Nothing lasts forever

       Первым делом перед Дином Винчестером стояла задача — убедиться одна ли сегодня его жертва. Он сидел в Импале, потушив фары. Очаровательной блондинки все еще не было дома, хотя она не выглядит как «плохая девочка», которая приходит домой после 12 и любит ходить по клубам. На часах — 22:58. Дин достал припасенный чизбургер и фляжку с алкоголем. От Бобби не должно было остаться ничего, но Винчестер не нашел в себе сил избавиться от столь нужной вещицы. Вот она. Вдруг Дин потянулся за пистолетом, пихнул его в джинсы и вышел из машины. Аккуратно, не привлекая внимание. В ее руках была гора коробок, наполненных непонятно чем. Он замер, наблюдая за тем, как она ругается всеми известными словами себе под нос. Форбс дошла до лестницы, ведущей на крыльцо, и поняла, что задачу она взяла не самую легкую. Но это была бы не она, если бы не взяла на себя практически невозможную задачу. Ступенька, за ступенькой и потеря равновесия. Дин оказался ближе, чем сам рассчитывал. — Может вам помочь? — Думаю, не помешает. — Нелепо посмеялась она. Винчестер взял на себя весь груз. — Я Кэролайн. — Дин — В ответ, впервые, назвал имя своей жертве. Интересно, а осознает ли она, что человек, только что предложивший свою помощь, вскоре убьет ее? — Можешь поставить их туда? — Форбс открыла входную и попросила Дина положить все в угол комнаты. Парень выпрямился, выругался на возраст про себя, и оглянулся. Небольшой, уютный домик. Он заметил детские фотографии после того как свет загорелся. Тут же он обернулся и посмотрел на блондинку. Она была куда симпатичнее, чем на фотографии. В удивлении Винчестер даже приоткрыл рот. — Спасибо за помощь. — Раз я уже переступил порог, не угостишь ли ты меня чаем? — Что во всех этих коробках? — Спросил Винчестер, мило беседуя с юной девушкой. Он спокойно сидел за столом, перед ним стояла забавная чашка с Железным человеком, наполненная чаем с мятой. Никогда не любил чай, но сегодня что-то сломалось в его механизме. — Там вещи моей матери, — Как-то грустно отозвалась она. — 9 дней назад ее не стало. — Объяснила свое резкое изменение. — У нее был рак легких. Посреди ночи аппарат, помогавший ей дышать, вышел из строя, а врачей не было на месте. Никто не смог спасти ее. — Мне жаль. — Все в порядке, — Улыбнулась Форбс, опустила глаза. — Она в любом случае бы умерла, либо 9 дней назад, либо через 3 месяца. Она выбрала первое. Был бы у нее выбор… Дин Винчестер не мог подать виду, что его сердце екнуло в груди. Девять дней назад, в 2:38 ночи он был в больницы. Все медсестры были без сознания, в кладовой. Записи с камер видеонаблюдения — стерты. Он отчетливо помнит, как шел по темному коридору до ВИП-палаты. Он вошел внутрь, посмотрел на женщину, с короткой стрижкой, светлыми волосами, карими глазами. В ее носу была трубка, которая обеспечивала ей жизнь. Элизабет не спала. Она знала, что он придет. Он совершенно не помнит, что он ей сказал, что она ответила. Он помнит, как вколол ей какое-то средство, парализовавшее ее. Его нельзя обнаружить в организме, потому что состав идентичен лекарству, которым доктора пичкают своих пациентов. После этого, Дин что-то сделал с аппаратом и тот остался неисправным. Что-то перерезал, что-то сломал. В общем, это было не важно. Главное — работа сделана. В тот момент он наткнулся на зеленый циферблат электронных часов и время въелось в его голову. — Чем ты увлекаешься? Неожиданно для самого себя спросил Дин. Он должен признать, что она растопила лед в его сердце. Что она затронула там, где никто не был уже несколько лет. Он давно искал подобные ощущения, подобные эмоции. И кто мог подумать, что однажды это будет человек, который вот-вот встретиться лицом к лицу со смертью от его собственной руки? — Я учусь. Мечтаю стать журналистом. — Это прекрасно — иметь цель и мечту. Без них сложно. И нет смысла. — Согласна. Это невероятно сильная личность. Он смотрел на нее и был несколько восхищен. В ее глазах были звезды, была целая вселенная. Да, может быть ее вселенная испытала сильнейшее землетрясение, но не разрушилась. Она все еще была готова к другому столкновению, была готова снова идти к цели, сквозь все преграды. Дин вдруг испытал некоторую зависть к ней. Она смогла пережить смерть собственной матери, а он сдался, после того как его брат оставил его одного. — А ты о чем мечтаешь? Чем увлекаешься, чем живешь? Мысли не всегда лезут таким потоком в его голову, поэтому как только она задала вопрос, он вздрогнул. Еле заметно, но дернулся от неожиданности. И