Тренировка Мстителей (Или как Человек-паук надирает всем зад)

— Не пойми меня неправильно, Тони, я жутко рада, что ты рассказал нам все это. Но ты так и не ответил на вопрос об особой тренировке Питера. На мгновение Тони смутился, но почти сразу же взял себя в руки. — Я как раз подходил к этому. Неужели никто из вас, бывших русских киллеров, не ценит хорошую историю? Он кинул на Стива взгляд — «Видишь, с чем мне тут приходится работать?», — но Стив лишь притворно-понимающе кивнул. — В общем, я оставил пацана в Квинсе, пока мы разбирались со всей этой историей, но я не забыл этот отвратительный костюм, в котором он носился по городу. Так что я сделал для него новый костюм и попросил Хэппи доставить его. Я уже упоминал, что поначалу был реально паршивым наставником? Потому что так и есть. — Это немного резко, Тони. Я уверен, что ты… — Справедливости ради, у тебя было очень много… — Нет, не-а. Это правда. Да, я был довольно загружен в то время, но я сделал четырнадцатилетнему ребенку многомиллионный высокотехнологичный костюм, и даже не потрудился положить в пакет инструкцию по применению. Я поручил Хэппи разбираться со всеми звонками и сообщениями, а сам попытался убедить себя, что с ним все будет прекрасно, если я буду «держаться в стороне». В смысле, я не отдалился от него полностью. ИИ его костюма регулярно отправляла мне данные с Протокола Радионяня, и я мог отправить автоматизированную броню Железного Человека, если бы мне показалось, что он прыгает выше своей головы. Но все это не отменяет того факта, что в качестве наставника я придерживался скорее дерьмовой, пренебрежительной линии поведения. Хэппи был не в восторге от навязанной ему роли консультанта, Пеппер была не в восторге от того, что я поощрял подростка бороться с преступностью, а я был не в восторге от того, что парнишка начал влипать во все более и более опасные авантюры, на которые я, можно сказать, дал ему «зеленый свет». В какой-то момент дошло до того, что я хотел, чтобы он облажался. Я хотел, чтобы он потерпел неудачу; откусил кусок больше, чем смог прожевать, чтобы у меня была причина забрать костюм и посоветовать ему забыть обо всем этом, пока он не станет старше. Или, в идеале, навсегда. Он сделал паузу, качая головой от злости на самого себя. — Супергерои, как же, мы просто кучка суперпридурков: все время только и делаем, что сидим и ждем, когда очередной злодей попытается атаковать нас, и этот глупый, великодушный, самоотверженный ребенок из Квинса слишком хотел пойти по нашим стопам. Он должен был быть обычным ребенком, понимаете? Ходить в школу, встречаться с друзьями и просто… просто быть ребенком. Не рисковать своей жизнью, ежедневно спасая незнакомцев. А затем случился Стервятник. И Пит облажался. Я сказал ему держаться от этого подальше. Сидеть смирно. Не выслеживать этого парня. Я не дал ему никаких объяснений. Только приказ, без пояснений. Разумеется, он меня не послушал. Я бы себя не послушал. Но все случилось. Пацан облажался, и я забрал его костюм. Повел себя как козел. Уж в этом-то Говард оказался отличным примером для подражания. И я просто улетел, мысленно похлопав себя по спине. «Чтоб добрым быть, я должен быть жесток». По крайней мере, думал я, теперь парнишка не убьется; может быть, даже вернется в тот школьный кружок, который он бросил из-за Человека-паука. Сможет просто насладиться своим гребаным осенним балом, не беспокоясь об очередном суперзлодее, что маячит на горизонте. Я должен был догадаться. Парнишка решил использовать свои суперспособности во благо задолго до того, как я появился в его жизни, так с чего бы он вдруг прекратил заниматься этим лишь из-за того, что я забрал костюм? Так уж вышло, что его партнерша для бала оказалась дочерью Эдриана Тумса, более известного как Стервятник. Так что Пит снова оказался лицом к лицу с Тумсом, только на этот раз в своем старом костюме и собранными из мусора шутерами. Без защиты, без прикрытия, без помощи. Потому что я забрал его костюм. В голосе Тони отчетливо были слышны вина и отвращение к себе, а руки его едва заметно дрожали. Он все еще иногда видит это в своих кошмарах. Он ведь даже не знал про склад, поначалу. И Питер, скорее всего, даже не собирался рассказывать ему об этом, если бы однажды не проговорился случайно. «Ну, по крайней мере, он не обрушил на меня заброшенный склад». Если бы не легкая дрожь в его голосе, не едва заметная гримаса на его лице, Тони даже не обратил бы на это внимания, посчитав это глупой