Вселенная U: Кровавая История

      Джек вернулся в крайне расстроенных чувствах. Отряд Шайнинг Армора очутился в Кантерлоте так неожиданно и стремительно, что они поначалу и сами не поняли того, где именно они находятся. Лишь спустя время и пару пощечин со стороны остальных, солдаты смогли прийти в себя и рассказать, что именно произошло с ними за то время, что они противостояли Азазелю, а потом и Люциферу. Черный пони был одним из первых, кто услышал, что Аннетт находится в большой беде, так как на сцену вышел не только рыжий демон, ставший, судя по сбивчивым рассказам солдат, чем-то куда более странным, но и Падший, что стало небольшим сюрпризом. По крайней мере, для Джека, так как подобное было вполне естественным для Дьявола – противостоять врагам. В этой же ситуации ему повезло еще сильнее, ведь этим врагом оказалась та, кто была нужна ему – Королева. И вот, Темный уже был на том самом месте, из которого вернулись Шайнинг Армор и остальные, но, к своему сожалению, не нашел там даже тела Аннетт. Это было достаточно странно, так как на кой черт Люциферу было нужно тело демонессы, Джек сказать не мог. Тем не менее это была не единственная мерзость, что произошла за тот день. Не меньшей проблемой стало то, что фантом Азраэллы резко пропал из поля зрения черного пони. Причина такого состояния могла быть только одна – непосредственная смерть фантома. А раз она погибла, ее душа могла отправиться куда угодно – ни Джек, ни Хедейр не привязывали ее к себе настолько сильно, чтобы она отправилась к кому-то из них. В конце концов, они не рассчитывали на то, что она погибнет достаточно быстро. Но что случилось, то случилось, и душа Азраэллы была утрачена теперь уже навсегда. А теперь еще и Аннетт... Почему-то Темный был уверен, что Королева Пустошей погибла в этом противостоянии. И вот теперь он был в Кантерлоте вновь. Принцессы видели его раздраженное состояние, а потому поняли, что случилось что-то очень нехорошее. Скрывать произошедшее Джек не стал и рассказал все, что думал о произошедшем. Они действительно потеряли достаточно мощного союзника в лице Аннетт, но, смотря на черного пони, ни Селестия, ни Луна, ни Каденс, ни Твайлайт не могли сказать, что он разочарован настолько уж сильно. С виду он пытался оставаться спокойным и расчетливым, что не только удивило, но и несколько возмутило принцесс, хотя они не стали высказывать ему все это. Кризалис же отправилась обратно в свое королевство, дабы проверить обстановку там, но по словам Селестии должна была вернуться уже очень скоро. Ее сопровождал Бегемот, который сказал, что было бы неплохо, будь с ней рядом демон. На всякий случай... Черный пони ответил на это лишь кивком, после чего вышел из зала, в котором они были и направился в свою лабораторию, перенесенную из тронного зала туда, где была лаборатория Хедейра какое-то время назад. Уже там его нашла Флаттершай.       – Джек? – черный пони резко обернулся на ее голос – было видно, что не ожидал увидеть кого-то.       – А, это ты, Шай... – выдохнул он. – Думал, доктора ясно сказали тебе, что, как минимум неделю тебе нужно провести в постели.       – Извини... – неловко улыбнулась пегасочка и слегка покраснела. – Просто... Не могу долго лежать...       – Понял...       – Слушай, эм... Я... Я слышала, что тут, в Кантерлоте, находилась демон по имени Аннетт. Это та самая Аннетт – Королева Пустошей?       – Да... Была Королевой... – невесело ответил Джек.       – Была? – осторожно поинтересовалась Флаттершай. – Почему?       – Буквально сегодня она была убита Люцифером. По моей вине...       – Это как?       – Знал же, что она Королева, но не додумался снять с нее печать, поставить какую-то защиту или же просто сказать ей, чтобы сидела на заднице ровно. Нет же, отправил ее прямо туда, к территориям Люцифера с надеждой лишь на то, что она окажется сильнее его. Который раз моя самоуверенность ставит под угрозу наиболее полезных.       – Ну... – задумчиво протянула Флаттершай. – Я думаю, Аннетт была достаточно умной, чтобы оценить все риски. В конце концов, она, я так думаю, сама приняла это решение.       – Да, но это не отменяет того, что я позволил и даже подтолкнул ее к этому. Однако это уже неважно – Аннетт гарантированно мертва, а это значит, что у Люцифера есть восемь из девяти печатей Ада. В таком случае его сила приравнивается к мощи самого Ада, что не есть хорошо.       – Значит, времени осталось мало?       – Катастрофически. Растягивать его тренировками и всякими слежками больше нет смысла, поэтому нужно готовиться к очередному штурму.       – Готовиться?       – Да... Учитывая, что мы не знаем, удалось ли нашему шпиону уничтожить достаточное количество тварей перед своей смертью, я не могу сказать, что у нас с расстановкой сил. Поэтому нам понадобится нечто большее, чем то, что у нас есть.       – Разве же есть что-то большее, чем имеющееся у нас сейчас? – спросила Флаттершай с явным беспокойством в голосе. – Что-то, что может быть сильнее самого Ада?       – Из того, что знаю я, есть только несколько вещей, способные потягаться с самим Адом и могут находиться в пользовании смертных. Думаю, такой апгрейд будет в пользу пользователям таких вещей.       – Но... Как я понимаю, здесь есть нюансы.       – Хе-хе... – усмехнулся Джек. – Да уж, не врал Армор, когда говорил про мое влияние на тебя. – пегасочка слегка покраснела от этих его слов и смущенно улыбнулась. – Да, здесь есть проблемы. Во-первых, все это еще нужно найти, что занимает время, обучить вас пользоваться этим, а уже потом начинать строить новые планы. И мне крайне не нравится, что, возможно, придется прибегнуть к этой части силы, но, если уж придется, я надеюсь, что не ошибусь с выбором.       – С выбором? Ты это о чем?       – О самой неприятной части, к которой придется прибегнуть в самом финале. Но об этом только в том случае, если ситуация с концами выйдет из-под контроля. А, судя по тому, что происходит, я все больше склоняюсь к тому, что придется прибегнуть к этой части силы.       – Джек... Ты меня пугаешь.       – Поверь, Шай, я и сам не в восторге от этого. Потому, пока что, обойдемся наименьшим злом в виде простого оружия. У меня на примете есть несколько экземпляров, но за ними придется отправиться в другие миры, так что, скорее всего, я вновь пропаду на какое-то время.       – И надолго?       – Не знаю, Шай. Хотелось бы, конечно, быстрее, но поиски таких артефактов – не самое скорое дело. Кроме того, они разбросаны по разным точкам, что тоже играет не в пользу скорости.       – Ты же можешь быстро перемещаться.       – Могу. А кто сказал, что я пойду туда пешком? А вот поиски... Тут придется постараться.       – Почему же?       – Прошли годы, Шай, даже столетия... Кто знает, что случилось с этими артефактами. Быть может, они уже давно являются лишь частью истории. Но это потом. Сейчас же, есть другая цель.       – Какая еще? – не поняла Флаттершай.       – Мне придется уйти за артефактами, и Люцифер, возможно, почуяв мое отсутствие, решит, что можно действовать более открыто. И это очень плохо, поскольку вы останетесь без защиты вообще. На такой случай есть решение, пускай я и хотел устроить это уже много позже. И то только на половину.       – И что же это?       – Селестия и Луна. Они Эвелимы и обладают силой Элементов Тьмы и Света – достаточная защита для пони в отсутствии того, кто посильнее. Возможно, они не испугают Люцифера, поскольку неопытны в своих способностях, но по крайней мере создадут видимость того, что нападать на вас будет не слишком хорошей идеей. Потому, прежде чем уйти, я постараюсь обучить их хотя бы базовым навыкам. И будем надеяться на удачу.       – Я думала, что надеяться, это не про тебя.       – Почему же?       – Ты не любишь ждать и предпочтешь действие бездействию. Разве нет?       – Возможно, но не сейчас. Ситуация с Люцифером зашла слишком далеко, потому нам нужна куда более мощная подготовка. Луна и, черт возьми, Селестия входят в это число.       – Ты будто бы не очень рад этому.       – Несложно догадаться, почему. Луна, потому что имеет кровную связь со мной, а Селестия... – Джек глубоко вздохнул. – Не верю, что придется взрастить потенциальную силу, способную противодействовать мне. Опять.       Последнее слово черный пони произнес очень тихо - фактически, шевеля одними губами, так что Флаттершай не услышала его.       – Принцесса не будет использовать свои силы на тебе, Джек. Я в этом уверена.       – Это хорошо, что ТЫ уверена в этом. Плохо, что Я не уверен. – ответил черный пони и поднялся на копыта. – Но иного не дано. А теперь, дай-ка я...       С этими словами он склонился над Флаттершай и взял своими копытами ее за голову. Поняв этот жест по-своему, пегасочка прикрыла глаза и потянулась было к лицу Темного в надежде на поцелуй, но тут же почувствовала, как ее резко крутануло в сторону, после чего по шерсти на шее заскользили когтистые пальцы Джека. И видимо, он что-то нашел, так как через несколько секунд послышалось «хм» таким тоном, которого пони не поняла. Потом, голова оказалась повернута в другую сторону и вновь это «хм».       – Джек? – осторожно спросила Флаттершай. – Что ты делаешь?       – Осматриваю тебя, – ответил черный пони. – И то, что я вижу, меня и восхищает, и удивляет одновременно.       – И что это? – более напряженным тоном спросила пони.       – Чешуя, – ответил Джек. Пегасочка подняла на него полные шока глаза. – Не удивляйся, Шай. Это небольшие пятна и под твоей шерстью их не видно, но вот, если капнуть чуть глубже, можно заметить небольшие, но достаточно крепкие пластинки.       И тут Флаттершай почувствовала, как в ее шею уткнулся коготь Темного. Только вот чувство было несколько иным. Определенно, она ощутила, прикосновение к своей коже, но вот только на нее словно было что-то плотно наложено. Такое жесткое и теплое – чем-то напоминало болячку. А когда коготь начал спускаться чуть ниже по тому же месту, пегасочка почувствовала, как он обо что-то запнулся, после чего соскользнул чуть ниже с тихим, но отчетливым «цок».       – Прочная, – донесся до ушей Флаттершай голос Джека. – Но при этом гибкая и эластичная, а структура способна пропустить шерсть. Если бы ты обросла ей полностью, это была бы очень хорошая естественная броня, которая, была бы замаскирована шерстью.       – О чем ты говоришь? – испуганно сказала пони. – Откуда у меня на шее чешуя?       – Оттуда же, откуда алый отблеск в глазах и это чувство огня внутри тебя – твое тело подверглось влиянию Королевской Печати, что стало причиной изменений в твоем теле. Можно было бы назвать это демонизацией, только вот процесс не завершился из-за разрыва. Отсюда чешуя. Но это еще ничего. Изменения пошли по наиболее щадящему пути.       – Щадящему? То есть, появление чешуи – это еще нормально?! Боги, что бы со мной случилось, останься печать на мне?       – Хм... – усмехнулся Джек, после чего начал ворошить шерсть на плечах пони, обнаруживая все больше и больше чешуйчатых пятен, так тщательно сокрытых под мягкой желтой шерстью. – Помнится, ты так боялась за печать, а сейчас рада тому, что осталась без нее.       – Просто... Просто, мне страшно... Ты говоришь, что на мне появилась чешуя, что я становилась демоном – как, по-твоему, я должна реагировать?!       – Я понимаю твой шок, Шай. Но у всякого состояния есть свои плюсы. Например, ты – то, что изменения не сказались на тебе слишком радикально, говорит о том, что уже имеющиеся слились с тем, что было в тебе изначально – идеальный симбиоз демонического и смертного начал. С точки зрения, обретения новых возможностей, у тебя есть все шансы на это.       – И... Какие же?       – Мы уже увидели, что раны у тебя заживают значительно быстрее, чем у прочих смертных – маленький надрез зажил за секунды. Кто знает – быть может, эта способность сможет развиться в тебе еще сильнее и достигнет нормальной демонической регенерации. Чешуя дает прочность к коже... Правда, в твоем случае, местами. Возможно улучшение органов чувств, мышечных волокон со всеми вытекающими и так далее. Я не говорю, что твое полностью смертное состояние было чем-то хуже нынешнего, но во всем нужно искать свои плюсы.       – М-м-м... Наверное, ты прав... Просто... Просто, мне надо переварить это.       – Я понимаю и не тороплю, – ответил Джек и отпустил Флаттершай. На том они и разошлись – черный пони отправился на поиски обеих принцесс, а пегасочка по своим делам.       Пока Темный пытался отыскать обоих аликорнов не из этого мира, голову не покидали самые разнообразные мысли, что начинались с банального будущего, в котором ему предстоит обучать смертную использовать силу, которую она может использовать против него. В том, что так и будет, Джек не сомневался. Все же, он был достаточно опасным субъектом, возможно, опаснее Люцифера, и только общая цель и возгоревшийся интерес к этому миру сдерживала его от того, чтобы устроить очередной армагеддон. По крайней мере, так могли думать сами принцессы, и хотя его цели были известны им отлично, излишняя осторожность не будет лишней. А тут такой подарок в виде силы, что способна уничтожать Тьму. Быть может, не стоит тренировать Селестию? Раз уж у нее есть такая сила, то... Но он уже видел, что отсутствие контроля вообще не шло принцессе на пользу – видения умерших, случайные энергетические выбросы – все это, вкупе с ее природной силой аликорна, могло устроить не меньшую трагедию, чем наличие какого-то Элементаля. То же касалось и Луны... Отсутствие случайных выбросов – просто везение, которое могло прекратиться в любой момент, а, учитывая то, что она слышит голос своей не самой приятной стороны – хотя Джек был полностью уверен, что Найтмер Мун является ни чем иным, как олицетворением силы Луны, которая так и рвалась наружу – везение могло закончиться крайне скоро. Потому, нужно было научить их взять силу под контроль. Обеих – без исключений. А будут исключения, начнется самообучение, которое также не приведет ни к чему хорошему.       И Аннетт... Остатки ее огонька все еще полыхали в том месте, где происходила битва между ней, Азазелем и Люцифером. Выстоять против сильнейшего демона и его подчиненного, который, со слов Шайнинг Армора и остальных членов отряда, не только глаза отрастил, но и что покруче, было невозможно, и Джек отлично понимал это. И что, черт возьми толкнуло ее на столь альтруистический поступок по отношению к смертным? Неужели, пресловутая жажда мести своему отцу-Дьяволу настолько ослепила демонессу, что она решила действовать собственными силами, не позволяя никому и ничему мешать ей? Демоны беспокоятся только за свою шкуру – это было видно на фоне Бегемота и было нормально, но в то же время они были рождены для войны – Аннетт, Ортрас, Хелла и остальные были тому доказательством. Но они были Королями, да еще и не простыми, а потомками Древних Левиафанов – первых Королей Ада. Быть может, это было причиной? Предыдущие Короли тоже были достаточно воинственными существами. По крайней мере, если верить рассказам вышеуказанных Королей. Аннетт... Отчего-то, Джек почувствовал странный укол где-то внутри себя. Горький, неприятный, холодный и опустошающий. Странное это было чувство, неприятное. Вот, она только недавно подкалывала его по поводу родства с Луной, а теперь не пошутит. Ни-ког-да... Черный пони всегда спокойно относился к смерти – это была неизбежная и неизменная аксиома для всех смертных и даже, если ему удавалось проникнуться смертными, их гибель, смерть по иным причинам, не вызывала никаких эмоций. Быть может, какая-то легкая скорбь, но зачастую Джек оставался спокойным. Нет жизни, значит, нет – чего за зря загонять себя в странное состояние, которое смертные называли «депрессией»? Глупость, не иначе... Однако, смерть Авроры в человеческом мире, а сейчас гибель Аннетт... Тягостно было думать об этом. Однако, нельзя было и оставлять все, как есть. Люцифер должен поплатиться за то, что совершил – за всех Королей, которые пали в этом противостоянии. Теперь же, в голове черного пони все чаще и чаще возникала мысль о том, чтобы просто направиться в Кристальную Империю в одиночку и ценой ее разрушения разорвать Дьявола и всю его армию. Плевать на Империю, плевать на осуждение со стороны пони, принцесс, Элементов Гармонии, да всех! Надо было покончить с этим! Аннетт явно была бы не против такого исхода. Да, явно... Скорее, сама бы ломанулась вперед. И тут Джек иронично улыбнулся. Побежит вперед на рожон... Боевая Аннетт...

***

      Они встретились в условленном месте. Спортзал где-то на окраине города. Обшарпанные стены, плакаты разнообразных боксеров и спортсменов на стенах и ринг, на котором уже стояла Аннетт в максимально удобном спортивном костюме: обтягивающие спортивные лосины, топик черного цвета, волосы были туго затянуты в хвост на затылке. На руках же находились красные боксерские перчатки. Подобное зрелище несколько обескуражило Джека – все же Аннетт говорила о том, что хочет посмотреть на то, что он пытается скрыть за обликом человека. Но... Спортзал для боксеров. И на что здесь можно было посмотреть? Даже не на что, а каким образом? Однако, ее заводной вид и полное погружение в атмосферу места, можно сказать, не оставили Темному шанса избежать грядущее. И резко обернувшаяся демонесса тем более.       – О, ты все же соизволил явиться, – язвительно произнесла Аннетт и облокотилась на канаты, что были ближе к Джеку. – Ну, слава Аду, что хоть поздно, чем никогда.       – Застрял в пробке, – хмыкнул Древнейший, понимая, что эта подколка слегка его разозлила. Демон лишь усмехнулась.       – Не знала, что ты водишь. Думала, что такой старичок, как ты...       – Говори, зачем призвала меня сюда, – перебил ее Джек, скрестив руки на груди, чем несколько вогнал демонессу в ступор. Правда, только на пару секунд, после чего на ее лице вновь появилась насмешливая улыбка.       – Торопишься куда-то, Салдавейрон? Или же решил убедиться в словах малышки Эдаэля на практике?       – Это уже не твоего ума дела, демон.       – Да-да, ты открыт как книга для меня, красавчик. Прямо стереотип о самом зле – хочешь все разрушить и утопить в крови. Хорошее начинание, но слабо верится, что ты сможешь достичь его, – Джек лишь озадаченно и нетерпеливо приподнял бровь. – Ты вообще знаешь, что такое самоконтроль? – в голосе Аннетт послышалось притворное возмущение. – А то я вижу, как ты буквально сгораешь от желания перебить меня. С тем пацаненком ты также общался?       – Он мертв: хочешь узнать – отправляйся в Ад и ищи его там. Учитывая его жалкую жизнь, он вполне может быть гостем твоих земель.       – М-м-м, негров шестнадцати лет, погибших от отравления темной материей еще не встречала, – пожала плечами Аннетт. – Жалко – должно быть хороший питомец был.       – Абсолютно бесполезный и слабый, – презрительно хмыкнул Джек. – Как и все люди, впрочем.       – Воу-воу, не слишком ли тщеславно, мой юн... Кхм... Мой древний падаван... Ты, конечно, божество даже для нас, демонов, но все же... Это жестко.       – Демон говорит мне о моей чрезмерной жестокости? Иронично... И ты так и не ответила на мой вопрос: зачем ты меня призвала?       – Хотела посмотреть на что ты способен, Салдавейрон, – все тем же беззаботным тоном ответила Аннетт и отошла от канатов. – Все же, в нашу первую встречу ты как-то быстро сдулся, – позади послышалось злобное рычание. – И у меня не было возможности посмотреть на того, кто смог одолеть самого Короля Ада. Того, кто смог подчинить демонов одним своим присутствием. Лично я была уверена, что такой, как ты уж точно сможешь удивить меня, и да... – тут она резко обернулась лишь для того, чтобы встретиться лицом к лицу с Джеком, который теперь стоял лишь в метре от нее. – Настолько бесшумная телепортация – это, конечно, круто, но меня таким трюком не проведешь. Все же, я не так проста. И уж тем более, не беззащитна. И раз ты не попытался меня атаковать, тебе и самому стало любопытно.       – Определенно, ты проницательна во многом, Аннетт, но ты не сильнее меня.       – Хочешь проверить? – хмыкнула демонесса и сделала шаг назад. – Но тогда я посоветую тебе снять плащ и шляпу – только мешать будут.       – Что делать с моим телом, я решу сам, демон, – хмыкнул Темный. – И раз уж ты хочешь посмотреть на мои силы, то...       – ...тебе следовало нападать первой, – послышался тот же голос, но уже позади Аннетт.       Демонесса была готова к чему-то подобному, потому успела увернуться от тяжелого и острого кулака, рванув вправо и, развернувшись, хотела было ответить на такую наглость Древнейшего, но, к своему удивлению, не обнаружила там никого. На ринге она была совершенно одна, только вот пространство вокруг нее... Оно начало изменяться, становясь все темнее и темнее. И вот, через несколько секунд Аннетт была окружена темнотой, в которой даже с ее зрением было невозможно разглядеть хоть что-то.       – Решил действовать так – в привычных для себя условиях? – ехидно подметила демон. – Ну что ж, поиграем по твоим правилам. Хотя я ожидала большего.       – ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ ПОСТАВИТЬ ТЕБЯ НА МЕСТО, ДОСТАТОЧНО И СТОЛЬ МЕЛКОЙ СПОСОБНОСТИ, – ответил жуткий искаженный голос откуда-то из темноты. – ЧТО-ТО ТЫ РАСТЕРЯЛАСЬ, АННЕТТ. НЕУЖТО, СРАЖАТЬСЯ С ТЕМНОТОЙ ТЕБЕ В ТЯГОСТЬ?       – Ехидничай, сколько хочешь, темный брат. – озираясь, сказала демонесса. – Посмотрим, как ты будешь рычать, когда я прижму тебя к полу.       – ТЩЕСЛАВИЕ – ЭТО ТО, ЧТО ПОГУБИЛО НЕМАЛО СУЩЕСТВ. УВЕРЕНА, ЧТО ТЕБЕ ПО СИЛАМ ЭТО?       – Тщеславие – мой любимый из грехов. И я готова пасть под его влиянием, если это даст мне возможность приложить к полу такого, как ты.       Ответа на такую дерзость не последовало. По крайней мере, словесного, но какое-то время спустя, Аннетт ощутила спиной достаточно мощный удар. Вмиг, ее резко бросило вперед, после чего не менее слабый удар пришелся в грудь летящей в темноту демонессы. И этот удар выбил ее из темноты. Вновь она оказалась на жестком полу ринга и тут же собралась было подняться, но когда увидела, что лежит буквально перед ногами Джека, попыталась увернуться в сторону, и это получилось. Как только она вновь оказалась на ногах, тут же рванула к Элементалю и нанесла удар коленом. В этот раз она не промазала и ощутила под своей ногой очень жесткую и холодную плоть Древнейшего. Удар был сильным, пускай и не вся демоническая мощь, что теплилась внутри Аннетт, но достаточная, по ее мнению, чтобы опрокинуть этого здоровяка на пол. Но удар заставил Темного лишь слегка пошатнуться. Аннетт, тем не менее, не собиралась прекращать на одном ударе и продолжила свой прессинг. Джек отражал ее удары, хотя получалось далеко не всегда. Огромным фактором здесь было то, что демоница использовала быстрые, короткие, но точные движения, которые ему не всегда удавалось предсказать. Но что было хуже всего, так это все та же беспечность его соперницы. То, как она действовала, атаковала, относилась к этому – все это сильно бесило. Не прошло и нескольких минут такого избиения, и Джек не просто начал закипать, а зажегся, как десяток тысяч фейерверков и решил перестать терпеть этот кошмар. И вот, подвернулся хороший случай – почувствовав, видимо, полную свободу в своих действиях, Аннетт больше не прикрывалась, так что, когда она в очередной раз собралась ударить его своим кулаком, Темный извернулся, перехватил ее руку, после чего нанес один очень мощный удар в район солнечного сплетения. Громко захрипев, демонесса повисла на руке Древнейшего, после чего сползла и оказалась на полу на четвереньках. Но не успела она толком оклематься, думая, что соперник не наносит больше одного удара, как Джек схватил ее своей огромной рукой за голову и швырнул на пол, но только спиной вперед, так что, когда все закончилось, ей открылся чудный вид на потолок помещения. Несмотря на то, что Аннетт была демоном, она ярко ощутила, как воздух выбило у нее из легких, что только сильнее дезориентировало ее. Но и это не было финалом демонстрации силы. Только демоница начала было приходить в себя, как вновь была схвачена, но на сей раз за грудки, резко поставлена на ноги, после чего Джек слегка ее оттолкнул и с силой притянул назад, выставив правую руку в сторону. В следующий миг, лицо Аннетт встретилось с предплечьем Элементаля, после чего она вновь оказалась на полу. Нос явно был покалечен и весь покрылся кровью, необычно алой для демона. И, судя по тому, что было видно, подобная травма не причиняла ей особого вреда.       – Надо же... – выдохнула она и резко подскочила на ноги, после чего провела рукой по окровавленному носу. – Даже человеческую оболочку повредить умудрился.       – Уверен, ты увидела ту силу, которую хотела, – ответил Джек, встав в десятке метров от демона.       – Нет, – ответила Аннетт. – Я не увидела ту силу, которую хотела.       – А твоя оболочка говорит об обратном, – пытаясь скрыть огромное удивление, сказал Темный.       – Одно дело то, как ты меня повредил. Наносимый урон – это не та сила, что нужна мне. Зато я увидела иную твою сторону – ярость. И это весьма любопытно.       – Что любопытного в моей ярости? – скептически спросил Джек.       – То, как она проявляется. Ты сдерживаешься до победного, но в какой-то момент вспыхиваешь, словно извергающийся вулкан. И вот тогда включается то, что видят в тебе ангелы – чудовище, что не жалеет никого. И отсюда у меня возникает вопрос – ты только когда злишься становишься грозой ангелов или делаешь это по своей воле?       – Тебе-то какая разница?       – А такая, темный братец, что для задуманной нами охоты ты не годишься. Слишком уж ты взрывной, если дело коснется длительного противостояния. Про наблюдение я вообще молчу.       – Я вполне способен выждать нужный момент, демон, – закипая, произнес Темный. Аннетт лишь цокнула языком.       – Даже сейчас ты проявляешь отголоски своей злобы, – сказала она, подошла ближе и положила руку на грудь Древнейшему. – И нетерпения в частности, а это тебя совершенно не красит.       – Смеешь указывать одэрианцу, как следует себя вести? – все тем же злобным тоном произнес Темный.       – Да-да, вы – высшие формы жизни и так далее, – более раздраженно произнесла Аннетт, – а мы – всего лишь мелкие демоны, недостойные вашего внимания, но, возможно впервые в своей жизни, засунь свое эго себе в зад и послушай ту, кто дело говорит. Возможно, ты не видишь этого, но я-то ясно наблюдаю то, что тобой овладевает, когда ты подключаешь свое высокомерие. Тебя бесит то, что даже самый слабый может дать тебе пинка под зад. И не говори, что это не так – я вижу это в твоих глазах. Точнее, в тех душах, которые ты поглощал все это время. И мне совершенно не нужно, чтобы операция «Охота» была под угрозой срыва из-за твоего нетерпения.       – Какое тебе дело до МОЕЙ цели? Охота за богами – моя боль, не твоя.       – Знаю, – хмыкнула Аннетт и зло ухмыльнулась. – Но я крайне люблю охотиться. Кроме того, я знаю свойства некоторых артефактов, которые мы сможем найти.       – И ты МОЛЧАЛА ОБ ЭТОМ?       – А, а, а, не так быстро, Салдавейрон. Думал, что я приду и выложу тебе все на блюдечке лишь потому, что ты убил Люцифера? Но демоны не так просты, как тебе кажется. И прежде, чем открыть рот, я хотела посмотреть, что ты из себя пред...       Договорить она не успела, так как Джек резко рванул в ее сторону, крепко схватил и в один прыжок оказался у стены здания спортзала, припечатав Аннетт к камню, на котором тут же появилась паутина из трещин. Его лицо, искаженное деформациями и злобой, оказалось прямо перед лицом слегка испугавшейся демонессы.       – То, о чем я говорила... – пропыхтела Аннетт. – Вспыхиваешь, как подожженный порох.       – МОЛЧАТЬ! – прорычал Темный. В его голосе слышалось, что он больше не собирался играть. – ТЫ СЛИШКОМ ДОЛГО ИГРАЛА СО МНОЙ В СВОЮ СТРАННУЮ ИГРУ, НО ТЕПЕРЬ Я ВЫТРЯСУ ИЗ ТЕБЯ ВСЕ, ЧТО ПОСЧИТАЮ НУЖНЫМ. ТЫ ГОВОРИЛА, ЧТО ЗНАЕШЬ АРТЕФАКТЫ, ЗА КОТОРЫМИ Я ОХОЧУСЬ, И РАССКАЖЕШЬ МНЕ ВСЕ, ЧТО ТЕБЕ ИЗВЕСТНО. В ПРОТИВНОМ СЛУЧАЕ, ТЫ РАЗДЕЛИШЬ СУДЬБУ СВОЕГО БЫВШЕГО КОРОЛЯ.       – А ты уверен, что я стану?       – ЕСЛИ ШКУРА ДОРОГА, СТАНЕШЬ. А ТЕПЕРЬ, НАЧИНАЙ ГОВОРИТЬ!       – О да, разбежалась... – ухмыльнулась демонесса и, слегка вывернувшись, ударила Темного по руке так, что та согнулась, что дало ей возможность высвободиться из хватки, схватить его за грудь и швырнуть с невероятной силой в сторону противоположной стены. Джек пролетел все расстояние со скоростью гоночного болида и силой впечатался в стену, после чего вновь был схвачен. Демонесса действовала куда быстрее, чем все те, с кем он сталкивался ранее, и начала бить куда сильнее, чем делала это ранее, хотя, очевидно, что не в полную силу. Продолжалось это недолго, после чего Аннетт, увернувшись от попытки Древнейшего наступить сначала вновь припечатала его к стене, после чего отправила его на пол мощным ударом ноги по лицу. Когда же Джек поднялся на ноги, что произошло буквально через пару секунд, демонессы уже и след простыл. Очевидно, она не была готова к тому, чтобы ее начали пытать, дабы вытащить всю информацию, однако Темный был уверен, что это еще не последняя встреча между ним и Королевой Пустошей. И, черт побери, до чего же он был прав.

