О ссорах и примирениях

      С момента ухода Лань Ванцзи прошло уже около двух недель. Это время Вэй Ин помнил смутно из-за постоянно поступающего в организм алкоголя. Кажется, он целыми днями пропадал в той самой лавке, недалеко от леса, а домой, наоборот, старался не возвращаться чаще, чем у него заканчивались деньги. Вэй Ин не выносил находиться там один. В доме, где они с Лань Чжанем целый год были неразлучны. Он оставался ночевать на постоялом дворе, который находился прямо над лавкой, чтобы на следующее утро, едва проснувшись, снова заказать себе вина. Вэй Усянь не помнил, когда последний раз позволял себе столько пить. До беспамятства, до подкашивающихся к вечеру ног, но даже это не помогало ему хоть на секунду забыть о Лань Чжане. Сейчас, спустя две недели, Вэй Ин от тоски готов был рыть ногтями землю и ясно осознавал, что, несмотря на всю свою обиду, кинулся бы мужу на шею, если бы только мог его сейчас увидеть. Но он не мог. Божественный Ханьгуан-цзюнь сейчас был в своем Божественном Ордене и наверняка в этот самый момент назначал наказание какому-нибудь адепту, позволившему себе нарушить одно из Божественных правил. Вероятно, он даже не вспоминал о Вэй Ине, погруженный с головой в дела Ордена, помощь брату и монотонное переписывание книг в библиотеке. Такая жизнь была для Лань Чжаня привычной, и глупо было полагать, что ради него он сможет от нее отказаться.       Вынырнув из тяжелых мыслей, Вэй Усянь встряхнул головой и начал шарить по карманам с твердым намерением заказать себе еще сосуд вина. А, может, даже не один. Но когда он вытащил наружу простой тряпочный мешочек, то с огорчением обнаружил, что его деньги в очередной раз закончились. Нужно было возвращаться домой, даже учитывая, что делать этого категорически не хотелось. Иначе велика была возможность заночевать под каким-нибудь ближайшим деревом, что в свете сложившейся ситуации уже казалось и не таким ужасным исходом. Отмахнувшись от этих мыслей, Вэй Ин с трудом поднялся из-за стола и, покачиваясь, вышел из лавки. Не может же он, в конце концов, всю оставшуюся жизнь обходить дом стороной. Когда-то нужно начинать учиться жить без Лань Чжаня, так почему бы не сейчас? Рассудив так, он медленно, на негнущихся ногах, поплелся в сторону леса. Через какое-то неопределенное количество времени Вэй Усянь все-таки дошел до дома, и к тому времени у него осталось только одно навязчивое желание. Хотелось поскорее упасть на кровать и проспать примерно всю жизнь. Когда его рука уже потянулась к двери, Вэй Ин вдруг услышал странный треск справа, как будто кто-то неуклюже забирался на дерево или, наоборот, слезал с него. Растерянно оглядевшись по сторонам и никого не увидев, он решил, что после двух недель пьянства послышаться может и не такое, так что резко распахнул дверь, прошел в спальню и, не раздеваясь, упал на кровать. Зарывшись лицом в подушку, он чуть не застонал от отчаяния, когда почувствовал исходящий от нее слабый аромат сандалового дерева, который даже за две недели так и не выветрился полностью. Вэй Ин, едва сдержав выступившие снова слезы, с рычанием откинул подушку в стену и тут же провалился в глубокий сон.       На следующий день он проснулся уже под вечер, перевернулся на спину и тихо застонал, схватившись за голову. По ощущениям, она весила не меньше тонны и грозила вот-вот расколоться, как орех, из-за нечеловеческого давления изнутри. Кое-как поднявшись с кровати, он чуть ли не ползком вышел из дома, но тут же понял, что это было далеко не лучшим решением, так как глаза резануло острой болью от закатного, но от того не менее яркого солнца. Пройдя в тень ближайшего дерева, Вэй Ин опустился на траву под ним и блаженно прикрыл глаза. Вот был бы сейчас здесь Лань Чжань, он бы обязательно помассировал ему виски́, и головная боль тут же отступила. Нахмурившись и едва снова не зарычав, он отогнал от себя эти назойливые мысли. Лань Чжаня здесь нет и, вероятно, никогда больше не будет. Сердце снова предательски сжалось и отозвалось ноющей болью. Пытаясь успокоиться, Вэй Ин вдруг услышал громкий треск над своей головой. Такой же, как и прошлой ночью. Моментально вскочив на ноги и игнорируя жуткую пульсирующую боль в голове, он посмотрел наверх и попытался хоть что-то разглядеть в густой кроне дерева. Спустя несколько мгновений одна из веток с хрустом обломилась, и на землю совсем не грациозно приземлился человек с ошарашенным лицом. Точнее не совсем человек. — Вэнь Нин! — укоризненно воскликнул Вэй Ин, — Ты знаешь, что ты чертовски меня напугал? — П-простите, Молодой господин Вэй, — опустив взгляд, тихо произнес мертвец. — Ладно, забыли, — тут же смиловался Вэй Усянь, так как злиться не было ни сил, ни желания, — что ты вообще здесь делаешь?       