шуткой. После этого Тони потребовалось совсем немного времени, чтобы заставить Питера рассказать об этом подробнее. И, боже… О, боже. Ребенок, погребенный под тоннами стали и бетона. Питер, застрявший под завалами рухнувшего здания, кричащий в пустоту о помощи. Его сын — одинокий, беспомощный. А сразу за этим последовала авиакатастрофа. Без защиты. Без прикрытия. Без помощи. Он вынужден был прерваться, чтобы бросить взгляд в другой конец комнаты, где Питер грациозно уворачивался от града стрел, весело расхохотавшись, когда лучник выругался из-за того, что у него снова закончились боеприпасы. С ним все хорошо. С Питером все хорошо. С его ребенком все хорошо. — После этого я понял, что пора вмешаться. Стать тем наставником, которым я должен был быть с самого начала. Тем героем, которого этот пацан заслуживает. Устроить его на настоящую стажировку, освободить свое расписание, чтобы проводить с ним хотя бы несколько часов в неделю, чтобы подробнее пройтись по всем функциям костюма, убрать всех посредников и проследить за тем, чтобы контактировать с ним напрямую. И, ну, вы же знаете Пита. Невозможно постоянно находясь бок о бок с ним не влюбиться в него. Этот ребенок пробирается в твое сердце, впиваясь в тебя своими липкими паучьими лапками, и не успеваешь ты оглянуться, как ты уже умоляешь его тетушку разделить с тобой совместную опеку над ним. Очередной невероятно нежный взгляд вновь метнулся в другой конец комнаты, где Клинт как раз затягивал у Питера повязку на глазах. Тони не переживал. Они провели уже немало испытаний, тестируя его паучье чутье. Пока единственной задачей Питера будет уклонение от тупых стрел, ни одна из них даже не коснется его. Сильная рука на плече заставила его повернуть голову и посмотреть на ласково улыбающегося Стива. — Я горжусь тобой, Тони. Я очень, очень сильно горжусь тобой. Я знаю, что в глубине души ты заботился о Питере, хоть поначалу и совершал ошибки. Но, Тони, есть кое-что, что я должен сказать тебе, и ты должен выслушать меня очень внимательно, хорошо? Почему это прозвучало так загадочно? И почему эти светлые глаза прожигают его, словно лазеры? — Валяй. — Тони, ты все еще не рассказал нам о тренировках Питера. Уупс. Ну и что с того, что он может слегка увлечься, рассказывая о своем сыне, ну засудите его за это! — О, точно. Мой косяк. В общем именно тогда я спроектировал для него кучку обучающих роботов, — закончил он эту жалкую пародию на объяснение, небрежно махнув рукой. И, как он и ожидал, в ответ он получил два совершенно не восторженных взгляда от одного суперсолдата, и одной супершпионки. — Тони… Миллиардер действительно восхищался тем, как Наташа могла сохранять невозмутимое выражение лица, в то время, как ее голос звучал так, словно она была готова в любую секунду сожрать тебя целиком (и в абсолютно несексуальном смысле). Он поспешно вскинул руки. — Ладно, ладно, не кипишуй. В общем, чтобы получить более полное представление о его навыках, я сначала изучил все данные с его костюма, а затем несколько раз присоединялся к нему во время патрулей. Я заметил, что чаще всего он просто уклонялся и носился из стороны в сторону, пока ему не удавалось связать оппонента паутиной и прикрепить его к стене, или фонарному столбу, или еще куда. Я понял, что этот ребенок никогда не участвовал в настоящей драке. Так что первым делом я решил обучить Питера некоторым приемам. Проще простого. Я, может, и не владею черным поясом, но я за свою жизнь провел немало рукопашных поединков, да? Если вкратце, первое занятие оказалось полной катастрофой. Питер продолжал уклоняться от моих атак, вместо того, чтобы блокировать их, или просто принимал удары. Он почти не пытался нападать на меня, сомневаясь по поводу каждого своего движения, а когда все-таки решался нанести удар, то сдерживался так сильно, что с таким же успехом он мог просто кинуть в меня ватным шариком. Но я не переживал из-за этого. Это был его первый урок, мы еще не были настолько близки, он жутко нервничал, и т. д. и т. п. Вот только все с точностью повторилось и на второй тренировке. И на третьей, и на четвертой. Я начал терять терпение, пацан начал впадать в отчаяние, а наши тренировки вели в никуда. Так что я предположил, что, может быть, если я поговорю с Питером о том, что заставляет его так сильно сдерживать себя, это немного ускорит наш процесс. И тогда ребенок рассказал мне немного о своих первых днях после укуса паука. Первые сутки он был жутко болен, но потом? Бам! Он просыпается, а все