***

      Воспоминания... Они вставали перед глазами, словно пленка, которую прокручивали на большой скорости, из-за чего отдельные картинки начинали жить своей жизнью. И картина, которую Джек видел в своей голове в то время, по ка искал принцесс, отчасти, была приятной, хотя тогдашний уход Аннетт несколько разочаровал его. Она была сильной, ловкой и, что удивительно, мудрой для демона, который не особо участвовал в битвах. И как же она была права на его счет в тот день, когда сладко отметелила его. В дальнейшем, они еще много раз встречались в том заброшенном здании для дальнейших тренировок, но погрузиться в прекрасные воспоминания об этом ему уже не было дано, так как, после очередного поворота, черный пони буквально столкнулся с Селестией.       – С-Салдавейрон? – потирая ушибленное место, произнесла принцесса солнца. – Что... Что ты здесь делаешь? Я думала, ты в своей лаборатории...       – Был, но искал вас с Луной, – ответил Темный.       – Нас с Луной? – несколько ошарашенно уточнила Селестия. – Зачем?       – Эх... – Джек глубоко вздохнул. – Для того, чтобы разобраться с вашими обновлениями, скажем так. Младшую видела?       – Вроде как, она в своей комнате.       – Понял, – ответил черный пони и собирался пойти дальше, но аликорн остановила его. – Что-то еще...       – Послушай... Я не знаю, как долго ты общался с Аннетт и сколько она для тебя значила, – Луна говорила, что из увиденного, она была тебе дорога – потому, прими мои соболезнования. Знаю, ты не нашел ее тела, но...       – Не нужно, – отмахнулся Темный. – Лучший способ почтить погибшего воина – убить того, кто убил его. Аннетт сказала бы тебе то же самое.       – И все же... Она была близка тебе.       – И все же, - передразнил ее Джек, - не стоит. Собирай свою сестру и приходите в тронный зал. Только вы двое – ни искристой, ни Кадди, ни кого бы то ни было – мне зрители не нужны. Сбор через пять минут – не опаздывайте.       Тон черного пони не пестрил какими-то несерьезными тонами, потому Селестия восприняла это так, как надо и просто кивнула ему в ответ, после чего направилась в сторону комнаты Луны. Джек же направился к тронному залу – свою основную задачу он выполнил, так что можно было немного расслабиться и позволить себе небольшую роскошь. В такие моменты, Темный обычно занимался чем-то вроде медитации, но в этот раз решил пойти и посмотреть на то, как там поживает Шайнинг Армор и остальные. Однако, уже там ему сказали, что капитан и остальные уже давно ушли – травмы оказались не настолько серьезными. Ну, раз не судьба, стало быть, не судьба, да и не в приоритете оно было, потому, Джек продолжил свой путь до тронного зала.       Селестия не подвела – только черный пони вошел внутрь, как обнаружил, что обе принцессы уже находились там в полном ожидании дальнейшего. И, когда он вошел в комнату, оба аликорна резко развернулись к нему. Медлить Темный не стал и сразу сказал, чего он от них хочет. Несомненно, это было достаточно удивительно, и обе пони заметили, что Джек словно куда-то торопится, потому стремится сделать все быстрее. И что удивило конкретно Селестию, так это то, что Тьма будет обучать ее использовать силу Света. Луна же испытывала двоякое ощущение. Конечно, ей было любопытно узнать, на что она способна, но что-то внутри говорило, что обратного пути больше не будет.       – Итак, раз уж все решили, думаю, стоит начать прямо сейчас, – подытожил Джек. – Однако, так как ваши элементы разнятся уж очень сильно, то и подходы к вашему обучению тоже будут различаться. С Луной проблем будет меньше, ибо о ее элементе я знаю абсолютно все. А вот с тобой, Селестия, могут возникнуть проблемы. Возможно, методы, которые подходят Луне, подойдут и тебе, потому, прислушивайся и пытайся повторить. – его глаза сместились в сторону темного аликорна. – Луна...       – Я? – черный пони утвердительно кивнул и сделал подзывающий жест копытом. Принцесса молча и очень осторожно подошла к нему. – И... И что ты будешь делать?       – Для начала, тебе нужно научиться использовать то, что находится внутри тебя. Возможно, ты уже пыталась сделать что-то с этим, и я не сомневаюсь, что у тебя вышло, но это не то. Давай...       Тут в зал ворвался один из стражников и заявил, что ему нужна принцесса Селестия. Слова о том, что сейчас он максимально не вовремя его нисколько не смутили, в ответ на что он сообщил о приезде королевы Кризалис и кота Бегемота. Последний был достаточно упрям и пожелал отсоединиться от перевертыша там, где солдат нашел их и, собственно, ушел, оставив свою спутницу в одиночестве. Понимая, что ей не отвертеться, Селестия перевела взгляд на Джека. К ее удивлению, тот молча кивнул ей, после чего качнул головой в сторону стражника. Не ответив ему ничего, принцесса покинула зал.       – Политики... – хмыкнул черный пони. – Нужно быть то тут, то там. И как она еще с ума не сошла?       – Даже для меня это большой вопрос, – ответила Луна. – Как и то, что ты словно переживаешь за Тию.       – Тю, нашлась еще одна шутница.       – Ты сам шутил, что пустишь неприятный слушок о нас с Селестией.       – На то это и шутки... И раз одним Эвелимом меньше, мне будет гораздо проще. Теперь же... Мне нужно посмотреть на то, чего ты уже достигла своими силами.       – С чего ты решил, что я...       – Ты серьезно хочешь узнать ответ на этот вопрос? Ну изволь – если ранее я чувствовал, что Тьма в тебе похожа на огромный хаотично извивающийся и рвущийся наружу ком, то сейчас больше напоминает спокойное озеро. Ты что-то с собой сделала, и мне крайне интересно узнать, что именно.       – Я... Я... Я не знаю, что именно произошло, – ответила Луна. – Просто... Когда я... Когда ты сказал, что я Эвелим, во мне будто что-то сломалось. Не так, как когда сходят с ума или что-то такое, но...       – Что произошло, когда мы разошлись?       – Я... Я снова услышала голос Найтмер Мун... Когда я была в своей комнате. Видела ее, говорила с ней, как с тобой сейчас, но... В ней больше не было той наглости, хамоватости, которая была в нем ранее. Да и мне показалось, что это не она говорит, а... Я сама... И да, это была действительно я... Говорила сама с собой. Это все, что произошло, и с тех пор я больше ничего не делала.       – Угу... – задумчиво произнес Джек. – Сила может проявляться по-разному среди таких, как вы. Мне не удавалось изучить этот феномен досконально, но было время, когда я наблюдай за парочкой Эвелимов. Их сила происходила от Элементалей основного порядка – тех, что были созданы непосредственно Хедейром в свое время. Их случай был не таким тяжелым, да и лет им поменьше, чем тебе, так что... Смотря на тебя, я могу сделать выводы о том, что затягивать с проявлением силы явно не стоит.       – Но... Но что служит катализатором для пробуждения? Ты говоришь, что пробуждение силы может быть затянуто, но что может быть причиной этому?       – Как я понимаю, у всех по-разному, но одно общее есть точно – все Эвелимы, перед пробуждением, испытывали достаточно сильное эмоциональное потрясение. Это похоже на подожженный динамит – фитилек медленно, но верно подходит к точке невозврата – это время для естественного пробуждения сил, а вот сторонние факторы могут ускорить это сгорание. В конечном итоге, динамит взрывается. И, думаю, ты понимаешь, о чем я говорю.       – Бойня в Старом Понивиле и мое превращение в Найтмер Мун... – догадалась Луна, после чего ее глаза распахнулись в ужасе. – Но... Это значит, что... Что Найтмер Мун и я...       – Одна личность? Да. Вероятнее всего, ибо до этого я не видел, чтобы сила влияла на личность. Однако, мир полон сюрпризов, и один из них стоит прямо передо мной.       – Я... Я... – Луна не могла не подметить, что Джек фактически назвал ее чем-то вроде чуда, хотя и по-своему. Ее даже не смутило то, что ее самая страшная теория подтвердилась – она и Найтмер Мун были одним существом. Но разве такое было возможно? И тут ее вновь пробило. – Н-но, раз я и Найтмер Мун – одно существо... Получается, это Я хотела подчинить себе всю Эквестрию... Я хотела... – она на секунду запнулась. – убить Селестию...       – Возможно, это была действительно ты, Луна, а может быть и что-то другое.       – Что-то другое? – непонимающе взглянув на Джека, спросила принцесса. – Ты же сам сказал, что я и Найтмер Мун...       – Я не о Найтмер Мун говорю. А о том, что, можно сказать, еще больше роднит меня и тебя.       – И что это? – уже ничего не понимая, воскликнула Луна.       – Ярость, – ответил черный пони. Услышав это слово, принцесса вздрогнула. – Именно ярость стала тем, что заставило тебя пробудить свою силу. И, учитывая то, что я – одного с тобой поля ягода, мне знакомо, каково это, почувствовать сильную ярость впервые. Она пьянит, застилает разум, уничтожает в тебе все то, что является противоположностью этому сильному чувству. В итоге, остается только оно...       На какое-то время, в комнате воцарилась мертвая тишина. Луна смотрела на Джека очень внимательно, в то время, как его задумчивый взгляд уставился куда-то в сторону. Она понимала причину подобной реакции – черный пони видел это, параллели между ним самим и ней. Возможно, они были даже куда более похожи, чем принцесса думала. Это было даже... Так непривычно... Странно... Сложно описать это чувство, но, смотря на Древнейшего, Луна почему-то почувствовала то, чего чувствовать никогда не хотела – ощущение родства. Не такого, как у отца с дочерью, но как у представителей одного вида существ.       Однако, молчание длилось недолго. Вскоре, Джек вновь поднял на принцессу ночи свой взгляд – куда более заинтересованный, чем несколько мгновений назад. Вероятно, подумалось Луне, он тоже что-то ощутил, хотя, скорее всего, никогда бы, ни под какими пытками, не признался бы в этом. И их разговор... Он хотел увидеть, то, что она может, как Эвелим. Что ж, возможно стоит показать не столь уж незаурядные таланты в управлении темной материей. Чувство... Странное чувство, когда темная материя начинает шевелиться где-то в глубине твоего существа, стремясь вырваться наружу. Форма... Нужно было придать этому форму, чтобы оно не разлилось по всему полу, как вода. Вот, вот оно! Когти... Такие, какие всегда делал он... Их образ четко предстал перед глазами Луны, и тягучее ощущение сменилось на более резкое, рвущееся, но не болезненное. Напротив, оно было весьма естественным, что даже слегка пугало аликорна. Но только на несколько секунд, после чего наступило чувство удовлетворения, ведь она, наконец-то, почувствовала столь странные для пони пальцы, широкие ладони и силу. Открыв глаза, Луна увидела то, что успела почувствовать – оба вытянутых в сторону черного пони передних копыта покрылись темной материей ближе к кромкам, хотя и предплечья были закрыты достаточно плотно. Субстанция приобрела ту форму, которую пожелала сама принцесса – две руки, похожие на те, что делал Темный. Вот правая, вот левая – две широкие ладони с пятью пальцами, что оканчивались когтями-лезвиями. Луна попыталась пошевелить пальцами, хотя и думала, что у нее это не получится, так как со скрипом получалось и тогда, но, к своему удивлению, ей удалось согнуть все десять пальцев в два мощных кулака, после чего разжала их. На черного пони, теперь, смотрели две угольно-черные ладони. Джек секунду смотрел на руки Луны, после чего подошел ближе и протянул к одной из них свое копыто, превратившееся в руку и приложил к ее черной ладони. Что подметила принцесса, так это размеры. Рука Темного была больше, а пальцы длиннее. Странно, ей казалось, что раньше они были меньше. Тем не менее, это было еще более странным, чем прочее, а естественность того, как это произошло, сильно удивила аликорна.       – Чувствуешь что-нибудь? – послышался голос Джека, приведший Луну в чувство.       – А? Эм... Да, кажется, да... Прикосновение... Так... Так и должно быть?       – Угу... А теперь, попробуй пошевелить пальцами, – сказал Джек, убрав свою руку. Аликорн выполнила то, что он попросил. – Угу... Сложно управлять ими?       – Не особо. Честно сказать, думала, что будет сложнее. Когда пробовала впервые, было именно так.       – Оно и понятно – первый раз все же. Ладно, на этом первый тест окончен – можно убирать.       – А... К чему был этот тест? – возвратив свои копыта в привычное состояние, – что также происходило под очень внимательным взглядом Джека – спросила Луна.       – Хотел посмотреть, насколько хорошо ты владеешь способностью придания формы. По крайней мере, ты можешь создать когти, что уже можно использовать, как оружие. Но ты же понимаешь, что это – капля в море?       – Более чем... Учитывая то, что видела от тебя.       – К этому мы дойдем, не беспокойся. Но, прежде, чем мы приступим к этому, тебе нужно изучить базовые навыки твоей природы. Ощущения.       – Ощущения? – не поняла Луна. – Ты это о чем?       – Ощущения – базовый навык, который есть у существ, что выше смертных, – слегка отличным от своего привычного, голосом ответил Джек. Если раньше он говорил растягивая слова и слегка нараспев, то сейчас, тон его голоса вполне мог вогнать в транс. - Ангелы, демоны, Эвелимы, Древнейшие – все в нас базируется, в первую очередь, на ощущениях. Закрой глаза... – Луна подчинилась. – Вот так... А теперь, просто слушай и скажи мне, что именно ты услышишь.       – Мне кажется, что слух – это последнее, что я должна тренировать, – проворчала принцесса.       – Если хочешь подчинить себе эту силу, сначала нужно идеально покорить мелочи. А теперь замолчи и слушай.       – Ну? Я не слышу ничего необычного.       – Дело не в том, чтобы услышать что-то необычное. Для начала, попробуй услышать, что происходит в твоем замке. Например, ты можешь сказать, где сейчас находится Кадди?       – М-м-м... – Луна отчаянно пыталась уловить хоть что-то, но все, что она слышала, это ветер, что попадал в открытые окна зала, редкие звуки шагов за дверью и на этом все. – Нет, я не могу...       – Опиши, что конкретно ты пытаешься услышать, – сказал Джек и начал ходить вокруг принцессы. – О чем ты думаешь в эти моменты? Кого пытаешься отыскать?       – Каденс, как ты и сказал. Но все, что я слышу, это то, что слышу прямо сейчас. И то, что слышала всегда.       – Хм... Ты сосредоточена на цели, но окружение смущает тебя – перетягивает на себя все твое внимание, и ты не можешь сосредоточиться на чем-то одном. Давай, сделаем вот так... – черный пони оказался позади Луны и закрыл ей уши своими копытами.       – ЭЙ! – воскликнула принцесса и попыталась вырваться, но Темный держал ее достаточно крепко, чтобы пресечь все ее попытки.       – Успокойся и сосредоточься, – совершенно спокойно ответил Джек. – Теперь, когда стало несколько тише, попробуй сосредоточиться. Успокойся, выдохни и соберись. Очисти свою голову и полностью отдайся собственным ощущениям – дай волю темной стороне, пусть она ведет тебя к твоей цели.       – Дать волю темной стороне... – пробурчала Луна. – Да я потратила много лет на то, чтобы не позволить ей вырваться.       – И в этом твоя проблема. Ты все еще думаешь, что Найтмер Мун – проклятие, но, что бы это ни было, она является тобой. Ты говорила мне, что смогла обуздать эту свою часть – это видно по твоему контролю темной материей, но сдерживать себя ради того, чтобы не дать своей сути показаться – глупо.       – Тысячу лет назад, это чуть не стоило моей сестре жизни... – прорычала принцесса. – А ты говоришь мне, что я должна принять это.       – Разве сейчас ты зла так, как была тогда? – Луна несколько напряглась. – Что-то мне подсказывает, что ты не испытываешь того же, что испытывала в тот день. Да, тобой двигала ярость, но сейчас ее нет, как нет и причин прятать свою природу. Расслабься и дай ей волю – позволь стать тобой, а не отдельной, маленькой частью, что заперта в клетке.       – Тебе легко говорить...       – Если бы мы говорили обо мне, я бы сказал, что подчинял собственные силы больше сотни миллиардов лет. Потому, я знаю, о чем говорю, когда речь заходит про ощущения.       – Сколько же тебе лет?       – Здесь все достаточно относительно, но не об этом сейчас. Сосредоточься и откройся той Тьме, что живет внутри тебя. Но не делай этого с мыслью, что Тьма – враг. Попробуй если и не принять, то хотя бы убедить себя в том, что вы – одно целое. И... Начали.       Луна вновь глубоко вздохнула и попыталась максимально расслабиться. Закрытые глаза, темнота и холод на ушах от копыт черного пони – все это не способствовало тому, чтобы сосредоточиться на одной конкретной цели. Какое-то время ничего не происходило, и Луна уже хотела сказать Джеку, что так у них ничего не выйдет, но внезапно почувствовала что-то странное, но до боли знакомое – движение внутри себя, что началось в груди и распространилось по всему ее телу, окончившись в голове. И тут резко наступила пустота. Словно все звуки резко отрезали – Луна не слышала даже собственных мыслей. И в какой-то момент, где-то далеко, она услышала знакомый голос. Каденс... Да, это была именно она и, судя по голосу, она с кем-то говорила, причем на не самых низких тонах. Вероятно, выясняла отношения с Шайнинг Армором – все же она была против того, чтобы он оказался где-то очень далеко абсолютно без защиты. Но это точно была она. Где-то на два или три этажа выше – в принципе, там находилась их с Шайнинг Армором комната. Похоже, что они были именно там. Сначала, слышались только отдельные звуки голоса принцессы любви, потом эти звуки начали сливаться в слоги, затем в слова, а потом и в полноценные предложения. И точно, она ругала своего мужа за то, что он не потребовал у Джека чего-то более мощного, чем то, что у него уже было. И вот, среди ее голоса, Луна начала различать и голос единорога. Он активно доказывал ей, что случившееся в лесу – это форс-мажорная ситуация, что даже Джек не смог бы предсказать этого. Дальнейшее, принцесса ночи слушать не стала, так как уже того, что она сделала оказалось достаточно и, открыв глаза, она отпустила то чувство. Вновь проявились все привычные звуки, а картинка родного замка, вставшая перед глазами, поселила только больше спокойствия в сердце Луны. И только сейчас она заметила, что Темный стоял позади нее с опущенными копытами. Вопрос был в том, как давно...       – Услышала? – ухмыльнулся черный пони, смотря на реакцию аликорна.       – Ага... – слегка ошарашенно кивнула принцесса. – Звуки... Все они словно пропали, оставив только пустоту... Пока я не услышала Каденс... Она... Спорила с Шайнинг Армором о том, что ты не дал ему большей безопасности, чем она думала.       – М-м-м, значит, мне не стоит попадаться ей на глаза, – съехидничал Джек. – Однако, меня радует то, что ты слушаешь сказанное. Первый этап завершен – ты смогла почувствовать, что именно происходит с тобой, когда хочешь услышать кого-то. И я очень надеюсь, что ты запомнила это чувство.       – Такое резкое оглушение сложно забыть.       – Отлично... Поскольку, тебе придется повторить его еще как минимум пять раз до того, как я отпущу тебя.       – ЧТО?! – воскликнула Луна. Ее совершенно не радовала подобная перспектива.       – Ты хочешь научиться управлять своими истинными силами или остаться средним аликорном с вечно возникающими в организме странностями, которые будут только нарастать по ходу твоей жизни?       – Хочу, но...       – Значит, тебе придется повторять одно и то же столько раз, сколько потребуется, чтобы закрепить его и использовать на автомате. Иначе, ради чего все это?       – Я понимаю это, но...       – Раз понимаешь, повторяй до тех пор, пока не сможешь прикладывать минимум усилий для того, чтобы слышать все и всех. И да, когда будешь повторять, старайся сосредоточиться на разных целях, а потом на нескольких сразу. И где, черт возьми, Селестия?!       – Разве ты ее не слышишь? – саркастично спросила Луна.       – Мог бы, но, раз уж в тебе проснулась дерзость, это сделаешь именно ты.       – Я?!       – Да, ты... И советовал бы начать прямо сейчас. Это тебе и наказание, и тренировка.       – Чтоб тебя... – прошипела Луна и снова закрыла глаза. Спорить с черным пони ей хотелось меньше всего, потому, она решила подчиниться. Вновь комната замка погрузилась в темноту, а звуки вокруг все никак не хотели стихать.       – Сосредоточься... – тихо произнес Джек. – Дай своей силе направить тебя на искомую цель. Почувствуй ее шаги – пусть их звуки сами направляют тебя.       Глубоко вздохнув, Луна попыталась сосредоточиться на своих ощущениях. Какое-то время ничего не происходило, но потом, гораздо быстрее, чем в первый раз, ей удалось вызвать это необычное чувство глухоты, отрезающее практически все звуки, и оставляя только те, что были нужны. Поступь Селестии была хорошо ей знакома, потому Луне не составило труда различить ее. Звук раздавался на их этаже и достаточно близко – буквально в паре десятков метров от входа в тронный зал.       – Она здесь, – не открывая глаз, сказала принцесса. – Войдет через несколько секунд, но, думаю, ты и сам, скорее всего, это услышал.       – Быстро учишься. Это радует...       В следующее мгновение, в проходе показалась Селестия. Вид у нее был несколько виноватый, и она попыталась объяснить Джеку, что, несмотря ни на что, ей все еще нужно было выполнять свои обязанности, и...       – Достаточно, – перебил ее черный пони, подняв копыто в воздух. – Ты пропустила теорию, но так уж и быть, специально для тебя, повторю ее. Луна, ты пока продолжай практиковаться, а я объясню макропринцессе, что нужно делать.       Луна утвердительно кивнула и отошла в сторону, чтобы там спокойно практиковать свою новую способность. Селестия же, озадаченно наблюдая за этим, подошла ближе к Темному.       – Ита-а-ак… - протянула она, поравнявшись с Джеком. – И что мне нужно делать?       – Для начала, я хотел бы посмотреть, на что ты способна в плане контроля своего элемента. То есть, способна ли ты делать хоть что-то простенькое, но понимаю, что для меня это будет чревато ожогами, потому, опустим этот момент и начнем с того, с чего мы начали с Луной – ощущения.       – Ощущения? – не поняла Селестия.       – Элементали, Эвелимы и так далее обладают куда более обостренными чувствами. Это – основной залог выживания для нас. Обнаружить цель до нападения куда важнее, чем непосредственно обезвредить или убить цель. Услышать, ощутить душу, различить температуру тела на расстоянии, почувствовать запах, дрожь земли от его поступи – все это необходимо развить в вас с Луной до того предела, до которого мы сможем за самый краткий промежуток времени. В дальнейшем, вы и сами справитесь с этим. Сейчас, Луна тренирует свой слух – одна из самых полезных способностей, ибо слух – куда более используемое чувство. С тобой мы тоже начнем именно со слуха. Закрой свои глаза - Селестия подчинилась, - и попробуй услышать то, о чем говорят стражники, скажем, на два этажа ниже нас. Уверяю тебя, они там есть... Попробуй поискать их своим слухом и назови мне точную комнату и количество говоривших.       – Салдавейрон, тебе не кажется, что это слишком сложное задание для начала? – спросила принцесса солнца.       – В наших условиях – это самое рациональное, что я могу дать вначале. А теперь замолчи и сосредоточься на своем слухе. Отрежь все остальные свои чувства и попробуй услышать.       – Попробую... – ответила аликорн и попыталась сделать все то, что от нее требовал черный пони. Легкий шум ветра, какая-то болтовня откуда-то с улицы, но ни единого слова со стороны солдат на два этажа ниже. Даже не то что слова – вообще ничего не было. – Ничего не слышу.       – Расслабься – я вижу, что ты буквально задерживаешь дыхание от напряжения. Это не то, что нам нужно.       – И что ты предложишь?       – Это твое тело и тебе с ним договариваться. Единственное, что могу сказать – не стоит считать свою силу проклятием. Знаю, учитывая то, что выяснилось о тебе, принять это будет сложно.       – Возможно, я бы сказала, что так и есть, но... – тут Селестия замолчала. Ее уши резко дернулись вверх и выглядели очень напряженными. – Что... Что это?       – Что ты слышишь? – спросил Джек, однако принцесса ему ничего не ответила. Лицо ее сменило выражение, став еще более сосредоточенным. Уши несколько раз дергались из стороны в сторону, будто преследуя объект, который издавал будоражащие их звуки.       – Опять они шутят о сладостях... – прошипела Селестия и открыла глаза. Вмиг, в голову выстрелило чувство полноты вместе со всеми привычными звуками. Это было настолько неожиданно и сильно, что у принцессы резко заболела голова. – Оу-у-у... Черт, что это было...       – Из такого состояния нужно выходить медленнее. По крайней мере, если ты без опыта. – ответил Джек, с интересом осматривая принцессу, после чего бросил быстрый взгляд на Луну. Ночной аликорн все еще тренировала себя, но, судя по ее эмоциям, которые мог уловить черный пони, он мог сказать, что она явно довольна. Стало быть, начало получаться. – Иначе, голова взорвется от напряжения.       – Ха-ха, очень смешно... – саркастично сказала Селестия, после чего слегка поумерила свой пыл. – Ну и? Как я справилась?       – Это ты мне скажи. Слышала ли ты отчетливые слова или это были просто звуки? Смогла ли различить, кто именно это говорит? Было ли их несколько или только один?       – Предложения... Кто это был различить смогла. И да, их было несколько – точнее, трое. Они перешучивались и... Это ты пустил эти шутки в народ? О том, что я ем много сладкого...       – Не у меня одного острый язык, – произнес Джек и задумчиво отвел глаза. – Хм... Удивительно.       – Что именно?       – Ты смогла услышать кого-то гораздо быстрее, чем Луна. Это радует, но и вызывает вопросы. И, поскольку блоком является только одно, скажи – тебя совсем не волнует, кем ты являешься?       – Что я Эвелим? – Селестия пожала плечами. – Не знаю, честно говоря. Возможно, я предпочла не думать об этом. По крайней мере, до того момента, как ты сказал, что хочешь тренировать нас с сестрой. Времени прошло достаточно, – воды утекло много – да и чего придавать этому столько внимания... А что?       – То есть, тебя не смущает, что ты просто шкура для Хедейра?       – Я знаю, как это выглядит, – жестоко, отвратительно, и я бы должна сойти с ума от всего этого, но... Я предпочитаю об этом не думать. Если... Если во мне больше от той Селестии, которой я всегда являлась, я ни за что не позволю кому-то использовать свое тело – Древнейший он или нет.       – Как это... Наивно... – последнее слово Джек произнес на языке Древнейших. – То есть, складно... И если тебе хватит сил не допустить этого, я буду только благодарен. Хотя и не откажусь от второго убийства своего брата, если будет нужно.       Последние слова сильно напрягли принцессу. В конце концов, она еще не обладала достаточной силой не то что для победы над черным пони, но даже для того, чтобы нанести ему какой-либо урон. И хотя она не хотела доходить до такого, как говорится, лучше уж держать туз в рукаве. Однако же, ее обрадовало, что ей удалось достаточно быстро опробовать свою новую способность, хотя она понимала, что ей еще предстоит очень много времени развивать в себе даже столь незначительную способность. Собственно, этим несколько часов и занималась вся троица. Несмотря недостаточно жестокий образ, Джек давал достаточно советов, чтобы помочь, как-то облегчить осознание этой способности. К концу тренировки, обе принцессы уже, конечно, настраивая себя на это, слушать, что происходит на каком-то расстоянии от них. Но, к их удивлению, это не было концом того, что Джек решил преподать им в этот день.       – Начало положено, – подытожил Темный, когда убедил себя в том, что эту часть можно заканчивать. – Но это – самая малая часть, которую вы можете в себе развить. Слух не имеет никакого смысла, если его негде применить. Учитывая нашу ситуацию, вы должны успешно улавливать даже самый малый шепоток, каждое движение ветра, которое может являться следствием движения потенциального врага. И вы должны научиться вычислять его еще до того, как он только подумает напасть на вас. Если у вас отрезана чувствительность аур, используйте слух. Сейчас, вам нужно вновь войти в состояние, когда ваш слух особо обострен, и попытаться обнаружить потенциального соперника в роли которого выступлю я. Я буду перемещаться туда-сюда по этому залу так бесшумно, как это будут делать демоны. Ваша задача – распознать мое местоположение, подгадать момент и обезвредить. Надежду на то, что вы справитесь с первого раза, я не лелею – будет чудом, если на сотый раз вы сможете продвинуться даже чуть-чуть. Теперь же, ради того, чтобы никто из вас не жульничал, я сделаю это.       «Этим» оказалась повязка на глаза, которую черный пони достаточно туго затянул на глазах обеих принцесс. Помахав копытом перед их лицами, он только убедился в том, что ни один аликорн не видит его, после чего сделал несколько шагов назад, откуда и решил начать. Без предупреждения или вопроса о том, готовы ли принцессы. Но, ради того, чтобы издавать еще меньше шума, Джек снял свои плащ и шляпу и просто бросил их на землю. Селестия и Луна тут же навострились и напряглись. Это говорило только о том, что они услышали падение легких элементов одежды. Что ж, раз так, тренировка обещает быть куда более интересной, чем он предполагал. И тут он начал двигаться. Абсолютно бесшумно для обычного слуха, но в пределах досягаемости для Селестии и Луны. Однако, реакция отсутствовала у них обеих. Принцессы просто крутили головами в разные стороны, пытаясь услышать хоть что-то, а в какой-то момент начал ходить вокруг них кругами. То быстрее, то медленней, иногда он останавливался и несколько раз беззвучно топал по полу свои копытом. Луна отреагировала первой и повернула было голову на звук, но тут же перевела «взгляд» правее. «Неплохое начало, - пронеслось в голове Джека, - однако не хватило внимательности. Быть может, ей даже удастся удивить меня и разыскать с первого раза».       – Тия, слышишь его? – спросила Луна, настороженно вслушиваясь в малейшие шумы вокруг себя. Она была так сосредоточена, что собственный голос показался ей невероятно громким. Впрочем, не только для нее.       – Нет... – ответила Селестия полушепотом, хотя даже такой ее голос показался ей достаточно громким.       «Им нужно научиться отделять зерна от плевел. Того гляди оглушат друг друга.»       – ...Ни черта не слышу...       « А это было неплохо.»       – … а ты?       – Не-а... – ответила Луна. – Может быть, он просто стоит и тихо смеется над нами?       «Хорошее предположение, но тогда бы ты услышала меня.»       – Сомневаюсь... – ответила Селестия. – Мы бы услышали это.       «Кажется, кто-то метит на место искристой по уровню догадливости. Определенно, это хорошо, но да, продолжайте говорить, общаться друг с другом, заглушая самих себя и все, что происходит вокруг вас. Я бы мог пройтись и обычным шагом – вы бы проворонили меня.»       – Тия, тише! – зашипела Луна.       – Что такое? Услышала его?       – Не в этом дело – мы говорим друг с другом.       – И что?       – Ты не понимаешь? Мы же его не слышим!       «Вот именно.»       Джек резко рванул вперед к полностью потерявшимся принцессам и в пару толчков раскидал их по разные стороны зала, после чего оказался перед той, кого считал более уязвимой – к Луне. Но тут у ночной принцессы словно включилось второе дыхание, – хотя, может сам Джек издал какой-то случайный шум или же оказался рядом с ней слишком резко, и она ощутила дуновение ветра – так как темный аликорн уклонилась от его удара, после чего отлетела в сторону. Сам же Джек не стал задерживаться на ней и рванул в сторону Селестии. Принцесса солнца оказалась менее подготовленной и собранной, потому пропустила несколько оплеух и вскоре оказалась на полу.       – Можете снять повязки, – сказал Джек, сделав несколько шагов от Селестии. Через секунду, принцессы вновь смотрели на тронный зал своими собственными глазами. – Итак, что могу сказать по первому занятию и вашему контролю над слухом. Для подслушиваний он годится, в этом я не сомневаюсь, но до боя вам еще идти и идти. Луна выступила чуть лучше, но это не отменяет того, что вы постоянно болтаете друг с другом, заглушая друг другу остальные шумы. Учитывая то, что вы только начали осваивать свои силы, общие результаты не отвратительные. По крайней мере, теперь я знаю, с чем мне предстоит работать какое-то время. До следующего раза практикуйте все то, что выучили сегодня, и попробуйте попрактиковать те же приемы для остальных органов чувств. Если я буду удовлетворен результатами, мы перейдем к остальным аспектам.       И на этом, Джек оставил обоих аликорнов, отправившись по своим делам. Ему бы, в идеале, продолжить тренировать их, дабы добиться нужного результата быстрее, однако было понятно, что принцессы тоже не железные и вываливать на них тонну всякого и без разбора будет глупо – чего лучше, запутаются еще и результата не будет никакого. Пускай обмозгуют, потренируют, а потом предъявят то, что получилось. Вряд ли они смогут достигнуть идеала за короткий срок, однако черному пони было нужно хоть что-то, что было похоже на прогресс. Откровенно говоря, можно было засчитать уже имеющийся результат за успех, но Темному было нужно укрепить его. Даже, если ради этого ему придется начать действовать более радикально. Одно его беспокоило – ему нужно было оставаться на месте до тех пор, пока из Селестии и Луны не проклюнется хоть что-то. Хотя, нет, не то, что бы беспокоило... Напротив, разжигало своеобразный азарт. А вместе с тем и злость. В первую очередь, от того, что он не может применить всю свою силу и не уничтожить планету, на которой находится, параллельно подыгрывая Люциферу в исполнении его плана. А игра в поддавки не нравится никому... Одно его радовало – придет момент, когда эта игра перейдет в его пользу.

[Новый Ад... В это время]

      Азазель вернулся в Новый Ад несколько позднее, чем Люцифер, однако, далеко не с пустыми руками. Несколько смертных пони были захвачены им в плен. Одним из них был земнопони коричневого цвета со светлой гривой, а второй же разительно отличался от своего напарника, напоминая больше насекомое, выглядящее как пони. Третий был убит Азазелем, о чем он немедленно доложил королю, однако для последнего не было разницы, трое у него пленных или двое – главным было то, что они могли что-то знать. Играть с ними в вежливость, особенно, после того, что случилось с Азраэллой, у него не было никакого желания. Чуть только ему в первый раз показали пленных, Дьявол приказал снять с них доспехи. Несмотря на то, что это отняло какую-то часть времени, Азазель справился с этим достаточно ловко, после чего оба солдата оказались буквально у копыт главного демона. Две пары глаз тут же воззрились на него. Во взглядах их читался страх.       – Не пытайтесь воззвать к своему покровителю, – сказал Люцифер. – Все равно он вас не спасет.       – Д-думаешь, схватил нас и все, победа? – прохрипел инсектоид. Падший лишь презрительно хмыкнул.       – О, нет, это не победа... И вы здесь не ради того, чтобы бессмысленно умереть. Однако, о вашей цели для пребывания здесь вам расскажу не я – слишком много чести для вас, простой челяди, подчиненной монстру, общаться с Королем Демонов. Тем не менее, вы провели здесь достаточно времени, чтобы доказать свою храбрость и преданность, пусть и неправильной стороне. Нет, не я займусь вашим обустройством. Лилит...       Когда Люцифер поднял голову и взглянул за спину пленным, и когда они повернули туда головы, они увидели ту, о ком он говорил - бледную пони с красной гривой и такими же красными глазами. Она была закована в какую-то броню темного цвета, а на боках у нее покоились достаточно большие крылья черно-алого оттенка. Злая, ехидная и садистская улыбка озаряла и без того жуткое лицо этой странной пони, которая, как поняли пленные, была демоном. Комет Даст – земнопони – уже начал предполагать худшее, вместе с тем догадываясь, что от них будет требовать Люцифер. Как и то, какими методами...       – Вы хотели моего присутствия, мой король? – необычайно приятным, хотя и дерзким по-своему, голосом спросила Лилит.       – Именно. Проводи наших гостей в их комнату и выясни все, что скрывается за их дерзкими речами. Если потребуется, можешь прибегнуть к таким методам допроса, который свойственен только демонам.       – Я и не собиралась действовать по-другому. – пуще прежнего улыбнулась демонесса. – Так что, мне поможет кто-нибудь отвести их? А то они могут брыкаться.       – Уверен, ты справишься сама. – жестко ответил Люцифер и прошел мимо пленников. – Начнут брыкаться – убей их. Закончишь с вытаскиванием информации – убей, и сделай это так, чтобы эта парочка пожалела о том, что появилась на белый свет.       – Люцфиер, но...       Ответом для Лилит стало грозное рычание ее мужа, после чего он резко рванул назад, в сторону смертных солдат.       – Не думал я, что ты неспособна забрать двух пленников и провести простой допрос! – было слышно, что терпению Падшего приходит конец.       – Люцифер, погоди, я...       – МОЛЧАТЬ! – ударив о пол копытами с такой силой, что вся комната задрожала, воскликнул Люцифер. – Если ты не можешь делать то, ради чего были созданы демоны, поди прочь из этого зала!       Лилит не нашла, что ответить своему мужу. Он был разозлен, раздосадован, и она понимала, почему, однако, понимание пришло только после того, как она обнаружила себя за дверями главного зала – достаточно далеко от него, чтобы было возможно поразмышлять вслух. И когда ей была дана такая возможность, причина такого странного поведения стала ясна ей – Азраэлла. Прошло не так много времени с тех пор, как ему пришлось уничтожить фантома, который находился здесь все это время. Так близко к нему... И именно та, кто могла как-то повлиять на него... Хорошо, что они так быстро ее раскрыли. Лилит очень гордилась тем, что была одной из тех, кто сразу начала подозревать Азраэллу в том, что что-то не так, и что именно она поймала ее. Люцифер, очевидно, был благодарен ей, вот только все произошедшее накладывало на него определенный след.

***

      – Ну что ж, господа, теперь мы остались с вами вдвоем... – сказал Люцифер, когда Лилит покинула зал. – Поскольку мои подручные не могут справиться сами, все приходится брать в свои руки.       Не успели солдаты хоть как-то отреагировать, как их поразила резкая боль, сковывающая все тело и распространяющаяся с огромной скоростью. Единственное, что они видели какое-то время, прежде чем их отпустило, это алое свечение. Когда боль ушла, а свет потух, Кри и Комет Даст увидели, что Люцифер стоит буквально над ними, сверля их взглядом впалых светящихся глаз. Взгляд этот был каким-то странным – не таким, каким можно было ожидать от него, заинтересованным и избирающим. В какой-то момент, его взгляд остановился именно на земнопони. Видимо, выбрал свою первую жертву, потому как перевертыша оттащило в сторону и приковало к стене. Оставшись наедине с Королем Демонов, Комет Даст попытался было подняться, однако его тут же вернуло на землю массивное копыто Дьявола.       – Итак, - вновь заговорил Падший, - теперь, когда мы остались одни, я хочу, чтобы ты рассказал все, что тебе известно о планах твоего покровителя.       – С... С чего бы мне делать это?! – прохрипел жеребец.       – О, ты скажешь мне все, иначе, я верну боль...       – Вперед... Боли я не боюсь...       – Знал бы ты, как заблуждаешься, солдат – все боятся боли... И ты не сможешь обмануть меня, ибо я слышу ложь, – Дьявол опустился так, чтобы его лицо было на одном уровне с лицом Комет Даста. – И еще я вижу боль... Душевную боль в тебе, сержант Комет Даст.       – Н-не понимаю, о ч-чем ты...       – О, ты поймешь... Лишь взгляни в мои глаза и увидишь все, что тебя терзает...       Комет Даст не хотел этого делать – видит Селестия, не хотел, однако в голосе Люцифера было что-то такое, что заставило его сделать противоположное его желаниям. Медленно, сопротивляясь странной силе, он поднял голову и уткнулся своим взглядом в глаза Падшего. В момент, когда он увидел эти горящие глаза, страх начал прокрадываться в его душу, а взгляд начал улавливать разнообразные, но такие знакомые образы. Они горели, кричали, обвиняли его в том, что он не смог спасти их, пытались прорваться к нему. Все ближе и ближе, и вот эти горящие существа уже хватают Комет Даста и утягивают за собой. Терзают, бьют, рвут заживо... Боль... Жеребец почувствовал это, когда одна из тварей вцепилась в него своими зубами и начала рвать плоть. Тогда, он впервые закричал, но его, как водится, никто не слышал.

***

      Кри молча и с ужасом наблюдал за тем, как с его товарищем происходит что-то странное. Шкура его резко побледнела, как и грива, глаза начали закатываться, а из приоткрытого рта начал раздаваться еле слышный стон, который, если бы увеличить его громкость, можно было бы принять за самый настоящий вопль. После того, как это произошло, Люцифер очень небрежно отбросил Комет Даста на пол. Тело солдата била судорога, глаза были полузакрыты и закатившимися. Если бы ни движения, жеребца вполне можно было бы принять за мертвеца. И в этот момент, Падший направил свой взор на перевертыша, и Кри совершенно не понравился, каким именно это был взгляд, а когда Люцифер начал медленно и угрожающе приближаться, перевертыш собирался превратиться во что-то крупное, но обнаружил лишь то, что энергии в нем осталось крайне немного. Не хватит даже на то, чтобы обернуться в простую мышь и сбежать достаточно далеко. Однако, додумать он уже ничего не успел – лицо Дьявола оказалось буквально в нескольких сантиметрах от его, а потом перед глазами встала огненная бездна, в которой варились тысячи и тысячи разных существ. Они тянули к нему свои конечности, звали его, кричали от боли и желали поделиться этой болью с ним. И они поделились...

***

      Теперь, тело странного инсектоида лежало рядом с телом пони в точно таком же состоянии, как и последний. Люцифер смотрел на эту картину со смесью удовлетворения и разочарования. Несомненно, этих двоих ждал отличный аттракцион уже в настоящем Аду. Короля там нет, – ни одного – так что никто не контролирует приток новых душ. Хотя, состояние этих двоих нельзя было назвать смертью в классическом понимании – тела-то все еще были живы. Однако...       – Прикажете скормить тела тварям? – спросил Азазель, наблюдая за тем, как бились на полу двое – перевертыш и земнопони. – Как я понимаю, вы не узнали от них ничего.       – Салдавейрон – не такой идиот, чтобы рассказывать каждому о том, что он собирается сделать. Единственное, что удалось вытянуть из них, это то, что они должны были дежурить у границ наших земель. И все...       – Стало быть, они были бесполезными?       – Именно, но не вини себя в этом, мой генерал. Убей ты их сразу, они могли утащить с собой информацию, которой мы не располагаем.       – Понимаю. Так... Что делать с ними? – рыжий указал на тела.       – Пускай полежат здесь. Если их найдут твари, то пусть насладятся, а если нет, они умрут от того, что их души будут истерзаны.       – Вас... Что-то беспокоит? – более осторожным тоном спросил Азазель.       – Ты невероятно проницателен. И ты наверняка знаешь, что является этому причиной.       – Знаю, Ваше Величество, однако, не собираюсь поднимать эту тему. Но вынужден напомнить вам о том, что вы хотели посетить королевство грифонов, что нашел Асмодей.       – Я помню об этом.       – Вы собираетесь посетить их?       – Пожалуй. Если, как говорит Асмодей, там достаточно гористая местность, там может находиться достаточное количество руд и прочего материала для построения достаточно крупного механизма.       – Врата... Но, разве же у нас есть чертежи такого устройства? Или вы планируете использовать ритуалы Ада для того, чтобы возвести их?       – А вот это, друг мой, я оставлю на период, после посещения наших пернатых возможных союзников.       – Отправимся немедленно?       – Именно... Ты, Асмодей и Молох отправитесь вместе со мной.       – А как же Ее Величество? – спросил Азазель.       – Если Лилит захочет пойти с нами – милости просим. Однако, я считаю, что пред союзниками должны предстать лишь сильнейшие воины – таким образом мы произведем на них впечатление силы, с которой стоит считаться.       – Не уверен, что стоит брать с собой такую толпу. Оставив эти земли без генералов, мы, фактически, подвергаем наши территории вероятности нападения, что является весьма недальновидным поступком. При все моем уважении, сэр...       – Понимаю... Тогда, отправимся я, ты и Лилит. Здесь от нее толку будет крайне немного, да и не стану я оставлять на головы Асмодея и Молоха... Ее...       – Позволите сказать два слова о Ее Величестве?       – Говори.       – Я не хочу поднимать тему, касающуюся Ее Высочества, однако, Ее Величество стала той, кто подловила фантома на нечистых делах против нас. Разве вы не считаете, что она заслуживает какой-никакой награды?       Люцифер глубоко вздохнул.       – Достойна, несомненно... Но будь это кто-то другой, а не Азраэлла... Думаю, ты можешь понять – все же, она была сестрой и тебе.       Азазель какое-то время помолчал, потом утвердительно кивнул.       – Да... Однако, меня и ее не связывали столь сильные чувства, потому я, с позволения сказать, могу смотреть на эту ситуацию с более трезвой головой. И советую вам взглянуть на ситуацию именно так, как это выглядит – существо, что находилось здесь все те дни, было всего лишь фантомом, что соткан из души нашей сестры. Но теперь эта душа у нас. Кроме того, вы принесли тело Аннетт. Уверен, это неспроста...       – Возможно, Азазель... А теперь отправляйся за Лилит. Уверен, ей будет приятно покинуть эти территории. И сообщи Асмодею с Молохом о том, какую роль они займут на время нашего отсутствия.       – Нужно ли потребовать у паукообразного карту тех мест?       – Нет нужды – он достаточно детально обрисовал все, что было необходимо. Приведи Лилит к северной границе наших территорий – оттуда мы и начнем наш путь.       Азазель молча кивнул и быстрым шагом покинул зал. Люцифер же, повернулся к окну и начал меняться. Трансформация прошла несколько тяжелее, чем проходила раньше, но в конце концов Дьявол вновь принял вид темно-серого крупного пони с черными глазами, в которых был алый отблеск. Однако, какое-то время Падшему было тяжеловато удерживать свою форму пони – она напоминала ему тугой костюм, в который он кое-как влез и теперь пытался двинуться так, чтобы ткань не порвалась от малейшего вздоха. И вот, давление начало спадать, а вскоре, демону удалось более-менее нормально пошевелиться. Отдышавшись и осмотрев себя, Люцифер нашел свою шерстяную накидку, которую когда-то давно забросил в сторону, резко выпрыгнул из окна, расправил свои крылья и полетел в сторону указанной им самим точки. Каков же был сюрприз для него, когда он обнаружил Лилит и Азазеля в полной боеготовности. Своего короля оба демона встретили подобающе, и уже втроем они направились в сторону обнаруженного Асмодеем королевства грифонов.