Действительно, в последний раз они виделись как раз в тот злополучный день, когда расстались после ночной охоты. Кажется, тогда Вэнь Нин собирался отправиться навестить А-Юаня, что же ему, в таком случае, тут понадобилось? — Я… я недавно увидел вас в поселке, — поднявшись с земли, все еще виновато начал объяснять он, — вы пили в лавке и выглядели не очень хорошо, но тогда я не мог к вам подойти по понятным причинам. Поэтому пришел сюда и стал ждать вашего возвращения. — А на дерево зачем залез? — хмурясь от головной боли и неприятной темы, спросил Вэй Ин. — Вчера неподалеку отсюда охотились несколько заклинателей. Я не хотел, чтобы меня увидели, — пояснил Вэнь Нин, осторожным взглядом рассматривая его. — Ясно, — без особого энтузиазма подытожил Вэй Усянь. Его внешний вид сейчас, наверное, действительно вызывал много вопросов, — Так чего ты от меня хотел? — М-молодой господин Вэй, пойдемте со мной сегодня на ночную охоту, — все еще заикаясь, но уже гораздо более твердым голосом сказал Вэнь Нин. — Прости, но я сейчас не в настроении и не в состоянии для каких-либо охот, — резче, чем собирался, отозвался Вэй Ин. — Послушайте, вы ведь не можете продолжать только пить! — отчаянно воскликнул мертвец, но тут же опустил глаза, будто боясь, что за этот всплеск его тут же развеют по ветру, — Вы… вам нужно отвлечься.       Вэй Ин ненадолго задумался. С одной стороны, его головная боль и паршивое настроение заставляли его плюнуть на все и никуда не ходить. Кроме, разве что, винной лавки. Но неожиданно эмоциональные слова Вэнь Нина задели что-то в и без того постоянно ноющей душе. Действительно, стоило уже подумать о том, как ему быть дальше, ведь заливать свою грусть вином вечно было нельзя, а деньги заканчивались так же быстро, как и желание жить. Но спиться и умереть под ближайшим кустом ему бы не позволила ни совесть, ни гордость. Много чести для великого Ханьгуан-цзюня знать, что его уход до смерти задел самого Старейшину Илин. Осознав, что стоит, не двигаясь, уже несколько минут, Вэй Ин отмер и внимательно посмотрел на переминающегося с ноги на ногу Призрачного Генерала. — Ладно, — наконец выдохнул он, — пойдем через пару часов.       Вэй Усянь мог поклясться, что лютый мертвец после этих слов просиял от счастья и начал лихорадочно вынимать из своих волос застрявшие листики и палочки. И как только они вечно умудряются там запутаться? Вэнь Нин, наконец, выкинув все содержимое своих волос, неаккуратными движениями кое-как пригладил их и снова посмотрел Вэй Ину в глаза, едва заметно улыбаясь. — Я пойду собираться, — умиленный этой картиной сказал он. — Я подожду вас здесь, — бойко ответил Вэнь Нин и, развернувшись, поднял обломившуюся ветку и потащил ее подальше от дома.       Вэй Ин несколько секунд смотрел ему в спину, но потом все же отвернулся и зашел в дом, начиная собирать все нужное для охоты. Почти через два часа он снова вышел на улицу уже полностью собранный, а в руке держал свою драгоценную черную флейту. Он не притрагивался к ней уже несколько недель и только сейчас осознал, что скучал. Голова так и не прошла до конца, но на это он решительно не обращал внимания.       Оглядевшись, Вэй Ин увидел уже спешащего к нему Вэнь Нина, который не переставал светиться от какого-то неясного удовлетворения. — Ну, и куда мы направимся? — отбросив все лишние мысли, спросил он. — Предлагаю в ту сторону, — Вэнь Нин махнул рукой в неопределенном направлении, — кажется, там недавно видели большое скопление нечисти. — Ну, туда значит туда, — попытался улыбнуться Вэй Ин и направился вместе с Генералом на запад.