вдруг эти вопросы застали его врасплох. Он понял, что не знает на них ответа. — Я коллекционирую ножи. — Вдруг сказал он, вытащив эти слова из глубины свое подсознания. — Мечтаю открыть собственный бар и уйти на пенсию. Я хочу покоя. Сидеть в старости в кресле, пить виски и смотреть какие-нибудь бессмысленные передачи. Я устал от своего образа жизни, от своей работы. — А кем ты работаешь? — Это не важно. — Он медленно ответил, чтобы не показалось, что он что-то скрывает. — В общем, надеюсь, что ты никогда этого не узнаешь. — Агент ФБР? — Предположила она, по-кошачьи прищурив глазки. Она пила из кружки с рисунком Черной вдовы. Диск дневника памяти лежал на столике перед телевизором. — Ни за что на свете! — Эмоционально вскрикнул он, мол, как ты такое могла подумать! Моя работа тоже не сахар, но господи, только не ФБР! На часах уже первый час ночи. Неужели они и вправду просидели тут около часа, бесконечно болтая? Каждый раз, когда приходила мысль о том, что он должен избавиться от нее, Дин испытывал отвращение и прогонял ее прочь. Впервые он не хотел выполнять работу. — У тебя есть кто-нибудь? Ты в отношениях.? — Неловко, нелепо, с запинками спросил он и сам себе удивился. — Нет. Я одинокая женщина, обреченная на будущее в океане кошек. — А что с ними не так? Они милые. — Форбс посмеялась. Дин не знал, что ему делать. Он не хотел убивать ее. Боже, она такая красивая, милая, упорная и юная. У нее вся жизнь впереди, у нее много амбиций, много желаний, у нее много стараний. Она поставила перед собой конкретную цель и она идет к ней. Она пережила смерть собственной матери в одиночку, потому что у нее есть смысл жизнь и двигаться дальше. Кэролайн Форбс — огонек, который только что ворвался и разогнал почти все тучи внутри гребаного Винчестера, тьма перестала сгущаться, она дала задний ход. Сегодня он впервые наслаждался откровенными разговорами, хотя раньше он считал это пустой тратой времени. — Кэролайн Форбс, — Вдруг не подумав сказал Дин и прервал уютную тишину. Теперь повисло в воздухе напряжение. Сердце ее заколотилось быстрее, руки слегка задрожали. Все верно. Она не называла своей фамилии. — Ты слишком юна, глупа и наивна. — Улыбнулся он ехидно, вставая с кресла, кладя кружку в раковину. — Как ты можешь пускать незнакомца в дом? Ты же меня даже не знаешь. — А ты, похоже, наоборот. — Не сказал бы, — Отведя в сторону взгляд, Дин подумал. Кэролайн не думая вскочила с места и бросилась к входной. Она оказалась закрыта, а ключ находился на кухне. Точно. Какого хрена ты так делаешь, Кэролайн? Винчестер прикусил губу. Форбс тогда вбежала вверх по лестнице и закрылась в своей комнате на замок. Парень прогулочным шагом следовал за ней по пятам. След в след, никак по-другому. Будто дом — это гробница, наполненная ловушками, а она — единственная, кто знает как их обойти. — Ты не сможешь убежать от меня. Я предусмотрел все возможные варианты. В том числе и те, где ты выскальзываешь в окно второго этажа. Дин шел по коридору. Прямо к той двери, за которой пряталась эта девушка. Он знал, что она побежит туда. В комнату матери. Это некоторая психология. Там она чувствует себя в куда большей безопасности, чем в любой другой комнате. Он закусил щеки до боли, будто проверяя сон это или нет и надеялся, что он ошибается. Парень дотронулся до ручки двери. Конечно, он понимал, что она закрыта, и знал, что она совершенно не является препятствием. Он слышал как хрупкая блондинка двигает мебель, скрипя по полу, к двери. Монеткой он в секунду смог открыть «стену, которая ни за что его не пропустит», и толкнул ее. Он не прилагал особых усилий, потому что меньше всего хотел делать то, что он делает. Но это как механизм, команда, заданная кем-то свыше. Он словно не управляет собой, кто-то проник в его голову и стал шептать «убей ее». Мебели оказалось недостаточно, чтобы обезопасить себя. Винчестер попал внутрь. Кэролайн попятилась к окну, прилипла к нему вплотную. — И к чему эта игра, Мисс Форбс? — А что, мне сидеть и ничего не предпринимать? Ждать, пока тебе в голову взбредет идея о том, как лучше от меня избавиться? — Инстинкт самосохранения сильный, и в желании сохранить свою жизнь, люди делают глупые вещи. — Он ухмыльнулся. Пришлось натянуть маску жестокости и безразличия. Но как это делать, когда твой собственный мозг угрожает тебе прекратить работу, если ты все же сделаешь то, что должен?  — Сядь на кровать. — Что? — Присаживайся. Чувствуй себя как дома. — Издевательски произнес Дин, анализируя помещение. Это должно выглядеть как самоубийство, но если полиция придет и увидит кучу мебели, которой пытались заблокировать вход, у них возникнет немало вопросов. — Садись, — Сказал он уже настойчивее. Кэролайн аккуратно, на ногах, которые вот-вот сломаются, подобно тонкому льду под чем-то тяжелым, опустилась на кровать. Винчестер стал расспрашивать, где что стояло и получив ответ, он все возвращал на свои места. — Если ты попробуешь сбежать, у тебя в любом случае не получится, ты же понимаешь это? Game over. — Я не хочу умирать. — Шепотом сказала она, когда парень навис над ней. Дин достал ствол и представил к ее виску. На нем уже были перчатки. Слезы катились по ее щекам. У нее такие длинные ресницы, ей даже не нужно красить их, чтобы быть прекрасной. — Никто не хочет, Милая, — Ее сердце бешено колотилось, локоны спадали на плечи, на маленькие, хрупкие плечики… Грудь вздымалась от через чур учащенного дыхания. — Всем страшно. Это нормально — бояться. — Тут зазвонил телефон Мисс Фобрс. Он напугал ее саму, но Винчестера не заставил и глазом моргнуть. I know I'll be alright, but I'm not tonight I lost a friend, I lost a friend I lost my mind by finneas Выстрел должен прозвучать, но не прозвучал. Он молча смотрел на нее, слушал строчки песни. Она же отвела взгляд, пытаясь успокоиться. К чему это? Она вот-вот умрет… Ага, позволит Дин Винчестер себе выстрелит. Он положил пистолет рядом с ней на кровать и взял ее лицо двумя руками. Он заставил посмотреть себе в глаза. — Прямо сейчас у тебя есть шанс схватить ствол и выпустить пулю мне в лоб. — Я не… — Но если ты сделаешь это, то в скором времени умрешь. Кому-то очень нужно видеть тебя мертвой. Если они обратились ко мне, они обратятся к кому-нибудь еще. Этот человек добьется своего. — Кэролайн испуганно подняла глаза. Она не понимала, что происходит. — Но… почему… Кому это надо? Много глупых, раздражающих вопросов. — Не знаю. Собери вещи. Только не много. — Что? — Ты поедешь со мной. — Дин посмотрел через плечо. Он надеялся, что она все же не хватится оружия перед ней. — Я не знаю, зачем я делаю это. Возможно, это огромная ошибка, но… — Он не нашел слов. Он не мог сказать, что влюбился в нее с первого взгляда, не мог сказать, что привязался за два часа разговоров. Он не может признать, что она вызывает в нем иные эмоции, теплые и прекрасные. Он не может принять тот факт, что она первая, с кого не хочется срывать одежду, а наоборот — следить за тем, чтобы она всегда была тепло одета. Твою мать, Винчестер, что за сентиментальность? Старость дает о себе знать… 30 лет… — Ты пытался убить меня. — А сейчас я пытаюсь спасти твою жизнь, черт тебя побери. — Выкрикнул он. Был готов сорваться из-за любой мелочи, потому что был зол на себя и свое сердце, растаявшее от глупой студентки. Кэролайн вышла за дверь и направилась к своей комнате. Он оглянулся на кровать ее матери и понял, что ствол лежит там, совершенно не тронутый. Почему она даже не подумала о том, что действительно может спастись, выстрелив ему в лоб или же в сердце? Через две минуты на ее плече был небольшой рюкзак. Дин послушно ждал ее, присев на ступенях. Она не сказала ни слова. Винчестер взял у нее вещи и стремительно направился к машине. Она все еще была не уверена. Может ли она оставить все, что имеется? Но если она умрет, разве это все будет иметь хоть какую-то ценность? Импала пикнула, оповещая о том, что открыта, Дин сел за руль и кинул рюкзак на заднее. Его раздражительность как рукой сняло. Форбс медлила, терялась в собственных шагах. Парень постучал через лобовое, вскинув брови. Она вылезла из мыслей и раздумий и устроилась на пассажирском. — Я киллер, но не монстр. — Вдруг сказал Винчестер, смотря на дорогу. — Я бы мог убить тебя, но вместо это везу тебя в свой дом. — Почему я должна доверять тебе? — Не должна. У тебя просто нет иного выбора. Ты понимаешь, что исход, в худшем случае, один и тот же, не правда ли? — Блондинка хмыкнула. Ее глаза были голубыми, как кометы. — Будешь? Он правда остыл, но я знаю, что ты не ужинала. — Форбс недоверчиво посмотрела на предложенный чизбургер. — Ты его отравил? — Вот и проверим, — После чего девушка улыбнулась. Несмотря на все, что делает этот «незнакомец», она чувствует себя нормально. Ей не неловко и все такое. Она не должна доверять ему, но что-то ей говорит, что он не обманывает. Она приняла остывший чужой ужин и с удовольствием его прикончила. Она поняла, что он такой, какой есть — нелепый, неуверенный, потерянный парень, чьей защитой является сарказм и оружие.