[Кантерлот... Замок принцесс]

      Миновало несколько дней. В замке сестер принцесс жизнь кипела куда более бурно, чем ранее. А причина тому была одна – возобновилась подготовка солдат к очередному наступлению. Учитывая ту информацию, которую Джек и остальные получили от тела эмбриона демона, система была несколько переработана, хотя все еще требовала правок и финальной шлифовки. Черного пони удручало еще и то, что происходящее с солдатами сейчас – в некотором роде, самообман. Однако, этого требовала дальнейшая ситуация.       А вот ситуация с Луной и Селестией начала улучшаться. За прошедшее, казалось бы, небольшое, время обе принцессы показывали весьма впечатляющие результаты. Учитывая то, что день Джек старался не трогать обоих аликорнов, достигнутое ими оказалось успехом – тем успехом, которого черный пони хотел добиться. И его это определенно радовало. Теперь же, когда они смогли, пусть и не так идеально, контролировать малую часть своих сил, можно было приступать непосредственно к элементам. Со Светом все должно было быть несколько сложнее, так как Джек располагал лишь некоторым представлением о том, как может работать эта стихия. Приглашать Хедейра назад не хотелось от слова совсем, да и не было известно, как сама Селестия отреагировала бы на появление своего прародителя во плоти, а новые эксцессы черному пони были не нужны. С Луной он не видел никаких проблем – младшая принцесса уже показала, что может управлять темной материей на базовом уровне, так что с ее дальнейшим обучением не должно было возникнуть никаких проблем. Однако, их нужно было обучать параллельно, чтобы добиться одинакового результата. Но как обучать тех, в ком бурлят две различные стихии? Был один способ, и он базировался лишь на том, были ли в нем самом и Хедейре способности, схожие между собой, или же нет. Возможно, были, но сам Джек как-то не акцентировал внимания на этом. Хотя, одно схожее действительно было – способности, затрагивающие превращения собственного Элемента в разнообразные вещи. Темная материя была более вариативной в этом плане, потому, для Луны тесты на подобную тему будут куда более вариативными и сложными. Радовало одно – принцип использования пластичности их материй был схожим, потому то, что применимо к одному, можно применить к другому. Оставалось только решить проблему со Светом... Решение пришло внезапно – Аврора. Она была именно тем, в ком сочетались обе стороны силы, и раз уж ей были подвластны они обе, то и знаний у нее должно быть больше. По крайней мере, об одной стихии точно. Когда он поделился этим мнением со своей дочерью, пегасочка, откровенно говоря, была в шоке.       – Это... Это, конечно, здорово, что ты так думаешь обо мне, но ты правда думаешь, что я тренировалась использовать эту часть? Я тренировала только темную сторону... Сам знаешь – она мне больше нравится...       – Понимаю, Ави, но тут дело в другом. Селестии, в отличие от тебя, пришлось пройти через пробуждение своей силы. Она не знает о ней ничего, а ты появилась уже с пробужденными силами. Как я или Хедейр... Мы познавали способности, но делали это с большей легкостью, чем они. По сути, тебе проще контролировать свои силы, потому, ты можешь держать их под контролем и использовать с той легкостью, с которой это делают Элементали. Именно поэтому, ты без особых усилий подчинила себе темную сторону.       – И... И чему, по-твоему, я смогу научить Селестию? – спросила Аврора. – Если уж я подчиняю себе эту силу на уровне инстинкта, как мне объяснить ей, что нужно делать, а что нет? Слушай, я понимаю, ты хочешь, как лучше в этой ситуации, но... – пони цокнула языком. – Боюсь, тут я тебе не помогу... Кроме того, мне нужно продолжить помогать Шайнинг Армору с тренировками солдат, так что времени у меня нет. Прости за это...       – Ничего, Ави... – улыбнулся Джек. – Значит, будем импровизировать.       Итак, идея с Авророй провалилась. Стало быть, ему действительно предстояло тренировать обеих принцесс одному, причем обучать их использовать самые разнообразные элементы. Однако, уже похожу самой тренировки, для черного пони стало шоком то, насколько быстро Селестия схватывала и осваивала все то, что он говорил ей, и воспроизводила именно так, как это было нужно. На немой вопрос в глазах Темного принцесса лишь улыбалась и говорила, что сама удивлена таким исходом. Она не лгала – Джек это слышал, потому теория о том, что она уже тренировала себя, а тут решила умолчать об этом, отпала сама собой. С Луной все было менее радужно. Не настолько, чтобы бесить, но и недостаточно для идеала. Вероятнее всего, сказывались еще какие-то остатки ее предубеждений о том, что ее Тьма – это плохо, потому нужно не допускать ее выхода наружу. Однако, так было только в первый день. В последующие, ее результаты стали гораздо лучше. В арсенале ночной принцессы появились не только когти, но и несколько вариаций различных лезвий, холодного оружия, что не было соединено с ее телом, но это было не самым интересным из приобретений. Куда более интересной способностью оказалась та, которую Джек отказался показать Селестии, аргументируя это тем, что она не сможет повторить это. Принцесса попыталась что-то возразить, однако, Луна заверила ее, что все в порядке. Смирившись с тем, что спорить с черным пони лучше не стоит, старший аликорн покинула комнату, хотя и осталась за дверью – Луна это слышала, а Темный, вероятно, чувствовал, однако ни первая, ни второй ничего не сказали на это.       – И что же такого секретного ты хотел показать мне? – спросила ночная аликорн через какое-то время молчания.       – Достаточно сложную в управлении и разрушительную для окружающих способность. – ответил Джек и резко развернулся в сторону Луны, вскочив на задние копыта.       В тот же момент, в сторону принцессы полетело нечто. Поначалу, она и не поняла, что конкретно сбило ее с ног, но когда поднялась, увидела, что вокруг черного пони кружили десятки разнообразных странных существ самых разных форм и размеров. Среди этих странных образов, Луна видела и кошмарных существ, описание которых смогла придумать уже какое-то время потом, и твари, которые по больше степени напоминали более привычных ей демонов. Но куда более странными были существа, бывшие самыми настоящими тенями – они лежали на плоскости стен и с ехидной злобой смотрели на принцессу. И тут аликорну показалось, что ее что-то тронуло. И точно – она увидела это – одна из мерзких теней скользнула по стене мимо нее, коснувшись уже ее тени и поплыла в сторону Темного, заняв свое место среди ряда других тварей.       – Вот та самая способность. – ответил Джек, видя недоумение со стороны Луны. Тут же, большая часть тварей пропала, оставив только тени на стенах. – Во всех мирах есть частичка нашей силы, которой мы можем управлять и подчинять себе.       – Тени... – догадалась принцесса.       – Именно... Тени – наше с тобой все. Они – наши истинные слуги, порталы, сквозь которые мы можем путешествовать куда угодно, наши шпионы, которые видят и слышат все от всех, что отбрасывает тень. И это – одна из самых сложный способностей, которые дает наш элемент. Подчинить тени не стоит ничего, но вот направить их, придать форму и использовать по своему желанию – настоящее искусство.       – Воу... – воодушевленно выдохнула Луна, продолжая смотреть на тени, что стояли вокруг Джека, образовывая весьма жуткий полукруг. – И... И ты думаешь, что я тоже... Ну... Могу так?       – Это покажет время и твое упорство. Придавать форму темной материи ты худо-бедно умеешь, но это часть тебя – как, скажем, копыта. Тени же отстранены от тебя – они часть нашей силы, но не являются продуктом непосредственно нас. Из-за этого могут возникнуть некоторые... неудобства, скажем так.       – Например?       – Порой, тень может стать достаточно... строптивой... – Джек как-то странно хмыкнул. – Это происходит, если неправильно подчинить ее. Ты спросишь, каким образом можно неправильно подчинить тень, а я отвечу. В этом нам помогает способность к созиданию. – глаза у Луны наполнились удивлением. – Та самая способность, которая породила Хельрейм и Монолитов. Та, благодаря которой ты породила Анинейру. Тени не являются живыми сами по себе – дабы получить контроль над ней и подчинить своей воле, сделав этакого фантома, придется приложить максимум усилий. Учитывая то, что ты Эвелим из числа тех, которых называют чистокровными, получение такой способности не является чем-то уж невозможным.       – Погоди-погоди... – выдохнула принцесса. – Ты... Ты говоришь, что для подчинения теней, нужно их... Оживить?       – Именно.       – А... А других способов нет?       – Ты можешь управлять своей тенью, никого не оживляя – но это немного другая стезя. Тут фокус больше на схожести с приданием формы темной материи. Однако, тут есть два «но»: во-первых, это не настолько мощная способность и куда менее многозадачная. Во-вторых, это несколько сложнее, чем ты думаешь. Для этого нужно сделать две вещи: покрыть собственную тень темной материей и только потом, придавая ей форму, осуществлять управление. Создание живых теней куда более полезная способность – они защитят тебя в случае чего и смогут доложить о некоторых вещах. В общем, универсальные слуги.              – Я понимаю, но... Помня о том, что я неосознанно создала в себе паразита...       – Именно за этим я и предложил тебе изучить эту способность. Ты сможешь взять под контроль сразу два навыка – создание жизни и создание теневых слуг. Лишь сумев обуздать эти силы, ты больше не создашь чего-то нежелательного внутри себя. Никаких больше Анинейр.       – Знаю, но... – Луна несколько помрачнела, но потом подняла голову и посмотрела на Джека взглядом, полным решимости. – Ладно... Хорошо, я согласна. Что нужно делать?       – Для начала... - Джек повернулся к одной из своих теней и что-то прошептал ей на языке Древнейших. Принцесса, конечно, понимала, что вряд ли что-то поймет среди этой какофонии разнообразных звуков, но начала прислушиваться – благо, слух ее стал куда острее, чем раньше, и теперь она могла использовать его, не настраивая себя заранее. И тут произошло что-то странное – Луне показалось, что она поняла сказанное черным пони. Все произошло достаточно быстро, потому аликорн не могла сказать, было ли это взаправду или же нет, и решила оставить, пока что, до лучших времен. А услышала она что-то вроде: «Спугни шпиона за дверью». Тень тут же поплыла в сторону выхода из зала, а в следующую секунду, послышался испуганный крик, принадлежащий ни кому иному, как Твайлайт. Селестия же либо не заметила тени, либо привыкла к таким фокусам, либо же ушла – вариантов была масса. А вот наличие там младшей принцессы несколько удивило Луну. Какого, простите, черта, она решила шпионить за тем, что происходит между ней, Джеком и Селестией? Искала ли она их просто ради того, чтобы что-то сообщить или проходила мимо и просто заинтересовалась? Теперь, об этом сказать было нельзя, да и, откровенно говоря, неинтересно.       Когда же, судя по звуку стремительно удаляющихся шагов, тень выполнила свою задачу, Луна ожидала, что чучело появится в комнате моментально, однако вернулась тень разительно позже, довольно что-то прошипела Джеку, после чего присоединилась к остальным. Луна молча проводила ее взглядом – длинную, тощую, выглядящую как типичный призрак. Руки доходили до того места, которое принцесса идентифицировала, как талию, а длинные пальцы уходили еще на полметра вниз. Голова была округлой и из нее по подобию волос росло что-то, напоминающее щупальца. Глаза и рот были единственными светлыми участками на теле этой твари. Принцесса даже внутренне усмехнулась – зачем этому существую глаза и рот? Да и вообще какие-то очертания?       – Теперь же, думаю, нам следует добавить немного атмосферы в происходящее. – продолжил Джек и взмахнул копытом. Тут же, во всем зале стало значительно темнее, окна словно затянуло какой-то тканью, которая не пропускала солнечный свет. Тени, что окружали черного пони исчезли, а в следующий момент, откуда ни возьмись, появился свет. Это был Темный – он создал по всему залу несколько небольших источников света – небольшие, достаточно яркие, похожие на огненные, шарики появились по всем углам зала, под потолком, над полом летало несколько. В какой-то момент, комната наполнилась не только светом, но и тенями. В частности, тень самой Луны стала достаточно большой, чтобы растянуться на несколько метров по близлежащей стене, а из-за нескольких источников, расположенных в разных местах, теней у принцессы было несколько – какие-то менее, а другие более отчетливые.       – Вот так... – закончил Джек и принял более ровную позу. – Теперь, здесь достаточно ярко, чтобы везде появились наши прислужники. Осталось лишь вдохнуть в них жизнь и подчинить. Но помни, Луна, – тени останутся с тобой навсегда. Неправильно подчинишь хоть одно из своих созданий, и оно будет докучать тебе постоянно. И под докучать, я имею в виду пытаться оторваться.       – От-оторваться? – озадаченно и несколько испуганно спросила принцесса.       – Невозможный, но крайне докучающий процесс. Обретение тенью своего я – не самое приятное событие. Но не бери в голову. Заниматься этим мы будем медленно и поэтапно.       – Ладно... И... И что нужно делать?       – Для начала, тебе нужно вообразить, что конкретно ты хочешь сделать. Какой-нибудь образ... Внешний вид этого образа совершенно не важен – главное, чтобы тебе нравился. Отчасти, это будет напоминать наши тренировки с ощущениями – тебе нужно будет сосредоточиться на том образе, который ты хочешь явить посредством тени.       – Отчего-то, мне это напоминает то, что я читала в книгах о психологии, – закрывая глаза, сказала Луна.       – И что же? – спросил Джек.       – Достаточно новомодное и, пока что, только теоретическое явление. Тульпа, кажется. Оживший мысленный образ – что-то вроде галлюцинации, которую ты создаешь сам.       – Хм... Отчасти, да, эти явления схожи. Только вот от мысленного образа нет никакого толка.       – Иронично слышать подобное от того, кто может создавать живые тени, подчиненных себе призраков и так далее.       – Мир полон сюрпризов, – ухмыльнулся Джек и прикрыл рот Луны копытом. – А теперь, цыц, и продолжай представлять. Постарайся вообразить все до мельчайших деталей. Я дам тебе какое-то время, а потом ты опишешь его. Со ВСЕМИ подробностями.       Луна попыталась спросить, зачем ее образу столько деталей для того, что потом будет лишь черной тенью, но массивное копыто перекрыло ей эту возможность, потому, ей не оставалось ничего, кроме как начать воображать. Она толком не знала, что хочет видеть от такого создания. Наверное... Наверное, он должен быть сильным... Да, сильным! Стало быть, соответствующее сложение тела. Шустрым и ловким – стало быть, не слишком массивным. Тут Луна внутренне усмехнулась – сильная, гибкая и шустрая тень... Как будто она создает ни сверхсильного миньона, который будет следовать за ней в тенях, а реального пони, который должен был появиться прямо перед ней. Хм, а стоит ли делать ему шерсть? Вряд ли тени будет холодно... Но мельчайшие детали... Что ж, пусть будет и шерсть – пожалуй, это будет черный, как сам мрак, цвет. Грива ему вряд ли нужна – лишняя деталь... А вот копыта могут стать не самой полезной частью – куда практичнее были бы когти, как те, что она создавала несколько дней назад. Длинные, достаточно крупные и, разумеется, оканчивающиеся когтями. Глаза... Пусть будут самые простые – белые: и зрачок, и радужка, но это не будет символом слепоты. Напротив, ему нужно острое зрение, как и любому идеальному хищнику. Хищнику... Луна вновь усмехнулась. Почему ей захотелось сделать именно хищника? Всеядное существо было бы куда более вариативным в плане выживания.       – Ну как? – донесся до ее ушей голос черного пони, после чего он опустил копыто, что затыкало принцессу. – Необычное чувство, когда воображаешь какое-то существо, верно?       – Угу... – Луна слегка нахмурилась. Она вновь ощутила внутри себя шевеление своей темной сути. – М-м-м... Как-то жутко...       – Что именно?       – Какое-то... Как давление на голову. Вроде бы, ничего не происходит, но я ощущаю это.       – Хорошо, значит все идет так, как надо. Главное, не позволь этому ощущению раздавить тебя.       – Я постараюсь, но... О боги, оно начинает давить сильнее.       – Стой... – произнес Джек, видя то, что что бы ни происходило, оно сказывалось на теле аликорна.       – Что... Что со мной происходит?       – Все происходит так, как надо. Просто, продолжай держаться. И продолжай держать в голове мысленный образ.       – И долго? – спросила Луна одно, хотя в голове были совсем иные вопросы. Образ, который она составила в своей голове все норовил расплыться, но каким-то чудом ей удавалось удерживать его более-менее четким. В уши ударил странный шепот, раздавшийся, как казалось, со всех сторон.       Как вдруг, все прекратилось. Стих шепот, прекратилось странное давление на голову, а представленный образ ею образ вспыхнул перед глазами с тройной мощностью, и от этого принцесса не смогла удержать свои глаза закрытыми. Однако, когда она открыла их, перед взглядом не предстал прежний знакомый вид комнаты. Была лишь темнота... Какое-то время, после чего, подобно щупальцам, тьма расползлась, возвращая принцессе нормальное зрение. А вместе с тем на нее навалилась невероятная по силе усталость. Что бы сейчас ни произошло с ней, оно оказалось очень изматывающим и не факт, что успешным.       – Редко, когда можно увидеть, как кто-то смертный не ломается под таким давлением, – послышался голос Джека, после чего на плечо принцессы легло его копыто. – Как ощущения?       – Тяжелые... – выдохнула Луна. – Очень тяжелые... На сегодня, пожалуй, хватит таких шуток.       – Дело твое, но начало положено. По крайней мере, если ты запомнила образ.       – Забудешь такое... А что... Что вообще произошло?       – Первый этап формирования твоего собственного контроля над тенями – создание непосредственного посредничества между тобой и этой силой. Тот образ, что ты создала в своем разуме, станет тем самым посредником.       – Знаешь... – слегка распрямившись, сказала Луна. – Почему-то... Почему-то твои слова о живых тенях и так далее, звучат, как чушь.       – И почему же? – как-то странно улыбнувшись, сказал Джек.       – Даже не знаю... Наверное, потому, что они и есть чушь. – принцесса подняла свой взгляд на ухмыляющегося черного пони. – Как я догадалась? Ты двенадцать часов мучил меня и Селестию обучением распознавания лжи. Двенадцать часов без передыху.       – И судя по тому, что ты распознала в моих словах ложь только какое-то время спустя, обучение эффективно не полностью, и это еще придется тренировать. Скажем, еще часов двенадцать.       – Иди ты... – прохрипела аликорн. – Не думаю, что я или сестра выдержим еще один такой урок.       – Тем не менее, вам нужно будет повторить этот момент, но... Не сейчас...       – Тогда что... Что, во имя великих богов, ты пытался сделать со мной все это время? Просто шутки ради поиздеваться решил?       – Вообще, нет... Создавать миньонов из тени просто – тут даже думать не надо, ведь это дело техники, и сегодня я обучу тебя этому. Но, параллельно с этим, я слегка подтолкнул тебя к контролю над созданием. Ведь ни мне, ни тебе не нужно, чтобы родилось что-то похожее на ту тварь. Отчасти, я говорил тебе правду – создание четкого образа является первым шагом к контролю над такой способностью. Теперь, если в тебе что-то вновь возникнет, то оно, хотя бы, будет иметь четкий образ.       – Успокоил... – саркастично ответила Луна, а потом тихо усмехнулась. – Учитывая то, какое чудо-юдо я собрала в своей голове...       – Не волнуйся – думаю, в наших последующих уроках по контролю над этой способностью, тебе удастся создать то, что ты выдумала.       – А... То есть, ты решил не посвящать меня во все тонкости сейчас?       – Нет. Сегодня, я хотел дать тебе только базовое осознание того, что есть созидание. Это именно то, чего Селестия не должна была видеть – учитывая то, что ты смогла создать жизнь, пусть и паразита, твое тело обладает огромным запасом мощи. Возможно, даже большим, чем у Селестии. И такую мощь нужно уметь контролировать, дабы не произошло чего-то неожиданного.       – А... А Тия? Она же тоже сильна.       – Но ты сильнее, – ответил Джек. – Тьма – первородный одэрианский элемент, и он обладает всем спектром сил, кроме Света. А поскольку ты произошла от меня, как от хранителя этого элемента, я могу только предполагать, какой силой ты обладаешь. К тому же, ты – принцесса. Защитница своей страны и народа. Потому, я могу быть излишне требовательным именно к тебе.       – Я... Я поняла... И знаю, что у меня есть долг перед пони, как принцессы и как той, кто хочет искупить свои ошибки.       – Хорошо... Радует, что ты помнишь об этом. А теперь, когда мы со всем разобрались, можем перейти к теням. До того, как я начал говорить ерунду о том, что тени могут ожить и так далее, что их нужно наделить жизнью и делать это аккуратно, я говорил правду об их назначении – прислужники, порталы и прочее. Тени – это продолжение нас самих – наш собственный образ, который оседает на поверхностях, однако не является бесполезным, как может показаться на первый взгляд. Дабы управлять тенями, тебе нужно научиться мысленно разделять себя и продолжить его в виде тени. Это, если ты хочешь создать отдельную форму и использовать ее, как прислужника. И так можно делать десятки раз, сотни, однако, чем больше таких образов будет, тем сложнее окажется их поддержание. Все же, ты смертная наполовину и некоторые ограничения твоей... физической формы... могут препятствовать полноценному контролю над большим количеством теней. Но не будем сразу говорить о плохом.       – Салдавейрон, погоди... – прервала его принцесса.       – Да, что такое?       – У меня тут возник один вопрос.       – Валяй. Всегда хорошо, когда есть вопросы, касающиеся темы.       – Помнишь, я говорила тебе, что иногда разговаривала с Найтмер Мун? Ты тогда еще спросил меня, говорила ли я с ней во сне или наяву...       – Ну...       – Могла ли я... Могла ли я подсознательно создать ее, как теневой образ, а потом просто общаться с ней за двоих?       – Опять же, вопрос в том, говорила ли ты с ней наяву или во сне? Видела ли ты ее воочию или она была просто темным силуэтом?       – Темным силуэтом. – ответила Луна. – Но... Но я всегда словно просыпалась, когда наша беседа заканчивается. Она может длиться какие-то минуты, а здесь проходят часы.       – Хм... Не могу сказать, Луна. Возможно, ты засыпала, видела сон, а потом переносила его в реальность, посредством тени и видела кошмар наяву – назовем это так. Но, если, как ты говоришь, ты уже создавала теневого двойника, попробуй повторить это. Если у тебя получится, значит, ты большая молодец, и на этом мы закончим на сегодня, а продолжим завтра поутру. Итак, - Джек отошел на несколько шагов в сторону, - начинай.       – Но... Я толком не поняла, как сделала это...       – Ты помнишь, что чувствовала в те моменты, когда начинала говорить с Найтмер Мун?       – Ну... – задумчиво произнесла принцесса. – Я... Я была расстроена, разозлена, раздосадована. И именно тогда мне удавалось поговорить с ней. Но раз она – это я, получается, я говорила сама с собой.       – Хм... Значит, ты испытывала злость, когда тебе удавалось, как ты говоришь, создать свой теневой образ... Интересное это чувство – ярость. Такое жгучее, разрушительное, но при этом созидательное. Хм... Что ж, раз уж что мной, что тобой движет именно ярость, тебе нужно научиться имитировать это чувство в себе, дабы раскрывать свои силы на полную. Только лишь имитировать – я не очень хочу, чтобы ты постоянно злилась, когда хочешь применить способность сильнее, чем создание оружия.       – Мне и самой не очень это нужно, – ответила Луна. – И... И что мне нужно будет сделать?       – Для начала, сосредоточиться. Я знаю, что уже говорил тебе это, но все в нас строится на ощущениях. Вот и тебе нужно вспомнить то чувство, которое ты испытывала в те моменты, что были перед твоими разговорами с Найтмер Мун, – Луна вновь прикрыла глаза и начала прокручивать в своей голове все то, что испытывала во время некоторых разговоров. Тот диалог с Авророй и Чеширом, когда они пытались намекнуть ей на то, что происходящее с ней, то другое, что вызывало в ней злость и досаду. И в какой-то момент, она почувствовала это – словно укол в самое сердце. Не слишком приятное чувство, заставляющее ее сердце биться быстрее, а тело напрягаться. Зло... Она вспоминала все то зло, что чувствовала или причиняла кому-то, но не давала ему выйти наружу, хотя прекрасно ощущала, как оно хочет выйти. Направить его, направить в нужное русло, подчинить себе... Не теряй контроль... Не теряй контроль... И вновь шевеление – где-то в районе в груди. Но на сей раз оно было каким-то другим – теплым и мягким, податливым и пластичным, как сырая глина, из которой нужно было вылепить что-то полезное. Воображение вновь начало работать – выстраивать тот образ, который Луна столько раз видела во снах и так ненавидела – теперь, он должен был играть на нее и только на нее.       И вот, она открывает глаза. Вокруг царит достаточно жуткий полумрак. Тени вокруг Джека Салдавейрона все также живы и продолжают двигаться, однако, Луна чувствовала это – их взгляды, обращенные не на нее, а за ее спину, как и взгляд самого черного пони. Они явно что-то увидели. Что-то, что стояло позади нее. И обернувшись, принцесса увидела, что именно это было – ее собственная тень сильно удлинилась и обрела те черты, которые аликорн видела лишь в своих кошмарах. Ее радовало только то, что она не слышала того жуткого голоса, сопровождавшего ее всю ту тысячу лет на луне.       – Отличное начало, – послышался голос Джека. Луна тут же повернулась к нему, лишь в последний момент поняв, что этот момент может полностью разрушить то, что она сделала. Тем не менее, то чувство, что она держала, когда представляла своего фамильяра, осталось неизменным. – Теперь же, для закрепления успеха, тебе нужно отдать ему первый приказ. Скажем, что-нибудь безобидное...       – Мне нужно произносить свой приказ вслух или же просто подумать об этом? – вновь повернувшись к своей тени, спросила Луна. До чего же сложно описать то самое чувство, когда смотришь в глаза собственной темной стороне и понимаешь, что теперь она подчиняется тебе, а не ты ей.       – Достаточно будет только подумать о том, что ты хочешь от своего прислужника. Но дам совет – не целься во что-то мощное на данный момент. Начни с простого.       – Поняла... – ответила принцесса. Она уже знала, что потребует от своего фамильяра, и эта мысль пролетела в ее голове подобно пуле: «Уходи».       И тень подчинилась – вмиг воинственные очертания Найтмер Мун испарились, а образ сжался, вновь приняв более привычные для Луны особенности. В этот момент, принцесса ночи облегченно выдохнула.       – Приказала ей уйти? Что ж, это твой выбор. По крайней мере, мы убедились, что ты порождала Найтмер Мун на подсознательном уровне, когда погружалась в сон.       – Я... Я так спокойно делала это, будучи во сне... – несколько испуганно сказала Луна. – Породила внутри себя целую жизнь без какого-либо замысла... Боги, могущество, принадлежащее богам, находится в копытах простого аликорна...       – Ты – далеко не простое создание, Луна, – ответил Джек и медленно подошел к принцессе. – Что бы я ни говорил о тебе, ты – самое настоящее чудо Алиомейнрейма. – черное копыто легло аликорну на плечо. – А возможно и Хельрейма. И как бы ты ни относилась к себе из-за этой силы, тебе стоит принять всю ее – какое бы зло ты ни совершала ранее.       – Я... Я понимаю это, Салдавейрон. Просто... Мне нужно время.       – Боюсь, что времени у нас как раз-таки нет, – глубоко вздохнув, ответил Джек. – Но сейчас... Сейчас, тебе стоит отдохнуть. Продолжим сегодня вечером. И передай Селестии, чтобы она тоже присутствовала. О создании жизни советую умолчать, так как это может стать причиной возникновения разных вопросов. Уверен, тебе не хочется лишней духоты от нее.       Луна молча кивнула, опустив глаза, а когда подняла их, собираясь что-то сказать черному пони, обнаружила, что его уже не было. Внутренне, принцесса поразилась тому, насколько тихим может быть Темный, однако только на несколько секунд, после чего вспомнила, что ей было сказано. Отдохнуть... О да, этого ночному аликорну хотелось больше всего, потому, она решила не затягивать и отправилась в свою комнату.       Уже в своей комнате, Луна поняла, что уснуть она точно не сможет. Впечатления, полученные от последней тренировки, не собирались покидать ее голову, а потому, она решила несколько попрактиковаться в вызове своего, так сказать, фамильяра. Тень Найтмер Мун появилась даже быстрее, чем предполагала принцесса и теперь безмолвно, и недвижимо стояла напротив аликорна, смотря на нее своими светлыми глазами, не выражающими абсолютно ничего.       – Ты можешь говорить? – не понимая, зачем, спросила Луна у тени. Та никак не отреагировала. Даже не моргнула... – Ну да, конечно, о чем это я... Ты же не живая... Но ты же можешь слушать меня. Подай мне стакан воды, раз уж стоишь рядом со столиком.       Тень, услышав приказ, начала двигаться в сторону предмета мебели, названного принцессой. Двигалось оно плавно и бесшумно, а когда фамильяр протянул свое копыто к графину, Луна, про себя, улыбнулась – тень ведь не могла взять физический предмет. Но она и не собиралась и подхватила своим копытом не сам графин, а его теневой образ. К удивлению аликорна, хрустальный сосуд, наполненный водой, поднялся в воздух синхронно своей тени, после чего наклонился в сторону стоящего рядом стакана, и вода, с тихим журчанием, потекла в нужный сосуд. Через некоторое время, тень отставила графин в сторону, точно так же подняла стакан и проплыла по стенам до постели Луны, после чего протянула его ей. Слегка ошарашенная и завороженная пластикой своего потустороннего прислужника, принцесса подтянула стакан с помощью магии и сделала несколько глотков, все так же не спуская глаз с тени. Внутри, она почувствовала то странное ощущение, которое испытала в первый раз, когда призвала тень. Вот она – Луна, а вот оно – теневой двойник Найтмер Мун, смотрящий на нее своими пустыми глазами, в который аликорн не улавливала никаких признаков того существа, из-за которого оказалась на луне. Одна... В темноте, тишине, страхе... И смотря на нее, Луна, отчего-то чувствовала странную радость. Это было не то чувство, из-за которого хотелось улыбаться и смеяться, испытывая нечто приятное и теплое. О нет, то, что испытывала принцесса, было крайне холодным, злобным, отчасти истеричным удовлетворением, которое было сложно контролировать и еще сложнее не желать испытывать. Смотря на эту тень, Луна не заметила, как по ее щекам начали течь слезы. Теперь, когда она была одна, в полумраке своей комнаты, ей не хотелось скрывать то, что пришлось удержать при Джеке. Хотелось кричать, крушить все, что попадется под руку, но больше всего атаковать тень. Мозгом, Луна понимала, что тень ни в чем не виновата, и что Найтмер Мун – она сама, только больше смахивающая на Салдавейрона, но вот сердце ее отказывалось принять это, и принцесса решила поддаться зову сердца. Нет, она не стала громить собственную комнату, как хотела сделать это ранее. Вместо этого, ночной аликорн медленно поднялась на ноги и, полубессознательно, создала когти на передних копытах, после чего подошла к тени, смерила ее наполненным слезами взглядом, упала на колени, прислонившись к стене, на которой находилась тень, головой и когтями и начала медленно водить острыми изделиями сверху вниз. И так по нескольку раз...       После нескольких минут такого, достаточно странного и жуткого, ритуала, Луна ничуть не угомонилась. Напротив, ее злость росла. Злость на Найтмер Мун за то, что стала причиной ее разлада с Селестией, и тому, что она оказалась на луне... Злость на саму Селестию, потому что она не нашла иного способа освободить ее от этого темного проклятия, и что решилась отправить ее в столь несправедливое и долгое изгнание, получая все лавры от всей этой ситуации – принцесса ведь была одна. Но сильнее всего, Луна злилась на Джека Салдавейрона. Черный пони был силен, богоподобен, но при этом всем не использовал свою силу на все сто процентов, предпочитая полагаться на прочие вещи и закрываться сказками о том, что он не хочет разрушать мир этой самой силой. Возможно, в глубине себя, принцесса могла понять его – все же, теперь, она обладала схожими способностями, а потому куда лучше осознавала последствия использования такого могущества. Но в большей степени ей было обидно от того, что Джек показывал свою силу лишь тогда, когда хотел, и зачастую то были совершенно неподходящие моменты. И это сильно бесило аликорна – такая непосредственность и несерьезное – или же наоборот, сверхсерьезное – отношение черного пони к ситуации. Пожалуй, это было самым раздражающим... Эти мысли начали прокручиваться в голове Луны подобно разогнанной карусели, разгоняя все сильнее и сильнее ее негодование, и в какой-то момент оно достигло своего апогея. Злость смешалась с ощущением беспомощности от того, что она ничего не сможет сделать, чтобы убедить Джека атаковать прямо сейчас, и от этого принцесса, в сердцах размахнулась массивными кулаками и хотела было ударить ими по стене, – удар точно вышел бы мощным, так как Луна, в последний момент, ощутила, как крепчает ее тело – но только ее копыта коснулись каменной поверхности, на которой все еще находилась тень Найтмер Мун, принцесса не почувствовала стены и под влиянием инерции провалилась куда-то в темноту.       Здесь было странно... Луна пришла в себя буквально в тот же момент, когда ощутила, что парит. Она не использовала свои крылья, что только усиливало удивление, а ее тело просто висело в этом странном и жутком месте. Глаза Ее отлично видели все, что находилось вокруг – темное, затянутое чем-то вроде густого тумана серого цвета, пространство, но вот что было странно – это была ее комната. Все то же помещение, даже мебель та же, да только что-то здесь было не то. И что именно, Луна поняла сразу: во-первых, все в этой комнате было обставлено несколько иначе. Вроде бы, все было на своих местах, да только... Стояло оно как-то странно... Будто бы вся комната сменила стороны – правое стало левым, а левое правым. Но вещи, тем не менее, находились на своих местах. И все, абсолютно все, было серым в самых разных оттенках. Какое-то время, Луна продолжала висеть в воздухе, после чего вытянула свои копыта и оказалась на земле. Когти как-то сами исчезли, как и злобный настрой принцессы. Напротив, появилось любопытство к той ситуации, в которой она оказалась. Все в этом новом месте казалось ей интересным. Даже тот самый графин с водой, который стоял на столике излучал что-то странное. И ткнув его копытом, Луна, видимо, немного не рассчитала силы и опрокинула его. Вот тут аликорн замерла. Графин упал со столика, однако, не так, как это случилось бы в обычном мире. За хрустальным сосудом тянулся дымчатый след, который рассыпался вместе с осколками. Какое-то время «дым» продолжал отрываться от осколков, но потом он рассеялся. Зачарованная столь необычным явлением, Луна ткнула один из осколков. И вновь тот затянулся чем-то, что напоминало дым, но только осколок прекратил свое движение, прекратил свое пребывание и сам дым. Не успела принцесса что-то предпринять, как в комнату ворвался один из стражников. Фестрал – один из тех, что принадлежал к ее войскам. Точнее, это была она. Луна хорошо знала ее. Солдата звали Сильвер Стрим, и она была одной из тех, кто принял Луну после ее возвращения наиболее мягко и благоприятно, за что принцесса была весьма признательна. Можно было даже сказать, что они своеобразно сдружились за это время. Фестрал была готова положить свою жизнь за принцессу, и последняя была готова отплатить ей тем же. И Сильвер двигалась точно так же, как и упавший графин – оставляя за собой похожий на дым след.       – Принцесса Луна? – несколько озадаченно сказала она и осмотрелась. Голос пони звучал так, будто она находилась в металлической бочке, за ее головой тянулся все тот же след, из-за чего, когда она поворачивалась, все выглядело так, будто она находится за завесой дыма. – Все хорошо? Я услышала шум и...       Пока она говорила, то подходила к принцессе. Исходя из того, что она говорила, Луна сделала вывод, что Сильвер Стрим, как минимум, ее не видит. Но что стало для аликорна куда большим сюрпризом, так это тот факт, что стражница прошла сквозь нее, когда заметила разбитый графин. Это обескуражило Луну, заставило закричать, однако, ее совершенно не удивило то, что даже крика ее не было слышно. Сильвер лишь молча осмотрела графин, потом, явно нахмурившись, сделала то же самое, только в отношении всей комнаты и, не получив никакого подтверждения своего спокойствия, попыталась еще раз дозваться до принцессы.       – Принцесса Луна? – чуть громче позвала фестрал. – Ваше высочество, я бы вас не беспокоила, если бы не...       Однако, ответа все также не было. Кобылку это сильно начало напрягать, как и то, что она ничего не могла сделать. Или все же могла, потому как озарение отразилось у нее на лице, после чего она рванула прочь из комнаты. Смотря на это, Луна понимала, что ей стоит что-то предпринять, дабы остановить подчиненную, но любопытство снова взяло верх, потому, принцесса решила продолжить изучение того места, где находилась. Кроме того, выбраться она бы все равно не смогла.       Выйдя из своей комнаты, Луна убедилась, что даже в потустороннем мире может быть светло. Но, одновременно, темно... Вся округа была черно-белой, причем, преобладал именно белый из-за того, что в окна бил необычайно мощный здесь солнечный свет. Коридоры все еще оставались пустующими – лишь изредка кто-то пробегал мимо принцессы, все также не обращая на нее никакого внимания и иногда пробегая сквозь нее. И чем дольше она продолжала пребывать в этом странном месте, тем сильнее становилось чувство вседозволенности. Однако, Луне удалось держать все свои порывы при себе – все же ей было достаточно лет, потому, она подходила к вопросу с научной точки зрения. Это место было точной копией привычного ей. Разве же так могло быть? Зеркальное измерение? Другая вселенная, в которой все текло так же, как и в оригинале? Откровенно говоря, Луна бы уже ничему не удивилась. И вот, изрядно прогулявшись, аликорн заметила, что дошла до комнаты, которой была лаборатория Джека. Оттуда, она услышала голоса – Сильвер Стрим и самого Джека. Первая была явно встревожена внезапным исчезновением своей покровительницы, а черный пони – судя по голосу, звучавший чудовищно уставшим от ее паники – пытался убедить ее, что все в порядке. А войдя внутрь, она лишь увидела подтверждение своим словам – взбудораженную Сильвер Стрим и практически спящего Джека. Что удивило ее с порога, так это различия между кобылкой и Темным, ведь, в отличие от первой, Элементаль не оставлял за собой дымчатые образы, и голос его был точно таким же, как и раньше. Сильвер, видимо понимая, что от Джека ей ничего не добиться, резко развернулась и с выражением неимоверного негодования на лице вышла из комнаты. Как только она скрылась, черный пони заговорил на языке Древнейших, после чего развернулся и тоже покинул комнату, направившись, как поняла принцесса, в сторону ее комнаты, правда, уже спустя минуту, он вернулся, продолжая что-то бормотать себе под нос. И в этот момент, Луна точно поняла, что момент, когда ей показалось, будто она поняла его слова, оказался не просто случайностью, ибо сейчас она тоже разобрала среди рычания, шипения и прочих прелестей не менее лестные ругательства в сторону солдата лунной стражи, что не понравилось уже принцессе, потому она решила использовать все преимущества этого мира, чтобы хоть как-то отплатить Темному за не слишком уважительное отношение к своей подопечной. Но не успела она просто войти, как отчетливо почувствовала на себе чей-то взгляд. И, повернув голову к предполагаемому источнику, обнаружила, что Джек уже не просто сидит на своем месте, а стоит в сантиметре от нее, смотря прямо ей в глаза достаточно странным взглядом. Его огненно-оранжевые глаза, так чудно выглядящие на фоне черно-белого мира, выражали крайнюю степень осуждения, но в равной степени и уважения. И аликорну казалось, что смотрит он именно на нее, а не куда-то мимо.       – Теневое измерение, значит... – тихо произнес Джек, приподняв одну бровь. Луна ошарашенно уставилась на него, не зная, что и сказать. – И не делай такое лицо, микропринцесса. Тебя это не красит.       – Ты... Ты меня видишь?       – И даже слышу, – ухмыльнулся черный пони и повернулся к своему столу. – И то, что я вижу и слышу, меня не слабо так удивляет. Попасть в теневое измерение – это же умудриться надо. Хотя, уверен, что ты оказалась там случайно.       – Т-теневое измерение? – переспросила Луна. – О ч-чем ты говоришь?       – Теневое измерение – это то, чему я собирался тебя обучать немного позже. Как ты понимаешь, это полу-измерение является чем-то вроде зазеркалья – все то же самое, что и в оригинальном мире, только повернуто в другую сторону. Здесь, как можно искажать пространство оригинального мира, так и быть наблюдателем, ведь ты становишься невидимой для остальных. Теневое измерение – это то же самое, что и простое, только вот созданное с помощью тени. Иными словами, тебе удалось создать портал в какой бы то ни было тени, после чего просочилась туда. Это пространство отличается от классики измененными декорациями и некоторыми свойствами, что свойственны для теней. Но, тем не менее, для всех вокруг тебя, ты стала призраком. И это, кстати, объясняет, почему я видел тебя, а малышка-подчиненная нет.       – Это... Это можно как-то исправить? – задала Луна самый очевидный вопрос – все же, оставаться в этом... зазеркалье она не хотела.       – Можно, но для этого тебе нужно найти созданный тобой портал, после чего пройти через него и вуаля – ты дома.       – Хорошо, но... Где мне искать этот портал? Это же может быть что угодно...       – Ты спрашиваешь об этом МЕНЯ? Я создал портал или ТЫ?       – Я... Я... Но я не... – и тут до Луны дошло, что может быть порталом – тень Найтмер Мун, которую она призвала в своей комнате. Одно было непонятно – осталась ли тень на стене или же нет.       – Кажется, моя помощь тебе совершенно не нужна. – ответил Джек, услышав паузу. – Что ж, иди и возвращайся сюда. Теневое измерение – не то место, куда надо ходить без привычки.       – Почему же? – спросила принцесса. – Я уже здесь, а это говорит о...       – О том, что ты попала сюда случайно, ибо до этого момента даже не знала о таком пространстве. А почему без подготовки? Все из-за чувства вседозволенности.       – Да, да, только я уже не дитя, чтобы соблазниться такой возможностью, – круто развернувшись, сказала Луна и пошла прочь из лаборатории, услышав, как ей в спину прилетело: «Не дитя, а за тобой приходила нянька».       Аликорн не стала останавливаться, возвращаться и продолжать ругаться с Джеком далее. По крайней мере, сейчас. На данный момент, ее больше интересовало то, что она услышала. Теневое измерение. Что же это получается, она попала в параллельный мир, который тесно переплетен с оригиналом, и черный пони молчал об этом? Да и... Она толком не узнала, что из себя представляет это место. Только то, что оно было таким, каким было. Возможно, стоило бы выйти отсюда и расспросить Джека о том, что с ней произошло. Да, пожалуй, так и стоит сделать. Однако, чем дальше шла Луна, тем больше вопросов появлялось в ее голове. А насколько большое это теневое измерение? Сможет ли оно достать до Кристальной Империи, а если и да, смогут ли демоны почувствовать ее присутствие? Это измерение – идеальное место для шпионажа, так почему бы не воспользоваться им по назначению? Но, смогут ли демоны не только уловить ее, но еще и протиснуться сюда, дабы найти ее и уничтожить? Обычные – вряд ли. Луна сомневалась, что даже пресловутые генералы Люцифера вряд ли смогут, – все же способность принадлежала только элементу Тьмы – а про самого Падшего принцесса сказать не могла. Она толком не видела его в тот раз, но уже тогда почувствовала, как над этим местом полыхает аура невероятной мощи. Но это было тогда, а чем он являлся сейчас...       От этих мыслей Луну отвлекла такая знакомая ей тень. Да, это было именно то место, с которого началось ее мини-путешествие по теневому зазеркалью. По правде сказать, аликорн думала, что тень исчезнет, чуть только она оказалась здесь, но темная фигура Найтмер Мун терпеливо дожидалась ту, кто вызвала ее. Приложив копыто к стене, прямо на тень, Луна ощутила, как ее конечность проходит сквозь темную поверхность и выходит где-то с другой стороны. Немного поколебавшись, принцесса глубоко вздохнула и одним прыжком нырнула в тень.       Когда же она открыла глаза, то обнаружила себя в собственной комнате, только нормальной, а не черно-белой. Все было точно таким же, как и тогда, когда она ушла. Надо же, Луна не пробыла и часа в зазеркалье, но чувствовала, что была там достаточно долго. И тут она услышала шаги за дверью своей комнаты и характерное для Сильвер Стрим пыхтение. Видимо, стражница решила покараулить в надежде найти принцессу. Аликорн хотела было скрыть тень позади себя, – сами слова пришли ей в голову настолько стремительно, что до нее даже не дошло, на каком языке она собиралась начать говорить – однако не успела, так как в комнату тут же вошла бэт-пони серого цвета с фиолетовой гривой и в куда более темной, практически черной, фиолетовой броне. В ее желтых глазах появилось облегчение.       – Принцесса Луна, слава богам, я вас нашла, – восторженно произнесла Сильвер Стрим и низко поклонилась аликорну. – Прошу прощения, если потревожила вас, но я услышала шум из вашей комнаты, а когда вошла, то вас не было, и ваш графин был на полу. Разбитый. Не переживайте, осколки я убрала и прошу прощения, что вторглась в ваши покои без разрешения.       – Ничего страшного, можешь не переживать, – как-то неловко улыбнулась Луна, когда кобылка выпрямилась. – Кроме того, учитывая всю нашу ситуацию и некоторую смену головы – да и ты всегда была предана мне, несмотря ни на что – думаю, можно перейти некоторые грани. Тем более, ты беспокоилась о моем состоянии, за что я очень благодарна.       – Что вы, что вы, ваше высочество... – смущенно произнесла Сильвер и несколько раз хихикнула. – Это мой долг – служить вам.       – Понимаю, – ответила Луна и подошла ближе к пони. – Тем не менее, за твою преданность, тебе полагаются определенные привилегии.       – П-привилегии? – переспросила Сильвер, хотя внутри себя радовалась так, как никогда ранее.       – Угу... – ответила принцесса. – Так что, можем несколько опустить этические нормы и... Поговорить, как две обычные пони.       – Что вы, что вы! – воскликнула фестрал. – Да как же я могу... Вы – принцесса, а я просто солдат и...       – Тут ты права, я – принцесса. И как принцесса, можно сказать, приказываю опустить этикет между мной и тобой. Пусть это будет твоей наградой за верность.       – Но... Но... – пони не знала, что ей ответить.       – Понимаю, для тебя это шок, однако, я рада, что среди моих подданных есть те, кого я могу удостоить такой награды.       – Это... Это так неожиданно, принцесса.       – Прошу, можно просто Луна. – улыбнулась аликорн, из-за чего заслужила не менее шокированный взгляд со стороны бэт-пони.       Однако, это семя уже было посажено, потому, после небольшого разговора, который разительно отличался от разговоров между принцессой и подчиненным, больше напоминая теперь разговор хороших знакомых. Конечно, у Сильвер иногда проскакивали, больше по старой привычке, те манеры, которые ей прочно вбивали с детства, на что она неловко смеялась и постоянно извинялась. Принцесса же реагировала на такое спокойно, потому, атмосфера в комнате Луны перестала быть напряженной.       – И все же, - сказала Сильвер, осмелев чуть сильнее, - где вы... ты была? Учитывая то, что я и так шла доложить тебе о том, что тренировка закончена, мы бы пересеклись. Но я не видела ни тебя, ни чего-то еще. А потом и этот графин... Он упал практически у меня на глазах, хотя я точно видела, что он стоял посреди стола. То есть, упасть он не мог никак. Сам, по крайней мере. – тут она заметила, что Луна посмеивается. – Почему ты смеешься?       – Извини, Сильвер. – ответила Луна, подавляя смешки. – Но разбитый графин, это моя вина.       Бэт-пони недоверчиво посмотрела на принцессу.       – И как же? Тебя не было в комнате, когда я увидела это...       – Вообще-то, была. – улыбнулась аликорн и поднялась на копыта, после чего пошла в сторону тени Найтмер Мун, которая так и не исчезла за все это время. Сильвер Стрим совершенно не видела ее, так как фамильяр находился в достаточно темном месте, но когда увидела, попыталась спросить у принцессы, почему тень имеет именно такую форму, и что вообще здесь происходит. В голове появилось очень нехорошее подозрение, что Луна вновь начала сходить с ума, превращаясь в свою темную версию, однако, принцессе, вроде как, удалось остудить пыл своей подчиненной. Разговор, понемногу, начал остывать, а Сильвер уже более охотно слушала Луну. Рассказ принцессы о том, что она и Джек Салдавейрон одной крови, вызвал волну скептицизма со стороны кобылки, однако демонстрация схожих с силой черного пони способностей, только от самой принцессы, убедили фестрала, что, по крайней мере, в одно она была готова поверить. Но только в одно – то, как ее покровительница смогла стать невидимой, и почему решила так глупо и некрасиво разыграть ее – она все еще не верила до конца. Учитывая то, что она слышала непосредственно о Темном из мимолетных разговоров между солдатами как до, так и во время противостояния с демонами, факты разнились. И если уж Луна обладала схожими силами, значит, она могла развеять все мифы. И аликорн решила утолить эту жажду знаний Сильвер, указав ей на тень, а потом, под ошарашенный взгляд пони, пройдя сквозь нее, будто стены вовсе не было. И не успела бэт-пони удивиться, как из тени показалась голова принцессы Луны, сильно испугав первую. После небольшой словесной перепалки, принцесса сказала, чтобы Сильвер заходила в тень. Стражнице это сильно не нравилось, однако, отказать она тоже не могла – как бы они не общались в последний час, Луна все еще оставалась для Сильвер принцессой, потому, колеблясь, уткнулась носом в тень и почувствовала, как лицо начало проходить сквозь темную поверхность, а потом она и вовсе полностью провалилась внутрь, оказавшись в теневом зазеркалье.