***

      Через несколько часов, когда им с Вэнь Нином удалось уничтожить несколько призраков и гулей, они остановились на широкой поляне, чтобы Вэй Ин смог утолить жажду. После двухнедельной пьянки пить хотелось постоянно. Повезло, что он предусмотрительно взял с собой побольше воды. Никакой энергии в округе не ощущалось, так что Вэй Усянь смог со спокойной душой облокотиться на дерево и открыть флягу. Через пару минут с другой стороны поляны за деревьями послышался шорох, но так как никаких злых намерений он все еще не чувствовал, то остался стоять так же, ничуть не меняя позы. Вэнь Нин, кажется, и вовсе не обратил внимания на этот звук, сосредоточенно рассматривая что-то в темноте леса. Через несколько минут между деревьями мелькнуло что-то белое, а сердце Вэй Ина за раз сделало серию из нескольких сальто. Когда он уже молился всем Святым, чтобы его догадки были неверны, на поляну вышел молодой человек в белых одеждах с белой лобной лентой на голове. Он несколько секунд внимательно вглядывался в их лица, а потом его собственное просветлело, и он быстрым шагом направился к ним. — Учитель Вэй! Вэнь Нин! — с неподдельной радостью в голосе сказал Сычжуй, а у Вэй Ина от облегчения подкосились ноги. Этого паренька он был рад видеть всегда, — Как неожиданно, что я вас встретил! — Здравствуй, А-Юань, — теплым голосом поприветствовал его Вэй Усянь, — я безумно рад тебя видеть. — Я тоже, — с широкой улыбкой ответил Сычжуй и почтительно кивнул в сторону все еще молчащего Вэнь Нина. — Почему ты один? — спросил Вэй Ин, — Где все?       Лань Сычжуй, кажется, на мгновение растерялся, метнулся глазами от Вэй Ина к Вэнь Нину и обратно, но тут же вполне убедительно ответил: — Мы разделились на какое-то время, так как заметили в разных сторонах присутствие нечисти.       Вэй Ину это объяснение показалось сомнительным, так как А-Юаню по возрасту еще нельзя было охотиться одному, но он тут же забыл об этом, как только услышал вопрос Вэнь Нина: — Как дела в Облачных Глубинах? — с интересом спросил он. — Постой, ты разве не был… — ничего не понимающий Вэй Ин хотел было прояснить ситуацию, но тут его резко перебили, нарушая одно из тысяч правил. — Все хорошо! — воскликнул Сычжуй, но тут же потупился, — Вернее, не совсем все. — В каком смысле? — Вэй Усяню действительно стало любопытно, несмотря на явно неприятную тему. — Ну… — осторожно, словно подбирая слова, начал отвечать тот, — После возвращения Ханьгуан-цзюня все в Облачных Глубинах стали более напряженными, особенно Глава Ордена.       При упоминании Лань Чжаня Вэй Ин резко сжал флейту так сильно, что, будь она немного более хрупкой, переломилась бы пополам. — И что же такое произошло, что сами Два Нефрита клана Лань не могут это уладить? — с деланным равнодушием спросил он. — Проблема в том, что это касается Ханьгуан-цзюня. С момента возвращения он сам не свой. Постоянно раздраженный, почти не выходит из библиотеки, а если и выходит, то обязательно за это время накажет нескольких адептов, которым не посчастливилось попасться ему под руку. Цзэу-цзюнь не может его успокоить и выглядит еще более печальным, чем до его возвращения, ведь тогда ему надо было волноваться только о делах Ордена. Из-за всех навалившихся проблем все ходят, как на иголках, видят, как Лань Сичэню тяжело, но ничего не могут сделать. Ведь даже Ханьгуан-цзюнь почти не помогает. Однажды я попытался поговорить с ним и выяснить, в чем дело, но только чудом не нарвался на наказание. — Что могло случиться со Вторым молодым господином Лань? — растерянно спросил Вэнь Нин, — Такое поведение совсем на него не похоже. — Мы… мы думаем, что это связано с Учителем Вэем, — на одном дыхании произнес Сычжуй. — Со мной? — непонимающе отозвался Вэй Ин. — Дело в том, что Цзэу-цзюнь за несколько дней до его возвращения сказал нам с Цзиньи по секрету, что скоро Ханьгуан-цзюнь должен вернуться с Облачные глубины вместе с молодым господином Вэем. А потом он действительно вернулся, но один, — Лань Юань поднял печальный взгляд на него и выглядел при этом, как кролик, укравший морковку с хозяйского стола. — Мы действительно немного повздорили перед его уходом, но… — что «но» Вэй Ин придумать не смог, поэтому тяжело вздохнул и попытался унять бешено колотящееся сердце. — Учитель Вэй, — тихо позвал его Сычжуй, — может, вы вернетесь со мной в Орден и попробуете поговорить с ним? — Я? — Вэй Ин никак не мог ожидать такого сомнительного предложения от него, поэтому опешил и застыл с широкими глазами. — Да, вы, — донельзя серьезным тоном ответил он и сделал шаг вперед, — иначе, боюсь, скоро среди адептов, переписывающих правила, в Облачных Глубинах будет негде ступить.       