Почувствуй

Аято понял, что он перестал быть номером один именно в тот момент, когда оказался в водовороте событий, всё время обходившие его стороной. По какой причине он всё пропускал — непонятно. Это бьёт по самооценке в разы сильнее из-за Юи. Ведь она тоже была во всё втянута и расплачивалась, а вот за что именно она расплачивалась — Аято понять не мог. Поэтому он решил прямо сейчас узнать обо всём и сразу. И с места он не сдвинется пока ему не расскажут правду, ведь в его руках жизнь Комори. Удивительно, как машина для убийств превращается в бережливого хозяина. Пусть и даётся ему это с трудом (Сакамаки прекрасно видит последствия), но он старается. Очень старается. Вампир за незначительные секунды относит белокурую в её же комнату, не забыв при этом бережно уложить и накрыть одеялом и возвращается обратно в комнату пыток. Но как сейчас оказалось — это были бесценные секунду, за которые его младшего брата могут лишить жизни. Рейджи успел повалить Райто рядом с висящим телом охотника, восседая на нём сверху прям как Аято над Канато когда-то. Вот только дотошный до всего очкарик не пачкает и так испачканные по локоть (в прямом и в переносном смысле) руки и начинает его душить. К сожалению, Райто отличался хитростью, умом (в чём сильно сейчас сомневался Аято) и смекалкой, но никак не силой. Они были с Канато примерно на одном уровне и даже кровь Юи не помогла стать ему сильнее физически. Аято как-то устраивал шутливые спарринги с родным братом, заранее зная, что победит, а он-то проигрывал самым старшим по силе. Так что уж говорить про шляпника? Даже по габаритам Рейджи был больше. Но вдвоём шансов-то больше победить, верно? Пятого ещё спасала поехавшая голова посудочного отаку. Рейджи считал, что удушье однозначно убьёт вампира. Бессмертного и чистокровного вампира. По итогу это убивало только сумасшедшего отаку. Как же смешно шутить судьба. Теперь яблоко раздора не Юи, но тоже пленница этого чертового дома. Опять драка, но теперь затейщики те, на кого никто и никогда бы не подумал. И разнимает «драку» тот, кто обычно был самым главным участником. — Да что ты творишь, мать твою! — не без усилий оттаскивая Рейджи от Райто, и давая ему хороший хук с левой, кричит вампир. Педант летит в противоположную сторону, приземляясь на стол с инструментами и ломая его (Аято был готов разразиться победным хохотом, который переполнял его с приятным чувством мести, но сдерживался). — Щенок, — Рейджи шатаясь встаёт, вытирая большим пальцем выступившую кровь на губе, готовясь разорвать всех и вся в этой комнате. А Аято готовится защищаться. Райто же бросает брата в такой ответственный момент. Бросает ровно на столько, на сколько он бросил его минутами ранее. По времени вышло даже меньше, ведь ему не нужно бережно укладывать полумёртвое тело. Всего лишь забрать колбу с их спасением. Пятый появляется как раз вовремя. Рейджи делает мощный, но медлительный выпад на Аято. Старший почему-то не использует