[Граница королевства горных грифонов... В это время]

      Горные грифоны... Истинные и коренные обитатели гор северо-восточной части континента, на котором находилась Эквестрия. И крайне гордые существа... Настолько, что когда-то очень давно отгородились от всех и вся в своей горной цепи и не желали выходить на контакты с кем бы то ни было. И свою позицию они поддерживали крайне долго. По крайней мере до тех пор, пока на их земле не появились эти странные и жуткие существа. Они были другими – совершенно не такими, каких можно было увидеть в Эквестрии и за ее пределами. Почему-то, когда разведчики впервые заметили этих тварей, им сразу стало понятно, что они не принадлежат этой земле. Длинные, худые, желтоватого цвета, с когтями, что говорило о их хищнической природе. Однако, они оказались не самыми странными. Куда страннее был тот, что возвышался над ними – это было отлично заметно по тому, как они реагировали на него. С виду, он напоминал пони, только вот шкура его была очень темного красного оттенка, можно даже сказать темно-бордового. Грива его была длинной, жидкие черные волосы спускались на его лицо, закрывая достаточно неприятные черты этого чужака. И самой бросающейся его чертой были четыре огромные, покрытые гибким хитиновым покрытием, похожие на паучьи или ракообразные, конечности. Оканчивались они достаточно крупными костяными шипами. Сами конечности были сложены к него на спине. Все эти существа во главе с этим пони что-то явно искали. Это было видно по тому, как именно рассредоточились странные существа. Еще тогда грифоны старались следить за ними достаточно осторожно, однако, их рассекретили, разбили, но вот в плен взять удалось только одного – достаточно высокопоставленного грифона – руководителя этой разведывательной операцией. Дальнейшая его судьба осталась неизвестной. В дальнейшем не было найдено ни следа от пойманного – ни останков, ни даже капель крови. Доложившие об этом своему королю – грифону уже далеко немолодого возраста по имени Скайкуилл – были достаточно напуганы тем зрелищем, которое наблюдали все это время.       – Сколько их было? – спросил Скайкуилл своим скрипучим, металлическим, но очень грозным голосом.       – Около десяти, Ваше Величество. Включая того, красного.       – Значит, Селестия решила разведывать иные территории... – задумчиво произнес грифон, постукивая орлиным когтем себе по краю клюва. – Будто бы ей мало своих.       Дискуссия о том, что произошло, не затянулась надолго – король достаточно быстро прогнал всех своих слуг, оставшись в тронном зале в гордом одиночестве, размышляя о том, что можно ожидать далее от этих разведчиков.       Однако, прошло не так уж много времени, как о странных посетителях забыли. Они здесь более не появлялись, так что перестали быть проблемой. Но потом странности начались вновь. Стартом этой ситуации стал гонец, ворвавшийся в тронный зал и, опустив все нормы этикета, доложил королю о том, что на их территории находится их старый, так сказать, знакомый. Однако, теперь, он был один – ни тех тварей, что сопровождали его, ни кого-то еще. Заинтересованный таким внезапным и неожиданным появлением и требованием, Скайкуилл приказал впустить его. Уже через десять минут, под контролем стражи, в тронный зал вошел странный гость. Все тот же красный пони с неприятной гривой, лицом и клыкастой улыбкой, что сразу произвело впечатление. Было лишь одно отличие – в этот раз он был облачен в темную, похожую на мешковину, ткань с капюшоном, закрывающем лицо. Оказавшись в помещении, пришедший снял свой капюшон и начал медленно осматривать убранства замка. В принципе, этакий скандинавский стиль не слишком сильно впечатлил пришедшего, однако, сказал достаточно о хозяевах этого места.       – Вновь я вижу того, о ком докладывала моя разведка, – произнес Скайкуилл, не спуская глаз со своего гостя. – И что же, на милость, шпион Селестии забыл на земле горных грифонов?       Красный медленно повернул голову в сторону короля грифонов и очень недобро улыбнулся, нагнав жути абсолютно на всех.       – Есть несколько причин, достопочтимый король, – намеренно учтивым тоном, который не услышал бы только идиот, произнес гость и огляделся по сторонам. – Настаивать на аудиенции, учитывая произошедшее в прошлом, не стану, так как мы вам задолжали одну жизнь. По нашей вине был убит один из представителей вашего вида.       – Значит, Селестия прислала тебя молить о прощении за жизнь командующего разведывательной операцией? – насмешливо произнес Скайкуилл. – Можешь передать своей принцессе, что кровавый долг можно смыть только кровью. И раз уж ты здесь, я думаю, мы можем забрать этот долг.       – Боюсь, мой король не позволит мне погибнуть просто так.       Эта фраза несколько озадачила всех присутствующих, поскольку каждый грифон был уверен, что Эквестрией управляет именно принцесса. А с недавнего времени, две принцессы.       – Король? – переспросил Скайкуилл. В его голове появилось одно не очень хорошее предположение. – Стало быть, Эквестрия покорена Сомброй. Или, быть может, королем Штормом?       – Незнакомые мне имена, – ответил пони. – Точно также ошибочно мнение о том, что вся Эквестрия подчинена Королю Демонов, хотя мы с вами, по сути, близкие соседи.       Скайкуилл озадаченно посмотрел на него.       – Король Демонов? – переспросил он. – Кто это? Впервые слы... – тут он на секунду остановился. В голову пришло воспоминание о письме от принцессы Эквестрии о том, что на эти земли просочились существа, куда страшнее, чем те, что они только могли представить, и что руководит ими существо по имени Люцифер. Почему-то это имя сразу бросилось Скайкуиллу в глаза, и он запомнил его. И судя по тому, что перед ним стоял пони, страшный, как черт, возможно ли было, что он сам был этим чертом.       – Кто ты такой? – с подозрением в голосе спросил Скайкуилл.       Гость вальяжно, пусть и местами небрежно, поклонился.       – Асмодей – один из четырех генералов армии Ада, бывший член демонической семьи Гоэтии и один из наиболее приближенных демонов к своему королю Люциферу, – демон распрямился. – И я пришел сюда по приказу Его Величества для того, чтобы сообщить вам одну весть, король Скайкуилл. Мой король желает встретиться с вами.

***

      С того дня прошло достаточно времени, однако ни самого демона, представившегося Асмодеем, ни его короля все еще не было. Скайкуиллу было непонятно, почему столь могущественный, как о нем говорят, демон тянет столь долго с тем, чтобы явиться к нему во плоти. Ожидание убивало и сводило с ума, причем, не только короля, но и ближайших и самых преданных ему грифонов. В том числе, и его сын, в котором король видел себя в молодости – сильный, вспыльчивый, жаждущий битвы, однако лишенный того, чем был наделен его отец – способностью контролировать свои эмоции. И его обостренное нетерпение часто действовало Скайкуиллу на нервы.       И вот, в тронный зал вновь вошел гонец, оповещавший ранее о прибытии Асмодея. Однако, сейчас он был напуган так, будто заглянул в лицо смерти. Король с принцем заметили это...       – В-ваше Величеств-во, - заикаясь произнес грифон и поднял перепуганные глаза на членов королевской семьи. – К... К вам вновь приб-были... Т-там... – гонец сделал несколько глубоких вдохов, чтобы привести себя в порядок. – Там некто по имени Л-Люцифер. Он сказал, что вы ждете ег-го...       – Король Демонов прибыл, отец, – в предвкушении сказал Клаудвинг, когда Скайкуилл отпустил гонца. – Хотелось бы увидеть того, кто пугает одним своим видом закаленных битвами грифонов, и посмотреть, на что он способен, раз даже принцессы Эквестрии боятся его.       – Разумеется, это интересно, сын мой, однако, ты не должен забывать, что говорил Асмодей – облик может быть об...       Однако, договорить он не успел, так как воздух в зале резко стал разительно холоднее. Дерево, которым были украшены стены, камень, из которых они были сделаны, - все начало покрываться тонким слоем инея, а потом двери раскрылись, явив королю и принцу званых гостей. Их было трое – один был серым, с грязно-рыжей гривой, закутанный в какой-то балахон, под которым не было совершенно никакой защиты. Глаз его не было видно, поскольку они были плотно закрыты повязкой из какой-то ткани, а лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. Во всем его облике была лишь одна странность – его уши, которые то и дело подергивались в разные стороны так, будто бы их обладатель упорно к чему-то прислушивался.       Второй же была, с виду, самая обычная пони-кобылка, принадлежащая к подвиду земнопони, достаточно юно выглядящая, чтобы находиться в компании остальных, выглядящих разительно старше. Она была прекрасна собой – идеального бледно-серого оттенка шкура, красная грива и хвост с черными полосами, стройная и изящная – сложно было оторвать взгляд даже старому грифону. От нее буквально веяло странной аурой, найти объяснение которой ни Скайкуилл, ни Клаудвинг. И глаза – рубиново-кровавые озера, так и излучающие плутовской и хитрый характер своей владелицы.       И вот, он... Тот, что между этими двумя... Он был разительно крупнее их обоих, но очертаниями это все еще был пони. Темно-серая шкура, правое переднее копыто было словно высечено из какого-то странного бордового камня и черной липкой массы. Отчасти, это напоминало своеобразную броню. Тело его было могучим, как гора, однако его скрывал шерстяной балахон темно-малахитового цвета, как и его голову, которую тот держал слегка опущенной. Но только они оказались напротив королевской семьи, серый демон поднял голову и посмотрел на обоих грифонов. И вот тут что король, что принц невольно вздрогнули. Это не было удивительной реакцией, так как глаза, что они увидели, действительно вселяли тот ужас, который испытал несчастный гонец, – алые, горящие не только мощью, но и властью, жаждой крови, что не снилась абсолютно ни одному существу и таким сильным холодом, что мог бы спокойно заморозить целый океан. Этот взгляд был ужасен и противоестественен самой жизни и, исходя из этого, король грифонов сделал вывод о силе того, кто стоит перед ним. И с таким существом ему не хотелось бы заиметь враждебные отношения. Когда же он снял капюшон, всем стало видно, что лицо его могло быть красивым, – разумеется, по стандартам пони – однако на правой его части находилось достаточно крупное, звездообразное, черное пятно, растянувшееся на половину его лица и аж до самой шеи. Что бы с ним ни произошло, оно сказалось даже на его глазе – он был черным, и лишь осознанный взгляд этого горящего глаза давал понять, что он, возможно, хорошо видит им. Рот его исказила не самая приятная, торжествующая и насмехающаяся клыкастая улыбка.       – Стало быть, кто-то из вас и есть тот, кто хотел встречи со мной, – произнес Скайкуилл, когда шок немного отошел. – Если верить словам вашего подданного Асмодея, конечно. Очень жаль, что я не вижу его сегодня, однако, это неважно. Теперь же, мне нужно только знать – ради чего столь могучим, как вас описывали, существам требовать встречи с нами – грифонами? И я прошу ответить того, кто носит имя Люцифер.       – И пусть отвечает быстро! – вставил свои две копейки Клаудвинг. Причем, тон его голоса был настолько полон неуважения к гостям, насколько это могло быть возможно, что заставило напрячься того, что был в повязке. С безжизненного его лицо сменилось сначала на ошарашенное, а потом на раздраженное, и он уже собирался сделать шаг в сторону принца, дабы поучить дурака уважению к вышестоящим существам, однако его остановило массивное копыто Падшего.       – Успокой свой пыл, Азазель... – произнес великан голосом настолько низким и гремящим, что его спокойно можно было бы перепутать с громом; после чего повернулся в сторону короля и наглого принца. Рыжий же встал назад, на свою позицию. – Не стоит относиться к нам с таким пренебрежением, молодой грифон. В конце концов, я требовал встречи с вами ради мира, а не войны.       – Стало быть, ты и есть Люцифер – Король Демонов? – серый пони утвердительно кивнул. – Что ж, должен сказать, я рад познакомиться лично, хотя и ожидал увидеть нечто иное.       – Внешность может быть обманчива, король, – ответил Падший. – И под личиной эквестрийца-пони скрывается мое истинное лицо – совершенно иное, чем вы можете предположить.       – Хотелось бы увидеть это своими глазами, демон, однако, мы так и не выяснили одно – ради чего вы хотели встретиться?       Глаза Люцифера крайне недобро блеснули.       – Видите ли, мы – гости в Эквестрии, – произнес он. – Мне и моим демонам чужды не только эти территории, но и мир, в котором они находятся, – грифон озадаченно приподнял бровь. – Каждому объяснению потребуется время, и с превеликим удовольствием посвящу вас в это, однако, я еще не закончил. Так вот, учитывая то, что эти земли – не родные нам, закономерно желание вернуться домой. Однако, для этого требуется гораздо больше, чем есть у нас.       – Кажется, я понимаю... – произнес Скайкуилл. – Вы пришли, дабы молить о помощи. Однако, мне не понятно, почему я должен идти на помощь самыми альтруистическими способами существам, о которых располагаю информацией косвенной. Иначе выражаясь, с какой стати мне помогать вам?       – Ты смеешь торговаться с Королем Демонов?! – зарычал рыжий Азазель, но тут же был остановлен Люцифером.       – Видимо, твоя власть не так сильна, как говорят, – усмехнулся Скайкуилл. – Тебя не слушают даже собственные слуги.       – Послушание или нет – это очень тонкое дело, разграничивающее власть тирана и настоящего короля. Если у моих генералов есть воля, которую они изъявляют, почему бы и нет. Кроме того, неужели вас не защищают ваши подданные? – лицо Люцифера исказила жуткая улыбка. – Возможно, не я – безвластный и бесхребетный демон, а у вас недостаточно авторитета, чтобы заслужить безоговорочную преданность. И да, молодой грифон, - Падший перевел взгляд на принца, который еще чуть-чуть и воспламенился бы от злости из-за слов демона, - не советую тебе вставлять даже звука. Перебивать – крайне невежливо.       – Да кто ты такой, чтобы затыкать мне... – тут Клаудвинг заметил, что отец жестом приказал ему замолчать. – Но, отец...       – Молчи, птенец! – огрызнулся Скайкуилл, после чего перевел взгляд на Люцифера. – Да... Теперь, я понимаю, почему за тобой находятся твои демоны – у тебя отлично подвешен язык. Не знаю, кто и когда научил тебя говорить столь витиевато, но, видя результат, могу сказать, что он – отличный учитель.       – Прожив целые эпохи, понимаешь, как именно нужно общаться с теми или иными существами, – ухмыльнулся Дьявол. На удивление, короля грифонов даже не удивило, что Люцифер закинулся о своем эпохальном возрасте. Ему хотелось проверить другое, и Падший увидел это в его взгляде. – Но мы же собрались здесь не для пустой демагогии, верно?       – Правильно мыслишь, демон, – ухмыльнулся Скайкуилл и поднялся со своего трона. – Раз уж вы набрели на наши земли и теперь просите нас о помощи, должно быть, знаете о том, кто такие грифоны. Слова и мольбы нам неинтересны. Мы – существа, которые проверяют союзников в бою, а врагов уничтожают, как вшивых собак. Вот и тебе стоит доказать, что демоны достойны нашего непосредственного внимания.       – Каковы условия? – тут же спросил Люцифер, понимая, к чему все идет – король явно хочет хорошей драки, и Дьявол точно знал, как все закончится. Теперь уже в глазах Скайкуилла появился недобрый и крайне азартный блеск. – Бой королей?       – Я не дам тебе такой привилегии. – усмехнулся король грифонов. – А условия будут таковы: бой один на один между сильнейшими воинами наших видов. Твой сильнейший демон против моего сильнейшего горного грифона. Кстати, можешь сразу познакомиться с ним – Клаудвинг.       Скайкуилл указал на своего сына. Люцифер уже видел его, однако, не разглядывал досконально. Грифон был вылитой копией своего отца, разве что моложе и чуть крупнее. И он уже светился от возможности подраться, на что Падший лишь хрипло усмехнулся.       – Превосходно. – ответил Падший. – Тогда, позвольте представить моего воина – Азазель.       Демон с повязкой на глазах вышел вперед и поднял голову к принцу. Сначала, Клаудвинг насмехался над этим демоном – он был слеп – это очевидно, да только после этого жеста, ему стало как-то не до смеха и ехидства. Сквозь повязку, казалось, на него смотрели глаза, только вот совершенно чуждые любым из глаз, которые он когда-либо видел в своей жизни. И это пугало, сильно пугало... В какой-то момент, принцу грифонов резко перехотелось сражаться с этим существом. Однако, подобная трусость сильно разозлила Клаудвинга, потому он с вызовом подошел к Азазелю, не спуская с него глаз.       – Вид твой боевой... – тихо произнес Азазель, слегка наклонив голову набок. – Но я слышу, как бьется твое сердце. Ты боишься...       – Ты не дождешься от меня страха, демон. – прошипел грифон, ткнув когтем Азазелю в нос. – А когда я убью тебя, посмотрим, чье сердце будет стучать от страха.       Демон ничего не ответил надменному грифону и лишь прошептал что-то на каком-то другом языке. Ситуацию разрядил сам король, предложив демонам отправиться на арену, где и начнется битва, однако Люцифер опередил его, перенеся всех туда, куда хотел Скайкуилл. Поначалу, это сильно удивило обоих грифонов, однако король первым пришел в себя, списав все это на особенности демонов, хотя про себя подметил, что Падший несколько вырос в его глазах в плане силы.       Вскоре, Клаудвинг и Азазель оказались на арене. Все это место напоминало один большой Колизей, сделанный из каменного кирпича и дерева по всем правилам скандинавского стиля. Так, по крайней мере, про себя определил Люцифер, хотя, возможно, мог и ошибаться. Сам он и Лилит находились рядом с Скайкуиллом, в королевской ложе – на самом верху и молча наблдали за тем, что происходит внизу. Грифон все посматривал на демонессу и думал, почему она все молчит. Люцифер, конечно поймал его взгляд и оттого тихо усмехнулся.       – Что смешного? – спросил король грифонов.       – То, что ты все смотришь и смотришь на Лилит. – Падший кивнул в сторону своего генерала. Она тут же оживилась и перевела взгляд на мужа и смертного. – И как ты смотришь. Потому, как мужчина мужчине – не вздумай думать о моей жене. В противном случае, думаю, ты понимаешь, что будет.       – Да я не... – тут Скайкуилл увидел, что Лилит тихо смеется.       – Извини, Люци... – произнесла она голосом столь чарующим, что грифон осознал сразу две вещи: во-первых, теперь он не был удивлен, что Люцифер женился на ней – он определенно разбирался в женщинах, и во-вторых, демонесса была красива ровно настолько, насколько он и предположить не мог. Однако же, в красоте этой было что-то такое, что позволяло королю сохранить самообладание. Что-то опасное... И еще, стало понятно, почему Лилит выбрала именно Люцифера – за таким гигантом, обладающим огромной властью, любая женщина чувствовала бы себя превосходно.       – Это моя вина, – продолжила Лилит, чем привела Скайкуилла в чувства от раздумий. – Боюсь, его величество несколько удивило мое молчание, а мне стало интересно, что из этого выйдет.       – Озорная... – ухмыльнулся Люцифер и повернулся к королю грифонов. – Не держи на нее зла. Демоны – тот вид существ, которых радуют страдания других, и куда более счастливыми мы становимся, причиняя страдания другим. В Лилит, видимо, взыграла эта черта.       – А-а-а... Понимаю... – нервно сглотнув, протянул Скайкуилл и повернулся к арене. Подобное откровение Люцифера несколько обескуражило его и еще сильнее напугало. Какие же эти демоны твари, раз упиваются страданиями других! А в чем разница между ними и горными грифонами? Есть один пункт – сражения для пернатых – это способ держаться на плаву. Горы богаты разнообразными ископаемыми – грифоны это знали и пользовались, но были и другие желавшие воспользоваться этими ресурсами. И самым крупным желающим была Эквестрия – страна пони. Тем не менее, погрузиться в свои мысли королю не дал звук начавшегося сражения между демоном и грифонов.

***

      Клаудвинг долго присматривался к своему новообретенному сопернику. Слепой, пусть и крепкий, похожий на пони. Пони... Раз он был похож на пони, то и слабости, скорее всего, у него были точно такими же. Однако, не стоило забывать, что стоящий перед ним был демоном. Никто, кроме самого Азазеля, толком не мог знать, на что он способен, а потому нужно было действовать куда осторожнее, дабы пригвоздить его к земле. И его уши – они постоянно дергаются из стороны в сторону. Он определенно прислушивается к окружению – интересный способ побороть свой недостаток иным органом чувств. А раз слух у него мог быть развит на достаточном уровне, чтобы слышать сердцебиение на расстоянии. Стало быть, нужно подходить к нему либо очень быстро, либо медленно, но максимально тихо. Последнее было не в характере Клаудвинга, а потому он решил действовать быстро, пускай и с шумом. Однако, он совершенно не ожидал, что когда долетит до демона и замахнется своим мечом, Азазель уйдет от его удара с такой скоростью, какую грифон еще ни разу не видел. И не успел Клаудвинг приземлиться, как почувствовал, что за шею его схватило что-то гладкое, холодное и склизкое, крепко сжало, после чего подняло в воздух и ударило о землю с такой силой, что грифон почувствовал, как зашевелились его кости. Подняв голову, грифон увидел, что странным нечто, схватившим его, оказался невероятно длинный, черный, похожий на змею, и гибкий язык Азазеля, втянувшийся в рот демона чуть только он отпустил его, потому о той длине, которую увидел Клаудвинг, можно было говорить лишь в теории. И с этого момента, бой стал значительно интереснее.       Клаудвинг, несмотря на то, что несколько пострадал от мощного удара, подскочил на ноги, но атаковать пока не спешил и лишь наблюдал за поведением своего соперника. И то, что он увидел, напугало его еще сильнее. Спокойный и даже несколько аристократичный вид Азазеля кардинально сменился, оставив демону лишь звериные повадки. Он стоял с настежь открытым ртом, в котором принц увидел длинные, тонкие и очень острые черные клыки. Вместе с тем, демон начал агрессивно рычать и принял такую стойку, которую обычно принимают хищники, прежде чем броситься на свою добычу. А спустя пару секунд, он действительно бросился в сторону принца на огромной скорости. Клаудивнг такого явно не ожидал, потому решил воспользоваться своими крыльями, дабы подлететь не к рыжему, а к месту, где находились щиты. Учитывая особенность Азазеля, у него появилась идея, как можно дезориентировать. Ему удалось провернуть этот фокус, и вот он уже держит щит с мечом, думая о том, что ему нужно бы подобраться чуть ближе к существу, ибо назвать Азазеля пони у Калудвинга язык бы не повернулся. Демон начинал меняться прямо на глазах – на его шерсти проступало все больше и больше странных, выглядящих влажными, черных пятен, и это совершенно не понравилось младшему грифону. Его противник уже не выглядел, как слепец, которого было легко победить, и стремился доказать это на деле. Двигался он достаточно быстро, чтобы глаз принца частенько терял его из поля зрения, а когда проявлялся, то не спешил атаковать и лишь игрался с Клаудвингом, как кошка с мышью – швырял его из стороны в сторону, ставил подножки, резко появлялся у него перед лицом, пугая до безумия, а потом вновь исчезая, бегая вокруг него и выжидая, когда можно будет нанести очередной удар.

***

      Картина, что поначалу выглядела, как простое избиение принца королевства горных грифонов, теперь напоминала какую-то комедию одного актера. И за этим с удовольствием наблюдали только двое – правители мира демонов. Король грифонов смотрел же на это с нескрываемым удивлением. В основном из-за того, что демон оказался сильнее, чем он предполагал. Отсюда, начинали расти вопросы, которые Скайкуилл не решался задавать прямо сейчас. Но еще сильнее он начал волноваться – то, во что обернулся Азазель, который еще какое-то время назад мог выплескивать из себя вполне осмысленные, пусть и агрессивные речи, теперь напоминал самого страшного зверя, какого только можно было увидеть. Но еще больше его беспокоила реакция Люцифера и его жены Лилит, ибо на их лицах красовалась садистская злая улыбка, отчего супруги выглядели еще менее дружелюбно, чем ранее.       – Разве же ты не радуешься?       Этот голос – низкий и раскатистый, зазвучал в голове короля грифонов. Неожиданность, с которой это произошло, несколько ошарашила Скайкуилла, и он попытался было найти источник этого голоса, пока не понял, что говорил никто иной, как Люцифер. И страшнее всего было то, что он говорил с ним, не открывая своего рта.       – Разве ты не рад тому, что видишь собственными глазами? Бой твоего сына с соперником, что достоин его по силе и ловкости, если не опережающий – победа в таком состязании была бы почетом для всего вашего рода. Тебе следовало бы гордиться своим отпрыском. К несчастью, я могу заверить тебя, что из этой битвы он не выйдет победителем, как и ты не сможешь отказать мне и моим демонам в том, что нам нужно. Противостоять нам бесполезно – Азазель стал тому примером. И это только твой сын и мой воин – таких демонов, как Азазель сотни, тысячи, миллионы в том месте, откуда мы прибыли, и если ты не хочешь, чтобы мой вид поглотил твой, прими предложение, с которым мы пришли сюда.       – Что... Что тебе нужно? – полушепотом спросил Скайкуилл, продолжая неотрывно наблюдать за тем, как рыжий демон то и дело издевался над его сыном, вгоняя последнего в отчаяние все сильнее и сильнее. В какой-то момент, молодому Клаудвингу удалось высвободиться из этого круга. Ему нужно было отойти всего лишь на десяток метров в сторону, и грифону это удалось. Азазель тоже остановился на месте и склонил голову, начав прислушиваться к малейшим шорохам в пространстве вокруг него. Без сомнения, он «видел» принца, однако тому не стоило знать об этом. В этот момент, Клаудвинг решил, что сможет дезориентировать демона с помощью шума и для этого идеально подошли его щит и меч. Сталь клинка начала быстро-быстро и с силой опускаться на инструмент защиты, издавая при этом достаточно неприятный и громкий звук. Азазель это услышал и сразу понял, чего хочет добиться этот мелкий сучий сын – оглушить его, после чего решит атаковать. И он решил сыграть ему на руку, начав корчиться так, будто гремящий звук действительно сбил его с толку. Клаудвинг попался на этот трюк и, с помощью своих крыльев, оказался практически нос к носу с демоном и замахнулся сначала щитом, а потом мечом. Деревянное орудие прилетело рыжему в правую часть лица. Изо рта у него брызнула ало-черная кровь, однако это не помешало ему вернуться обратно в строй и отразить следующие удары – сначала мечом, а потом щитом. В последнем случае, щит столкнулся с копытом Азазеля, которое тот занес для того, чтобы раскроить грифону череп одним ударом, но вместо этого разбил его щит в щепки, заставив самого грифона отлететь на десяток метров в сторону, после чего рванул к нему. Принц даже не успел очухаться от приземления, как его придавили к земле все четыре копыта демона. Его голова нависла над лицом грифона, но завершать, тем не менее, это сражение он не спешил.       – Что мне нужно? – спросил Люцифер уже в полный голос у Скайкуилла, когда Азазель уложил Клаудвинга на лопатки, и повернул голову к королю грифонов. – Мне нужен верный партнер, на которого я смогу положиться и знать, что он не воткнет мне нож в спину. Считай, что это своего рода сделка – договор с Дьяволом, от которого получат пользу обе стороны. И поскольку, мой воин победил твоего...       – Твой воин еще не поразил моего... – набравшись смелость, сказал Скайкуилл. – Он все еще жив.       – Хм... Стало быть, поражение признается только в случае, если соперник погибает. Что ж, Азазель! – Люцифер повернулся к своему генералу, все еще удерживающему принца. – Докажи нашим честолюбивым смертным, что даже демоны знают правила ведения боя и подари этому грифону смерть, какую только может дать демон! Но прежде, яви нам всем свой истинный облик!

***

      – Но прежде, яви нам всем свой истинный облик! – объявил голос Люцифера, и эта команда совершенно не понравилась Клаудвингу. Как и то, что отец вообще сказал, что грифоны заканчивают свой путь только после смерти. Конечно, и он поддерживал такую позицию, однако это касалось поражения в честном бою – Азазель же не сражался с ним толком, а больше издевался над ним. Разве же можно было назвать это честным боем? По мнению принца, нет, потому он считал, что не заслуживает подобного конца. Однако, выразить свое негодование по этому вопросу он не то, что не стал, а просто не смог. Азазель вновь навис над ним со слегка приоткрытым ртом.       – Ну что уставился?! – выругался Клаудвинг, не надеясь, что получит хоть какой-то вразумительный ответ. Ответ он получил, но не тот, на который рассчитывал. Вместо слов, Азазель издал достаточно неприятный булькающий звук. На его шее тут же проступили те же влажные пятна, которые грифон замечал ранее, после чего его с силой тряхнуло в сторону принца. Изо рта демона брызнула отвратительная черная жижа, забрызгав собой все лицо Клаудвинга. Когда же ему удалось стряхнуть слизь достаточно, чтобы вновь видеть своего противника, взору грифона предстало нечто совершенно неестественное и кошмарное – лицо Азазеля начало изменяться, причем, самым нелицеприятным образом. Из его рта, помимо остатков черной субстанции, начало вылезать что-то еще. Оно было зеленовато-золотого тусклого цвета, имело слегка закругленную форму, хотя общими чертами оно больше напоминало нечто прямоугольное. Когда же оно начало расходиться в разные стороны, образуя четыре своеобразные челюсти, Клаудивнгу и вовсе стало плохо. Как только эти челюсти вылезли на достаточное расстояние, по остаткам морды пони пошли достаточно широкие трещины и разрывы на коже, плоти и костях, после чего поврежденная плоть начала отваливаться. В этот момент, у принца грифонов словно открылось второе дыхание. Сыграло ли здесь то, что Азазель ослабил свою хватку на время превращения или же случилось что-то еще, Клаудвингу было все равно – ему удалось выскочить, и он был доволен уже этим. Однако, демон не собирался отпускать его так просто так – мешали только изменения, происходившие с ним. А принц, в какой-то момент, просто замер от созерцания того, что начало происходить с Азазелем – все его тело начало покрываться угольно-черной густой непроглядной дымкой, полностью скрывая демона от внешнего мира. Но что бы там ни было, ясно одно – ничего хорошего Клаудвинг не мог бы увидеть по завершению процесса. И не увидел... Когда дымка начала рассеиваться, проступил силуэт существа, образ которого произвел на обоих грифонов неизгладимое впечатление. И чувства эти были ужасны, как и то, что вышло из мрака. Оно было огромным – около четырех, или даже больше, метров в высоту, с массивными руками, ноги были небольшими относительно всего тела и чем-то напоминали паучьи, только массивнее и заключенные в броню из неизвестного металла. Тело его было стройным и эластичным, а лицо – железная маска с вытянутой прямоугольной мордой с закругленными углами, без глаз, но с большими выступами по бокам головы – плоским, заостренным к верхним краям, чем-то напоминающим ушные раковины, только какие-то... гиперболизированные...       Чуть только существо вышло из тумана, его маска раскрылась, показав, что у существа было четыре челюсти, расходящиеся друг от друга по диагонали, после чего из дыры, что, скорее всего, была ртом, донесся невероятно громкий и раскатистый звук рычания, перемешанный с шипением, после чего уставился точно на Клаудвинга.       – Боги всемилостивые... – прошептал себе под нос принц. Вся его напыщенность и неприязнь, которую он испытывал к демону до этого момента, просто испарились, оставив за собой лишь ужас. – Что ты, черт побери, такое?       – Про чертей это ты хорошо вспомнил, смертный. – значительно более низким голосом произнес Азазель и сделал несколько шагов своими многочисленными ногами. – Так приятно освободить свое истинное тело от столь нерасторопной и отвратительной смертной оболочки.       Сказав это, демон потянулся, расставив свои руки в разные стороны. Тонкие плечи так нелепо смотрелись на фоне значительно более массивных предплечий и кистей с металлическими пальцами. Закончив, демон вновь сделал несколько шагов в сторону принца грифонов.       – Ты хотел знать, кто я, грифон?! – пробасил монстр, слегка подняв руки вверх. – Мое имя – Азазель! Генерал армии Ада! Первый министр и советник Короля Демонов Люцифера! Верный полководец своего правителя, но, что важнее всего, твой палач!       С этими словами, демон размахнулся одной из своих ручищ и с силой ударил ею о землю рядом с грифоном. Удар мог бы прийтись и по самому принцу, если бы тот не увернулся, а как только массивный кулак столкнулся с землей, рубанул по нему своим мечом. И тут произошло то, чего он явно не ожидал – стальное орудие раскололось на две половины и множество мелких осколков. Все это тут же оказалось на земле. За исключением ручки с гардой и обломком клинка, которую в своей лапе держал грифон, ошарашенно смотря то на обломок, то на демона. Когда же Азазель вновь замахнулся, Клаудвинг понял – все, что ему остается, это бежать. Оружия у него больше не было – тщеславие и излишняя самоуверенность не позволили ему позаботиться о том, чтобы взять с собой или оставить у входа на арену дополнительное оружие, а на том стенде, к которому он подходил ранее, осталось еще несколько щитов, однако же, они там были всегда. Возможно, нужно было взлететь в небо и попробовать атаковать его сверху, однако даже наземная попытка побега оказалась неуспешной – не пробежал он и двухсот метров, как его схватила массивная рука Азазеля. Вокруг тела – словно куклу и с легкостью поднял на уровень своего лица. Клаудвинг пытался сопротивляться, однако хватка демона была настолько сильной, что он ощущал, как внутри него шевелятся кости. Монстр явно сдавливал его в надежде выжать все соки. Через долгие, как вечность, секунды, пришла первая боль – пока не столь яркая и сильная, но она нарастала в геометрической прогрессии. А в какой-то момент все прекратилось – мощнейшее давление перестало расти, хоть Азазель и не отпускал свою жертву, но надеяться на помилование со стороны этого существа не стоило – чуть только Клаудвинг позволил себе слегка расслабиться, Азазель взмахнул рукой, в которой держал грифона и с силой шарахнул ей по земле, выставляя тело пленника вперед, из-за чего контакт с почвой пришелся больше на плоть смертного, нежели на демона. И в этот момент, прежде чем его сознание уплыло, Клаудвингу показалось, что он слышит голос своего отца, выкрикивающего его имя полным отчаяния голосом.