Вэй Ин продолжал расширенными глазами смотреть на Сычжуя, который, кажется, сказал все, что хотел, и теперь ждал ответа. Он представил себе встречу с Лань Чжанем, на которого безумно злился, но по которому так скучал. Представил и подумал, что он сможет сказать ему, как увидит. Ничего более-менее разумного в голову не приходило, и от раздражения очнулись и другие чувства внутри него. Лань Чжань бросил его. Просто ушел посреди ночи, не соизволив даже дождаться его. Он не захотел мириться, не захотел обсуждать эту проблему с ним. Он просто ушел. И почему теперь Вэй Ин должен бежать к нему в эту обитель праведности и успокаивать, только потому что у господина Второго Нефрита несколько недель паршивое настроение. Да мало ли, что могло у него случиться. Причем тут вообще Вэй Ин? Рассудив так, он уже приготовился было сказать Лань Сычжую, что никуда он не пойдет, а Лань Чжань немного перебесится и снова станет их Божественным Ханьгуан-цзюнем. Но подняв голову и открыв рот, он увидел перед собой умоляющий взгляд А-Юаня и не смог найти в себе силы ему отказать. — Ладно, — все еще сомневаясь сказал Вэй Ин, — но я не обещаю, что смогу успокоить его, а не, наоборот, рассердить еще сильнее. — Спасибо! — тут же просиял Сычжуй и от радости чуть не подпрыгнул на месте, — Тогда нам стоит пойти уже сейчас, как раз к утру доберемся.       С этими словами он развернулся и направился в ту сторону, откуда появился, а растерянным Вэй Ину с Вэнь Нином ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

***

      Когда солнце едва показало первые лучи из-за горизонта, компания из двух заклинателей и одного лютого мертвеца уже подходила к входу в Облачные Глубины. Сычжуй, почему-то твердо уверенный в том, что ему ничего не будет, решил не искать других адептов, с которыми отправился на эту охоту, объяснив тем, что охотиться они будут еще долго, а он сам часто отбивался от их компании, встречая Призрачного Генерала. Вэй Ину показалось как минимум странным такое равнодушное отношение Ордена к своему адепту, но он решил не заострять на этом внимание, учитывая, что чем ближе они подходили, тем сильнее становилась нарастающая в груди паника. За несколько часов пути он успел несколько раз пожалеть, что согласился на просьбу Сычжуя. С чего вообще они решили, что тот, кого Ханьгуан-цзюнь добровольно оставил, сможет его успокоить. Скорее уж это могло иметь полностью противоположный эффект, а тогда адептам Ордена ГуСу Лань точно можно будет забыть, что такое спокойная жизнь. Сколько Вэй Ин ни думал, но никак не мог вспомнить, чтобы кто-нибудь смог настолько вывести Лань Чжаня из себя, кроме него самого, поэтому причины такого поведения были ему еще более неясны. Но думать об этом было уже поздно, так как до Облачных Глубин оставалось идти меньше четверти часа.       Погрузившись в свои мысли, Вэй Усянь не заметил, как остановился впереди него Лань Сычжуй. От того, чтобы налететь тому на спину, его удержала несильная хватка Вэнь Нина за плечо. Опомнившись, Вэй Ин коротко кивнул ему в благодарность и не спеша огляделся. Прошло больше года с того момента, когда он в последний раз был здесь. Высокая белая лестница, ведущая к входу в резиденцию, в первых рассветных лучах сейчас будто светилась каким-то магическим сиянием и манила подойти к ней поближе. Это Вэй Ин и намеревался сделать, когда его остановил негромкий голос сзади: — Мы не сможем войти сейчас, — чуть расстроенно сказал Сычжуй, — барьер не пропустит. Придется дождаться пяти часов. — Разве у тебя нет нефритового жетона? — Вэй Усянь чуть удивленно приподнял брови. — Нет, я ведь пока только адепт. — Ясно, — выдохнул он и завалился на траву под ближайшим деревом, — Значит ждать нам еще около часа, не стоять же все это время.       