вампирскую силу, хотя Аято с Райто это было на руку. Садист уклоняется, успевая схватить педанта за вытянутую вперёд руку и заломить её за спину. — Кинь нож! Команда была выполнена настолько молниеносно, что Рейджи не успевает понять замысел младшего. Но и не нужно было, он и так сейчас испытает всё на себе. Аято раскрывает ладонь заломленной руки и протыкает её ножом, пронзая широкую спину брата. В этот момент весь дом узнал, что Рейджи может кричать. Истошно и дико. Совсем по-звериному. Вторую руку пригвоздил по той же махинации, но уже Райто. И пока чертов педант что-то пытался сказать ему вылили в рот «Яд вербены». Секунда и Рейджи теряет сознание. Аято подходит ближе к шляпнику, с отдышкой рассматривая проделанную работу со всех углов. На его лице появляется игриво-борзый оскал победителя. Прям дворовой мальчишка, что смог поколотить ребят постарше. Но победа — малое что нужно вампиру, на удивление. Сакамаки поворачивается к брату, чтобы начать разговор, но тот без лишних слов и эмоций идёт к Хиёри. Приходится перегородить ему путь. — Что здесь происходит? — вставая лицом к лицу, задаёт вопрос Аято. — М? О чём ты, братец? — вампир пытается держать свой игривый тон, хотя прекрасно понимал, что он здесь неуместен и только больше разозлит Аято. — Отвечай сейчас же, или окажешься рядом с этим очкастым выродком. И он не шутил. Райто на своей шкуре почувствовал вибрацию голоса бунтаря. «Он помог, но от этого только хуже». Аято — это вечная головная боль, что будет преследовать тебя до последнего. А когда появится ситуация, где он не один из главных действующих лиц — всем будет тяжко. Но что делать шляпнику? Рассказать всё ему? Да и что Аято вообще известно? И будет ли гарантия того, что старший не наброситься на младшего, когда узнает правду? На самом деле скрывать что-то сейчас будет бесполезно, все на эмоциях, а пятый так уж тем более. — Я всегда поражался твоей слепости, братец, — набирая побольше воздуха, намереваясь рассказать всё на одном дыхании, Райто немного двигает родственника в сторону, чтобы тот открыл вид на тело Хиёри и начинает. — Она использовала сильную магию, чтобы связать себя и стервочку эмоциональной связью-… — Что она, черт возьми, сделала?! — шляпник недовольно кривится из-за громкого голоса Аято, но от дела не отрывается. Нужно как можно быстрее сломать оковы и вынести отсюда Хиёри. — Разделила спектр эмоций с сучечкой. Она, наверное, долго не могла забыть наши игры, а красавица решила ей помочь. — Но это сумасшедшая сдохла! Руки Райто непроизвольно дёргаются и начинают странно подрагивать. Внешне это совсем незаметно, но внутри вампира содрогались горы. Никто не умер. Игра ещё не окончена и ни одна пешка не уйдёт с поля пока игрок не захочет. Даже такая сильная и опасная фигура, как Хиёри. Она просто не посмеет. Вампир решает не комментировать высказывание брата, поэтому молча освобождает до конца девушку, берёт её на руки и уходит в свою комнату.