***

      – КЛАУДВИНГ! – воскликнул Скайкуилл, после того, как Азазель с силой приложил о землю тело его сына, что держал в одной из своих рук. В тот момент, в его голове возникли две совершенно противоречащие друг другу мысли: первой была та, что говорила ему о невероятной мощности демона, что сражался с принцем. То, как он игрался с ним до своего превращения, и что сделал после производили впечатление, а ведь это был только один из генералов. И если эта теория правдива, то насколько же был силен король? И второй мыслью оказалась та, которую он не хотел показывать при Люцифере и Лилит, но все же выдал. Каковы бы ни были их традиции и некая воинственность, а вместе с этим и кодекс чести, что касается жизни и смерти, Клаудвинг был сыном Скайкуилла и отношение к его возможной гибели было соответствующим.       – Ты думаешь не как воин. – послышался голос Люцифера, заставивший короля грифонов повернуться к нему.       – Что? Ты о чем?       – Ты мыслишь, как отец, а не как воин. – повторил Падший. – А ведь именно ты говорил мне о том, что ваш вид исповедует смерть с честью на поле боя. Разве же ты не должен гордиться тем, что твой сын погибнет от руки могущественного соперника, зная, что его смерть послужит началом дальнейшего сотрудничества между одним могущественным видом и другим? Не будет ли он горд за то, что его отец привел ваш подвид горных грифонов на верхушку господства во всей Эквестрии?       Говоря это, Люцифер очень недобро улыбался. Краем глаза, Скайкуилл заметил, как Лилит отошла от него, скрывшись в более темной части ложи, однако двигалась она именно в его сторону – это он понял сразу.       – Сомневаюсь, Люци... – послышался голос демонессы где-то позади короля грифонов, а ее голова возникла из тени с левой стороны от лица Скайкуилла. Шеей он ощутил ее горячее дыхание и то, что она смотрит именно на него. – Таких, как он слишком много в Аду. Лицемеры... – это слово она произнесла очень неприятным, шипящим голосом, и старшему грифону даже показалось, что он увидел, как деформировалось ее лицо – рот растянулся от уха до уха и наполнился тонкими, крайне неприятными на вид, острыми клыками. В тот же момент, он ощутил на своей пернатой шее длинный, горячий и влажный язык демонессы, сильно уж смахивающий на змеиный. – О да, лицемерие всегда одинаково на вкус. – демонесса шустро метнулась назад к Люциферу. – Поставил сынка, потому что рассчитывал на то, что соперник окажется не таким сильным, но чуть только запахло жаренным, готов обернуть все вспять – лишь бы кровь оставалась живой и целой. Воистину, грифоны – те, кто чтит смерть на поле боя, разве что не тех, кто близок к королю. Но... – взгляд Лилит стал внимательнее. – Что я вижу? О Ад, Люци, кажется он солгал тебе о сильнейшем воине своего королевства.       – Неужели? – с наигранной озадаченностью спросил Люцифер. – Азазель, остановись!       В тот же миг, громадный демон остановился, продолжая удерживать Клаудвинга. По крайней мере, то, что от него осталось – грифон все еще был жив – Азазель постарался, чтобы молодой принц оставался на грани жизни, но достаточно далеко от смерти.       – Неужто, мой пернатый друг, вы решили пойти на обман в надежде на легкую победу? Прошу вас, но ведь так не делают – в особенности те, кто чтут законы чести и видят красоту в смерти на поле боя.       – Не смей стыдить меня моими же убеждениями, демон. – прорычал Скайкуилл. – Кроме того, ты на моей территории, и я бы требовал больше уважения к своей персоне, как к хозяину этого места.       – Уважение нужно заслужить. – усмехнулся Падший. – Ты же лицемер и слабак, чьи слова не проходят никакую выдержку.       – Теперь, ты смеешь оскорблять меня, демон?! – теперь же, в короле вскипела ярость. С чего он должен бояться его и проглатывать все то, что выходит из рта этого чужеземца? Он убивал и за меньшее, но тут Люцифер перешел все границы, и это должно было быть подвергнуто наказанию. Причем, лично от короля. – Нет, с меня хватит столь напыщенного и неуважительного отношения к хозяину этой земли! Я вызываю на бой лично тебя, Люцифер, Король Демонов!       На какое-то время, в ложе повисла тишина, однако, совершенно не добрая. Падший какое-то время осматривал старика-короля, как бы ища хоть малейший признак на то, что тот ни за что не согласится выступить против него, и обнаружил достаточно таких признаков, но разве же он мог отказать тому, кто буквально полыхает от гнева в том, чтобы выплеснуть его?       – Я принимаю твой вызов, король Скайкуилл. – хищно улыбнувшись, ответил демон и махнул своим копытом. – Азазель, оставь смертного. – демон тут же опустил Клаудивнга и вновь принял форму пони, после чего решил оттащить пораженного грифона в сторону – А ты, король, выбери свое оружие, но сделай это разумно, ведь от него зависит твоя жизнь.       На этом, Люцифер просто спрыгнул с ложе на арену. Скайкуилла сильно удивляло то, насколько уверенным в себе был этот демон, раз сам не взял никакого оружия. С этим можно было поиграть, и грифон решил рискнуть. О выборе оружия даже и речи быть не могло – столь дерзкий и сильный соперник мог удостоиться только королевского орудия – копье, щит и меч, как дополнительное обмундирование. Дьявол же оставался абсолютно открытым – одетый в свою накидку, капюшон на голове и больше ничего. Таким его видел Скайкуилл ровно до тех пор, пока не оказался на арене – достаточно близко к Падшему, чтобы скинуть увиденное на галлюцинации. Поднявшись на задние копыта, он достал откуда-то изнутри своей накидки какой-то странный предмет, что напоминал собой гарду и рукоять меча очень темного цвета и выполненную в достаточно необычном стиле. Причем, сделана вся эта конструкция была явно из металла. И тут, грифон заметил, что это нечто начало искриться, детали на гарде как-то странно задвигались, после чего появилось алое энергетическое лезвие длинной несколько меньше метра, испещренное всевозможными рунами и оканчивающееся дополнительным лезвием в форме полумесяца. Наличие такого грозно выглядящего оружия у Люцифера начало напрягать Скайкуилла, однако он старался не показывать своего напряжения, хотя, скорее всего, выдал его тем, что чуть сильнее скрылся за щитом, принимая стойку. Демона его страх явно веселил, потому он не спешил атаковать своего противника и лишь сильнее натянул капюшон на лицо – теперь не было видно даже его очертаний, и только глаза выделялись на фоне этой черноты. Король грифонов же не спешил нападать и лишь ходил вокруг своего противника, оценивая, куда можно надавить, дабы побороть его. И пока что, он не находил ни одного слабого места.       Люциферу же надоело ждать, пока грифон соберется с мыслями и полностью определится, куда именно ему наносить удары, и атаковал первым. Двигался Дьявол быстро – достаточно, чтобы Скайкуилл мгновенно потерял его из виду, а ощутил уже тогда, когда демон схватил его одним копытом за грудь и отбросил в сторону с достаточной силой, чтобы король какое-то время провел на земле.       – Уже сдаешься? – насмешливо произнес Люцифер, придавив короля грифонов копытом, наступив им на щит, однако не на слишком длительное время, после чего оттолкнул щит, а сам отошел назад. Черт побери, он даже не напрягался, а сила, с которой он оттолкнул щит, была достаточной, чтобы сломать лапу грифону. Повезло в том, что Скайкуиллу удалось изловчиться, дабы давление оказалось не таким сильным. Или по крайней мере недостаточным, чтобы переломить кость надвое. – А мне казалось, что вы, грифоны, куда сильнее и рьянее, раз так жаждете битвы!       – Погоди-погоди, демон. – прорычал король грифонов. – От моего меча падали и не такие великаны, как ты.       – Так покажи мне все могущество, если ты истинный предводитель своего народа! – пробасил Люцифер, после чего резко метнулся в сторону Скайкуилла и взмахнул своим мечом. Удар пришелся точно по щиту и прорезал дерево с металлом практически полностью – старый грифон практически почувствовал на своем клюве жар от этого странного лезвия.       Следующий удар вновь пришелся по щиту, однако нанесен был не мечом, а копытом и уже в этот раз деревянно-металлическая структура разлетелась в щепки. Несмотря на то, что меч Люцифера достаточно разрубил щит, он все еще оставался толстым куском древесины, расколоть который можно было, приложив достаточно много силы, а Падший действовал так, будто и не вкладывал никакой мощи в свои удары. И раз он был так силен, ударяя чуть ли не наотмашь, прямые и точные удары могли бы причинить куда больший урон, так что, лучше их избегать. Копье Скайкуилла тоже не выдержало никакой проверки и было разрублено одним четким ударом справа-налево алым мечом. По итогу, у короля грифонов остался только меч, потерять который означало проиграть в схватке. Нужно было действовать быстро и на опережение – Люцифер только думает нанести удар, а ты уже знаешь, куда будешь уклоняться и завершаешь маневр, когда враг замахнется. Тактика была хороша и оказалась достаточно эффективна. Первый удар Падший решил нанести по диагонали сверху-вниз. Скайкуиллу удалось проскочить под лезвием меча Дьявола и нанести один режущий и один рубящий удар. Первый пришелся на грудь демона – как раз в тот момент, когда грифон увернулся от меча Падшего, а второй, когда оказался за спиной своего противника. Вряд ли он нанес повреждения спине Люцифера, так как она была защищена шерстяной накидкой, и под шерстью оказалась еще и достаточно плотная подложка – по крайней мере, Скайкуилл был уверен в этом. А вот, когда он увернулся от удара и прорезал грудь Дьяволу, то буквально всем телом ощутил, что, конечно, нанес урон, однако плоть врага оказалась крепкой, как камень.       Когда же они разошлись по разным сторонам, Люцифер какое-то время стоял недвижимо, однако потом все же повернулся к королю грифонов. В этот момент, Скайкуилл увидел, что на груди Падшего красовался достаточно глубокий и длинный порез, из которого несколькими струйками вытекала густая темная кровь. И это было удивительно, ведь при таком ранении кровь должна была хлыстать во все стороны, а у него лишь несколько тонких струек, что подобно слизням стекали по его шерсти и коже. И рана, похоже, не наносила демону достаточного дискомфорта, так как он тихо смеялся.       – Наконец-то показал ловкость. – довольно произнес Люцифер и провел копытом по ране. – И даже силу... А это значит, что я могу прекратить играть с тобой, мой пернатый друг.       – Как... – тихо произнес Скайкуилл. – Как ты можешь двигаться с таким ранением?       Он думал, что Падший его не услышит, однако, ошибся.       – Демоны – куда более живучи, чем вы. – усмехнулся Дьявол и вновь бросился на грифона.       По своим габаритам, Люцифер был гораздо крупнее Скайкуилла, но тем не менее, это не мешало ему двигаться с такой скоростью и ловкостью, что для грифона являлось выходом за пределы всех его физических возможностей. А этот демон мог и не только он. Его слуга уже успел доказать, что за ширмой облика пони скрывается кошмарная тварь, жена Короля Демонов была чудовищем, а это значило, что и сам Падший был таким же. Однако, являть свой истинный облик он не спешил, да и Скайкуилл не слишком-то горел желанием увидеть это. Не сейчас по крайней мере, ибо ему приходилось уклоняться от череды ударов и взмахов странным мечом такой силы, что свист в воздухе был чудовищно громким и от него закладывало уши. В какой-то момент, после очередного замаха, лезвие-полумесяц меча Дьявола пролетело всего лишь в каком-то миллиметре от клюва короля грифонов. Ему даже показалось, что он почувствовал жар, исходивший от клинка и то, что оно-таки задело его. В последнем он убедился, когда, отпрыгнув в сторону, провел лапой по клюву. На нем была достаточно отчетливая, но не глубокая ровная и горящая жгучей болью царапина. Люцифера это вообще не смутило, и он вновь бросился на своего противника. Отступать было некуда, а враг оказался сильнее, чем Скайкуилл предполагал, потому все, что оставалось, это попытаться дать отпор. В конце концов, именно за этим он был здесь, на этой арене. Поднявшись на задние лапы и перехватив меч, король грифонов сам пошел на наступающего на него Дьявола.       БУМ!       С громким звуком, их мечи встретились друг с другом и, на удивление, Скайкуилла, его меч не переломился надвое, как копье, при столкновении с орудием Люцифера. Тогда он еще не мог сказать, убавил ли Падший мощности для своего меча, чтобы битва была более-менее честной, или же ему просто повезло. Дьявол, тем не менее, продолжал улыбаться и наседать все сильнее и сильнее. В этот момент, Скайкуилл почувствовал на себе, что значит сила, - у этого существа силы было больше, чем просто достаточно, хотя он явно не использовал ее на все сто процентов. И вот, когда королю грифонов показалось, что теперь битва может обернуться в его пользу, Люцифер поспешил расстроить его планы и сделал это всего лишь одним ударом – крепким ударом своего копыта грифону чуть ниже «солнечного сплетения». Громко захрипев, Скайкуилл ощутил, как силы, наравне с воздухом в его легких, покинули тело и просто безвольно осел на копыте своего противника, после чего демон, достаточно небрежно, снял его с себя. Грифон с глухим звуком упал на землю, скрючившись в позе эмбриона. Когда же поверженному удалось немного прийти в себя и даже чуть приподнять голову, взгляд его тут же уткнулся в горящее полупрозрачное лезвие меча Люцифера. Его алые глаза на фоне тени капюшона выглядели еще более зловеще, чем ранее.       – Давай же... – прошипел Скайкуилл, понимая, что из этой ситуации ему не выйти победителем, а уговор есть уговор. – Сделай это... Ты честно победил.       Падший, тем не менее, не торопился наносить смертельный удар и лишь просто осматривал поверженного грифона, после чего опустил свой меч. Гарда вновь начала шевелиться отдельными деталями, после чего лезвие исчезло. За лезвием, была убрана и оставшаяся часть. Когда король грифонов поднял голову во второй раз, то с удивлением для себя обнаружил, что к нему тянется уже не смертоносное лезвие, а правое, вулканоподобное, копыто Люцифера.       – Что... Что ты делаешь? – глухо прохрипел Скайкуилл. – Ты... Ты должен был прикончить меня, тем самым доказав свою победу.       – Возможно. – ответил ему голос Дьявола. – Однако, как я и говорил, мы пришли сюда не ради войны. – грифон озадаченно уставился на противника. – Но ради мира между моим народом и твоим. И помощи...       Скайкуилл посмотрел сначала на копыто Падшего, потом на его хозяина, после чего взялся за протянутую конечность и поднялся на задние лапы.       – Твоя... Кхм... Твое великодушие не останется забытым, Люцифер. – поклонившись, произнес король грифонов и убрал меч в ножны, после чего в его глазах что-то сверкнуло, после чего рванул туда, где лежал его побитый сын Клаудвинг. – Клаудивнг, боже... – младший грифон был сильно побит – на его теле практически не было ни одного живого места. Первым делом, Скайкуилл попытался прощупать пульс у сына. Еле уловимый, но он был, что не радовало пожилого отца. – Боже, сынок...       – Ему бы к врачу. – послышался голос Люцифера позади грифонов. Сам же Дьявол возник так же неожиданно и быстро, как и сменил свой гнев на милость. – Иначе, ему не выжить. – Скайкуилл тут же засуетился и собирался было подняться, дабы послать кого-то за врачом, но его остановило мощное копыто Падшего.       – Что ты делаешь?!       – Возможно, врач не понадобится. – чуть более задумчиво сказал Люцифер и подошел к лежащему принцу.       Скайкуилл хотел было спросить что-то еще, узнать, почему он остановил его, но не смог не то, что произнести слова, но даже пошевелиться – настолько сильным оказался его шок от того, что пришедший на его землю демон начал делать далее. Из его передних копыт начало литься что-то, похожее на алый дым с крупными и мелкими вкраплениями черного цвета. Сначала, эти два облака были бесформенными, но потом и достаточно быстро они приняли форму – левая стала пятипалой конечностью с заостренными к кончикам пальцами, а правая была такой же, только трехпалой. Та, на которой было пять пальцев, легонько приподняла Клаудвинга под голову, а вторая легла ему на грудь. Кроваво-алый дым мгновенно просочился сквозь его оперение, плоть и кости, и начал распространяться вдоль всего его тела, попутно залечивая все разрывы мягких тканей, переломы костей и начавшие отказывать органы.       Процедура не заняла много времени – не более двух минут, после чего Люцифер вновь положил грифона на землю. Выглядел Клаудвинг куда лучше, чем время назад, однако, все еще не полностью выздоровевшим – на поверхности оставались еще достаточно глубокие рваные раны. Но и тут Падший решил удивить старшего монарха, правда, в этот раз куда более странным способом – между его копыт образовался небольшой яркий шарик, своим внешним видом напоминавший огромную, формой идеальной окружности, каплю воды, которую демон опустил на грудь Клаудвинга. Капля начала разрастаться, пока тело пострадавшего не было полностью заключено в странный водный кокон. Как и предыдущая, эта процедура также не заняла много времени – в какой-то момент, кокон начал растекаться, напоминая теперь совершенно обычную воду, что подчинялась законам гравитации. Теперь же, Клаудвинг выглядел точно так же, как и до момента начала сражения. Люцифер молча отошел в сторону, позволяя отцу лучше рассмотреть своего сына, а сам повернулся к своим демонам, ожидавшим его в ложе, после чего махнул головой, призывая их спуститься вниз. Лилит и Азазель подчинились и уже через пару секунд оказались по бокам от своего короля – Азазель справа, Лилит, соответственно, слева.       – Ты... Вы... Вы излечили его... – шокировано произнес Скайкуилл, осматривая Клаудвинга. – Излечили...       – Жест доброй воли. – ухмыльнулся Люцифер в спину короля грифонов. – Ведь мы здесь ради мирной цели.       Скайкуилл медленно повернулся к своим гостям.       – Но... Мне казалось, что вы воспользуетесь возможностью. Смерть для нас, горных грифонов, это...       – Можешь не повторяться, мой друг. – мягко улыбнувшись, ответил Дьявол. – Я прекрасно понимаю, что вы были рождены ради войны и поверь, я смогу дать тебе возможность упиться сражением вдоволь. Однако, для этого вам придется сотрудничать с нами. Подумай об этом на досуге, Скайкуилл – король грифонов, ибо сделка с Дьяволом – это врата, ведущие к самым смелым желаниям.       Сказав это, Люцифер повернулся и что-то прошипел своим подчиненным. Языка Скайкуилл не признал, но в его голову выстрелила мысль о том, что иметь сильного союзника на своей стороне было гораздо лучше, чем сделать то же самое, но по другую сторону баррикад. Селестия вон тоже завела себе такого «союзника». Конечно, для них, грифонов, это были лишь слухи, но лишь до того момента, пока один из разведчиков, отправленный в Понивиль, не увидел его своими глазами. Давно это было – тогда, у одной из принцесс была свадьба, а вместе с тем и атака существ, которых его вид презирал особенно – перевертыши. Именно в тот день, неназванный шпион увидел, что за оболочкой черного пони в причудливой одежде скрывается ужасное чудовище, способное на убийство большого количества живых существ. Даже королева перевертышей не была для него преградой. И тем не менее, это существо оставалось в подчинении у Селестии – такая мощь в копытах пони, так яро помешанной на дружбе между видами. Чушь собачья! Не может быть таких отношений – один вид все равно останется доминирующим. И этим видом будет тот, кто подчинит себе силу в ее чистом виде. Тот, кто подчинит стихию. И Люцифер был той самой стихией, которая могла дать абсолютную власть. И его нужно было подчинить до тех пор, пока он не подчинил их.       – Подожди! – воскликнул Скайкуилл в спину уходящим Люциферу и его свите. Троица демонов тут же остановилась – словно только и ждали этой просьбы. Падший вновь устремил на грифона свои горящие алые глаза. – Подожди... Ты... Вы хотели о чем-то поговорить, Король Демонов. Я... Я проявил неуважение к вам, когда обманом заставил вашего солдата сражаться с моим, хотя по условиям мы должны были выставить сильнейших. И я заслуженно понес поражение. Теперь... Теперь, вы можете требовать у меня всего того, чего хотели. Мои грифоны и лично я выполним все от нас зависящее.       На лице Люцифера появилась зловещая улыбка.       – Это очень хорошо, Скайкуилл, однако, мы не стремимся покорить вас. А твои слова звучат именно так, как говорили бы покоренные. Все, что нужно демонам, это добровольная помощь в возвращении к себе домой. Мы не собираемся захватывать вас – это было бы недружелюбно по отношению к вашему виду.       – Понимаю... – ответил король грифонов и вновь бросил взгляд на своего сына, все еще находящегося без сознания. – Я прикажу отправить его в покои, а с вами, Люцифер, я хотел бы поговорить о том, какой именно помощи вы хотите от нас. Это не займет много времени.       – Мы будем ждать. – ответил Люцифер и вместе со своими демонами покинул арену.

[Кантерлот... Замок двух принцесс... Тем временем]

      Когда Сильвер Стрим увидела, как ее принцесса прошла сквозь тень, так похожую на тень Найтмер Мун, в ее голове возникли самые разнообразные мысли. В тот момент, она полностью поверила в то, что Луна одной крови с тем, кто в последние месяцы является главнее обеих принцесс. Но сильнее всего, ее удивило то, что аликорн, чуть позже, показала свою голову из глубины тени и пригласила ее войти внутрь того, что покоилось за этой темной материей на стене. Очень неуверенно, она подошла ближе к стене и уткнулась в тень носом, с удивлением для себя обнаружив, что она была мягкой и слегка прохладной – чем-то похожей на воду, только намного гуще. Поколебавшись еще немного и закрыв глаза, бэт-пони резко рванула в сторону стены и полностью провалилась куда-то вглубь.       Однако, не прошло и секунды, как ее копыта уткнулись в твердый пол. По ощущениям, он был точно таким же, как и тот, что находился по ту сторону, а открыв глаза, увидела, что находилась все в той же комнате принцессы Луны, только вот цвета здесь были иными – их было всего два: черный и белый, и лишь оттенки, получившиеся от их слияния, несколько разбавляли мрачность этого места. Да и предметы находились в комнате, казалось, не на своих местах, но в то же время там же, где и всегда. Тут же находилась и сама принцесса – все такая же, как и раньше, да и сама стражница была тех же цветов, что и всегда.       – Где... Где мы, принцесса? – в удивлении воскликнула Сильвер Стрим, продолжая осматриваться по сторонам. – Что это за место?       – Успокойся, Сильвер. – улыбнулась принцесса. – Это место – все тот же Кантерлот, в котором мы были. Просто, другой.       – Другой?! Что вы имеете в виду под этим?!       – Скажи мне, знаешь ли ты, что такое зазеркалье? – фестрал ошарашенно уставилась на принцессу.       – Ну... Эм... Возможно, читала, но это были детские сказки. Мир по ту сторону зеркала. Погодите... Вы же не хотите сказать, что мы находимся в зазеркалье?       – Не совсем. – ответила Луна. – Это место – теневое измерение. Та же концепция, но только вход в него осуществляется через тени. Здесь мы – незримые призраки для остальных, такие же тени, как и тысячи других.       – Теневое измерение... Невидимы для других? – Сильвер была напугана не только тем, что находилась в этом месте, но самим существованием нечто такого огромного и находящегося столь близко к ним, что к этому можно было прикоснуться. – Но это же... Это же ужасно... Мы же фактически призраки.       – Я бы так не сказала, Сильвер. – усмехнулась Луна. – Мы все там же, только...       – Я понимаю, Луна, но... – пони неловко переминалась. – Можем ли мы покинуть это место. Не... Не пойми неправильно, но все это место... Его существование – то, что оно порождено той силой, что есть у Монстра с Холма Тени. Что есть и у тебя... Это... Это выше моего понимания...       Луна лишь тихо и снисходительно усмехнулась.       – Поняла... Я понимаю и уважаю то, что ты думаешь, Сильвер, потому, да... Давай покинем это место. Откровенно говоря, я и сама не собиралась задерживаться здесь.       Уже вскоре пони покинул теневое измерение, после чего разошлись в разные стороны. Оставшись в своей комнате в гордом одиночестве, Луна еще раз взглянула на портал, ведущий в совершенно другой, хотя и находящийся так рядом, мир, после чего закрыла портал. Лишь в момент, когда все закончилось, принцесса поняла, что сделала все это больше инстинктивно, чем осознанно, что стало очередным открытием для нее самой. Все происходило слишком просто и достаточно быстро, однако, ее пугало, что это случалось не по ее наитию, а по указке той природы, что была заложена в ней. А раз она дала волю своей природе без полного контроля, ей следовало бы уделить куда больше внимания подобным моментам и тщательнее контролировать эти выпады.       Она вновь лежала на своей кровати. Лежала и перебирала когтистыми пальцами из темной материи, поражаясь тому, насколько они были гибкими и сильными. Даже для пони... Определенно, такая конечность была куда более многофункциональной, нежели стандартное копыто пони. А потом, буквально за секунды, лапа превратилась в длинное лезвие, затем в щупальце, а потом в конечность, вида настолько странного, что принцесса не смогла описать его для себя. И эта конечность пробыла таковой крайне недолго, после чего темная метрия, из которой она была создана, втянулась обратно в плоть и затаилась все там же, в копыте. Откровенно говоря, принцесса все чаще и чаще ощущала внутри себя изменения, столь странные для нее, что, порой она и сама удивлялась тому, насколько естественными они чувствовались. Возможно, ей стоило бы поговорить об этом с Селестией – все же, она ее сестра. Она бы поняла переживания Луны по поводу естественности происходящего, однако... Происходящее говорило ей о том, что это была плохая идея. И Луна достаточно быстро поняла, что именно стало причиной такой реакции – Селестия была точно такой же. Она тоже не принадлежала миру пони полностью, но то, что лежало в ее природе уже было достаточным, чтобы умолчать об изменениях. Свет... Она была Светом, как и ее прародитель Хедейр. Вряд ли она была такой же хладнокровной, какой следовало бы быть Элементалю. Хедейр напал на своего брата, движимый чувством страха по отношению к нему. Конечно, Луна не знала, какими были отношения у братьев до Большой Войны, однако попыталась примерить на себя и свою сестру роли Джека и Хедейра. Поступила бы Селестия так же, живи они с полным потенциалом своих сил, да еще и так долго, как жили братья? Луна знала свою сестру, как знала ее характер, потому, в самом начале, хотела сказать, что нет – Селестия бы не стала атаковать ее и уж тем более пытаться убить. Ведь она не пыталась даже тогда, когда сама Луна стала Найтмер Мун. Напротив, принцесса солнца пыталась вернуть сознание своей сестры к исходному виду простыми убеждениями. Но то, что сидело внутри, говорило, что нет никаких гарантий того, что Селестия не испугается того, что в конечном итоге выйдет из нее. Да и из нее самой тоже... Обстоятельства изменились, потому и реакция могла быть совершенно другой, потому, не стоило экспериментировать. А Салдавейрон? Послушает ли он то, что ее беспокоит, если откровенно поговорить с ним или скажет, что все это ерунда и ей стоит уделить больше времени для контроля всего, что с ней происходит, и тогда изменения будут заметны менее выражено. Да и вообще, мол, все происходящее с ней – естественно. Да, скорее всего, так бы он и ответил – слишком уж подходящий ответ для его характера. Однако, остается лишь одна маленькая надежда на то, что в нем взыграет интерес, и он хотя бы осмотрит ее. Что ж, попытка – не пытка, потому Луна поднялась со своей кровати и попыталась найти черного пони на слух. Если он шел куда-либо, его можно было определить по достаточно тяжелой поступи и характерной походке, однако ни того, ни другого она не слышала, а это значило, что он был недвижим. По сердцебиению найти его было самой тухлой идеей – этого органа у Темного не было, как, собственно, и всего остального набора. Потому, оставался только один способ – идти и искать его лично.       Поиски прошли гораздо быстрее, чем предполагала Луна. Джек до сих пор находился в своей лаборатории, однако, что ее удивило, черный пони просто лежал на столе и... спал. Просто спал, положив голову на свои передние копыта и отложив шляпу в сторону. Видя это, у принцессы случился самый настоящий диссонанс – Темный был, есть и оставался, несмотря ни на что, богоподобным, а значит, не знающим слабостей существом. Ему никогда не были ведомы сон, жажда, голод. Но сейчас он мало чем отличался от обычного пони, уставшего от всего, что произошло за последнее время. И где-то в глубине себя, Луна могла его понять, хотя часть ее все еще говорила о том, что это было странно – Джек неустанно охотился за своим братом до того момента, пока не попал в Эквестрию, а сейчас решил прилечь и поспать. Однако, не успела принцесса подумать о том, почему именно сейчас Темный решил расслабиться, как сам черный пони проснулся и медленно повернул голову, сонно взглянув на аликорна.       – Луна? Если ты пришла за результатами анализа крови, которые я обещал Кадди, – вроде – передай ей, что они не готовы, уничтожены или что-то еще – мне все равно, что ты соврешь ей.       – Нет, я здесь не за этим. – ответила принцесса. Джек недоуменно посмотрел на нее.       – А, точно, ты наверняка скиталась по теневому зазеркалью и все же наша выход. Своими впечатлениями можешь не делиться – мне все равно, и да, я понимаю, что для тебя это нечто вау, но для меня нет, потому, обойдемся.       – Нет-нет, я о другом поговорить хотела, но... Ты сам-то как? Выглядишь неважно. Извини, что разбудила, просто...       – Да нет, я в порядке... – отмахнулся Джек и с громким хрустом потянулся. – Сам не понимаю, как так получилось – просто отключило.       – Это ничего – все, бывает, устают. Ты, вроде бы, подходишь под определение «все».       – Нет, Луна. – резко отрезал Джек. – Я не попадаю под это определение. Элементали и смертные разные, как огонь и вода и мне несвойственны ваши потребности. И потому, закроем эту тему! Ты хотела чего-то? Раз уж не из-за Кадди и не ради баек о теневом зазеркалье.       – Это... Это касается изменений, что происходят во мне.       Джек озадаченно посмотрел на нее, а потом ехидно улыбнулся.       – Если у тебя начинается второй пубертатный период, это не ко мне.       – Ха-ха, очень смешно. – саркастично сказала Луна. – Нет, тут другое...       – Ладно... – окончив хихикать, сказал черный пони. – Что там случилось?       – Когда... Когда я вернулась из теневого зазеркалья, то решила еще немного попрактиковаться со своими силами. – начала принцесса.       – Угу...       – И... Темная материя, которую я использовала для создания когтей и прочего всегда бралась откуда-то из груди, но теперь... – Луна протянула Джеку свое копыто. Тот, будучи несколько озадаченным, взял конечность в свою руку. – Я до сих пор чувствую ее здесь. Оно ощущается, как... Как напряжение в мышцах.       – Сейчас тоже чувствуется? – спросил Джек.       – Угу.       – Хм... – Джек покрутил копыто Луны в разные стороны, после чего начал надавливать на мышцы в разных местах. Принцесса ощущала, что ее копыто стало несколько жестче, чем было ранее. Видимо, Темный почувствовал то же самое. – Хм... Крепкое, жесткое...       – И что это значит? – спросила принцесса, ощущая, как по телу прокатилась волна мурашек. И все из-за прикосновений черного пони.       – Давно ощущаешь это напряжение?       – Честно сказать, с тех пор, как провалилась в тень. Внимания только не обращала – думала, что это все из-за ударов и того, что я сильно разозлилась.       – Угу...       – Салдавейрон, ты можешь сказать, что это значит?       – Есть теория, но ее нужно бы доказать. – сказал Джек и, немного покопавшись на столе, нашел достаточно толстую деревяшку, вытащил ее из-под хлама и перехватил обоими копытами так, что доска повисла более широкой плоскостью вверх. – Так, ударь по ней.       – Ударить? – не поняла принцесса, озадаченно уставившись на доску.       – Именно. Ударь по ней своим копытом, скажем, с такой силой, как будто хочешь дать кому-то пощечину.       – И зачем мне это?       – Ударь, и я расскажу, что с тобой происходит.       Еще раз взглянув на доску, Луна взмахнула своим копытом и резко опустила его на доску, ожидая, что сейчас ей будет очень больно, доска не переломится, а Джек засмеется и скажет, что ей просто чудится, и что все в порядке. Но, к великому удивлению принцессы, как только ее копыто коснулось деревяшки, последняя раскололась на две половины, края которых были рваными. Удивленно посмотрев сначала на свое копыто, а потом на доски, которые держал Темный.       – Ого... – удивленно произнесла она. – Надо же, я... Я даже не почувствовала удара. Будто бы ножом масло...       – Вот я и проверил свою теорию. – сказал черный пони и отложил две половинки.       – Теорию?       – Да... Теория заключается в том, что изменения в тебе вышли за пределы одного органа, который производит в тебе темную материю, если таковой имеется, так как вполне возможно, что все твое тело производит ее. Отсюда выходят два варианта, которые, в принципе, ведут к одному итогу. Если у тебя есть орган, который производит темную материю, как у тех новых демонов, то частички последней могли оседать на разных тканях твоего тела – костную, мышечную, быть может, даже на нервных волокнах. Так как, темная материя – это яд в чистом виде, она начинает разъедать твои собственные ткани. И тут парадокс – твоя природа диктует этой материи, что она является частью твоего тела, потому, уничтожая тебя старую, оно формирует новый покров. Возможно...       – Возможно? – испуганно спросила Луна, представляя то, как в ее теле растворяется вообще все.       – Есть и иное объяснение – более щадящее, скажем так. Учитывая то, что ты Эвелим, поведение темной материи может быть изменено и токсическая составляющая не распространяется на тебя. В таком случае, между твоей смертной частью и темной материей образуется симбиотическая связь. И если это так, то усиление твоего организма может являться защитной реакцией твоего собственного тела на те или иные факторы. Возможно, получилось так, что темная материя просто покрыла твои мышцы, кости и так далее, образуя защитный слой, который поглощает весь урон, наносимый тебе, а заодно увеличивает силу – так ты смогла проломить доску. Потому, скорее всего, ты и чувствуешь ее – это покрытие появилось, когда ты попала в теневое измерение. Как я понимаю, ты попала туда случайно – либо тебя что-то толкнуло, либо ты сама кувыркнулась туда. Так или иначе, твое тело решило, что в этой конечности тебе нужна особая защита и сделало все то, о чем я сказал выше. И мне кажется, что когда твое тело решит, что опасности нет, напряжение пройдет.       – Все... Все настолько просто?       – А ты ожидала чего-то другого? Луна, твое тело проходит некую форму эволюции – раз уж твоя сила пробудилась, твоему телу нужно улучшить себя, дабы смочь управлять новыми талантами. Если тебя беспокоит то, что определенные процессы проходят в тебе бессознательно, то дам совет – расслабься. Все то, что может причинить вред окружающим, я научу контролировать или же ты сделаешь это сама. А подобная защитная реакция вполне естественна.       – Поняла... – чуть более спокойным голосом ответила Луна и смогла выдохнуть. В тот же момент, она ощутила, как напряжение в ее копыте начало сходить на нет. Говорить об этом она не стала – понимала, что скажет Джек. – Кстати, когда будут следующие тренировки?       – Вечером, – ответил черный пони. – Как только вы с Селестией сделаете свои повседневные дела.       – А? – не поняла Луна.       – Солнце и луна – вы же ими управляете.       – А, поняла... – ответила принцесса и повернулась к выходу из лаборатории. – Ну а ты что будешь делать?       – Пока что, подумаю, что еще можно будет из вас вытащить. С тобой-то я более-менее понимаю – можно будет попрактиковаться по управлению перемещениями сквозь тени и наращиванию брони, только уже наружной. А вот что делать с макропринцессой, ума ни приложу.       – Почему же?       – В отличие от меня, если уж сравнивать ваши силы с моими и силами Хедейра, со слов братца, его Свет не столь полиморфен, как темная материя. Врет он или нет – это уже его дело. Другое дело – возможности самой Селестии.       – Ты так беспокоишься об этом, что я спрошу тебя прямо – ты что-то знаешь, раз готовишь нас с Тией к этому чему-то или это просто так?       – И давно ты стала подозревать это?       – Достаточно. Так, - Луна подошла к Джеку и села рядом, - к чему все это? Эти тренировки, развитие сил у меня и у Селестии... Себя, может быть, я еще могу понять, но вот Селестия... Она все же стихии Света.       – А ты будто уже приняла себя, как Тьму. – ухмыльнулся Джек. – Нет, дело не в стихии, – хотя я и сам не хочу воспитывать того, кто потом даст мне под зад – а скорее в навыках и моем личном отношении. Селестии, как мне кажется, не нужны эти тренировки вовсе. Скорее, она сама сможет развить в себе свои таланты – с ее-то прошлыми успехами. Я не говорю это в укор тебе, Луна и не чтобы подстегнуть к чему-то. Просто, с тобой сложнее, так как твои силы – это протеже моих, а себя я развивал не за несколько дней, но за многие и многие миллиарды лет. Кроме того, зная твои предубеждения относительно сил...       – Их не осталось... – ответила Луна. – По крайней мере, я так думаю. Не в самой силе проблема, а в том, кто и как ее использует, верно?       – Верно – главное, чтобы ты понимала это без моих напутствий. Ведь так ты сможешь раскрыть себя лучше. А по поводу твоего вопроса... Хватит с меня подготовок, планирований и прочего – если хочешь победить врага, уничтожь его прямо на месте и дело с концом. И именно вы с Селестией – первый этап к масштабному наступлению. В дальнейшем, я отправлюсь в другие земли, дабы раздобыть орудия для нашей шестерки и, может быть, для кого-то еще – все зависит только от того, что я найду. Если найти нужное не удастся, придется прибегать к тому, к чему я не хочу.       – И что это? – спросила Луна.       – Храм Сио. – немного подумав, ответил Джек. Принцесса озадаченно уставилась на него.       – Храм Сио? Что это?       – Далекое и очень древнее святилище, в котором находится артефакт, способный... А, в прочем, это не так важно.       – Не так важно? – не поняла Луна и резко поднялась на копыта. – Что значит, не так важно?!       – Это значит, что мы не прибегнем к этому без острейшей необходимости. И Храм Сио – это то, что даже я не хочу трогать. То, что я почитаю.       – Почитаешь? Ты? Что же находится в том храме, что ты чтишь то, что бы там ни было?       – А вот это уже явно не твоего ума дела, микропринцесса. – более грозно произнес Джек. – Храм Сио – это табу. Вот все, что тебе нужно знать. И осквернять это место я не стану, если не будет острой необходимости.       В этот момент, в голове Луны что-то щелкнуло. Возможно, сказалось влияние ее природы, усталости от происходящего вокруг, напряженной атмосферы или чего-то еще, но принцессу пробрала страшная ярость. Уже после, когда Луну немного отпустило, она поняла, что лишь раз в своей жизни испытывала такие сильные эмоции, и в тот раз это очень плохо кончилось. Однако, держать все это внутри себя, она уже не могла: пара дней или недель – достаточно для того, чтобы подготовить солдат. Да даже ради того, чтобы собственную задницу подготовить ко всему, что только можно, но нет, черный пони продолжал гнуть свою линию о том, что это – их война, а не его. Бои же на их планете – вот и вся позиция. Из-за этого, Луне даже показалось, что не будь чего-то, о чем она не догадывалась, Темный спокойно бы ушел куда подальше и забыл бы о них. Или же, что больше подходило его характеру, остался бы, но не марал свои руки... копыта... конечности... А раз так, развивать свои фигуры было куда выгоднее, несмотря на то, что противник уже завершает развитие и практически поставил мат. И именно так это предстало перед Луной – как партия в шахматы, где ценой выступало ни что-то мелкое, а жизни – сотни жизней.       – Тогда, какого черта ты сидишь здесь?! – воскликнула Луна, чем заслужила лишь предостерегающий и полный угрозы взгляд от Джека. – В этой... Каморке! Древнейший Элементаль, одэрианец, а забился сюда, как трусливый пес! И это после всего того, что ты показывал нам!       – Жить надоело? – прорычал черный пони, поднимаясь во весь рост. Вмиг, во всей комнате погас даже самый мелкий источник света, а темнота начала шевелиться. Аликорн буквально увидела, как стены начали дышать. И в этом дыхании полыхала лишь одна хищная угроза. – Моя логика основана лишь на том, чтобы обучить вас, как противостоять врагу, чем вы сможете сократить число жертв.       – И тем не менее, они не сократились! Вспомни, сколько пони, перевертышей, грифонов погибло в том противостоянии! Были погибшие и в разведывательных миссиях, хотя ты мог не отправлять наших солдат, а свои тени. Ты ведь вполне мог так сделать, если бы хотел! А Люцифер... Да тебе только копытом махнуть, и он, Лилит, Азазель и прочие просто бы истлели! Но нет, - Луна начала агрессивно ходить туда-сюда по залу, - ты предпочитаешь не действовать так! И потому, мне интересно – что стало с тем чудовищем, которое за пару секунд могло уничтожить целый отряд элитных солдат Эквестрии?! С тем, кто в одиночку противостоял целому легиону Смерти в своем мире?! С тем, кто сражался с существом, равному себе по силе?! Где тот, кто ищет мести – существо, что живет своей ЯРОСТЬЮ?!       – Тебя это бесит, не так ли? – ухмыляясь, произнес Джек. – Бесит то, что будучи сильнейшим существом в мире, я действую медленно и чересчур осторожно, верно? И ты, маленький Эвелим, думаешь, что я – тот, кто сражался с этим соперником ранее, не знаю всех его возможностей?       – Нет... Ты определенно знаешь Люцифера... – продолжая кипеть, произнесла Луна, не замечая того, что ее собственная шерсть начала чернеть. – Но меня не покидает ощущение, что ты боишься его и потому не применяешь силу.       В ответ на эти обвинения, Джек просто рассмеялся, чем еще сильнее взбесил принцессу.       – Я никого не боюсь, малышка Найтмер Мун. – прошипел черный пони прямо в лицо почерневшему аликорну. – И мне кажется, что это ты боишься. Проиграть эту войну... И я куда сильнее, чем ты можешь себе представить.       – Тогда, почему ты не используешь данное тебе? – притихшим голосом спросила Луна, даже не обратив внимания на то, как ее назвал Джек.       – Все ради того, чтобы тебе, моя дорогая дочурка, и таким, как ты, было где жить, плодиться и радоваться этой жизни. – ухмыльнулся Темный, не отступая ни на шаг. – И тебе стоит благодарить судьбу за то, что я более-менее ценю ваш мир и не применяю той силы, которая есть у меня – в противном случае, даже ты стала бы просто космической пылью. И если ты не хочешь становиться таковой, не задавай вопросов, на которые не захочешь узнать ответ. Кроме того, когда я уйду за оружием, кто защитит этот мир? Селестия? Ты? Ави? Элементы Гармонии? КТО?!       Последнее слово Джек прорычал так громко, – и было это столь неожиданно для аликорна – что принцессу сильно передернуло, а весь пыл испарился так же резко, как и появился. Однако, и сам вопрос не прошел мимо ее ушей, ведь в каком-то смысле черный пони был прав. Он был сильнейшим среди них, Селестия и сама Луна не могли толком управлять своими силами, Аврора была не всесильна, а Элементы Гармонии вряд ли бы оказали хоть какой-то эффект на существо, чье тело создано из темной материи – вещества, неподвластного ни одному влиянию извне.       – Молчишь? – вновь послышался голос черного пони, и в этот момент Луна почувствовала то, что уже достаточно давно не ощущала по отношению к Джеку, - страх. И Темный, казалось, наслаждался этим ее чувством. – Правильно – лучше молчи, ибо ты не понимаешь, в чем пытаешься обвинить меня, Луна. Одно запомни – действуя вам на благо, я понимаю, что мог бы забыть об обитаемости этих земель, но раз уж я этого не делаю, есть определенные факторы, удерживающие меня от такого. Но раз уж ты заговорила об этом, да, похоже, я действительно засиделся с вами двумя. Раз уж ситуация патовая, придется покинуть этот мир и найти то, что я хотел все это время.       – Ч-что? – озадаченно переспросила Луна, не веря тому, что слышит, и не замечая того, что она уже максимально похожа на Найтмер Мун за исключением того, что рассудок остался нетронутым. Как и характерная для нее броня, коей на теле принцессы не наблюдалось.       – Ты ведь этого хотела, да? Чтобы прогресс шел дальше... Что ж, так тому и быть – прогресс будет, да только не расстраивайся потом, что Эквестрия окажется уничтоженной, а ты ничего не смогла сделать, так как была попросту не готова.       – Эта манипуляция не пройдет со мной. – стойко ответила Луна. – И ты не сделаешь меня виноватой в возможном проигрыше. И вместо того, чтобы говорить без толку, лучше бы объяснил, что такого находится в Храме Сио, что ты не хочешь к этому прикасаться!       – Там находится Сио. – ответил Джек, понимая, что лучше сказать сразу, чем вывалить это потом. – Вернее, Кристалл Сио.       – И что это? – слегка успокоившись, спросила принцесса.       Джек глубоко вздохнул.       – Сио – объединенное существо, состоящее из четырех Элементалей, что были созданы Хедейром после Великой Войны. Объединение всех элементов вместе порождает саму жизнь, так что, выражаясь несколько поэтично, Сио – Элементаль Жизни.       Луна встала, как вкопанная. И это ей рассказывает тот, кто откровенно плюет на жизни других, – что почитает одноименного Элементаля. Либо она была сильна, как сам Джек, потому заслужила его уважение, либо тут крылось что-то такое, что принцессе было не дано понять.       – Н-но... Ты говорил о каком-то кристалле... – и тут одна догадка прошибла ее сознание. – Погоди, кристалл... О Боги, ты же не хочешь сказать, что Кристалл Сио – это...       – Душа самой Сио? Но ведь у Элементалей нет души, верно... – Джек иронично улыбнулся. – Но да, твоя догадка верна – Сио, пожалуй, единственный Элементаль, у которого есть душа. Однако, ее душа состоит из прочих Элементалей, что несколько... Осложняет задачу.       – В... В смысле? – не поняла Луна, немного отойдя от шока.       – У Сио своя душа и свое сознание, но никто не говорит, что у частей ее души нет этого. Каждый Элементаль – отдельная личность и стихия, чья сила вполне может разорвать кого угодно из смертных.       – К чему ты это?       – А ты не поняла? В этом и был запасной план – взять нескольких кандидатов и попытаться уговорить Элементалей дать им свои силы. Но Сио... Как основное сознание, она может воспротивиться и тогда никаких средств нам не видать, а я... Хм... Скажем так, я у нее в немилости. Думаю, тут и объяснять не надо, почему. Жизнь и Тьма – несовместимая пара.       – То есть, дело – дрянь, да?       – Есть вариант, что Сио послушает нас, но он крайне небольшой. А оружие, что я хочу достать, – нет гарантий, что оно все еще: во-первых, не растворилось во времени, а во-вторых, боеспособно. В конце концов, оно достаточно древнее.       – А воссоздать? Ты же способен воссоздать любую вещь чуть ли не из воздуха по своему желанию.       – А, да не такое... Чтобы знать, что создавать, мне нужно узнать вещь или услугу. В человеческом мире до сделок я тоже дошел не сразу, исполняя, для начала, простенькие вещи. А вот создание определенных вещей, создание ситуации, нужной для клиента... Все это пришло с опытом... Орудие такого масштаба, вроде того, что приметил я, известно лишь по шрамам, которые оно оставляло. На том все.       – Понятно... – ответила Луна, задумчиво опустив глаза. – И... И что будет, если ты не найдешь это оружие?       – Унизительное возвращение сюда и перепланировка дальнейших действий. Возможно, что я отберу нескольких солдат и отправлюсь с ними в Храм Сио, где попытаюсь дать им силу Элементалей. Если не выйдет и это, будем действовать так же, как и в первый раз – нападение сплошным отрядом с разных точек. Обмундирование у всех есть, так что... Остается только отбросить два оставшихся плана.       – И это ты хотел скрыть? К чему было умалчивать о столь серьезных планах?!       – Я не обязан ни перед кем отчитываться. – отрезал Джек.       – Но не в такое время! И как... Как ты собирался рассказать об этом, если вообще собирался?!       – Лишь после того, как выполнил бы один из пунктов. Но поскольку ты такая большая заноза в моей заднице... – тут он, наконец, заметил изменения в Луне. Шерсть стала черной, как у него, глаза на фоне шерсти стали намного ярче, хотя оставались все такого же небесно-голубого цвета, зрачок вытянулся, став похожим на змеиный, сама принцесса стала несколько выше, а грива приобрела более фиолетовый оттенок. На самом деле, Джек не знал, как выглядела Луна в образе Найтмер Мун, да и то, что видел сейчас не мог назвать полным превращением. Скорее, ее тело решило выбросить еще одну часть изменений, слив ее естественную шерсть с темной материей, из-за чего получился такого вот необычный градиент.       – Что? – голос Луны вывел черного пони из размышлений о том, что именно с ней происходит. – Что-то не так?       – Это ты увидишь несколько позже. И скажу сразу, никакой паникой тут не помочь. Я понимаю твои чувства относительно медлительности всего процесса, но и ты должна понимать, что я не делаю чего-то просто так.       – Позже? Ты о ч... – принцесса не успела договорить, так как подняла копыто, собираясь указать им на Темного, и увидела свои изменения. И почерневшая шерсть сильно напугала ее, отчего аликорн начала практически в панике носиться по комнате, ища хоть что-то, что напоминало зеркало. Джек не стал усложнять ей задачу и дал достаточно крупный кусок металла, в котором она и увидела свое отражение. В этот момент, в глазах Луны можно было увидеть слезы и отчаяние, а копыта ее настолько размякли, что не смогли удержать кусок металла. – Это... Я... Я же...       – Изменилась? Да... – совершенно спокойно ответил Джек. – И, честно сказать, такие изменения тебе к лицу.       – К... К лицу? – Луна, казалось, не услышала того, что сказал черный пони, за исключением последних слов.       – Черный – твой цвет. Но тебя беспокоит другое, верно? Твои мысли такие громкие, что я почти слышу их своими ушами, - Найтмер Мун. И прежде, чем ты скажешь, что превращаешься в нее из-за своих сил, скажу, что ты такая уже минут десять, и почувствовала ли ты изменения или нет – вопрос к тебе. Так что, успокойся и постарайся проанализировать произошедшее.       – П... ПРОАНАЛИЗИРОВАТЬ?! – воскликнула принцесса, практически задыхаясь от своих эмоций. – КАК Я МОГУ ПРОАНАЛИЗИРОВАТЬ ЭТО?! Я... Я... – ее голос значительно поутих, а сама принцесса опустила голову, после чего схватилась за нее копытами. В какой-то момент, Джеку показалось, что она всхлипнула. – Только не снова... только не снова... Только не снова... Соберись, Луна, ты сможешь это остановить...       Последние слова аликорн произносила дрожащим шепотом, пытаясь сосредоточиться на том, чтобы взять свои эмоции под контроль. Смотря на это, Темному, при всей его жесткости, стало несколько некомфортно. Где-то внутри стукнуло что-то и заговорило с рационализмом, что был присущ черному пони. И говорило оно что-то вроде: «Подойди к ней... Поговори... Успокой...» Джек пытался проигнорировать это ощущение, ибо оно было нелогично, несвойственно для него, чуждо в каком-то смысле. И название этому голосу «жалость». В какой-то момент, Темный уже практически поддался чувству, но вовремя подавил его, однако не оставил того, что хотел сделать: подошел к плачущей принцессе и мягко ее обнял. Понятное дело, Луна была несколько обескуражена подобным поступком, но чувства взяли верх, и она ответила на объятия.       – А мне казалось, что ты выше этого. – услышала принцесса голос черного пони какое-то время спустя. – Но нет... Потому, повторю те слова, что сказал Селестии: как же сложно со смертными.       – Ч-что? – всхлипывая, спросила Луна и подняла глаза к лицу Джека.       – Сложно с вами, смертными. Такие эмоциональные, такие нелогичные и всегда подчиняетесь собственным чувствам. Было бы в вас чуть больше холодного расчета, цены бы вам не было. А так, получаем то, что имеем.       – Н... Но... Тебе же известно мое прошлое... Мой главный страх... И вот она, я, но в ее теле...       – Ти-и-ихо.. – протянул Джек, видя, что принцесса может вновь впасть в истерику. – Менее всего нам нужно, чтобы ты теряла самоконтроль, тем более в столь ответственный момент.       – Я понимаю это, но... – Луна старалась не смотреть на свои копыта. – Но, что, если она...       – А ты видишь в себе Найтмер Мун? – спросил Джек, чем несколько удивил принцессу. Резко она подняла на него ошарашенный взгляд своих изменившихся глаз.       – Ч-что?       – Ты так говоришь о своих изменениях, будто твоя худшая сторона захватывает тебя, но, насколько я помню, она забирала не только тело, но и разум. Неужто ты чувствуешь, что уходишь в пучину, уступая место той, кого даже никогда не существовало? Ведь Найтмер Мун – та же ты, только поддавшаяся своим эмоциям. Разве ты чувствуешь сейчас то же, что и тогда?       – Ну... Нет... – ответила Луна, утерев глаза копытом. – Ничего т-такого...       – Она говорит с тобой? Хотя, ты уже должна была понять, что просто говоришь сама с собой...       – Нет...       – Тогда, почему ты так переживаешь из-за этого?       – Но... Найтмер Мун... Она выглядела точно, как я сейчас.       – Вполне возможно, Луна. Но ты должна помнить, что темная материя – пластичный материал, а твое тело пытается привыкнуть к этой полиморфии. Не удивлюсь, если твоя шерсть примет розовый оттенок, а глаза ярко-желтый.       – То есть... То есть, то, что случилось, это просто... Просто попытки темной материи внутри меня срастись с остальным?       – Может быть... Но возможна и другая теория – Найтмер Мун для тебя – олицетворение чего-то жуткого и пугающего других своим величием. Вполне вероятно, что где-то на подсознании, будучи раздраженной тем, что мы все медлим, ты попыталась напугать меня своим превращением. Что ж, напугать меня не вышло, но выглядишь ты эффектно.       – Но... Смогу ли я... Смогу ли вернуть свой облик?       – Это зависит от тебя. Но, если уж это – твой новый окончательный вид, с помощью той же темной материи, ты сможешь перекрасить себя в более привычный тебе цвет. Так что, ты в выигрыше в любом случае.       – То есть, я смогу вернуться в свой облик? – в голосе Луны послышалась надежда, что несколько удивило Джека.       – Да. Думаю, да. Если не сможешь бессознательно, то, сосредоточившись, пожалуйста. А пока что, если это все, ты можешь идти. Советую тебе отдохнуть до начала тренировки – раз в тебе проявились и другие признаки изменений, будем смотреть, на что ты еще способна.       – А... А Селестия? Думаешь, она может испытывать что-то схожее?       – Может, но тогда она была бы здесь, вместе с тобой. А может, она подслушивает нас за стенкой, пока мы общаемся.       Луна резко обернулась в сторону двери, пытаясь сосредоточить все свои чувства на обнаружение своей сестры, но ничего не почувствовала. Если бы Селестия была по ту сторону, ей было бы легко почувствовать это, но сейчас она чувствовала лишь пустоту.       – Ее там нет – я ничего не ощущаю. – проговорила принцесса ночи. Черный пони лишь пожал плечами.       – Может и нет, а может она научилась скрывать свою ауру, душу, запах и даже дыхание.       – Разве такое возможно? – озадаченно спросила Луна, повернувшись к Джеку.       – Да. Но только для этого нужно тренироваться и очень упорно. Если это так, то могу поздравить макропринцессу, ибо она добилась практически полной скрытности. Селестия! – Джек значительно повысил голос. – Можешь выйти из-за укрытия – никто ругаться не будет.       Дальнейшее сильно удивило и несколько возмутило Луну. За дверью послышалась возня, после чего дверь в лабораторию открылась и на пороге показалась принцесса Селестия во всей своей красе и сильно покрасневшая – видимо, из-за того, что совершила недопустимый для принцессы поступок, а именно, подслушивала разговор, который уж точно не касался ее.       – Тия?! – возмущенно воскликнула Луна. Селестия подняла свой взгляд на сестру, при этом, ее совершенно не удивил внешний вид сестры. – Д-давно ты там стояла?!       – Думаю, с самого начала. – ответил за солнечную принцессу Темный. Старший аликорн смутилась еще сильнее. – И раз уж она все слышала, думаю, стоит спросить ее мнение о том, что она думает о моем плане. Планам...       Однако, Селестия не могла выдавить из себя ни слова и просто стояла, чем вызвала еще одну волну хихиканья у Джека. И так как никто не хотел начать говорить, Луна решила перехватить инициативу в свои копыта:       – Ладно, дабы сдвинуться с места, я не стану возмущаться, мол, какого черта ты шпионила за нашим с Салдавейроном разговором и так далее. И раз уж ты слышала нас, то, - она оглянулась на Темного, - эх, что ты думаешь о сказанном Салдавейроном? Про оружие и Храм Сио...       – По правде сказать, я считаю, что это безумие. – немного совладав с собой, сказала Селестия и подняла глаза. – Я не говорю об оружии, которое ты хочешь добыть, Салдавейрон, но вот с Кристаллом Сио возникают вопросы. Ты сказал, что это самое Сио – живое существо, а Кристалл – душа. Рвать душу живого существа ради того, чтобы наделить кого-то силой – крайне жутко.       – Ты упускаешь одно «но», макропринцесса, Сио – собирательный образ из сознаний нескольких Элементалей. И каждое сознание может иметь свое мнение на ту или иную ситуацию.       – Коллективный разум? – спросила Луна. – Как у муравьев?       – Только в случае, когда каждый Элементаль посчитает, что им всем грозит опасность. Тогда они сливаются в то, что носит имя Сио. Большую часть времени, они пребывают в разрозненном состоянии.       – И что будет, если разорвать душу Сио на части? – Джек пожал плечами.       – Это то, что не могу предсказать даже я, ибо слишком почитаю эту силу, как и само существо, и никогда, даже для достижения своей цели не старался разорвать ее на части. Тут может произойти что угодно: либо Элементали согласятся, в ущерб себе, разделить душу Сио на составляющие, что явно не понравится ей самой. В противном случае, они откажутся и не позволят даже мне притронуться к Кристаллу, а если я осмелюсь это сделать, помимо Люцифера, у нас появится еще один враг – куда более могущественный, чем сам Дьявол. Однако, тут я это подчеркну, вариант с Кристаллом Сио – это форс-мажор всех форс-мажоров. Даже оружие, которое я собираюсь найти, это не то, на что я рассчитывал. И, потому, - Джек слегка взмахнул копытом, - я и готовлю вас обеих. Эквестрии будет спокойнее, если в отсутствии одного Элементаля, здесь будут те, кто обладает силой двух. Но об этом несколько позже – пока что, вам нужно закончить ваши обыденные дела. До тех пор, вы обе свободны.       – Салдавейрон, а что со сроками? – спросила Селестия. – Как долго тебя может не быть?       – Не могу сказать точно, макропринцесса. – ответил черный пони. – Возможно, несколько дней, может быть, недель, но и несколько часов не исключаются. Все зависит от того, насколько быстро и в каком состоянии я найду это вооружение.       – Прозвучало так, будто тебе придется исследовать далеко не один мир. – сказала Луна.       – И ты права, Луна... Как минимум, мне придется посетить два-три мира, а вот максимум девять.       – Ради чего столько? – спросила Селестия.       – Некоторые ради орудия, другие ради того, чтобы восстановить эти орудия, если понадобится. И если я смогу договориться с местными обитателями – не думаю, что они будут рады видеть меня.       – Если ты так думаешь, может, тебе стоит взять кого-то с собой? Того, кто сможет договориться? – спросила Селестия.       – Искристая замучает меня своими вопросами, алмазная голова брезгливостью, ржавая и радужногривая не подходят для тонкой дипломатии.       – А Флаттершай? – спросила Луна. – Или Аврора с Чеширом? У Чешира, кстати, очень хорошо подвешен язык, так что говорить он умеет.       – Жители Свартальфхейма не слишком-то дружелюбны с демонами в любом их проявлении, а в Ави слишком много от моей Тьмы – это видно невооруженным глазом. А Шай... – Джек нахмурился. – Мне кажется, хватит с нее прыжков по мирам.       – Она – Элемент Доброты. Может быть, ее сила поспособствует твоим переговорам.       – Может, но Королевская Печать изменила ее, так что она теперь имеет демоническое начало, а как я уже говорил, свартальфхеймы не слишком-то любят демонов – даже полукровок и обращенных. Но, в ней должно было остаться больше от смертной – печать была снята до окончания трансформации – изменения не затронули и трети ее организма, так что... Может быть, но, как я уже сказал, мне кажется, что с нее хватит прыжков по мирам.       – Что ж, ладно... – сказала Селестия и повернулась к выходу. – Идем, Луна?       – Да, конечно... – ответила ночная принцесса и последовала за сестрой на выход. Чуть только она оказалась у двери, ее тело вновь изменилось, приняв прежние черты. Принцесса это заметила, наскоро себя осмотрела и повернулась к Джеку с ошарашенным лицом, на что получила взгляд, который сказал ей: «Я же говорил», после чего повернулась и покинула лабораторию.