его органы чувств работают на 110%. Ему больше не нужны очки, он слышит, как новорождённый ребенок орет во всю силу своих крошечных легких через два дома от него, некоторые запахи вызывают у него тошноту, его живот украшают впечатляющие шесть кубиков пресса, а время от времени что-то начинает щекотать его затылок, посылая в мозг какие-то странные сигналы, которые он не может понять, и которые сводят его с ума. И все это венчается сломанными дверными ручками, прилипающими к рукам предметами и разбитым вдребезги будильником, который он просто неудачно отключил. Не нужно быть гением, которым я и являюсь, чтобы понять, что все это не на шутку его напугало. Стив понимающе кивнул. — Помню, как необычно чувствовал себя я после введения сыворотки, вот только меня-то заранее предупредили о том, чего ожидать, и меня постоянно окружала целая команда докторов и специалистов, которые помогали мне привыкнуть к изменениям. Могу только представить, каково было Питеру. Наташа выглядела задумчивой. — Но ведь ты познакомился с ним не сразу после укуса. Должно быть, к моменту вашего знакомства, он уже успел неплохо изучить себя, верно? Как иначе он мог узнать, что он сможет поймать машину? По спине Тони пробежал холодок. — А он и не знал. Он увидел, что машина несется в сторону автобуса и просто… прыгнул. Он понятия не имел, что ему хватит сил поймать ее. И прежде, чем двое Мстителей успели бы побледнеть еще больше, Тони продолжил: — Но да, к этому моменту он уже немного научился контролировать свои чувства. По телеку тогда показывали старый сериал, который его тетушка очень любила смотреть. «Часовой». Сюжет там крутился вокруг какого-то копа, у которого были обострены все органы чувств, и его ученика-антрополога, который помогал ему справляться с этим. Очевидно, в шоу все это было настолько хорошо прописано, что Пит смог взять на заметку некоторые из предложенных механизмов и применить их к своей ситуации. Что-то насчет представления циферблатов… В общем, со своими органами чувств он уже научился справляться, но что делать с силой? Питер был просто в ужасе от мысли, что он может слишком сильно обнять свою тетю и случайно сломать ей позвоночник, или дать Неду пять и выбить ему плечо. Он рассказал, как в какой-то момент он подумал о жонглировании яйцами, что, учитывая все обстоятельства, оказалось поистине гениальной идеей. Оно вынуждало его контролировать свой захват, который должен был быть достаточно стабильным, чтобы он мог бросать яйца по определенной траектории, но при этом достаточно мягким, чтобы не раздавить их. А еще это немного улучшило его координацию и дало ему возможность отточить управление некоторыми из своих чувств. Нужно ли говорить, что ему пришлось испортить десятки коробок, прежде чем он дошел до той стадии, когда ему уже не нужно было смывать желток с рук каждые две минуты. Но не разбить яйцо во время жонглирования и не сломать кость во время драки с другим человеком — это не одно и то же. Единственный способ понять, сколько силы нужно приложить, чтобы поймать яйцо, но при этом не раздавить его — это из первых рук узнать, каково это — раздавить его. А значит, чтобы понять, сколько силы ему стоит использовать в бою, чтобы не покалечить и не убить своего оппонента, это… — Узнать, каково это — ломать чью-то кость, — закончила за него Наташа. Тони кивнул. — Вот почему он никогда не позволял себе по-настоящему драться с кем-либо, ну либо наносил самый мягкий удар, какой только получалось. Стив так же понимал, к чему это ведет. — Но так сильно сдерживая себя, он открывался перед врагом, давая ему множество возможностей для атаки. — Точно, именно поэтому он и рассчитывал в основном на свою паутину. Для него это был единственный способ вывести преступников из строя, не рискуя нанести им смертельную рану. Так что едва я, наконец, понял, в чем его проблема, я взял несколько уже готовых тренировочных ботов и немного переработал их. Я напичкал их экзоскелет различными сенсорами и запрограммировал их имитировать возможности человеческого тела. После этого все пошло как по маслу. Уже не опасаясь снести кому-то голову своим левым хуком, Питер очень быстро прогрессировал. Когда он почувствовал, что уже в состоянии встретиться лицом к лицу с живым противником, мы снова вернулись на ринг, и он меньше чем за минуту надрал мне зад. Я, блядь, так гордился им, что даже не ощутил удара по своему эго. После этого мы уже вместе построили множество роботов, с различными настройками и уровнями, в