С сомнением глянув на него из-под бровей, Лань Сычжуй осторожно опустился на колени, расправив свои белоснежные одежды. И даже в этом простом движении, Вэй Ин увидел черты Лань Чжаня. С силой мотнув головой, чем заслужил удивленный взгляд четырех глаз, он решил поговорить о чем-нибудь, чтобы отвлечься пока от тяжелых мыслей. — А-Юань, расскажи, как дела у Цзиньи? — спросил он первое, что пришло ему в голову. — У него все в порядке, — лаконично ответил тот, — Впрочем, вы, скорее всего, встретите его сегодня и сможете спросить сами. — И то верно, — отозвался Вэй Ин, расстроенный, что беседы не получилось. — Недавно Облачные Глубины посещал Глава Ордена Цзян с племянником, — будто прочитав его мысли, продолжил говорить Сычжуй, — Он спрашивал у Цзэу-цзюня, не собираетесь ли вы перебраться жить в ГуСу, так как он считает, что за вами нужен постоянный контроль. — Узнаю моего дорогого шиди, — повеселевшим голосом заметил Вэй Усянь, — Уверен, он отпустил еще много «комплиментов» в мой адрес. — Думаю, он скучает, — слишком убедительно ответил Сычжуй, как будто Цзян Чэн сам сказал ему о своей светлой грусти. — Да уж, не сомневаюсь, — саркастично отозвался он, и откинулся головой на ствол стоящего позади дерева.       Оставшееся время Вэнь Нин и А-Юань о чем-то негромко переговаривались, но Вэй Ин, погруженный в свои мысли, их не слушал. Он снова и снова возвращался к размышлениям о том, что он может сказать Лань Чжаню при встрече. Что вообще говорят, когда нагло врываются в дом к человеку, который оставил его и, вероятно, вообще не желает его ни слышать, ни видеть. В груди снова начала разрастаться паника, а пальцы едва заметно задрожали, так что ему пришлось скрестить их в замок и крепко сжать, чтобы ничем не выдать своего волнения. Главное по пути к цзинши Лань Чжаня не упасть в обморок, а остальное уже решит по ситуации. Может быть, Лань Ванцзи вообще не захочет его слушать и сразу же выгонит, не дав сказать и слова.       Наконец они услышали отдаленный звук колокола, который оповещал всех обитателей Облачных Глубин о том, что пришел новый день. Тут же они втроем поднялись с травы и направились к лестнице, которая теперь, в свете окончательно взошедшего солнца, и вовсе ослепляла своей белизной. Не спеша они поднялись на самый верх и вошли в такие же белые, как и все, находящееся здесь, ворота. Пройдя несколько шагов, Вэнь Нин вдруг остановился и тихо произнес: — Я побуду здесь. На всякий случай подожду Молодого господина Вэя.       В который раз за несколько часов введенный в замешательство Вэй Ин несколько раз перевел удивленный взгляд с одного на другого, но решил ничего не спрашивать, лишь тяжело вздохнув. В это время Сычжуй уже одобрительно кивнул Вэнь Нину и медленно пошел дальше. Следующий за ним Вэй Ин все-таки решил спросить: — Скажи, почему Вэнь Нин не пошел с нами, а остался у самых ворот? — Ему разрешается находиться только на отдаленных территориях Облачных Глубин, чтобы он случайно не напугал младших адептов. — Резонно, — коротко заметил Вэй Ин и дальше пошел уже молча.       Когда они почти дошли до главного помещения Ордена ГуСу Лань, Сычжуй остановился и, повернувшись к нему, сказал: — Мне нужно показаться Учителю, и я скажу Цзэу-цзюню, что вы пришли вместе со мной. Вы можете подождать его здесь. — Стой, зачем мне ждать Цзэу-цзюня, если я могу просто сразу найти Лань Чжаня? — Без ведома Главы Ордена гости не могут передвигаться по Облачным Глубинам, — серьезно ответил он. — Ладно-ладно, — отмахнулся Вэй Ин, — только ваших моралей о правилах мне сейчас не хватало. Я буду тут.       Лань Сычжуй в ответ ему поклонился и направился в сторону главного зала. Вэй Усяню ничего не оставалось делать, кроме как послушно остаться на месте и ждать. Не более чем через четверть часа из дома вышел высокий человек в бело-голубых одеждах и направился в его сторону. Нетрудно было узнать в этом красивом, статном человеке Первого Нефрита Ордена ГуСу Лань. За несколько минут Лань Сичэнь подошел к Вэй Усяню и остановился не более чем в метре от него. — Доброе утро, Молодой Господин Вэй, — поприветствовал его тот, вежливо поклонившись, — Рад вас видеть. — Взаимно, Цзэу-цзюнь, — ответил он, поклонившись в ответ, — Хотя не думал, что снова здесь окажусь. — Понимаю, — кивнул Лань Сичэнь и слегка улыбнулся, — Лань Юань сказал мне, что вы пришли поговорить с Ванцзи? — Ну… в общем, да, — Вэй Ин переступил с одной ноги на другую и поежился, как от холода, — Хотя я сомневаюсь, что смогу как-то повлиять на его настроение. Разве что еще больше ухудшить.       