[Королевство горных грифонов... Вечер]

      Несмотря на слова Скайкуилла о том, что все процедуры, посвященные осмотру его сына, займут не столь много времени, он несколько промахнулся, ибо все, что было связано с принцем, отняло практически целый день. Придворные медики, выслушав то, что видел король, а после узнав от самого принца, что произошло, лишь разводили лапами и не понимали, какая сила вытянула наследника буквально с того света. Да и травмы короля говорили о том, что он подвергся достаточно мощной атаке. Но, когда с обоими монархами было закончено, Скайкуилл отправился на поиски троицы демонов, ступивших на его земли. Искать долго их не пришлось – все они оставались на арене, и если Лилит с Азазелем были хоть чуть более живыми, то Люцифер сильнее всего напоминал собой монолитную статую, в которой, казалось, не было даже признака жизни. Огромное пятно на его лице создавало не слишком приятные ассоциации о чем-то злокачественном и жутком, но говорить об этом не стоило, ибо это могло оказаться достаточно грубым, а Скайкуиллу нужно было внедриться в доверие к этому демону. И раз уж придется строить из себя что-то вроде дружелюбного самаритянина, не стоит начинать с указания на физический дефект, тем более, если он не мешает нахождению в этом очевидно больном теле огромной силы.       Демоны встретили Скайкуилла куда большим дружелюбием, чем было ранее. Грифон ответил им тем же, из-за чего ситуация обрела вид, который можно назвать «Парадом лицемерия». Попытки грифона подлизаться были определены сразу, однако, для бескровного внедрения, не стоило подавать виду. Так они и решили действовать – негласно терпя друг друга.       В первую очередь, Люцифер попросил короля грифонов отвести его на самое ровное и пустое место, которое только можно найти на этой земле. Скайкуилл был удивлен подобной просьбой, так как считал, что помощь его народа будет несколько иной, однако не стал переспрашивать и покорно повел демонов на поиски. Определенно он знал, где находится нужная им земля, но решил ненавязчиво показать им то, чем не хвастался ни перед кем по нескольким причинам: во-первых, тому, кому надо, он уже доказывал могущество своего королевства, а во-вторых, таким образом Скайкуилл давал демонам понять, что, если они решат пойти против целого королевства, то неважно, какими бы чудовищами они ни были, - их уничтожат и даже не пожалеют. Демонам это было понятно, как ясен день и, откровенно говоря, это являлось достаточно возмутительным фактом, но, тем не менее, никто не среагировал и лишь молча и лживо восхитились теми масштабами, что открылись перед ними. Так или иначе, это не было их конечной целью, и Скайкуилл буквально спиной почувствовал, как нетерпение со стороны его новых «друзей» нарастало. В особенности, это чувствовалось со стороны Азазеля, сверлящего короля грифонов своим взглядом из-за повязки. Памятуя о том, что он сделал с Клаудвингом, Скайкуилл решил более не испытывать судьбу и повел демонов туда, куда им было нужно. Оно находилось достаточно глубоко среди гор и являло собой что-то вроде неровного кольца, образованного из каменистых образований и скрывающих за собой относительно ровную и слегка заснеженную землю. Немаловажным фактором был диаметр – достаточный, чтобы разместить поселение на несколько сотен обитателей с домами для каждого, которые можно было расположить в десятке, а то и паре десятков, метров друг от друга.       – Идеально... – протянул Люцифер, оглядывая открывшееся перед ним. В его глазах ярко полыхнул очень недобрый огонек. – Размеры, форма – все это идеально для нас.       – Возможно, - сказал Скайкуилл, - но позвольте спросить, Люцифер, для чего вам нужно столь далекое и необычное место?       – Есть ли тут отложения каких-нибудь металлов? – в свою очередь спросил Дьявол. Король грифонов несколько призадумался.       – Мы толком не исследовали эту местность – тут достаточно опасно из-за оползней, происходящих в любое время года. Кроме того, ветер здесь просто ужасный. Что бы вы ни задумали, атмосфера здесь неподходящая. Да и, вполне возможно, что здесь ничего нет.       – Эта территория нам подойдет. – спокойно отрезал Люцифер. Скайкуилл озадаченно уставился на него.       – Вы меня не слушали? Эта местность совершенно неподходящая для...       – Быть может, для грифонов, но демоны гораздо более выносливые существа. Азазель, Лилит, нужно организовать саму сильную защиту, на которую мы только будем способны. Нам ведь не нужно, чтобы кто-то сторонний узнал о нас, верно? И постарайтесь сделать это как можно незаметнее.       Оба демона молча кивнули и полетели в сторону ущелья.       – Защита? – не понял Скайкуилл. – Кого вы опасаетесь?       – Даже у меня есть враги, мой друг. А когда ты являешься демоном, то и враги твои соответствуют твоему уровню, если не превосходят его.       – Какое же чудовище является вашим вра... – тут Скайкуилл вспомнил кое-что. Страж, о котором упоминала Селестия в своем письме с предупреждениями о демонах. Она не назвала его имени, не упомянула, кто он и что, но, судя по тому, что он увидел на лице Падшего, его мысль была правильной.       – Кажется, ты уже знаешь что-то о моем враге. – протянул Люцифер.       – Если это тот, о ком я думаю, да... Но не слишком много.       – А вот я знаю его достаточно долго. Чертовски сильная тварь, если быть честным. И отвратность ситуации заключается в том, что существо по имени Салдавейрон находится на противоположной нам стороне, и переманить его к нам не представляется возможным.       – Что такого предложила ему Селестия, раз он согласен воевать на ее стороне? Если уж демоны из другого мира, то уверен, что Салдавейрон тоже.       – О да... Он из другого мира... И он самое древнее и самое сильное воплощение зла, которое только может знать мироздание.       – И вы противостоите ему? – спросил Скайкуилл, пытаясь одновременно переварить то, что услышал. – Но... Боги великие...       – Я понимаю, насколько это сложно, друг мой. – мягко сказал Люцифер и положил свое копыто на плечо грифона. – Принять то, что вокруг тебя обитают существа, кажущиеся богами. Но Салдавейрон не бог, Скайкуилл. Он – простое чудовище, которое должно быть уничтожено. И я, мои демоны и, возможно, грифоны будем стоять на пороге полного истребления зла. И мир озарится светом и воссияет величием новой эры.       – Откровенно говоря, - сказал Скайкуилл, подняв взгляд на Дьявола, - ты не говоришь так, как существо, подобное тому, что победило моего сына.       Люцифер вновь улыбнулся.       – В это сложно поверить, но даже у меня было прошлое, не связанное с демонами. Некогда, я и мои братья с сестрой были воинами Света.       – Ангел? – ошарашенно произнес Скайкуилл.       – Хм... Вижу, вы наслышаны о подобных мне. Хотя это не удивляет – религии многих народов предполагают наличие таких, как мы, и неважно, на какой планете они обитают. Различаются, разве что, названия. Но да, некогда я был ангелом – сильнейшим из всего нашего отряда. Дальнейшая история не имеет ценности, так как осталась далеко в прошлом. Нынешнее же построит будущее и только нам решать, будет ли стоять у руля монстр или же истинный правитель. И я говорю про оба наших мира... Ад не останется в долгу у того, кто помог вернуть ему былое величие – в этом я клянусь, как Король Демонов.       – Вы... Вы оставили жизнь мне и моему сыну, хотя должны были забрать их. Моя поддержка, как и моего королевства, полностью в ваших копытах. Итак, помимо места среди гор, чем еще мой народ может помочь демонам?       – С этим повремени, мой друг. Пока что, нам нужно защитить эту территорию и найти материалы для дальнейшего.       – Вы спрашивали про отложения металлов. Не секрет, для чего и в каких количествах вам нужен этот материал?       – Нам нужно возвести одну из структур, дабы получить доступ к целой армии, что поджидает нас в Аду. Грифоны, может быть, и сильные воины, но демоны гораздо сильнее, что позволит сохранить твой народ в целости. Все же, это война демонов.       – Понимаю. – ответил Скайкуилл. – Но, если позволишь сказать такое, использование только своих войск против всех врагов несколько нерационально. В особенности, когда у тебя появился союзник.       Люцифер озадаченно взглянул на короля грифонов. Тут же, что-то ярко вспыхнуло и послышался такой звук, будто в один момент ударило несколько молний, за которыми последовал гром. Скайкуилл, будучи испуганным от такого удара судьбы, резко повернулся туда, где, предположительно, мог находиться источник звука и увидел, как в воздух взметнулось несколько десятков алых молний. Били они как-то странно – по крайней мере, в воздухе начала образовываться необычная для глаз грифона фигура. Поначалу, это была лишь идеальная окружность, но потом, внутри этой окружности, и вокруг нее, начали образовываться разнообразные символы. Через несколько минут это закончилось, после чего из центра этой окружности начало вырастать что-то вроде купола. Росло оно достаточно быстро, и, что самое удивительное, местность, которая находилась в его пределах, не изменилась. Напротив, приняла те черты, которыми обладала эта территория до прихода демонов. Еще, когда он общался с Люцифером, Скайкуилл краем глаза замечал, что демоны внизу чертят какие-то странные фигуры и символы. Сейчас же, когда купол полностью опустился, он скрыл не только две мелкие фигуры, стоящие внизу, но и символы, которые они выводили. Когда все закончилось, странная фигура в небе исчезла, а купол перестал покрываться чем-то, что походило на волны, став крепким и прозрачным монолитом, за которым не было абсолютно ничего – взгляни и не заподозришь, что там могло находиться что-то.       – Защитное поле. – поспешил пояснить Люцифер, видя немой вопрос в глазах Скайкуилла. – Простая визуальная иллюзия. Никто за пределами поля и понять не сможет, что тут есть хоть что-то. Это поможет нам в развитии этой территории под свои нужды. Не знаю, добавили ли мои генералы звукоизоляцию, но, в идеале даже шепот не должен просочиться сквозь поле.       – Звучит грандиозно... – произнес Скайкуилл. – Стало быть, демоны обладают какой-то особой магией?       – Можно и так сказать. – ответил Люцифер. – В скором времени, на эти земли придут мои демоны. Грифонов они не потревожат, можешь не беспокоиться. Пока что, оставь меня наедине с моими генералами и иди проверь своего сына. О дальнейшем я буду вводить тебя в курс дела. Либо я, либо мои подчиненные. От своего имени и лица всего Ада, могу поблагодарить тебя и всех грифонов за сотрудничество.       Скайкуилл молча кивнул, развернулся и отправился в сторону своего замка, попутно размышляя о том, на что он подписался. И как только он скрылся в небесах, из-за купола вышли Лилит и Азазель, явно подслушивавшие разговор между двумя королями.       – Он очень легко согласился сотрудничать. – монотонно произнес Азазель. Падший тихо и презрительно усмехнулся.       – От него буквально воняет лицемерием. – произнес Дьявол. – А еще жаждой силы. Уверен, что в будущем он запросит достаточной награды за то, что предоставил нам свои услуги.       – Этот маленький старик еще не знает, с чем он столкнулся. – хихикнула Лилит. – Люци, только прикажи, и я подарю ему самые сладкие страдания – во всяком случае, своей скрытой наглостью и жаждой силы он заслужил именно это.       – Всему свое время, моя дорогая. Я дам тебе возможность разобраться с этим Скайкуиллом лично, как и с его сынком. Но пока что, начинайте переброс нашей строительной силы на эти земли. Делайте это небольшими группами, скажем, по десятку особей раз в полчаса-час.       – Какое конечное количество существ необходимо?       – Пока что, сотня голов. Сначала, нам нужно исследовать эти территории на наличие необходимых материалов для дальнейшей работы. Если таковых здесь не найдется, будем искать иные варианты. И у меня есть один, который я начну расследовать самостоятельно и немедленно для ускорения процесса. Потому, поступим следующим образом. Азазель, ты назначаешься руководителем этой операции. После переноса тварей, возьмешь контроль над всеми процессами по разработке этой территории. Лилит, ты отправишься назад, в Новый Ад и будешь следить за ситуацией там, пока меня не будет. Постарайся не подвести меня...       Лилит смущенно опустила глаза. То, как Люцифер поставил ей задачу, вызвало в ней двоякие чувства.       – Полагаю, задача ясна? – оба генерала молча кивнули. – Превосходно. Начинайте немедленно. Если же у кого-то из местных жителей возникнут вопросы в мое отсутствие, Азазель, ты знаешь, как им отвечать.       – Что-нибудь придумаю. – совершенно спокойно ответил рыжий, развернулся и скрылся за куполом.       – Шла бы ты за ним, Лилит. – сказал Люцифер. – Он доставит тебя в Новый Ад, заодно поможешь ему с переносом демонов.       – Я знаю это, но... Один вопрос не покидает мою голову, Люци. Почему ты решил пойти на сделку с этим смертным? Там, на территории пони никого из нас не волновали такие условности, как дипломатия.       – Понимаю, к чему ты клонишь, но нам не стоит высовываться. По крайней мере, пока мы не выполнили то, что усилит нас достаточно. Да, созданные нами твари были сильны, но не стоит недооценивать Салдавейрона. Вероятно, он уже изучил достаточно, чтобы найти то, что может показаться ему слабым местом. Мы можем сколько угодно плодить их, но они могут стать не более чем рядовым пушечным мясом, пусть и сильным. Для победы нам нужно увеличивать не только мощь своих войск, но и их численность. И наши войска уже ожидают нас по ту сторону.       – Думаешь, тебе удастся убедить всех? Мелкие твари – может быть, но архидемоны. Они могут воспротивиться. Раз уж такой уродец, как Бегемот смог, где гарантии того, что остальным не удастся?       – У демонов есть одна черта, которая характерна для всего вида – покажи им силу, и они пойдут за тем, в ком видят ее. – Люцифер хищно улыбнулся. – А я не думаю, что пара сотен жертв, сильно ударит на фоне сотен миллиардов.       – Возможно... Но ты же не за убеждением демонов отправляешься в Ад, верно?       – Ты необычайно проницательна, Лилит, раз смогла понять, куда я отправляюсь и зачем.       – Построение Врат – достаточно затратный процесс не только с поиском материалов, но и с их обработкой. Нужен кузнец, верно? Причем, самый лучший.       – Свартальфхеймы не слишком нас жалуют, если ты помнишь. Так что, гномы, увы, нам не помощники. – Падший продолжал зло улыбаться. – По крайней мере, на данный момент. Но я знаю того, кто обитает среди нас. И вот уже ему есть, что предложить...       С этими словами, Люцифер расправил свои крылья, с силой взмахнул ими и стремительно взлетел в потемневшее небо. Лилит видела, как Дьявол скрылся в облаках, после чего последовал удар грома, вместе с алой вспышкой. Проводив его, демонесса тихо хмыкнула, улыбнулась не менее хищно, чем ее муж, после чего скрылась за куполом, ибо приказ нужно было исполнить. Радовало только одно – в Новом Аду не было Азазеля.

[Кантерлот... Начало ночи]

