?       Утопленник свернул губы трубочкой. Вытащив ногу из монитора, он, заложив руки за спину, задумчиво покачался на пятках, а затем нерешительно, будто сомневаясь в правильности своих действий, протянул Безглазому клочок фото. Джек буквально вырвал его из пальцев недолинка и принялся с остервенением изучать. — Ах ты су-ука, — протянул он, поднимая голову. — То есть чтобы не спалить перед Эмбер, что ты пускаешь по ней слюни, ты решил рассказать о моей симпатии к Дженни?       Бен поднял руки в примирительном жесте. — Я не говорил напрямую, — быстро ответил он. — И вообще — ты сам это подтвердил, когда припизднутая спросила. — А я смотрю, ты уже не отрицаешь того факта, что она тебе нравится… — хмыкнул Безглазый. Утопленник спрыгнул на пол и, молча вырвав фотографию из рук убийцы, засунул её в карман. — Я и не соглашался с этим фактом, если ты не заметил, — сухо сказал он. — Да мне не особо нужно твоё согласие, чтобы замечать очевидное, — произнёс Джек. — Слушай, ну если ты стесняешься, я могу передать ей от тебя записочку с признанием. Ну или так рассказать…       Бен скривился, будто ему разом удалили все зубы без наркоза. При виде выражения его лица Безглазый в лучших пародиях на коня заржал. Утопленник хмуро отвернулся. — Если ты ей хоть слово об этом пикнешь, то будешь не только Безглазым, но ещё и Безъязычным, — мрачно предупредил он. — Я не особо мстительный, — великодушно взмахнул рукой Джек. — Не буду ей ничего говорить. Ну, может, только слегка подскажу… — Безъяичным. — Намекну. Вот прямо очень туманно… Я бы даже сказал — метафорично… — И Бесчленовым. — Хотя, может, она сама догадается…       Утопленник закатил глаза так, что они успели совершить полный оборот в глазницах и вернуться обратно с надписью «Завали, пожалуйста, ебало». — Пошли, — проговорил он. — Посмотрим, во что там Дженни твоя превращается.       Безглазый пожал плечами. Пройдя к двери, он открыл её и пропустил вперёд Бена. — Знаешь, — уже на середине коридора заговорил Джек, — а я уже не расстроен, что всё так сложилось. — Ещё бы ты расстраивался… — огрызнулся Утопленник. — Стой да кивай, пока за тебя всё подытоживают. Сказка. — Тогда, может… — Даже. Рот. Не. Раскрывай. — Какой ты нервный… Ладно-ладно, не буду, не целься коленкой мне в яйца!       И уже заходя в спальню Полики и Роуз, Джек, покосившись на недолинка, решил: рот он всё же раскроет. Но не сильно. Без яиц всё же оставаться не хотелось…