В ответ на это Лань Сичэнь только как-то слишком печально усмехнулся и покачал головой. — Вы же самый близкий ему человек, почему даже вам не под силу оказалось его успокоить? — не дожидаясь ответа, продолжил Вэй Усянь. — Потому что, как бы печально это ни было, когда дело касается вас, мне никогда не удавалось до него достучаться.       Вэй Ин на секунду замер и, кажется, перестал дышать. С чего они все взяли, что Лань Чжань вел себя так из-за него. Конечно, они, вероятно, не знали всей истории, но так или иначе, мало ли, что могло у него случиться. Иероглиф кривой вышел, струна на гуцине порвалась, или, может, кролик заболел. В этот же момент ему захотелось постучать себе по голове от осознания, насколько эти предположения нелепы. Но он лишь продолжил стоять, не двигаясь и глядя сквозь стоящего напротив Лань Сичэня. — Когда Ванцзи вернулся без вас, — не дождавшись ответа, продолжил он, — Я подумал, что вы все-таки решили, как всегда, дождаться, пока он решит все свои дела, и вернуться к привычной жизни. Но с самой первой минуты он вел себя странно. Почти не говорил со мной, — после этой фразы Вэй Ин непроизвольно фыркнул, — пока я объяснял все проблемы Ордена, сидел хмурый и почти меня не слушал, а потом и вовсе сразу скрылся в библиотеке и выходит оттуда теперь, только если я пошлю кого-то с приказом. Когда я попытался заговорить о вас, он огрызнулся, сказав, что вы остались дома, и это ваше осознанное решение. Больше я не смог добиться от него ни слова, но понял, что между вами произошел какой-то конфликт.       Вэй Ин все так же неподвижно стоял и пытался осмыслить все услышанное. Значит, Лань Чжань с самого возвращения вел себя странно, почти не общаясь даже со своим братом, хотя рвался сюда именно помогать ему. Если на секунду поверить во все эти предположения, что Лань Чжань стал еще более нелюдимым именно из-за него, то сразу возникал вопрос, который никак не хотелось оставлять без ответа. — Тогда почему же он ушел, даже не попрощавшись со мной? — спросил Вэй Ин больше у самого себя, а глаза Лань Сичэня немного расширились от удивления. — Должна быть серьезная причина для того, чтобы он так поступил, — серьезно ответил он, — Молодой Господин Вэй, вы не хуже меня знаете, как он к вам относится, поэтому должны понимать, что Ванцзи никогда бы не сделал подобного безосновательно. — Вы правы, — Вэй Ин тяжело вздохнул и потер лоб, — но я не знаю, какова причина. — Тогда просто поговорите с ним. Если уж вы не сможете выяснить все, то не сможет уже никто. Поймите, он мой брат, и я очень волнуюсь за него. Недавно он наказал пятерых адептов за то, что те без стука зашли в библиотеку, подумав, что там никого нет. И такое настроение у него постоянно. Будь ситуация не такой тревожной, мы с Лань Сычжуем не стали бы просить Призрачного Генерала… — на этих словах он осекся, будто сболтнул лишнего. — Стойте, — тут же встрепенулся Вэй Ин, — Просить Вэнь Нина? Так значит, вы это все спланировали? И ни на какой ночной охоте адепты не были? — Простите, Молодой Господин Вэй, но мы боялись, что, если прийти к вам домой с прямой просьбой, вы точно откажетесь. А мы этого допустить не могли. — Ясно, — тихо ответил он. Теперь стало ясно, почему А-Юань так часто путался и терялся в объяснениях. — Простите нас, если разозлили, но, надеюсь, вы поймете и не сбежите отсюда прямо сейчас. — Какой смысл? — снова погрустнев, отозвался Вэй Ин, — Я ведь уже здесь. Где я могу его найти? — Скорее всего, он снова в библиотеке, — Лань Сичэнь счастливо улыбнулся, видимо, действительно боялся, что он сейчас же уйдет, — но я не советовал бы вам идти туда. Вы можете дождаться его в цзинши. Как раз отдохнете и соберетесь с мыслями. Я провожу. — Спасибо, Цзэу-цзюнь, — поблагодарил Вэй Ин и пошел за ним, в очередной раз погружаясь в раздумья.