      Очередная тренировка Луны и Селестии прошла более-менее удовлетворительно по мнению Джека. Повторение предыдущих этапов заняло не больше часа, что определенно радовало черного пони – оба Эвелима развивались стремительно, а это значило, что время отбытия приближалось даже куда быстрее, чем он думал. Однако, голову Темного все не покидала мысль о том, что ему точно будет нужен напарник, который сможет убедить свартальфхеймов ступить на его сторону. Флаттершай подходила на эту роль идеально – сложно было поспорить с тем аргументом от принцесс, что пегасочка является комком чистой доброты. Пускай, гномы и были достаточно воинственным народом, им не была чужда доброта и сопереживание другим видам. Тем не менее, Джека грызли сомнения. Переносы в другие миры для пони были не самыми удачными, если исключить их поход в человеческий мир. А много где она была? Хельрейм да Ад. И все... А, нет, был еще Керадон... Гидриона…Пять миров в общей сложности. Не то, чтобы очень много, но, откровенно говоря, многие отдали бы свою душу, ради того, чтобы вот так прыгать по мирам. Но это уже пустая демагогия. Теперь, когда он отпустил принцесс спать, нужно было принимать решение, и делать это достаточно быстро.       Так Джек думал, смотря на луну в окно из своей лаборатории. По крайней мере, до тех пор, пока он не почувствовал, как что-то уткнулось ему в руку, которую он подставил под голову. Это было странно, так как он не чувствовал чьего-то присутствия в комнате, а стол, за которым он сидел был максимально свободен от предметов, которые могли бы подкатиться к нему. Да и ощущение было не таким, как от пробирки, которая под действием каких-то сил решила покатиться в его сторону. И повернувшись, он увидел потревожившего его. Это был кот. Животное, коих очень много на свете. Не демон, хотя Джек подумал, что этом мог быть либо замаскированный Бегемот, либо Чешир, но этот кот был совершенно другим, начиная от внешнего вида, заканчивая тем, что чувствовал черный пони. Первым, что увидел Темный, была принадлежность кота к так называемым химерам. Так бывает, когда два эмбриона сливаются в одного, что дает на выходе очень необычный раскраску итоговому животному. Вот и этот кот был таким – большая часть шерсти на теле кота была рыжего, практически светло-медного оттенка, лишь изредка встречались достаточно крупные пепельно-черные пятна, преимущественно на правой стороне и на всех лапах. Мордочка была характерна для котов-химер – разделенная строго по середине на рыжую с таким же рыжим глазом, а вторая была черной с ярким, как дневное небо, голубым глазом. Пушистый, на манер мейн-кунов, длинный, черно-оранжевый хвост лежал по левую сторону от своего владельца, а разные глаза с искренним интересом смотрели на Джека. Собственно, черный пони смотрел на кота схожим взглядом. И на то были свои причины, главной из которых являлось его совершенно внезапное появление. Возможно, это был кот одной из принцесс – Селестии, скорее всего, так как она, по наблюдениям Темного, любила всяких необычных животных. Но, мало того, что этот кот появился достаточно внезапно. Джек откровенно не чувствовал души у кота, хотя до этого мог ощутить ее у любого живого существа, за исключением тех, у кого ее не было по определению. Поэтому, он и подумал поначалу, что кот является демоном, но нет. Самый обычный кот с необычной раскраской.       – Хм... – задумчиво произнес Джек и повернулся к коту. В глаза ему бросился блеск под шерстью на груди животного. Это оказался блеск от именного значка на ошейнике. – Джесси... Значит, тебя зовут Джесси?       В ответ, кот начал очень громко мурлыкать и тереться о холодную руку Темного. Черный пони же, ошарашенный таким неожиданным подарком жизни, начал просто гладить кота по имени Джесси.       – Откуда ты взялся здесь, котяра? – спросил Джек больше у воздуха, чем у кота. – И какого черта я не чувствую в тебе душу?       Джесси же, закончив тереться, устремил на Древнейшего свои глаза и слегка склонил голову.       – Хм... Вижу по глазам, что ты достаточно умный, верно? – Джесси ответил ему тем, что моргнул. – Угу... Селестия – твоя хозяйка?       Кот отрицательно покачал головой.       – Луна?       Вновь отрицательный ответ.       – Тогда, кто же твой хозяин?       Ответа от кота, естественно он мог не ожидать – все же животные не говорят. По крайней мере, обычные. Джесси же явно не был обычным, потому, раз он не мог говорить, возможно было прочитать его мысли. Но тут затесалось то, чего Джек ожидал меньше, чем отсутствия души у кота – его мысли тоже были недоступны. А могли ли быть какие-то мысли у кота, помимо тех, что диктуются инстинктами? У этого вполне может быть, ибо руководи им инстинкты, он бы держался подальше от того, кто потенциально может представлять опасность. Но нет, Джесси сидел здесь и даже не побрезговал попросить немного ласки в свой адрес.       – Откуда же ты ту взялся? Может, покажешь, откуда пришел или кто тебя послал?       Джесси отрицательно покачал головой.       – Не хочешь? – слегка удивленно спросил Джек. Кот вновь качнул головой из стороны в сторону. – Ясно... Тогда, пойдем по-другому. Ты местный? Я имею в виду, из Кантерлота?       Реакция была отрицательной.       – Значит, из Понивиля? – еще одна догадка оказалась неправильной. – Из Вечнозеленого леса? – третья догадка также оказалось отброшенной. – Ты вообще из Эквестрии?       В последний раз Джесси отрицательно качнул головой, чем окончательно вогнал черного пони в ступор. Не из Эквестрии... Кот... Бездушный, недоступный ни для чего – словно стена, и он показался Джеку чем-то странным даже для того безумного мира, в котором он обитал.       – Не эквестриец, значит... Что ж, это дело отдельного разговора. Ты тут случайно или же искал что-то, а наткнулся на меня? Моргни один раз, если первый вариант и два, если второй.       На удивление, Джесси сверлил Темного немигающим взглядом.       – Стало быть, не хочешь говорить? – улыбнулся Джек и пожал плечами. – Что ж, дело твое. У меня слишком много своих дел, чтобы думать о бездушном коте, который с какого-то черта так идеально понимает речь и может давать осмысленные, учитывая свои особенности, ответы. Не эквестриец, значит... Но и на демона ты не похож. Скорее всего, ты просто с дальнего уголка этой планеты. – краем глаза Джек заметил, что Джесси опять отрицательно покачал головой. – Что? Не с этой планеты? – впервые, кот утвердительно кивнул. – Так, ты меня заинтересовал, котяра. Но, тем не менее, как бы я ни хотел разобраться, у меня и своих дел по горло. Свартальфхейм... Чертовы гномы...       Джесси вновь оказался рядом с черным пони, с интересом смотря на него. В особенности, в глаза. Взгляд кота был изучающим и необычно разумным. Он буквально следил за каждым движением не столько черного пони в целом, сколько его глаз. И проследив за его взглядом, кот увидел, что Джек смотрит на луну крайне задумчивым взглядом.       – Я, наверное, схожу с ума... – тихо произнес Джек, повернув голову к Джесси. – Да, точно... Я хочу обсудить план дальнейших действий непонятно с чем в образе кота. Но почему-то ты вызываешь у меня доверительные чувства. Черт его знает, впервые со мной происходит такое – по крайней мере, с первого взгляда.       В ответ на это, кот лишь коротко мяукнул. Голос его был звонким и чистым – отчасти, как у котенка. Услышав это, Джек усмехнулся.       – Находиться меж двух огней – то еще дерьмо, мой пушистый слушатель. А быть в центре огненного кольца паршивее некуда. – произнес черный пони, занеся руку над головой Джесси и опустив ладонь на пушистую макушку. – Вот и я нахожусь на распутье. Делать ли так, как я привык – в одиночку, или же довериться тем, кого я и так втянул в страшные события? – кот озадаченно посмотрел на Темного. – И что, по-твоему, значит этот взгляд? Я не могу прочитать твои мысли, так что даже не уверен, что ты меня понимаешь. И тем не менее, если буду действовать так, как делал всегда, я смогу избежать глупостей, которые сопровождаются наличием кого бы то ни было. Понимаешь, Джесс, пони бывают весьма своенравными. Их устои и понятие морали настолько же отличны от моих, как небо отлично от земли. Мне ничего не стоит применить более жесткие методы, дабы добиться желаемого, однако мои компаньоны не считают это правильным. Лицемеры... – Джек как-то злобно усмехнулся, хотя больше всего этот звук напоминал короткий рык, смешанный с усмешкой. – Уверен, будь у них возможность, они бы сделали то же самое, что хотел сделать я. Однако, это только одна сторона медали. Вторая же ссылается на компанейский вариант моего плана. Если на секунду предположить, что, взяв кого-то с длинным языком, я смогу уговорить свартальфхеймов сотрудничать, обойдется малой кровью и куда большим доверием с их стороны. Все же одиночка убьет парочку для запугивания, а тот, кто прислушается, пойдет мирным путем. И хотя гномы – те еще воинственные сукины дети, они умеют прислушиваться к голосу рассудка и ненавидят Люцифера даже сильнее меня.       Джесси коротко мяукнул, как бы говоря, что он готов слушать далее. Темный же коротко усмехнулся и провел ладонью по его голове.       – И вот я думаю, прислушаться ли к голосу логики, которая подсказывает мне, что одна-две жертвы смогут склонить гномов на мою сторону. Или же к другому голосу, который говорит, что лучше предложить что-то, дабы потом получить взамен больше. Взаимовыгодное сотрудничество... Что думаешь, Джесс... Ох, Мать Одэр, я на полном серьезе спросил об этом у кота...       К его удивлению, Джесси увернулся от руки черного пони и легкой походкой подбежал к достаточно крупному молоту, после чего начал стучать по нему лапой так, будто хотел пододвинуть его ближе к Джеку. Когда же это не получилось, кот издал очень протяжное и не менее громкое мяуканье.       – И что ты хочешь? Тебе понравился этот молот? – Джесси отрицательно покачал головой, после чего уткнулся в молот носом вновь, словно собираясь подвинуть его ближе. – Что ты хочешь этим сказать? Мне-то зачем этот молот? – кот промолчал, пристально уставившись в глаза одэрианца таким взглядом, будто пытался сказать ему нечто очень простое. Нечто такое, до чего было слишком просто додуматься. И Джек, похоже, догадался...       – Хм... Молот... Кузнечный инструмент... Намекаешь на то, что было бы неплохо что-то подарить гномам? К примеру, лучшие кузнечные инструменты?       Джесси утвердительно кивнул. Черный пони же, в который раз, усмехнулся.       – А ты умный... Для кота... – Джек пристально уставился на пушистого. – Может, все же посвятишь меня в то, кто ты такой? Если тебя так беспокоит раскрытие, можешь быть уверен – по части хранения секретов мне нет равных. – кот отрицательно покачал головой и не было понятно, не верит ли он в правдивость слов черного пони или же просто не хочет раскрывать своей тайны. Так или иначе, Джек не собирался останавливаться на этом. Раз уж не удавалось вытащить из кота информацию мягко, он собирался сделать это по-своему. Напряжение повисло в воздухе, и Джесси отчетливо ощутил это и начал медленно отступать, изгибаясь и шипя. Понимая, что лучшего момента нет, Джек сделал резкий выпад вперед, намереваясь схватить кота за шкирку, но Джесси достаточно ловко, что было необычно даже для кота, увернулся от руки и не менее шустро спустился на пол. Для черного пони столь идеальная реакция у кота стала неожиданностью, но заодно и подтвердила, что с животным явно что-то не так. И он знал, что такого быть точно не может – слишком много котов видел за свою жизнь. Однако, в рукаве у него было еще несколько тузов, причем, у обоих. Джек начал использовать свои тени, дабы обездвижить, схватить Джесси с помощью теневых рук, пытался заставить его увязнуть, но животное проявляло просто чудеса ловкости и грации – Джесси увернулся буквально от всего, что в него выкидывали, и продолжал делать это до тех пор, пока один из снарядов не попал в дверь, распахнув ее полностью. Заметив это, Джесси припустил туда с какой-то неестественной для кота скоростью. Джек направился за ним, и когда оказался за дверью, начал поворачиваться по сторонам, предполагая, куда мог направиться загадочный кот. Искать по душе или следам было бесполезно – кот был чист, как самая прозрачная вещь. Но, что самое странное, - не было запаха. Вернее, он был, только обрывался практически на пороге, не ведя ни в одну из сторон. Из-за этого сложилось впечатление, что кот буквально растворился в воздухе. Такого быть не могло, по крайней мере, имей Джек дело с обычным животным, коим Джесси, скорее всего, не являлся. Объяснение такой внезапной пропаже было одно – телепортация. Но такой способностью нельзя было обладать, не имея маломальского логического мышления. Обычный кот, которым руководят инстинкты, не смог бы построить целую цепочку в своем мозгу и организовать достаточный энергетический выброс, чтобы совершить прыжок на n-ое расстояние. Да еще и так, чтобы не было ни визуального выброса, ни по ощущениям. Вопросов стало все больше. Джеку, откровенно говоря, не хотелось, так как и других забот было полным-полно, однако же кот по имени Джесси произвел на него достаточное впечатление. Нет души, но не демон, ни Элементаль или какая-то прочая высшая ерунда. Умеет телепортироваться, но при этом зверь – на своем «веку» Джек видел много телепортеров или тех, кто располагает к этому, и редко когда тех, кто делает это, опираясь на инстинкты. По крайней мере, то были существа, у которых телепортация была прописана природой. Джесси с такой способностью был аномалией, если, конечно, не скрывал за собой ничего. Маскировка была вполне возможной, так как кот проявлял признаки относительной разумности – хотя бы понимал какие-то слова. И тут Джек впал в небольшой ступор – ни демон, ни ангел, а простой кот, но понимает то, что ему говорят. Запах, как у кота – такое не могла бы скрыть ни одна маскировка. По крайней мере, от Джека. От Элементаля не скрыться даже за самой мощной маскировкой. То есть, Темный сделал окончательный вывод по поводу того, кем был Джесси. А раз он был простым котом, его поведение и способности просто не укладывались в общую картину. Странно? Очень... Мог ли этот кот быть шпионом Люцифера? Вот тут можно было поразмышлять. Чары, какими бы скрытными они ни были, могли быть почувствованы черным пони. И... Все... По сути, на этом все кончалось. Джесси был котом, что действовал по своей воле. И обладал силой, объяснить которую было сложно. Так или иначе, и кем бы ни был Джесси, он все же натолкнул Джека на мысль, что, не смотря ни на что, можно попытаться получить пользу не только силой.       – Джек? – послышался знакомый голос. – Джек?       За голосом последовал и тактильный контакт – кто-то положил свое копыто на плечо черному пони и легонько потряс его. Черный пони сразу узнал и этот достаточно робкий голос.       – А? – Джек повернул голову и увидел Флаттершай. – А, привет, Шай... Думал, ты спишь – все же время позднее.       – Как раз шла в спальню. – неловко улыбнувшись, ответила пони.       – Ави не дает расслабиться, верно? – улыбнулся Джек. Пегасочка кивнула.       – Угу... Дэши досталось особенно... Из-за ее вспыльчивости.       – Понимаю, радужногривая – та еще заноза. Кстати, эм... Можно нескромный вопрос?       – К-конечно... – слегка покраснев, сказала Флаттершай.       – Ты кота тут не видела? Такого рыже-черного... Морда у него еще двух цветов и идеально разделена на две половины окрасом.       – М-м-м, нет, не видела... А что?       – Да вот... Исчез... Пришел, потерся и убежал.       – Может, это кот принцессы Селестии или Луны? Хотя, скорее, принцессы Луны – у принцессы Селестии есть Филомина.       – Фило- кто? – не понял Джек.       – Феникс... Принцесса уже достаточно давно владеет ей.       – Ну ладно-ладно... Кота, значит, не видела... Что ж, это интересно.       – Он так важен для тебя? То есть, не пойми меня неправильно, но я не думала, что тебе так интересны коты.       – Мир полон сюрпризов. – Флаттершай тихо захихикала.       – Твоя любимая фраза...       – Нужно же двигаться дальше... Начнем с любви к котикам.       – Хи-хи, ладно... Что ж, я, наверное, пойду...       – Да-да, конечно... – ответил Джек и отошел в сторону, пропуская пегасочку вперед. Однако, пони не спешила уходить. – Все в порядке?       – Да, просто... А ты спать не пойдешь?       – Не до того маленько. Да и ты меня знаешь – мне сон нужен не так, как вам.       – Ну да, но... Я просто хочу знать, что у тебя все в порядке. С тех пор, как Хедейр ушел...       – Он сам выбрал свой путь. – более злобно бросил Джек. – Мне не нужен тот, кто будет ходить и ныть, что так нельзя, сяк нельзя, а вот так вообще неприемлемо. Польза от него была только в том, что он помог создать броню для вас. В остальное время, нытье, нытье и еще раз нытье.       – Я понимаю, просто... Кристальная Империя все еще у Люцифера, некоторые солдаты, откровенно говоря, уже и не верят в то, что мы действительно вернем ее.       Джек глубоко вздохнул.       – И много таких? Тех, кто наводит суету?       – Нет. – Флаттершай покачала головой. – Но... Думаю, ты сам понимаешь – им не нравится, что их дома уничтожены, а они ничего не могут сделать. Да и сам ты...       – А со мной-то что не так? – непонимающе спросил черный пони.       – Ну... Редко выходишь куда-то, все сидишь в лаборатории и видишься разве что только с принцессами.       – Надеюсь, что ты хотя бы понимаешь, что обоих аликорнов нужно тренировать, дабы от их силы была польза.       – Я-то понимаю, но... – пегасочка нахмурилась. – Даже мне уже начинает казаться, что мы просто топчемся на месте... Прости...       – Шай, я не могу оставить Эквестрию двум Эвелимам, которые не контролируют свои силы, да еще и с Люцифером под боком. Сделай я это, велика вероятность, что Кристальной Империей дело не ограничится, если не станет хуже. И под «хуже» я имею в виду полноценное демоническое вторжение.       Флаттершай нервно сглотнула. Она прекрасно понимала, что Кристальная Империя была только возможным началом похода Люцифера. Разумеется, он метил на Эдем – тут не нужно было быть даже простой гадалкой, и еще более очевидным было то, что он не станет терпеть тех, кто попытается противостоять его плану. Но и сидеть так бесконечно было подобно пытке. Нужно было что-то делать, и эта мысль далеко не в первый раз приходила пегасочке в голову. Первый раз она встретила сильным испугом. Что-то внутри нее требовало сражения. Это подметила не только она – Аврора тоже замечала изменения в подруге, особенно во время тренировок, ставших уже настолько рутинными, что грозились начать навевать скуку. Скука... Первым, что заметила Аврора во время тренировки непосредственно с Флаттершай, так это периодически появляющееся на лице пегасочки скучающее выражение. Оно появлялось всего лишь на миг, а потом растворялось, становясь совершенно привычным лицом обычной Флаттершай. Во время спарринга полукровка замечала, что ее подопечная начала проявлять куда больше ярости в своих действиях и куда меньше робости, что сковывала ее до того момента. Движения ее стали куда более пластичными и элегантными, а удары сильнее. Казалось, стесняшка-пони больше не собиралась сдерживать себя, несмотря ни на что, и добрая и кроткая Флаттершай превращалась в настоящего воина лишь только шлем ее брони закрывал голову. А в какой-то момент она и вообще практически сорвалась. Но сейчас пегасочка предпочитала об этом не думать, да и Аврора достаточно рассказала ей о том, что с ее новой природой может измениться не только внешний покров, но и какие-то черты ее характера. Все же, демоны – достаточно жестокая раса. Когда же сама Флаттершай заявила, что хочет поговорить с Джеком об этом, Аврора остановила ее, сказав, что у Темного полно других дел. И под этим она имела в виду принцесс.       – Все в порядке?       Голос Джека вывел Флаттершай из размышлений о том, что происходило за последнее время.       – Да, да, я в норме. – натянуто улыбнувшись, сказала пони. – Просто устала... От тренировок, от всего происходящего... Клянусь, если бы у меня была возможность, сама бы впилась в горло Люциферу... И держала бы его до тех пор, пока бы он не захлебнулся собственной кровью.       Раньше, Джек видел много из тех, кто уставал от каких-то монотонных действий или длительного ожидания, и эмоции они испытывали разные. Но то, что он услышал от маленькой пони, которая была самой добротой и представляла ее в этом мире, заставило даже его открыть рот от удивления, правда всего лишь на несколько секунд, после чего он увидел то, что не подметил сразу – глаза Флаттершай, пока она произносила свои не самые приятные желания в отношении Дьявола, медленно превращались из голубых, в которых он всегда видел пожелания добра даже для самых последних чудовищ, в алые и наполненные злостью, которая не была свойственна ее кроткому характеру. Такая злость скрывалась, скорее, в сердцах самых злобных демонов. И столь стремительному изменению в ее поведении он видел только одну причину – влияние Королевской Печати.       – Да уж... – протянул Джек, когда Флаттершай замолчала. – Ты в порядке... Ведь каждая пони, которая является Элементом Доброты, желает впиться своему врагу в глотку и ждать, пока он захлебнется своей кровью.       Тут Флаттершай отпустило. Ее глаза вновь стали привычного цвета, а из голоса пропала ярость. Поняв, что она только что сказала, пегасочка прикрыла рот копытами и испуганно вздохнула.       – О нет... Снова это... – с ужасом произнесла она.       – Снова? – озадаченно спросил Джек, уставившись на пони. – Что значит, снова?       Какое-то время Флаттершай молчала, но потом глубоко вздохнула и опустила взгляд в пол. Рано или поздно, но ей нужно было сказать ему об этом.       – Это... Это уже не в первый раз, когда я... Ну... Когда со мной происходит такое.       – С этого момента поподробней. – более требовательным голосом сказал Джек.       Собравшись с силами, Флаттершай все же рассказала Джеку о том, что с ней происходило на тренировках, и о мыслях, которые начали тревожить ее. Черный пони слушал ее очень внимательно, хмурясь все сильнее с каждой последующей жалобой. Откровенно говоря, пегасочка попыталась строить предложения так, чтобы все не выглядело как жалоба, ее слова прозвучали именно так. Когда она закончила, то взглянула в его глаза и на секунду ей показалось, что в них она увидела огонек сочувствия. Остальное же затмевало очень задумчивое выражение.       – И почему ты молчала все это время? – последовал вопрос от Темного. – Если тебя так беспокоит твое состояние, ты могла бы обратиться ко мне.       – Я хотела, но... Аврора сказала, что ты слишком занят тренировками с принцессами, и поэтому я не хотела тревожить тебя. – Флаттершай грустно опустила глаза и начала переминаться с копыта на копыто. Джек же снисходительно вздохнул.       – Шай, - он подошел ближе и положил копыто пегасочке на плечо, - нет ничего зазорного в том, чтобы попросить у меня помощи, если тебя что-то беспокоит. Как бы я ни был занят, не стесняйся подходить. – черный пони сместил копыто с плеча Флаттершай ей на подбородок и слегка приподнял опустившуюся голову. Пегасочка увидела, что на обычно сухом лице Темного была достаточно необычная для его характера улыбка – добрая и заботливая. – Хорошо?       Флаттершай, ощущая очень теплое чувство в своем сердце и то, как по щекам потекли слезы, бросилась Джеку на шею и крепко обняла. Привычная прохлада его шкуры несколько остудила пыл пегасочки, но не ослабила ее объятий. Сам же черный пони просто встал столбом. Он понимал, что такая реакция на его слова весьма предсказуема, однако и предотвращать произошедшее ему не хотелось. Эх, это была все та же Флаттершай... Маленькая влюбленная пони – прямо маленький комочек теплоты. И не успел Джек сказать даже слова, как почувствовал губы пегасочки на своих. Учитывая, как долго все это длилось, ответ на поцелуй от черного пони последовал практически на автомате.       – Хорошо... – тихо ответила Флаттершай, прекратив поцелуй и прислонившись своим носом к носу Темного. – Хорошо, буду иметь это в виду. Кстати, как у тебя прогресс с принцессами?       – Детишки потихоньку растут. – улыбнулся Джек и опустил пегасочку на пол. – Растут и развиваются. Возможно даже способны побороть сотню демонов с использованием не только магии. Может и больше – я пока не проверял, но до идеала, конечно, еще далеко.       – Понятно... Кстати... Ты говорил, что не можешь оставить Эквестрию. Ты это просто так сказал или нет?       – Ситуация с Аннетт показала, что даже наши сильные солдаты могут быть раздавлены Люцифером. Какое-то время я продолжал сомневаться в том, что она мертва, но ее ауры нет. А раз нет ауры, нет и демона. Достаточно сильного. Так как Аннетт мертва, это означает, что мы медленно, но верно идем ко дну и времени на длительную подготовку больше нет. Если бы не вскрылось, что Селестия и Луна Эвелимы, мы бы уже планировали наступление на ближайший день. Люцифер почувствовал это первым, когда рассказал Селестии о ее происхождении. А раз он знает...       – Он может быть готов к мощному противостоянию... – догадалась Флаттершай.       – Да. Но на одного сильного хищника всегда найдется хищник посильнее. Отчасти, поэтому, я тренирую Селестию и Луну – чтобы они могли держать ситуацию под контролем, пока я не найду нужное вооружение.       – А ты знаешь, где его искать?       – Да. По крайней мере, я надеюсь на то, что оно сохранилось достаточно хорошо, чтобы...       – Сохранилось? – не поняла Флаттершай.       – Оно достаточно древнее. И какая-то его часть находится в мирах, которые вымерли. Не в последнюю очередь из-за меня.       – Но... Разве ты не можешь починить его, если что?       – Эх, Шай, все не так просто. Такое оружие создавалось с использованием непростых схем, которые, к несчастью, мне неизвестны. Попробую вмешаться в эту схему без знаний что и как, и может получиться какая-нибудь ерунда, если предмет не разломится надвое. Кроме того, я не кузнец. Дело это тонкое и тут нужны профессионалы.       – Знаешь, где их найти? Просто, я не думаю, что тут подойдут кузнецы из Эквестрии.       – Тут ты права, Шай. И да, я знаю, где их искать, но... Тут все не очень просто.       – Ну да... – Флаттершай иронично улыбнулась. – По-другому не бывает.       – И потому я вынужден просить помощи. В первую очередь, у тебя.       – У м-меня? – пегасочка устремила ошарашенный взгляд на черного пони.       – Да. У тебя и только у тебя.       – Н-но п-почему? Т-то есть, нет, я соглас-сна помочь, но... Но почему именно я?       – Возможно, это прозвучит, как самая поганая лесть в твою сторону, но твоя всеобъемлющая доброта творит настоящие чудеса. И мне нужно, чтобы ты помогла расположить к себе кое-кого.       – Расположить? – переспросила Флаттершай. Настроение ее слегка подпортилось от такой новости. – То есть, ты хочешь, чтобы я склонила кого-то на нашу сторону...       – Не склонила, Шай... Манипулировать никем не нужно, как и лгать – за это можешь не переживать. Но твоя доброта и правильные слова помогут нам заполучить сильных союзников.       – А чем это будет отличаться от манипуляции? Ну скажу я, что так и так, нам нужна ваша помощь, они не согласятся, и что? Что в таком случае?       – Откуда такой настрой? – как бы шутливо спросил Джек, хотя в его голосе промелькнули достаточно серьезные нотки.       – Просто... Прости, Джек... Наверное, я просто устала.       Пегасочка ожидала, что черный пони скажет что-то совершенно стандартное для себя – колкое, едкое, но правильное по смыслу, но, несмотря ни на что, не ожидала, что он просто начнет успокаивающе поглаживать ее по гриве с необычно доброй для него улыбкой.       – Ничего, Шай... Ничего страшного... Хм... Ты спрашивала, почему я решил обратиться именно к тебе? Наверное, потому что ты – моя полная противоположность. – Флаттершай озадаченно посмотрела на Темного. – Не удивляйся этим словам. Доброта всегда была противоположностью жестокости. И доброту возможно поселить в любого – ты это доказала. Но, как я говорил всегда, я никого не тяну за собой. И нет, я не пытаюсь тебя уговорить, как бы это ни звучало. Однако, мне будет нужен тот, кто обладает подвешенным языком и каким-никаким опытом в переговорах.       – Погоди-погоди, Джек... Я... Я не говорила, что не согласна пойти. П-просто, мне не очень нравится сама идея, что я, как Элемент Доброты, должна буду убедить кого-то делать, скорее всего, то, чего они не хотят.       – Дело не в том, что я хочу полного покорения свартальфхеймов, благодаря твоей доброте. По сути, мне нужно лишь несколько из них, а не весь Свартальфхейм. Меня волнует другое – сварты, возможно, могут понадобиться не только мне.       – Погоди, - в глазах пегасочки промелькнул страх, который тут же сменился холодным осознанием, - но... Зачем они Люциферу?       – Не могу сказать, Шай. – голос Джека стал серьезнее. – Одно скажу – большинство свартов – достаточно хорошие кузнецы. Особенно те, что живут на территории под названием Нидавеллир. Считай, что это столица того мира по кузнечному делу. И я уверен на все сто процентов, что Люцифер тоже хранит память об оружии богов.       – Богов? – чуть не подавившись воздухом, переспросила Флаттершай. – Б-богов?       – Чтобы не быть многословным, да, богов. Во-вторых, не ори ты так... В-третьих, в этом и заключается вся идея: найти это оружие и, при условии, что оно недееспособно с точки зрения своей магии, найти того или тех, кто сможет починить его, а далее... А далее, будем смотреть.       – И... И надолго это?       – Не знаю... Дни, недели... Тут все будет зависеть от того, как быстро мы найдем все необходимое. И найдем ли вообще.       Флаттершай понимающе кивнула.       – И... Когда отправляемся?       – Для начала, мне стоит увидеть, что представляют из себя принцессы за пределами обучения чему-то конкретному. Если они смогут показать то, что убедит меня в их состоятельности, как сильных воинов, отправимся тут же.       – Есть какое-то «но»? – спросила пегасочка. – Вижу, что ты что-то недоговариваешь.       – Это касается переговорной составляющей, Шай. Свартов, конечно, можно попытаться убедить добротой, но нужен тот, у кого язык развязан достаточно, чтобы убедить даже самого упертого.       – М-м-м... Думаю, тебе надо спросить Твайлайт обо всем. Все же, она принцесса, так что... Может, послушают из-за ее титула?       – Вряд ли, конечно, но спасибо за совет. Ладно, не буду тебя больше задерживать. Спокойной ночи, Шай.       Флаттершай мило ему улыбнулась, довольно быстро подошла к черному пони и крепко обняла его, прижавшись щекой к мощной груди одэрианца. Теплая волна прошла от места соприкосновения по всему телу Джека, отчего-то вызвав достаточно приятное и успокаивающее чувство.       – Спокойной ночи... – тихо произнесла пони, подтянулась к лицу Темного и нежно поцеловала его. – Как же я надеюсь, что все это скоро кончится... – Флаттершай тяжело вздохнула. – Просто, у меня возникло странное чувство, что все может стать только хуже.       Какое-то время, Джек просто продолжал сидеть на одном месте и смотреть в ту сторону, куда ушла пегасочка. В голове его крепок засела мысль о том, что демоны ярче всего ощущают приближение опасности – это было что-то сродни инстинкту самосохранения, только очень обостренного. Настолько, что некоторые особи могли по изменению температуры воздуха или потоков воздуха определить, что может начаться что-то нехорошее. И раз уж Флаттершай подверглась такому извращению собственного организма, кое-что еще от демона передалось ей. Вопрос в том, могла ли она ошибаться или же нет? Кто-то другой, но осведомленный о некоторых особенностях демонов, сказал бы, что стоит прислушаться к ней, раз уж прорезалось такое, но черный пони искренне понадеялся, что в этот раз инстинкты демонов ошибаются. Хотел в это верить.