***

С Рейджи должен был произойти один вариант из двух. Первый: он выработает иммунитет к вербене, если его организм достаточно сильный. Второй — смерть. И последний, по мнению Райто, был достаточно перспективным. Конечно, хлопоты по дому упадут на чьи-то плечи, но это не так страшно. Зато все будут довольны, ведь у детишек пропадёт их дотошная няня. Поэтому шляпник решается добить своего старшего брата. Тихо, незаметно и без лишних зрителей. Тем более нужно убить время в ожидании пробуждения Хиёри (в том, что девушка очнётся вампир был уверен, как никогда). Какого же было его разочарование, когда на месте очкарика не оказалось. «Как жаль. Я думал, что на одну проблему станет меньше». Искуситель разглядывает комнату под каким-то новым углом, будто видит её впервые и не жил здесь вместе с Хиёри больше месяца. Совсем нет. Для него теперь всё новое. Вся разрушенная мебель, кровавые следы на стене и на полу. Даже запах девушки ощущается без неё по-другому. Но это место не имеет больше никакого смысла. Игровое поле меняется. «Её запах изменится, когда она очнётся?» Этот вопрос как-то слишком неожиданно начал волновать вампира. Он почувствует мельчайшие изменения в ней, но Райто не сможет почувствовать те изменения, что происходят с ним каждый день из-за охотницы. Но сейчас у него было много других забот. За всё это время шляпник сполна насмотрелся на полуголое избитое тело девушки. Удивительно, что он был не всегда рад этой картине, ведь не Райто наносил эти побои, не он заставлял её кричать и плакать. Кто-то другой заставлял красавицу испытывать переполняющие чувства, что вырывались вместе с извечными проклятьями в сторону Рейджи. Поэтому нужно всё стереть. Сакамаки возвращается к себе в комнату и начинает рассматривать Хиёри. Она была ужасно грязной и худой, а когда запах её крови и подвальной сырости окончательно пропал — подступила настоящая вонь. Терпеть это было невыносимо. Райто набирает ванну, наполняя её ароматическими маслами параллельно стараясь регулировать температуру воды, чтобы свежие раны не так сильно пекли. Пришлось какое-то время изрядно повозиться и приноровиться, чтобы подобрать наилучшую позу для поддержки тела девушки в ванне. Пару раз парень неприятно ударялся локтем и ещё тройку раз вместе с Хиёри падал в воду. Но ничего из этого не злило молодого искусителя, а наоборот — забавляло и навевало воспоминания. Ведь он тоже старался так помыть Юи (хотя не так аккуратно), когда белокурая в очередной раз теряла сознание, но в самые интересные моменты приходил Аято и всё портил. Теперь ему никто не помешает. Райто даже голову не забыл помыть и нанести бальзам, представляя, как будут блестеть её волосы, а вампирская кровь только усилит эффект. Когда все банные процедуры закончились, настал самый интересный момент. У шляпника, чего греха таить, был целый запас разнообразного белья для Юи, который он хранил у себя, а потом в определённый момент подкидывал ничего не подозревающей Комори. Белое, бежевое, розовое и нежно голубое — всё это было для их маленькой Юи. Но никак не для охотницы. Тем более размеры у них были совершенно разные, хотя из-за резкого сброса веса так и не скажешь. А это значит, что на первых парах можно одолжить бельё и у Комори. Потом Райто, разумеется, купит Хиёри отдельные комплекты. Но всё смотрелось на ней просто ужасно. Можно было только безнадёжно вздыхать и рассматривать это безобразие, каждый раз убеждаясь, что девушке эти цвета совершенно не подходят. Поэтому вампир пытается хоть как-то улучшить ситуацию и подлечить девушку своей слюной (может на здоровой коже будет смотреться всё лучше?) Сакамаки не пропускает ни один участок её тела. Умелый язык доходит до тех мест, за которые девушка обязательно убила б его. Но всё это ради благой цели и его самоудовлетворения. Хотя второе парень получает в меньшей степени. Всё было совершенно не то без смущённого взгляда или протяжных вздохов. Всё было бессмысленно. Поэтому Райто без особого энтузиазма заканчивает своё дело и уходит в город за новым бельём. Пока девушка боролась с собственными демонами и принимала свою новую сущность. Внутри Хиёри что-то разбивалось на миллионы осколков, что впивались в органы с силой протыкая их. Из-за такой непонятной боли всё тело горело неистовым пламенем.

***

В жизни Хиёри белая полоса наступала всего лишь два раза в жизни. Первый, тот её семнадцатый день рождения и одинокая сакура у озера. В тот день она искренне была благодарна Всевышнему за то, что появилась на свет. Второй, когда она встретила Комори. Тогда она была благодарна Всевышнему за то, что осталась в живых. Казалось бы, положительные воспоминания есть и их целых два. Так зачем её сознание подкидывает только плохое? Зачем нужно ворошить прошлое? Для чего опять делать больно? Но Хиёри не может ответить на этот вопрос. Сейчас она не может управлять ни своим телом, ни своим сознанием. Поэтому молча принимает короткометражный фильм своего мозга, что он так любезно показывает ей долгие годы не меняя сюжет и режиссёра. Картинка, естественно, не менялась. Родовое поместье. Куча сводных братьев, парочка таких же сестёр. И она. Самый старший ребёнок в семействе потомственных охотников. И был в этом просторном доме, переполненным сворой весёлых детишек и ласковой прислуги одно большое «но». Отец и дедушка, что так любили традиции и старые порядки. Первый раз, и самый запоминающийся, Хиёри испытала лет в десять, когда дорогой папаша ударил родную мать и высказал своё недовольство по поводу первенца, а именно в девочке. Тогда маленькая Хиёри поняла только одно — нужно походить на мальчика абсолютно всем и ни в коем случае не отращивать длинные волосы, а то у мамы потом будет опять болеть голова и щека. Следующий случился немного позже. Дедушка запретил садиться за стол. Какова же причина? Маленькая охотница не поняла, но как позже объяснила мама — не нужно при дедушке плакать (а привычка есть у кровати в своей комнате у девушки осталась до сих пор). И с того времени начался настоящий ад, продлившийся до семнадцатилетние будущей главы самого древнего клана охотников.