***

      Уже вечером, сидя на кровати, Вэй Ин с трясущимися от волнения руками ждал возвращения Лань Чжаня. Тот должен был появиться с минуты на минуту, и он не знал, куда спрятаться от подбирающейся истерики.       Когда Лань Сичэнь оставил его в цзинши, он попытался поспать, помедитировать, попробовал вспомнить «Раздел о надлежащем поведении» из правил Ордена ГуСу Лань, но ничто из этого не помогло ему отвлечься от нечеловеческого волнения, которое расползалось по всему телу, сворачивало внутренности в узел, а сердце заставляло буквально пробивать собой грудную клетку. В конце концов почти весь день Вэй Ин провел на поляне у дома, лежа в траве в окружении десятка белых кроликов. Пушистые зверьки неожиданно принесли долгожданное спокойствие, но продлилось оно ровно до тех пор, пока солнце не начало медленно, но неумолимо снижаться над горизонтом, окрашивая небо в красно-оранжевый цвет. Вэй Ин тут же подскочил с земли и вернулся в дом, рассудив, что не хочет встречать Лань Чжаня, лежа в траве, а волнение сразу вернулось, перерастая в полноценную панику.       И вот сейчас, впиваясь ногтями в собственные ладони, Вэй Усянь сидел и ждал, надеясь хотя бы не потерять сознание, так как в глазах уже ощутимо темнело. Вдруг входная дверь резко открылась, не издав почти никакого шума, и, если бы Вэй Ин не гипнотизировал ее взглядом последний час, он бы точно не заметил вошедшего в дом Лань Чжаня. При виде него дыхание окончательно покинуло Вэй Усяня, и он смог лишь то открывать, то закрывать рот, не в силах произнести ни звука. Лань Чжань же, упорно смотрящий куда-то в пол, все еще не замечал, что в его доме он был не один. Наконец, Вэй Ин смог хотя бы подняться с кровати и встал поближе к окну, ожидая, когда муж увидит его. В этот момент Лань Ванцзи, положив гуцинь на стол, все-таки поднял голову, да так и замер, не успев даже полностью разогнуться. В этот момент на секунду даже его маска невозмутимости заметно дала трещину, а Вэй Ин так же молча стоял, не зная, что ему сказать. Отошедший от шока Лань Чжань все же выпрямился и, вернув своему лицу каменное выражение, уставился на него. — Что ты здесь делаешь? — спросил он таким холодным тоном, что по спине Вэй Ина тут же пробежали мурашки. — Я… я, — он не мог подобрать нужных слов. Что говорить? Пришел, потому что твой брат и все в твоем Ордене волнуются за тебя и считают, что я смогу тебя успокоить? Хочу поговорить о нашей ссоре? Сгораю от любопытства, какого черта ты ушел, не сказав ни слова, и оставил меня одного? Все это, безусловно, его интересовало, но он не мог начать разговор с этого, поэтому сказал самое нелепое, что только могло прийти ему в голову, — меня сюда проводил Цзэу-цзюнь. — Не притворяйся. Ты знаешь, о чем я, — ответил Лань Чжань, а его голосом можно было резать камни. — Ладно, — сдался Вэй Ин, — я пришел с А-Юанем, потому что он попросил и рассказал, как ты тут на всех срываешься. — Тебя это не касается, — чуть хрипло ответил Лань Чжань, — а Лань Сычжую не следует впредь вмешиваться не в свое дело, я… — Что? — внезапно взорвался Вэй Усянь, — Накажешь его? А если я скажу, что они это сделали сообща с твоим братом? Потому что они за тебя беспокоятся и почему-то решили, что я смогу тебя успокоить! Но, вероятно, я зря пришел, ведь ты бросил меня, ушел ночью, не сказав ни слова, как же я смогу после этого успокоить тебя? Не волнуйтесь, Ханьгуан-цзюнь, я сейчас же уйду и не посмею больше обременять вас своим присутствием.       