зависимости от того, с какими людьми или существами он может когда-нибудь столкнуться. Погоди секунду, у меня есть список. Он что-то пощелкал на своих часах, и перед глазами Стива и Наташи появился маленький голографический экранчик. Уровень 10: Обычные люди без боевой подготовки или опыта Уровень 9: Обычные люди с небольшой боевой подготовкой или опытом Уровень 8: Обычные люди с продвинутой боевой подготовкой или опытом (Пример: Наташа Романофф, Клинт Бартон, Сэм Уилсон) Уровень 7: Люди с суперспособностями без боевой подготовки или опыта Уровень 6: Люди с суперспособностями с небольшой боевой подготовкой или опытом Уровень 5: Люди с суперспособностями с продвинутой боевой подготовкой или опытом (Пример: Стив Роджерс, Джеймс Барнс) Уровень 4: Люди, чьи способности (или хотя бы их часть) зависят от современных технологий и часто включают в себя тяжелое вооружение (Пример: Тони Старк, Скотт Лэнг, Король Т’Чалла) Уровень 3: Волшебники, потому что их дурацкие силы так по-дурацки непредсказуемы (Пример: Ванда Максимофф, Стивен Стрэндж) Уровень 2: (Не-) люди с необычной силой и способностями (Пример: Тор, Вижн) Уровень 1: Халк Стив свел брови, пробегаясь взглядом по списку. — А разве не должно быть наоборот? — Не-а. Эти уровни показывают не то, какую угрозу эти люди представляют для Питера, а то, как сильно Питеру необходимо сдерживать свои силы, чтобы случайно не убить оппонента. Для него это самое главное. Наташа нахмурилась. — Но разве Тор не должен быть на первом месте вместе с Халком? — Если бы Пит не был так помешан на нашем Асгардском принце и не сдерживал бы себя из-за чистейшего благоговения, он был бы там. — Постой, а что насчет кантри, что ты упоминал ранее? Тони лишь ухмыльнулся. — Ну, нам нужны были кодовые имена для различных уровней, очевидно же. А ты, мой друг, определенно музыка кантри. Наташа выгнула бровь. — А я кто? — Инди-рок. С этим она может смириться. — ОЙ, ДА ЛАДНО! Все трое обернулись на расстроенный возглас Клинта, и теперь изумленно наблюдали, как лучник сердито взмахивает руками, разглядывая множество раскиданных повсюду стрел, которые он выпустил в ослепленного семнадцатилетку, и ни одна из которых даже не задела подростка. Питер тем временем уже успел стянуть повязку, и теперь лениво потягивался. — Было весело. Эй, а я могу как-нибудь одолжить твое тренировочное снаряжение? Готов поспорить, Хоуп с удовольствием погоняется за этими стрелами. Обычные палки так быстро ломаются. Не каждый день они становились свидетелями того, как Клинт буквально терял дар речи. Стив решил воспользоваться моментом. — Вообще-то, я хотел бы кое-что попробовать, с вами обоими. Клинт, собери свои стрелы, пожалуйста. Питер, подготовь свои шутеры. Мы с вами проведем финальный раунд, на этот раз с нашим привычным оружием, — он подхватил свой щит и направился к ним. — Пит, я хочу посмотреть, как ты будешь вести себя в схватке с большим количеством соперников, когда тебе необходимо уделять внимание одновременно и нападению, и защите. Попытайся вывести нас с Клинтом из строя прежде, чем мы выведем тебя. Идет? Питер и Клинт кивнули и начали готовить свое снаряжение. Но едва они заняли свои места друг напротив друга, и Стив попросил Пятницу в очередной раз начать обратный отсчет, Тони вдруг прокричал: — Питти! Если справишься меньше, чем за тридцать секунд, я попрошу Пеп заехать в кондитерскую по пути домой и привезти твой любимый «Черный лес». Стиву и Клинту действительно стоило забеспокоиться, когда они заметили в глазах подростка этот дьявольский блеск. ________________________________________ Тридцать пять минут спустя Тони, Пеппер, Наташа и Пит расположились за огромным столом, наслаждаясь вкуснейшим десертом. — Просто фантастика, — признала Наташа после первой же ложки шоколадно-кремово-вишневого великолепия. Питер, чей рот был полностью набит тортом, только и мог, что кивнуть головой. Хоуп лежал рядом с ним под столом, лениво пережевывая вишенки, которые Питер время от времени ему подбрасывал. — Я купила еще два про запас, так что у нас останется еще на завтра, когда Лора и дети, наконец-то, переедут на свой этаж. Разве Клинт не собирался приехать сегодня пораньше, чтобы подготовить комнату для Натаниэля? И Пятница упоминала, что Стив тоже тут. В ответ Пеппер получила три идентичные улыбки. — Они зависли в тренировочном зале, — ухмыльнулась Наташа. — Ага, увязли в своих упражнениях, — добавил Тони. А Питер лишь молча отправил еще один кусочек торта в рот. The End