***

      Ночь прошла для Джека все в тех же размышлениях, в которых он пребывал последние несколько дней. Какое-то время, он думал о том, что происходит с кристальными пони и теми, кто находился в Кристальной Империи в момент ее окончательного возвращения. Образцы крови говорили о том, что с ними происходило что-то, но...       Второй мыслью, которая посетила Темного, был кот Джесси. Не демон, не ангел, не какая-то еще мразь, которая может скрывать собственную душу. Да и не мог никто скрыть свою душу от Элементаля. Душа либо была, либо нет – это что-то вроде аксиомы. А у кота ее не было – лишь какой-то неопределенный источник, в наличии которого черный пони убедился лишь немного погодя, поняв для себя, что оказался еще большим идиотом, раз не подумал об этом сразу. Эта энергия... Она была странной, непохожей ни на что из испытанного Джеком ранее. И ее импульс появился лишь на секунду – в тот момент, когда Джек решил впервые погладить этого странного кота. Но, раз теперь его не было, то и размышлять о нем казалось излишним.       И в-третьих, принцессы... Их сила несомненно возросла, и сейчас, когда Джек вновь собрал их и решил провести еще одно занятие, он видел это даже слишком хорошо. Скорость реагирования и нанесения ударов, вкупе с натренированным умением создавать орудие из своей материи, возросла до достаточного уровня. Говоря языком сравнений, нынешних Селестию и Луну можно было сравнить с хорошо натренированными ангелами, которые начали понимать, что от них требуется, и как быстро они должны выполнить свою задачу. Однако, не обходилось и без шероховатостей, которые черному пони, пока что, не удалось искоренить. Например, Селестия действовала слишком сгоряча. В какие-то моменты, она была похожа на ярко вспыхивающий костер, который и сгорал достаточно быстро. Луна же, напротив, старалась действовать более осторожно и пыталась продумывать свои действия на несколько ходов вперед. И хотя всем этим планам не суждено было сбыться, подобный ход мыслей вызывал удовлетворение у Темного, как у тренера. В будущем, при правильном использовании, из этого можно было вырастить что-то. Пока что, он не мог сказать, что именно, но ему очень хотелось взглянуть на это. Сейчас же, Луна, как и ее сестра, была лишь валяющимся телом перед копытами черного пони.       – Вполне неплохо. – подытожил Джек, когда Луна оказалась на полу. – Старшей не хватает выдержки и четко сформированного плана атаки; младшая – другая крайность, то есть, слишком задумчива – не хватает скорости принятия решений. В остальном, все очень неплохо.       – Мне... Мне показалось... – выдохнула Селестия, что давалось ей достаточно тяжело, так как финальный удар полностью выбил воздух из ее легких. Теперь же, она пыталась отдышаться. – Показалось, что ты двигался куда быстрее.       – Вполне может быть. – хмыкнул Джек. – Но кто сказал, что я буду вам поддаваться? Тем более, на этом этапе...       – Справедливо... – выдохнула Луна, скрыв свои когти. – Так что, на этом все с нашим обучением или же...       – Размечталась. – усмехнулся черный пони. – Нет, я с вас не слезу до тех пор, пока сам не буду валяться на полу. До тех пор же, вы будете учиться, учиться и еще раз учиться. Хотя, откровенно говоря, некоторые из ваших движений показались мне чересчур...       – Луна, давай! – воскликнула Селестия.       Солнечная принцесса тут же оказалась на четырех копытах, а Луна нырнула в тени. На пару секунд подобная выходка несколько удивила Джека – все же он не ожидал, что принцессы решат скооперироваться и пойдут на ложное поражение, дабы устроить ловушку. Но чего черный пони уж точно не ожидал, так это достаточно грубого и грязного приема со стороны Селестии – принцесса резко подняла переднее копыто и из него, яркой вспышкой, полился Свет. Его яркость была столь сильной, что успешно ослепила Джека, заставила его, злобно шипя и прикрывая глаза копытом, отойти в сторону, откуда начала действовать уже Луна, вышедшая из теней и направившая несколько из них в сторону Темного. Подконтрольные ей, существа набросились на одэрианца. С ног не свалили, но подняли в воздух, дезориентировав еще сильнее, так как Джек все еще не пришел в себя после яркой атаки. И как только черный пони оказался достаточно высоко, Луна призвала теневые щупальца, которые прочно обмотали ее противника и с силой потянули вниз. Послышался достаточно громкий звук удара тела Элементаля о каменный пол, после чего на сцену вновь вышла Селестия и пригвоздила Джека двумя световыми клинками, воткнув их в пол крест-накрест вокруг его горла, так что любое неверное движение Темного могло стать очень болезненным, а будь он демонов, смертельным.       – Как ты там говорил, Салдавейрон? – с задором в голосе, сказала Селестия. – Старшей не хватает выдержки, а младшей скорости? Ну как, теперь тебе хватило?       – Мне кажется, ты слегка переборщила с яркостью. – улыбаясь, сказала Луна. – Но мне нравится, что мы смогли надрать ему зад.       С этими словами, принцессы ударили копытом о копыто, как в жесте «дай пять». Темный был повержен, и этот факт определенно нравился обоим аликорнам, хотя они и понимали, что это поражение было, скорее, номинальным, нежели правдивым. Все же, в какой-то степени, Джек им поддавался. По крайней мере победа означала, что тренировки не прошли зря, и они обе были готовы к тому, что задумал черный пони. Однако, не успели принцессы как следует обрадоваться, как их перебил маниакальный и не сулящий ничего хорошего смех пораженного Древнейшего.       - Один из уроков вы все же забыли. – тихо произнес Джек и буквально провалился сквозь землю. Луну и Селестию такой расклад совершенно не обрадовал, и обе сестры начали вертеть головами туда-сюда, приготовив первое вооружение, которое пришло им в головы: старшая – копье белого цвета, обрамленное золотыми украшениями и линиями, а младшая вернулась к примитивным, но столь эффективными когтями. Броня, созданная уже так давно, - хотя и казалось, что первый поход в бывшую Кристальную Империю был только вчера – выдерживала далеко не слабые удары, потому, принцессам оставалось лишь найти сторону, с которой на них налетит Темный с очередной атакой. Если же он решит атаковать массово, то есть, атакой по площади, что-то удастся отразить, хотя и далеко не все. Возможно – об этом можно было говорить лишь после, непосредственно, атаки.       – Один урок остался забыт вами. – проговорил голос черного пони буквально со всех сторон. – Всегда добивайте своего врага!       Не успели Селестия с Луной как-то отреагировать, как с одной стороны – из числа пропущенных или находящихся в зоне периферийного зрения – в их сторону полетело нечто, которое им не удалось опознать. По крайней мере, до того, как оно нанесло свой удар. Мощный толчок сбил обеих пони с копыт, а резкость, с которой двигалось это нечто, не оставило принцессам возможности атаковать обидчика в ответ. Оказавшись на полу, Луна резко повернула голову в сторону того, что ее атаковало. Ну конечно, одна из теней Салдавейрона. Это не было бесформенное чудовище, которого ожидала увидеть ночная принцесса. Напротив, тень приняла достаточно четкие очертания, представлявшие из себя очень крупного и высокого зверя, чем-то похожего на волка. Полностью черного, словно объятого пламенем такого же цвета, и когда оно двигалось, создавался достаточно необычный эффект – словно от тела теневого зверя отделялись его собственные части и рассеивались по воздуху. Это было одновременно красиво и, не в последнюю очередь из-за пустых белых глаз и оскаленной пасти, жутко.       Луна хотела было наброситься на эту тень – позыв она почувствовала всем своим существом и ее практически кинуло в сторону зверя, но «волк», как и Джек ранее, просто провалился под землю. Это было сигналом – о том, что готовится очередная атака и, скорее всего, сзади, потому младшая резко обернулась, ожидая увидеть Темного, но была вынуждена резко опуститься на пол, так как в ее сторону на большой скорости летела ее сестра, явно сбитая кем-то очень сильным.       – Тия... – выдохнула Луна и подбежала к шмякнувшейся о стену сестре. Удар был сильным, но недостаточно, чтобы убить Селестию или поломать ей кости. Тем не менее, этого хватало, чтобы вывести старшую принцессу из маленькой игры. – Тия, черт побери... – Луна потрясла сестру за плечи, но она все еще оставалась в нокауте.       – Что ж... – послышался голос Джека позади принцессы. Обернувшись, она увидела черного пони, стоящего в десяти метрах от нее и потирающего свои передние копыта. – Как я и говорил – сильна, но периодически вспыльчива. Растащить вас по разные стороны, и вы рассыпались, как карточный домик. По крайней мере, Селестия показала, что ей сражаться лучше в паре. По крайней мере, со мной... Теперь же, взглянем, на что способна ты, Луна...       – Я готова! – воскликнула принцесса и ударила своими когтями друг о друга так, что даже искры посыпались. В ответ на это Джек лишь улыбнулся и громко хрустнул шеей.       – Не сомневаюсь. – ответил он и пошел на принцессу.       Столкнулись они так, как могли столкнуться только божественные существа – звук, чем-то похожий на невероятно громкий взрыв, сотряс опустившуюся на зал тишину. Используя свои когти, Луне удалось отразить удар, перехватив когти черного пони, однако она действовала инстинктивно, потому не продумала тот момент, что Джек просто перехватит ее копыто и просто повалит на землю. Поняла она это в тот момент, когда почувствовала своими пальцами, как хватка Темного стала крепче. Все происходило за какие-то секунды, потому и придумывать план нужно было быстро, тем более, что ситуация начала казаться аликорну патовой. И вновь Луна сделала то, что больше свойственно неким инстинктам, нежели ее разуму, хотя действо это было вполне логичным. Так как Джек крепко сжал только одну ее руку, выворачивая ее так, чтобы принцесса не могла нанести удар второй, Луна применила тактику, которой пользуются ящерицы, когда хищник ловит их за хвост – сброс захваченной конечности. Однако, у аликорна был достаточно весомый плюс – ей не нужно было ждать слишком долго, чтобы восстановить утерянную часть тела. Кроме того, у нее все еще оставалась свободная, которую Луна тут же пустила в ход. Все произошло за какие-то доли секунд, и принцесса сама удивилась своей скорости, однако теперь они с черным пони, теперь, стояли в десятке метров друг от друга. Оказавшись по разные стороны, Джек провел рукой по правой части своего – именно в нее пришелся удар когтями, когда ночная принцесса оказалась освобождена. На пальцах у него осталась черная кровь.       – Неплохой удар. – ухмыльнулся Темный. – Но разве это все, на что ты способна?       Вместо ответа Луна лишь хмыкнула, вновь отрастила когти и приготовилась к тому, чтобы наброситься. Джека подобная смелость заставила лишь улыбнуться. Однако за этой напыщенностью и готовностью засунуть свои когти ему в глотку, принцесса пыталась составить очередной план атаки. Черному пони было совершенно необязательно знать об этом. Радовало то, что контролировать доступ к своим мыслям со стороны, они тоже научились. Но действовать нужно было быстро – любое промедление даже на одну секунду и ее могли положить на лопатки. И смотря на черного пони, Луна пыталась найти наименее защищенные на данный момент точки. Время вокруг нее словно замедлилось, а мозг начал работать со скоростью тысяч километров в час, прорабатывая самые разные варианты. И то, что видела Луна перед своими глазами, не слишком ей нравилось, ведь так или иначе, она оказывалась захвачена. Тем не менее, нужно было действовать, несмотря на то, что большинство вариантов оканчивались одинаково.       Для начала, нужно было отвлечь его на что-то мелкое. Как там учил Джек? Нужно глубоко вздохнуть и сосредоточиться на том, что именно ты хочешь получить в результате. Нужен был хоть кто-то... Предположим, волк... Но, хватит ли одного, дабы достаточно задержать Салдавейрона, пока Луна не только более подробно выискивает слабые точки, но и наносит по ним удары? Однозначно, нет. Стало быть, нужно несколько – пять или шесть могут подойти, но такое число может забрать достаточно сил. Значит, сделать своих существ можно было чуть слабее. Это скажется и на их живучести, однако принцесса надеялась, что она будет достаточной, дабы ей удалось исполнить свою задумку. И когда аликорн почувствовала всем своим телом, что Джек начал приближаться к ней, Луна решила подпустить его поближе. Она уже чувствовала, как теневые звери рвутся в бой и сдерживать их была не намерена. Уже через несколько мгновений она почувствовала поток холодного ветра, что говорило о критически коротком расстоянии между ней и Темным, Луна выпустила бушующих хищников в сторону их добычи. Не предвидевшего этот момент черного пони отбросило назад, да с такой силой, что он оказался в другом углу комнаты. На простом броске тени не остановились и ринулись в сторону Темного, навалившись на него всей массой и загораживая, тем самым, от Луны. Действовали тени достаточно жестоко – точно настоящие волки, собравшиеся вокруг добычи с целью откусить от нее кусок побольше. Принцесса, тем не менее, понимала, что ее тени не удержат противника надолго и уж тем более не смогут вымотать его. Так и случилось – всего лишь через несколько мгновений после того, как тени напали на него, Джек уничтожил всех зверей несколькими мощными ударами, то ли случайно, то ли намеренно, оставив одну из теней, которую мигом позже демонстративно схватил за голову и провернул ее на сто восемьдесят. Его взгляд в этот момент утыкался точно в глаза Луны, а рот исказился в жуткой ухмылке.       – Стало быть, ты хочешь поиграть по-взрослому... – улыбаясь шире, произнес черный пони. В его правом копыте тут же возникла коса Смерти. – Что ж, тогда давай сразимся так, как полагается. Это будет твой последний урок...       Не закончив своей фразы, Джек перехватил косу поудобней и стремительно понесся на принцессу ночи. Луна ожидала такого исхода – в конце концов, она уже достаточно хорошо знала тактику боя Темного: в самом начале он всегда бросается на своего противника для того, чтобы нанести один очень мощный удар. Обычно, этот удар мог стать фатальным для неумелого или не слишком расторопного соперника, но Луна в их число не входила. Ведь даже до обретения своих новых сил, ночной аликорн не зря получила свой титул принцессы. Теперь же, комбинируя магию и тьму в себе, принцесса решила действовать куда более радикально. Первой стала телепортация в сторону – пускай ее рефлексы стали совершеннее, Луна решила положиться в первую очередь на то, что знала идеально, а уже потом придаться экспериментам. Оказавшись на достаточном расстоянии от оппонента, пони выстрелила из своего рога в открывшуюся спину Джека. Это его не угомонило, а лишь указало черному пони на местоположения принцессы. На секунду, в воздухе повис нарастающий по громкости свистящий звук, после чего одэрианец резко развернулся и выстрелил в аликорна в ответ из своей пасти. То был не сплошной луч, а небольшой сгусток, который Луна восприняла не столь серьезно, как того требовала ситуация, за что тут же поплатилась, ибо, оказавшись за спиной кобылки, снаряд детонировал с такой силой, что, не будь на принцессе брони, все могло бы кончиться плачевно. Так же, она отделалась лишь тем, что ее с силой отбросило в пол. Отправиться в небытие Луна не собиралась, и успела сгруппироваться, дабы приземлиться на копыта, однако ей не хватило скорости, чтобы отреагировать на следующий выпад черного пони в ее сторону. По крайней мере, на уровне подсознания, она поняла, что не успеет отразить удар, однако ее инстинкты думали совершенно по-другому.       БУМ!!!       Когти Джека столкнулись с копытом Луны, которое только начало покрываться темной материей. Несмотря на это, пластичная масса смогла поглотить удар и рассеять его мощность, дабы хозяйка не пострадала. Только это случилось, как новый позыв в голове принцессы просигналил ей, что нужно было дать отпор, причем моментально, иначе все, труба. Луна попыталась воспротивиться этому зову, желая отлететь в сторону и составить новый план атаки, но инстинкт оказался сильнее, потому, вместо того, чтобы тактично отступить, аликорн замахнулась свободным копытом с когтями, целясь четко в глаза. Джек этот момент увидел, а потому с легкостью отбросил когти принцессы, слегка дезориентировав, и собирался уже захватить принцессу в крепчайшие в ее жизни объятия, но к своему удивлению обнаружил, что Луна провалилась в тени. На секунду, черный пони допустил мысль о том, что зря он научил ее этому трюку, хотя за этой мыслью пригрелась змея в виде небольшой гордости за Луну. Несомненно, он видел ее, как и ее пристальный взгляд на себе, ищущий любые слабые или незащищенные места. Об одном принцесса не знала – Темный может видеть всем телом, потому его было сложно застать врасплох. Разве что, если он сам не пожелает... А еще он чувствовал сомнения аликорна. И это заставило его почувствовать некоторую иронию в сложившейся ситуации – Луна могла контролировать свою силу и доказывала это своими успехами на тренировках, но не доверяла ей полностью, подавляя в себе иную природу. Это было видно на примере, когда они крайний раз сцепились когтями. В мыслях она вынашивала план временного отступления, но вот сердце хотело атаковать. Чем-то, подобное поведение напомнило Джеку раздвоение личности, а конкретно ту ситуацию, когда две сущности внутри одного тела пытаются взять плоть под контроль. Найтмер Мун... Это имя пронеслось в голове одэрианца слабым эхом, как мысль, которую он собирался забыть раз и навсегда, ибо не находил ее ни интересной, ни важной. Сейчас же, несмотря ни на что, даже на то, что Луна, казалось, приняла в себе эту часть, продолжала попытки запереть ее поглубже. И это не давало ей раскрыться на все сто процентов, а ведь в ней был огромный потенциал. Размышляя об этом, Джек почувствовал, как по лицу расползается злая улыбка. Что ж, раз там есть пленный, которого держит очень злой и консервативный надзиратель, нужно было сломать замок клетки. И Темному казалось, что он знает, куда нужно давить... Конечно, контроль эмоций она усвоила хорошо, но кто умеет манипулировать, понимает, какие темы нужно поднимать.       – Выходи играть, маленькая принцесса. – играючи-дразнящим тоном протянул черный пони, оглядываясь по сторонам и постукивая косой по полу, что было нужно лишь для запутывания потенциальной жертвы. И, похоже, это сработало...       Луна вынырнула из теней где-то через минуту и попыталась кинуться Джеку на спину. Действовала она быстро – гораздо быстрее, чем всегда до этого. Принцесса и сама поразилась тому, как сильно тени помогли ей ускорить себя, придали ей сил для того, чтобы нанести достаточно мощный удар. К несчастью, Темный резко развернулся на месте, выставив косу так, будто собирался защититься ручкой. Когти, так сильно понравившиеся ночной принцессе, столкнулись с крепкой древесиной и прочно вцепились в нее. Вряд ли она смогла бы побороть Джека в физической силе, но, выполнив еще парочку каких-нибудь хитрых движений, – или используя тени – можно было выбить косу из его холодных пальцев, а потом использовать в своих целях. Все же, коса Смерти должна быть страшным оружием. Но, несмотря на все попытки Луны, хватка у одэрианца была не просто крепкой, а мертвой. Коса словно слилась с его плотью в этот момент, так что очень быстро принцесса поняла, насколько ее идея была бредовой. И лишь осознав эту истину, Луна почувствовала спиной холодный камень. Теперь, Джек прижимал ее ручкой косы к одной из стен замка.       – Шустрая... – хмыкнул черный пони. – Я так погляжу, понравилось прятаться в тенях. Это очень хорошо – все же, не каждый имеет такую силу, как мы с тобой, но твоя проблема лишь в том, что ты не используешь ее на все сто процентов.       – В смысле? – спросила Луна, ошарашенно уставившись на Древнейшего. – В смысле, я не использую ВСЮ силу?! Ты и сам видел, что я делала на наших тренировках. Так, почему же я не использую всю свою силу на твой взгляд?!       – Потому что, я вижу, как ты сдерживаешь себя от каких-то действий. В то время, как часть тебя жаждет атаки, ты предпочитаешь отойти в сторону. Не во всех ситуациях такая тактика выигрышная.       – И все? – Луна начала злиться. – Только потому, что я предпочитаю отойти и подумать, а не бросаюсь в бой, сломя голову, я не использую силу на все сто?! Ты сам-то понимаешь, как глупо это звучит?       – Глупость – это намеренное подавление своей истинной сути. Неужели, ты думаешь, что я не чувствую мощь, с которой ты атакуешь? О нет, моя дорогая, я чувствую, что ты сжимаешь себя в кулаке, да еще и настолько сильно, что в черных дырах гравитация не столь сильна. И мне интересно одно – это намеренно или это действительно все, на что ты способна?       – Разумеется, это не все! Ты и сам сказал, что не сможешь раскрыть всю мою силу в сжатые сроки, так что, нет... То, что я показала, - это далеко не все.       – Я не об этом. – ответил Джек и лишь сильнее прижал принцессу к стене. – Ты ужимаешь не только свои будущие возможности и не импровизируешь, открывая новые таланты, но прячешь даже то, что уже имеешь, занижаешь мощь этих сил и от того раз за разом будешь проигрывать, как сейчас.       – Я еще не проиграла... – прошипела Луна. – Не забывай, что за моей спиной тень, в которую я могу уйти в любой момент.       – Я это помню, а вот ты забыла, что и я тоже могу проникать в тени. И мне не составит труда вытащить тебя оттуда. И если ты хочешь вырваться отсюда, дай себе волю.       – Я... Не... Сдерживаюсь... – пыхтя, аки паровоз, и пытаясь вырваться, рычала Луна. Тем не менее, хватка черного пони не ослабевала, а только усиливалась. Давление, с которым рукоять косы соприкасалась с телом ночного аликорна, стало практически невыносимым, грозясь поломать принцессе ребра.       – Сдерживаешься, – ответил Джек. – Даже сейчас, ты не используешь себя на все сто. Процентов на двадцать – может быть, но где вся мощь того Элемента, что ты носишь в себе?! Почему ты не собираешься показать свой истинный потенциал?! Или в тебе все еще существует ментальный блок, который разделяет тебя на Луну и Найтмер Мун?       Когда до принцессы дошло, что именно сказал Древнейший, в ее голове что-то щелкнуло. Так, как это было в тот момент, когда Найтмер Мун выралась наружу. В тот день, когда принцесса Луна чуть не совершила тот кошмар, из-за чего и по сей день просыпалась в холодном поту. И хотя сущность, назвавшаяся Найтмер Мун сказала, что она – это лишь сама принцесса, это колющее чувство в сердце и ползущее нечто где-то глубже – там, где находилась ее душа, если таковая вообще имелась в ее теле – возжелали одного – заставить черного пони или замолчать, или молить о прощении за сказанное. И на миг два этих фактора заставили аликорна ощутить присутствие Найтмер Мун – впервые за все это время со дня ее возвращения в Эквестрию.       – Возможно, он прав... – прошептал столь знакомый голос в голове у Луны. – Взгляни на себя – столько силы, но нет жажды применять ее. Какая из тебя наследница теней, если ты с собой-то не можешь совладать?!       – Я не позволю этому вырваться. – игнорируя издевки своего собственного сознания и страха, прошипела принцесса. – Не снова...       – Ты можешь пытаться удерживать себя сколько угодно, но рано или поздно сила пожрет тебя, не оставив ничего. – сказал Джек. – И я крайне не советую тебе давать ей шанс. Не дели себя на собственное «я» и чужое.       – Я... – Луна запнулась. В голове снова зазвучал насмешливый голос Найтмер Мун, говоривший о том, что принцесса не достойна носить свой титул и обладать той силой, которой ее наделил случай. На миг, аликорн задумалась над теми словами, что звучали в ее голове и пришла к странному выводу: отчасти, это были ее мысли. Или не отчасти, а все? Это прозвучало даже правдоподобнее, чем предыдущая. Стало быть, она вновь говорит сама с собой? Не дели себя на собственное «я» и чужое... Луна хотела... Искренне пыталась не делить себя на «Луну» и «Найтмер Мун», но что-то внутри нее отказывалось признать, что обе эти части аликорна – единое целое. – Я... Я...       Ей не удавалось сказать ничего. На сердце резко опустился ком, своим весом превышающий самые тяжелые вещи, что были известны Луне. Язык же просто прилип к небу, не позволяя аликорну сформировать свои мысли в слова, а сказать хотелось многое. Что она старается изо всех сил адаптироваться и прийти к осознанию того, кем является, что хочет добиться успеха, и что сильно боится. Луна думала, что этот страх она сможет свалить на Найтмер Мун. По крайней мере, в свое время, подобное она валила именно на свою темную сторону, но теперь, когда выяснилось, что они обе были одним существом, искать виновного стало невозможно. Но теперь, этот страх касался непосредственно самой принцессы. И это был страх потери контроля над собой. Найтмер Мун могла быть идеальной отговоркой.       – Тогда, отпусти ее... – зловещий шепот черного пони вывел Луну из размышлений, и она еще более ошарашенно и испуганно уставилась на Джека.       – Ч-что? – переспросила она, надеясь на то, что ей послышалось.       – Раз уж ты разделяешь себя на две стороны, я не стану просить тебя, а прямо потребую, чтобы ты освободила от своих оков ту, кого я могу назвать своим созданием. – смотря в глаза принцессы, произнес черный пони. – Я не знал Найтмер Мун из прошлого, но могу сказать, что для той, у кого хватило сил победить Селестию, не используя силу Тьмы, достаточно воли, чтобы не просто подчинить свою истинную природу, а стать с ней единым целым       Луна не верила тому, что услышала. Салдавейрон... Он действительно назвал Найтмер Мун своим дитем, фактически признав в ней родное для себя существо. Нет, принцесса не стремилась к тому, чтобы завести с черным пони отношения «отца-дочери», но хотя бы какого-то уважения она ждала. Все же, одэрианец уважал тех, в ком была сила. И неужто он проявлял к ней уважение, или, хотя бы, терпел лишь потому, что в ней было заточено что-то иное. Что-то куда более сильное и близкое ему по духу. И если это так, то... Вдруг, Луна почувствовала жгучий укол ярости где-то внутри себя. Это придало ей сил, поскольку аликорн вновь начала сопротивляться – куда более эффективно, чем некоторое время назад.       – ЭТО... НЕ... ТВОЕ... ДЕЛО! – прорычала Луна, сделав мощный выпад в сторону черного пони, чем надеялась оттолкнуть его от себя, после чего обрушить на его голову острейшие когти. К несчастью, ничего не получилось – Темный лишь слегка покачнулся, после чего вновь прижал ее к стене.       – Пока что, видимое мной – это лишь смертная пони, которая толком не может разобраться сама в себе. Да, у тебя есть сила, но ты не владеешь ей полностью. Отбрось мораль, подключи свои инстинкты... Яви мне МОЮ дочь!       – НЕТ! – завопила Луна уже не свои голосом, а рычащим и ненавидящим ревом зверя, которым, как она надеялась, не станет никогда.       – НЕТ?! – в свою очередь зарычал Джек. – Ты даже не представляешь, от чего пытаешься отказаться! Ты же чувствуешь это?       – ОТПУСТИ МЕНЯ! – продолжала вертеться принцесса, пытаясь применить всю свою новообретенную силу, дабы освободиться.       – Ты же чувствуешь это? – повторился черный пони. Аликорн на секунду перестала вертеться и взглянула на него ненавидящим взглядом своих полыхающих, как и у Джека, голубых глаз. – Чувствуешь то, что питает таких, как мы... – в глазах Луны на миг разум подвинул злобу, а в голову выстрелила страшная догадка. – Ярость...       Тяжело дыша, Луна продолжала смотреть в горящие оранжевые глаза черного пони, чувствуя, как в голове сознание ее разделилось надвое. Одна была разумом, что говорила о ненужности переходить на эмоции и продумать новый план. Вторая же была горящей волной чистейшей ярости, которая сулила новый бой, только теперь оно обещало куда больше силы, чем было ранее.       – Тебе же нравится это чувство, верно? – маниакально улыбнувшись, спросил Джек. – Когда ты ощущаешь, что в твоем собственном теле столько силы, что ты можешь свернуть не только горы, но целые острова, континенты, планеты... Эта власть, могущество... Где-то внутри себя ты знаешь, что нельзя прятать это. Так не прячь и яви!       – Зачем... Зачем ты делаешь это? – разум полностью перекрыл дорогу ярости, и теперь Луна уже была готова сдаться. В голосе ее промелькнула мольба и даже намек на будущие слезы. – Зачем ты пытаешься пробудить во мне то, что я ненавижу сильнее всего!?       – Потому что, твоя ненависть недостаточна! Твоя ярость слаба и из-за этого ты не способна показать, на что способна на самом деле! Как ты будешь сражаться с кем-то, если ты даже не можешь настроить себя как следует?! Ты ненавидишь Найтмер Мун, ненавидишь меня, Люцифера, Бегемота, остальных демонов, но что я вижу сейчас... Слабость, желание сдаться, отсутствие жажды крови своего противника – того, что есть лишь у жалких червей, нежели у принцессы целой страны!       – САЛДАВЕЙРОН, ХВАТИТ! – воскликнул уже другой голос. Тот, слышать который Джек хотел меньше всего, тем более в данной ситуации. Обернувшись, черный пони, а затем и Луна, увидели, что Селестия уже пришла в себя, но, несмотря на это, поднялась она с явным усердием – удар, видимо, оказался даже сильнее, чем предполагалось.       – Хватит... – повторила Селестия, держась пострадавшее плечо. – Это зашло слишком далеко.       – Далеко? – с издевкой сказал Темный и резко отпустил Луну. В следующую секунду, послышался звук падения тела на пол.       На том, Джек пошел в сторону солнечного аликорна, явно почуявшей что-то не то, и от того отходящей назад. Уйти от атаки она бы не смогла – это понимали все, однако Селестия не теряла попыток достучаться до разума черного пони, который, как ей показалось на миг, заволокло пеленой гнева и садистской радости. Но она не знала, что одэрианцем руководят далеко не эмоции... Не успела принцесса сказать что-то, что могло бы остановить Темного, как тот оказался прямо перед ней и, резко поднявшись на задние копыта, с размаху ударил старшую принцессу в то место, где шея соединяется с остальным телом. В тот же миг Селестия оказалась на полу, придавленная массивным копытом.       – Не стоит совать свой нос не в свое дело... – прошипел Джек аликорну на ухо. – Маленькая тварь Света...       Далее последовало еще несколько достаточно мощных ударов по телу старшей принцессы. Однако, в какой-то момент, избиение солнечной принцессы было резко оборвано тем, что черный пони ожидал больше всего.       Луна была ослабшей, напуганной, хотя и не могла сказать, от чего конкретно. От тех ли мыслей, что бомбардировали ее сознание за тот короткий промежуток времени, что она противостояла Джеку Салдавейрону или по иным причина? Его слова о том, что она не использует свою силу на полную, отчасти, обижали ее, так как за эти недели она приложила немало стараний, чтобы освоить новую себя, но... И только сейчас, когда она увидела, как ее сестра вновь оказалась повержена, да еще и продолжала подвергаться не самой слабой атаке со стороны черного пони. В какой-то момент, Луне даже показалось, что она услышала, как Джек назвал ее сестру тварью Света. Все... С нее хватит... Селестия оказалась права – все зашло слишком далеко, тренировка это или нет. Нужно было прекращать это. И тут, старшая сестренка вновь упала перед глазами младшей. Это стало последней каплей. Луна была готова стерпеть многое – оскорбления, попытки черного пони вывести ее на эмоции, то, что ее называют Найтмер Мун, но откровенную атаку простить уже не могла. По крайней мере, так ей сказала ее ярость, а не разум. Возможно, своей более вдумчивой стороной, она бы проанализировала ситуацию и поняла бы, чего от нее хотел добиться Темный, однако, верх взяла другая сторона. Та, что жаждала крови. В голове, в этот момент, все накрылось, а перед глазами встала красная пелена. Внутри себя, она вновь ощутила знакомое шевеление темной материи и то, как она начала просачиваться сквозь ее кожу, сквозь доспехи, растворяя их, и принимая ту форму, которая будет более практичной лично для нее. А в следующий момент, когда уже даже ее голова оказалась покрыта новым доспехом, Луна резко, с несвойственной для себя прошлой скоростью, рванула в сторону Джека, замахнувшись уже не когтями, а огромными и массивными кулаками-булавами, которые черный пони рекомендовал, как орудие одного удара – того, которым можно размозжить голову даже достаточно крепкому сопернику. Выдержит один удар, точно ляжет на второй.       БУМ!       Удар ночной принцессы пришелся точно в правую скулу Джека и был такой мощности, что даже его – Элементаля, что отличался достаточной устойчивостью – отбросило не то что в другую часть зала, а выбросило наружу сквозь стену. Когда пыль от мощного столкновения черного пони со стеной слегка рассеялась, затуманенному яростью взору Луны предстала огромная дыра, что была бы свойственна удару Темного, но никак не сложенной столь неподходящим образом, дабы заиметь такую силу, принцессе. И лишь сейчас, смотря на нее со стороны, можно было увидеть, как все ее тело покрыла броня, своим видом ужасавшая и восхищавшая одновременно. Не была она ни огромная, ни вычурна, но своей простой в форме и виде, создавала для аликорна совершенно иной образ. Лишь лицо ее с горящими глазами было открыто. Отчасти, можно было сказать, что и не было на принцессе никакой брони – слишком уж плотно она прилегала к ее телу, превращаясь в этакую вторую кожу, управляемую лишь одной мыслью и способную быть гибкой и жесткой. Лишь два загнутых назад тонких рога, чем-то похожих на демонические, украшали эту броню. Ее же естественный рог вызывал, скорее, чувство неправильности во всем ее боевом наряде, но с лихвой компенсировался массивными, похожими на два толстых ствола дерева и имеющими очертания того, что Джек называл «пальцами».       Пару секунд, Луна стояла на месте и тяжело дышала. И вместе с тем, до ее все еще не пришедшего в себя сознания дошло, что она отправила в нокдаун столь сильного противника одним ударом, но, тут же, затесалась и подлая мысль о том, что этой мощи принцесса достигла, испытав ярость, по своей силе, если и не превышающую, то точно такую же, как и в тот момент, когда она превратилась в Найтмер Мун. Тем не менее, странная легкость в голове и полное отсутствие тех мыслей, которыми бредила ее худшая сторона, создавали для Луны ощущение контроля над своей силой. И, собственно, чувство самой силы. Мышцы ее больше не ныли из-за изнурительных тренировок, чувство, которое она испытала, когда бросилась на Джека, тоже оставила ее голову, позволяя тем самым могуществу, открывшемуся ей, просочиться в самые глубины всего существа аликорна. И тут Луна вспомнила, что позади нее лежит ее побитая сестра. Нужно было помочь ей, но когда ночная принцесса обернулась к Селестии, то заметила, как в глазах ее мелькнуло волнение и... страх. Это было то, чего Луна боялась больше всего – что Селестия подумает о ее превращении в Найтмер Мун из-за этой силы, что вновь отвернется от нее или, чего лучше, вновь отправит на луну на неопределенный срок – возможно, даже куда больший, чем ее предыдущее наказание. Но потом – всего лишь спустя пару секунд – старшая принцесса улыбнулась младшей и взялась за протянутое ей черное копыто.       – Луна, ты... – начала было Селестия, когда ее сестра кивнула ей.       – Кажется, я его уделала. – уже не скрывая своей улыбки, сказала она и убрала булавы. Вместе с тем, пропало и чувство гнева, которое направляло ее в бой, из-за чего Луна почувствовала, как на нее накатила сильная усталость.       – Все в порядке? – видя состояние совей сестры, сказала Селестия. Та лишь махнула копытом.       – Да, да... Просто, немного устала. Не вкладывала я в один удар столько силы, сколько сегодня.       – Вкладывайся ты так все это время, закончили бы раньше. – послышался знакомый хрипловатый голос. Резко обернувшись, обе принцессы увидели Джека. Тот стоял и потирал копытом то место, в которое пришелся удар ночного аликорна, причем, было сложно понять, делал ли он это для вида или же действительно что-то почувствовал – силы то в удар было вложено достаточно. – А так, ты в кои-то веки проявила характер. В этом, ты молодец. Селестии есть чему поучиться. Но это придет со временем.       – Со временем? – не поняла старшая принцесса. – Что ты хочешь этим сказать?       – А то, что я дал вам базу в управлении вашими способностями, плюс кое-какие отдельные элементы, которые могут пригодиться вам в бою. Дальнейшее вы познаете сами, если пожелаете погрузиться, так сказать, в себя. – Джек хрипло хихикнул. – А на остальное времени у нас уже нет – я и так затянул достаточно. Потому, да, ваше обучение на этом окончено, хотя я все еще сомневаюсь в том, что вы готовы на сто процентов.       – Может, тогда стоит продолжить? – необычно уверенным голосом спросила Луна, хотя внутри себя обрадовалась – тренировки, пусть и были полезными, сильно выматывали и докучали ей, а сам факт того, что одэрианец будет предвзято относиться к ней, ибо она – его создание, так или иначе, и требовать с нее будут большего.       – Возможно... Но нельзя держать детишек близ себя вечно. Нужно же дать им немного свободы. Ваша будет заключаться в том, что вы сами познаете себя. По крайней мере, то, что осталось. Но защитить себя сможете – в этом я уверен.       – Это... Это такой акт твоего доверия к нам? – слегка настороженно спросила Селестия. Джек глубоко вздохнул, обдумывая ответ и понимая, что он и сам не верит в то, что хочет сказать.       – Считай, что да. – отозвался Темный. – Я могу тренировать вас вечно, благо, мы все тут бессмертны, однако такими темпами мы не сможем убрать демонов с этой земли. Если уж у вас возникнет желание в будущем продолжить – вы знаете, где меня найти. – Джек вновь глубоко вздохнул. – А пока что мне нужно готовить очередную экспедицию.       – Храм Сио? – спросила Луна. Солнечная принцесса озадаченно взглянула на сестру.       – Свартальвхейм. – ответил черный пони. – Мир гномов.       – И для чего же они тебе? – спросила уже Селестия, решив не спрашивать о некоем Храме Сио, но задержав это название у себя в сознании. Когда ранее Джек говорил о том, что ему нужно будет отойти в другой мир, он не упоминал ни то, как он называется, ни целей, но обозначил, что его не будет достаточно долго, и только потому он вызвался тренировать сестер.       – Эта раса знаменита своим кузнечным мастерством. А мне нужно найти древние орудия, которые могут быть не столь боеспособны, как хотелось бы, так что, их услуги могут быть полезны нам.       – Сроки тебе все еще неизвестны? – спросила Селестия. – Просто... Возможно, ты подсчитывал, сколько, примерно, это может занять.       Черный пони отрицательно покачал головой.       – Орудия похоронены временем и в разных местах, а со свартами еще придется договариваться – больно уж своеобразная они раса существ.       – Тебе наверняка нужен кто-то. – продолжила солнечная принцесса, на что Темный смерил ее озадаченным взглядом. – Ну, для того, чтобы договориться с гномами.       – Спасибо за очевидное. Есть кандидаты? – с легкой иронией спросил Элементаль.       – Наверное, предлагать кого-то из нас будет нецелесообразно. – сказала Луна. – Возможно, Кризалис согласится.       – А вы-то выдержите командование резко увеличившимися войсками? – принцессы опустили глаза в пол. – Кроме того, я не знаю, будут ли вас слушать перевертыши так, как слушают свою королеву. Хотя, - Джек несколько понизил тон голоса, - если она отдаст такой приказ, все может быть. Что ж, спасибо за совет – я поговорю с ней об этом.       – Твайлайт и девочки могут помочь тебе. – добавила Селестия. – Или Аврора с Чеширом.       – Ави с Чеширом занимаются тем, что тренируют искристую и остальных, кроме того, они могут стать неплохой подмогой в случае чего. И как бы я ни хотел взять свою дочь с собой, дабы вытащить ее из пекла, я понимаю, что это будет нецелесообразно. Здесь она будет полезнее.       Солнечная принцесса не могла не отметить про себя, что, говоря это, голос черного пони разительно изменился, наполняясь чувством, которое было свойственно любому отцу – он явно не желал оставлять Аврору здесь, в том месте, где было опасно. Но та часть его, что отвечала за логику, подсказывала ему, что маленькая полукровка действительно окажется полезнее здесь – все же, она была куда более тренированной, чем принцессы. Если и не в качестве полководца, то где-нибудь на подхвате сможет показать, из какого металла она создана. Принцесса это понимала, как понимала и чувства Темного, даже учитывая то, что он стал бы отнекиваться.       Более, в их разговоре не было никакого смысла, а потому Джек, поздравив принцесс с окончанием «курса молодого Эвелима» и покинул комнату, направившись на поиски королевы перевертышей. Время было дневное, потому, Кризалис могла быть в нескольких местах – либо наблюдала за тем, как проходила подготовка ее войск, либо сама была на тренировке. Но какого же было удивление черного пони, когда он обнаружил главного перевертыша в своей лаборатории, осматривающую его убранства с огромным любопытством.       – Мило тут у тебя. – сказала Кризалис, когда увидела Темного в проеме. – Хотя и беспорядок.       – Творческий бардак. – ухмыльнулся Джек. – А я тебя как раз искал. Думал, что тебя третирует Ави.       – Уже... – выдохнула королева и продолжила страдальческим тоном. – Знаешь, теперь я понимаю, что дочка у тебя вся в отца – не продохнуть лишний раз, а ее жесткость, порой, можно сравнить с твоей.       – Когда дело касается боя, нужно быть достаточно жестоким со своим противником, так что, твоя попытка надавить на жалость, провалилась.       – Сухарь. – хмыкнула Кризалис и неловко усмехнулась. – Ладно, все это неважно. Ты говорил, что искал меня. Для чего?       – Большой у тебя опыт в дипломатии?       – Ха-ха... – саркастично усмехнулась королева и скрестила копыта на груди. – Учитывая то, что мой вид нажил себе врагов среди всех обитателей Эквестрии и за ее пределами, да, у меня есть опыт, правда, крайне печальный.       – Если бы я сказал, что тебе будет дана возможность устроить переговоры с другим видом существ, что бы ты сказала?       Кризалис уставилась на Джека, как на чудо света.       – Что ты хочешь сказать? – дрожащим голосом спросила она.       – У меня намечается поход в мир под названием Свартальвхейм, – не отрывая глаз от королевы, сказал черный пони. – И я там – не самый, скажем так, званый гость, хотя и без ненависти. И мне нужен кто-то с хорошо подвешенным языком, достаточно очаровательный, дабы покорить местных обитателей.       – Тогда, это не ко мне. Я и обаятельность – это антонимы. Тут тебе, скорее, нужны Элементы Гармонии, а не перевертыш.       – Боюсь, Элементы Гармонии не произведут необходимый эффект. Кроме того, не все среди Элементов, теперь, чисты своей кровью.       – Это ты о чем? – не поняла Кризалис.       – Наверное, тебе уже известно о том, что наша общая знакомая Флаттершай была носительницей артефакта, известного, как Королевская Печать.       – Да, наслышана об этом. И что? Что такого могло случиться с твоей подружкой?       – А то, что Королевская Печать была создана древними правителями Ада, как символ абсолютной власти над прочими существами того мира. И выкована она была в Чертогах Ада – самом сердце мира демонов.       – Угу... И?       – Энергия, что питает Печать, материалы, использованные для ее создания – все это первородное демоническое начало. Не вдаваясь в подробности, скажу, что длительный контакт с чистейшим Адом, меняет того, кто подвергается воздействию. Такие создания зовутся одержимыми. Это не демоны, но и не смертные более. От первого они отличаются куда меньшим набором сил и...       – Погоди-погоди... – перебила его Кризалис, поняв, к чему именно клонит Джек. – Хочешь сказать, Элемент Доброты стала этой одержимой?       – Ну, на шее у нее уже начала появляться чешуя, глаза отливают алым, а кровь стала горячее и куда быстрее сворачивается. Даже раны стали заживать быстрее. Так что, да, Шай стала одержимой – в этом нет никаких сомнений.       – Хм... – задумчиво произнесла Кризалис, обдумывая все то, что сказал ей Джек. И то, что самая, с виду, тихая и застенчивая пони, которой, тем не менее, хватило смелости попробовать объять необъятное в лице черного пони, стала этакой комбинацией между смертной и демоном, было, по меньшей мере, необычно. И даже завидно для королевы перевертышей. Не видя никаких минусов в состоянии одержимого, Кризалис видела лишь плюсы и довольно весомые. – И... И как это влияет на решение жителей того мира? Как там его...       – Свартальфхейм. – повторил это странное слово Джек. – А по поводу гномов... Демоны не слишком-то уж у них в почете – как я понимаю, это весьма давняя история. Так или иначе, демонов там не любят, а одержимые своего рода демоны.       – Твайлайт Спаркл? Все же, она новая принцесса, да еще и главная в их компании. По сути, самый главный рассадник мысли о том, что дружба может победить все.       – Не веришь этому мнению? – ехидно спросил черный пони.       – Жизнь моего вида строилась на взаимовыгодном выживании, а не на дружбе. – слегка понуро ответила королева. – То, что предложил мне ты тогда, это тоже не дружба, а то самое взаимовыгодное состояние.       – Другого я и не предлагаю. – посерьезневшим голосом ответил одэрианец. – Ведь именно в этом смысл сделок – никакой дружбы, только «я – тебе, а ты – мне».       – Похоже, ты тоже не слишком-то веришь в дружбу. – кисло усмехнулась Кризалис.       – Жизнь отлично дала мне понять, что такое дружба, когда толпа людей, сплотившись, начинает калечить того, кто слабее их, как любовь заставляет убивать и совершать куда более неприятные вещи, как наполняется радостью сердце совершившего, по его мнению, справедливую кару над другим, хотя тот и не сделал ничего, или же, когда испытываешь счастье, пытая кого-то – неважно, виновен он или нет. Слабо верится в дружбу и прочие красивые слова, которые проповедует магия этой самой дружбы, когда близкие существа предают друг друга, предложи ты ему сумму повнушительнее. Так что, да, я не верю в это. Но зато я верю в жестокость. Ей не требуются разъяснения, кто, что и где – постфактум, ей глубоко наплевать на все это – доброту, любовь, заботу, дружбу. Ей важно только одно – раз...       – Разрушение... – догадалась Кризалис, слегка боязливо смотря на Темного. Тот утвердительно кивнул.       – Разрушение есть уничтожение шума, создаваемого смертными. Это необязательно прямое убийство. Заставить вас затихнуть можно по-разному.       Сказав это, Джек смерил Кризалис достаточно неприятным для самой королевы взглядом. Разговор явно пошел не туда, куда должен был прийти по ходу обсуждения похода в иной мир. Однако, страшная картина продолжалась недолго, после чего взгляд черного пони смягчился.       – Вернемся к Свартальфхейму. – произнес он. – Если ты не хочешь или же сомневаешься в том, что Селестия и Луна управятся с твоим народом в твое отсутствие, я это пойму. Но если же захочешь пойти, то скажу сразу, сварты, или же гномы, - достаточно боевой вид и со своим кодексом чести.       – Джек, я... Я понимаю, что тебе нужны те, кто будет следовать с тобой туда, но... Ты прав... Я не могу оставить свой вид Селестии и Луне, несмотря на то, что они вполне достойные особы. Так что, прости.       – Не нужно извинений. – совершенно спокойно ответил Джек. – Это твой выбор, и я понимаю его – свой народ важнее, тем более, когда под боком находятся мощные враги. Что ж, тогда, до скорой встречи...       С этими словами, Джек буквально проплыл мимо королевы перевертышей, как тень, что двигалась по стене, и вышел из собственной лаборатории, направившись куда-то по коридору. Кризалис же, хоть и поняла, что Темный не держит на нее злости ни за что, но на душе осталось какой-то неприятный осадок. Такое часто случалось с ней, после разговоров с черным пони – разумеется, когда ей доводился случай. Но и сделать она ничего не могла – слишком велик был риск оставлять свой народ полностью обезглавленным. Однако, и сидеть на месте ей тоже было невмоготу. День ото дня все шло одинаково – тренировки, тренировки и еще раз тренировки, редкие разведывательные патрули, что говорили об отсутствии движений со стороны демонов. Чтобы добиться победы, нужно было действовать, и Джек явно что-то задумал, пускай и не говорил лично ей об этом. Да и этот поход в другой мир... Зачем ему эти гномы? Способ узнать всю информацию, был один – пойти с Джеком. Однако, здесь было слишком много «но» а решать нужно было быстро. И вот, стоя на выходе из комнаты черного пони, Кризалис размышляла о том, как ей следует поступить в данной ситуации. Ей хотелось помочь, правда хотелось...

***

      Всю ночь Флаттершай не спала, размышляя о словах Джека. Новый поход в новый мир и вновь с какой-то определенной целью. Если говорить откровенно, ей хотелось посещать другие миры – это необычное приключение, способное увлечь кого угодно, но единственное, что портило атмосферу, это цель. И средство, с помощью которого можно было достичь эту цель. В данной ситуации, средством была ее доброта и мягкий характер. И это бесило. Хотя Джек и сказал, что она может отказаться, ей все равно хотелось попробовать, но это вызывало другое чувство – злость. В основном, на то, что ее лучшее качество, за которое она была достойна получить Элемент Гармонии, будет использовано с целью манипуляций и подбивания несчастных гномов встать на их сторону. В какой-то момент, Флаттершай испугалась этого чувства. Зная себя и свой характер, она могла сказать, что подобное для нее было не столько редкостью, сколько невозможным событием. Но оно испарилось столь же быстро, сколь и появилось – пегасочка успела только испугаться, после чего вернулась к своему обычному состоянию. Определиться с выбором между идти или не идти ей не составило труда, но сомнения у нее вызывало только то, что они пойдут, скорее всего, вдвоем. Потому, прежде, чем идти к Джеку и рассказывать ему о своей идее, Флаттершай решила поделиться этим непосредственно с Твайлайт и остальными девочками. Как она и думала, они отреагировали несколько неоднозначно. Пинки была всеми копытами за поход в Свартальфхейм – собственно, тут ничего удивительного. Рарити, после слов о том, что жители другого мира – кузнецы, сразу начала говорить про грязь, грубость и прочие не слишком утонченные вещи. Рэйнбоу Дэш была за поход, как и Эпплджек. Единственное, что им не нравилось, это наличие там Джека, но выкинуть его из этой миссии значило бы оказаться на незнакомой территории в гордом одиночестве. Твайлайт же оказалась за без всяких условий – она уже путешествовала в другой мир вместе с черным пони, причем, наедине, так что имела какой-никакой опыт и знания, как к нему подступить. Да и Флаттершай была рядом, а ее Темный послушает. Скорее всего... И вот, всей оравой, они отправились на поиски одэрианца. Долго искать не пришлось – несколько стражей сказали, что видели его у своей лаборатории вместе с королевой перевертышей. Но на месте ни Темного, ни Кризалис обнаружено не было. Решив, что кто-то точно вернется сюда рано или поздно. Чуйка их не подвела – Джек вернулся через пятнадцать минут, после того, как они пришли в то место. Легко было предугадать, что он оказался несколько удивлен наличием в своем рабочем и личном пространстве кого-то кроме него самого или нескольких недовольных его обращением с ними. Выслушав их план, черный пони не нашел ничего лучше, чем назвать всю компанию Элементов Гармонии идиотами, которые собираются трепать ему нервы все то время, что они будут в другом мире.       – И кроме того, - продолжил Джек, - вы – идиоты, которые стремятся бросить свой мир, при этом обладая сильнейшими артефактами своего мира.       – Флаттершай ты хотел взять с собой. – сказала Твайлайт. – Несмотря, на то, что она – Элемент Гармонии, как и мы все. Более того, она была тебе нужна именно из-за того, какой именно она Элемент.       – Твайлайт... – Флаттершай вышла вперед. – Я сама на это согласилась. Джек ту не...       – Да, искристая. – перебил пегасочку Джек и сделал несколько шагов в сторону молодой принцессы. – Я хотел взять Шай, потому что она Элемент Гармонии. И ты будешь осуждать меня за это? За то, что я ищу способ положить конец Люциферу и прибегаю к способам, которые отличаются от привычных вам?        – Нет, не за это, а за то, что используешь МОЮ ПОДРУГУ! – более гневливо сказала Твайлайт. – Вернее, то, что хочешь использовать... Это подлость даже для тебя.        – А я-то думал, что действую в пределах своего характера: использовать кого-то в своих целях – ну каков же подлец, верно. Да только, когда у тебя на пороге стоит огромная турель, полная ядерных патронов, ты будешь использовать все средства для того, чтобы эта хрень не выстрелила, ведь иначе начнется такое заражение, что столетиями потом не отмоешься. Ты этого хочешь, Твайлайт? Заражения?       – Разумеется, нет. – ответила аликорн, слегка удивленная тем, что Джек назвал ее по имени. Но это и подсказало ей, что ситуация стала серьезнее. – Но и отправлять Флаттершай с тобой в другой мир я тоже не стану.       – Да, но мне кажется, что ты ей не мать и не сестра, чтобы вот так давать указа...       – ДОСТАТОЧНО! – воскликнула Флаттершай и вылетела между своей подругой и черным пони. Когда оба стихли, поубавилась и громкость голоса пегасочки. – Хватит... Спорите-спорите – вечно одно и то же. Когда же вы уже наконец научитесь находить компромиссы между друг другом?! Твайлайт, - пони повернулась к своей подруге, - не думай, что я иду с Джеком просто так или потому, что он так сказал. Как он ранее и сказал, ты мне не мать и не сестра, но и он не отец или брат, так что окончательное решение все равно за мной. Да, я понимаю, как выглядит то, что я иду туда, поскольку я – Элемент Доброты. Это точно даст возможность расположить других к себе. Но я иду туда не ради этого, а для того, чтобы спасти Эквестрию от демонов.       Никто этого не заметил, но лицо Джека как-то странно искривилось, а глаза опустились в землю, правда, всего лишь на секунду. Между тем, Флаттершай продолжила:       – Когда Джек сказал мне о том, что был бы рад, пойди я с ним туда, он сразу сказал, что не тянет меня за собой и поймет, если я откажусь. Более того, мне показалось, что он ждал моего отказа от этого, и я могу понять его – другой мир, другие опасности. И все равно я согласилась пойти. Потому что, хочу помочь. Джек... – теперь, Флаттершай повернулась к Темному. – То, что ты сказал о заражении... Ты знаешь демонов лучше, чем пони, потому я верю тому, что ты говоришь. Да и мы сами видели, на что они могут быть способны – Кристальная Империя тому доказательство. Но ей-богу... Когда ты уже научишься говорить все не так жестко?! – пегасочке стоило огромного усилия не перейти на крик. Она поняла, что это было бы бесполезно. Во-первых, черный пони вряд ли бы послушал ее, начни она кричать, как кот мартовский, а во-вторых, это бы выбило оставшийся воздух из ее легких, так что, она не смогла бы говорить далее. А сказать хотелось очень многое. – Я понимаю, что ситуация у нас – дрянь последняя, и это знают все. Своей жестокостью в словах, ты ничуть не помогаешь в желании побороть врага. Напротив, мне почему-то начинает казаться, что ты намеренно хочешь поселить в них чувство страха перед демонами. Хватит этого... Ты же понимаешь меня?       – Понимаю... – пробурчал Джек. – Но без страха к врагу, нельзя перестать бояться его, а без ярости победить раз и навсегда.       – Красивые выражения, да только они никому не помогают. – ответила Флаттершай, опустившись на пол. Глаза ее уже не отливали алым, а начинали отчетливо менять свой оттенок с голубовато-аквамаринового на красный. – Ведь это просто слова. Нужно не говорить, а делать, верно?       – Не нужно говорить об этом МНЕ! – прорычал одэрианец. – Я как никто другой понимаю важность всего происходящего. И именно это пытаюсь донести до твоих друзей.       – Во-первых, не надо на меня рычать. – более зло произнесла пегасочка. – Я тоже могу показать клыки, если понадобится. Хватит пытаться кому-то что-то объяснять – головы на плечах есть у всех. И я уверена, что среди нас все понимают, как важно заручиться поддержкой со стороны. Потому, хватит... Хватит всех споров, объяснений и недомолвок. Хватит...       Наконец, совладав с собой, Флаттершай смогла выдохнуть. Глаза ее вновь стали привычного голубоватого оттенка, а дыхание стабилизировалось. Даже окружавшая ее аура гнева начала рассеиваться. Какое-то время, во всей компании стояла тишина, которую, на удивление абсолютно всех, разорвала Рэйнбоу Дэш.       – Вау... – произнесла пегаска, ошарашенно смотря на Флаттершай. – Никогда бы не подумала, что услышу от тебя столь жесткую, но проникновенную речь, Шай. Это было круто... И знаешь, что? Что бы вы там ни задумали, я с вами.       Остальные же заговорили точно так же, как и радужногривая пони, что стало для Джека и открытием, – ведь они были готовы пойти друг за другом в другой мир ради спасения остальных – и ощущение, что его будет ждать невероятная головная боль, если он возьмет с собой весь тандем Элементов Гармонии. Но и не отстанут ведь... В особенности, любительницы приключений – искристая, радужногривая и розовая бестия. Ржавая пошла бы за радужногривой из чувства «не хочу оставлять все самое крутое этой зазнайке, ибо она потом будет светиться от гордости», алмазная голова отправилась бы на поиски чего-то нового из драгоценностей, а у кузнецов – в особенности, если весь мир состоит из таких субъектов – должны были находиться самые разные материалы, в том числе и те, что представляли ценность. Флаттершай пошла бы по определению... Была еще Кризалис, но она отказалась... В каком-то смысле, Джеку было жаль, что она не пойдет, ведь перевертыш была бы хоть каким-то островком тишины в этой какофонии из пони. Однако, и ее можно было понять...       – Хорошо... – выдохнул черный пони. – Хотите компромисса, я вам устрою компромисс. Раз уж вы так зарядились от речи Шай на поход в другой мир, милости просим. Но... Лишь до того момента, пока мы не найдем нужных гномов. После, и вас, и их я отправлю обратно сюда. Сойдемся на таком?       Ответом ему было «Да!» в унисон.       – Превосходно. Но, – да, еще одно «но» – перед отправлением скажите принцессам о том, куда вы пропадете. Пусть они скооперируются с Ави, Чеширом, Бегемотом и Кризалис для переориентировки действий. Учитывая то, что пропадут достаточно весомые по силе солдаты, им нужно будет сделать... Хоть что-то...       На том и разошлись. Спорить, как-то выпендриваться было лишним, ибо в словах одэрианца было достаточно логики, хотя всех несколько удивило сказанные им последние слова. Создалось ощущение, что он уже и сам не знает, что ему делать со всеми ними. И дальше всего эта мысль зашла у Флаттершай. Пока они шли к принцессам Селестии и Луне, ей все сильнее казалось, что в какой-то момент, в Джеке что-то перегорит, и он пойдет на демонов одним солдатом. И тогда, только боги могут сказать, что произойдет. Зная черного пони, пегасочка могла сказать, что ему это будет по силам, но какая-то ее часть говорила о том, что у всего есть предел, и не ему тягаться с армией демонов.       Уговаривать принцесс не пришлось – для них была понятна инициатива Темного взять кого-то для подстраховки. В особенности, учитывая то, что Джек, скорее всего, был известен за пределами тех миров, в которых он находился ранее или на данный момент. Кроме того, к ним присоединилась и Кризалис. Королева, все же, решилась доверить своих подданных эквестрийским принцессам. Конечно, перевертыши восприняли это слегка в штыки, а пара перевертышей – Кри и Торакс – решили пойти вместе с королевой. На всякий случай... Кризалис поддержала эту инициативу, но вот как воспринял бы ее Джек, оставалось вопросом. Все же, теперь их было девять. А черному пони не нравились большие компании – это понимали и знали все. Так или иначе, теперь им нужно было найти Темного, дабы начать новое путешествие – в совершенно иной для них всех мир. И все надеялись на то, что Джеку были хорошо известны все опасности и особенности Свартальфхейма – мира гномов.