Сказав это, Вэй Ин сорвался с места, направляясь к двери, но, проходя мимо Лань Чжаня, почувствовал, как его с силой схватили на запястье и дернули назад. — Стой, — отрезал он таким же ледяным голосом. — Что еще? Ты что-то хочешь сказать? А то, кажется, две недели назад, ты не слишком хотел обсуждать недопонимания. — Ты тоже, — ответил Лань Чжань, наконец, оттаявшим тоном, в котором едва заметно проскользнула обида. — Чего? — опешил Вэй Ин, с трудом сдерживаясь, чтобы не перейти на крик, — Да я, между прочим, всю ночь вокруг дома бродил, ждал утра, чтобы тебя, идиота, не разбудить. Я, может, хотел ворваться, растолкать тебя и выяснять отношения хоть до хрипоты, но думал, что ты спишь! А проверить не мог, потому что ты со своей королевской чуткостью проснулся бы от малейшего шороха. Но ты даже и не думал спать, не думал дождаться меня, ты просто… ушел.       В итоге он настолько выдохся, — разом закончились силы злиться, кричать и вообще что-либо чувствовать — что последнее слово он почти прошептал, подняв усталый взгляд на Лань Чжаня и ожидая его ответа. — Когда ты ушел, — спокойным голосом начал отвечать он, — я пошел тебя искать. Ходил по всем харчевням и лавкам и нашел, когда зашел в последнюю. Но… тебе было, очевидно, не до меня. Поэтому я решил не мучить тебя разговорами, а просто уйти. Никто не виноват, что наши взгляды на жизнь совершенно различаются.       Вэй Ин обернулся на него и, нахмурившись, пытался понять, с чего Лань Чжань подумал, что в тот вечер ему было «не до него». В голове начали воспроизводиться события двухнедельной давности. Он вернулся с ночной охоты, Лань Чжань сообщил ему о том, что они должны вернуться в Облачные Глубины, ссора, он ушел в поселок, зашел в какую-то лавку, заказал вина… Дальнейшие воспоминания были, словно в густом тумане. Кажется, к нему подсела какая-то девушка, выпила с ним и предложила… Черт! — Ты… ты что, видел? — от осознания, Вэй Ин чуть пошатнулся, но его все еще крепко держала чужая рука. — Мгм, — недовольно ответил Лань Чжань. — О боже, нет, боже, — мысли путались в голове, и он не знал, как понятнее все объяснить, — Ты что? Как ты мог подумать, что я… разве я раньше давал тебе поводы? Да, она подсела ко мне, мы выпили, потом она начала предлагать мне свои услуги, а я от обиды ничего не соображал, поэтому позволил ей слишком приблизиться. Но ведь я сразу ее оттолкнул и ушел оттуда, как ты мог этого не увидеть? Я бы никогда, слышишь… — глаза все-таки заволокло слезами и они потекли по щекам, хотя Вэй Ин их почти не чувствовал. Все, о чем он думал, что две недели его мучений были спровоцированы всего лишь глупым стечением обстоятельств. — Я ушел в тот же момент, когда увидел ее руку на твоем лице, — тихо ответил Лань Чжань, сжав ладонь вокруг его запястья еще сильнее. — Я бы ни за что не поступил так, пожалуйста, поверь, — хриплым голосом говорил Вэй Ин. Из его глаз продолжали течь слезы, но он, почти не моргая, умоляюще смотрел на мужа. — Я верю. Конечно, я тебе верю. Прости, — так же тихо сказал он, подняв вторую руку и вытирая ему щеки, — Мне не следовало принимать таких поспешных решений. Но злость была сильнее разума.       Он осторожно притянул Вэй Ина к себе и обнял, уткнувшись лицом в шею и сильно сжав руками талию. Вэй Усянь в ответ обвил его шею и, зарывшись пальцами в волосы, вдохнул родной запах сандалового дерева, по которому успел невероятно сильно соскучиться. — Я бы тоже ни о чем не думал, если бы увидел тебя в такой ситуации, — тихо признался Вэй Ин. — Мгм, — удовлетворительно хмыкнул Лань Чжань и, отстранившись на мгновение, прижался к его губам своими.       Именно в этот момент Вэй Ин в полной мере осознал, насколько же скучал. Понял, что ради того, чтобы не расставаться больше никогда, готов стерпеть и четыре тысячи правил, и жесткий распорядок дня, и старика с его вечными нотациями. Что угодно, лишь бы всегда быть рядом с ним. А со своими принципами он как-нибудь договорится.