Лекарство для сатира

      Тобиас Бойд ходил по клубам не ради веселья. Ему не были интересны шарнирные тела танцоров, выгибающихся у шеста под громкую музыку. Он оставался безразличен к выпивке. На самом деле Тобиас откровенно недолюбливал заведения подобные этому. Слишком шумные. Пропитанные алкоголем. Тесные. Люди, сновавшие мимо, то и дело задевали его. А чужие прикосновения для Тобиаса были хуже электрического разряда. Контролировать жажду после них становилось почти невозможно — ещё немного, и он сорвётся с цепи. Тобиас знал, что походил сейчас на тяжелобольного: тёмные волосы немного влажные у корней, на лбу капельки пота, дыхание тяжёлое.       Но он пересилил себя и пришёл сюда. И не уйдёт, пока не отыщет хоть кого-нибудь. Пьяного. Несоображающего. Попросту идиота. Кого-нибудь, кого он трахнет в туалете или в такси. Может они даже сумеют добраться до его квартиры и «сделать всё красиво»?       Танцующие люди его путали. Тела пересекались между собой словно на снимке, сделанном без фокуса. Это было похоже на оргию — дикую, необузданную, липкими пальцами пробирающуюся под его одежду, сжимающую возбуждённую плоть. Он выдохнул и, на несколько секунд закрыв глаза, направился к барной стойке. Там он точно сможет кого-нибудь подцепить.       Тобиас заказал коктейль и осмотрелся. Выбор невелик. Несколько угрюмых мужчин в углу сразу отпадали. Они пришли сюда не за новыми знакомствами и яркими ощущениями. К тому же радар подсказывал, что они стопроцентные натуралы, от таких можно запросто получить по морде. Милая блондинка, сидевшая чуть ближе, Тобиаса тоже не интересовала. Он успел переспать с целой толпой таких — ухоженные, в вызывающе короткой юбке, намекающие, что под ней нет трусиков. Пытаются выглядеть коварными соблазнительницами или дикими кошками, кому что больше нравится. А сами будут требовать долгих прелюдий и нежного секса. Не подойдет.       Зато её друг, тоже блондин, показался Тобиасу экземпляром поинтереснее. Он явно пришёл с девушкой за компанию и, пока она с кем попало флиртовала, успел здорово наклюкаться. Юноша подпирал голову руками и глупо улыбался бармену. Очень хрупкий, даже женственный. Бледная кожа и румянец, выступивший из-за алкоголя, делали его похожим на фарфоровую куклу. Тобиас любил таких — они сладко стонали.       Блондин допил коктейль и, мурлыкнув что-то на ухо подруге, поднялся на ноги. Его походка выдавала неумение пить. Парень придерживался за пустые стулья, не в силах сфокусировать взгляд. Он был на расстоянии вытянутой руки от Тобиаса, когда вестибулярный аппарат решил отказать. Его повело, ноги внезапно стали ватными, и юноша полетел вперёд.       Но пара рук, схватившая за плечи, не дала блондину упасть. Парень поднял голову, сталкиваясь взглядом с тёмно-карими, почти чёрными глазами. Запоздало он понял, что так казалось из-за сильно расширившихся зрачков его спасителя. Тобиас приветливо улыбнулся, его правая рука опустилась блондину на талию.       — Голова ещё кружится? Тошнит? Давай провожу тебя в туалет.       Уже просто находиться рядом с другим человеком Тобиасу было непросто. Тело, реагируя на чужую плоть, каменело. Набухший член тёрся о ткань спортивных штанов, причиняя боль. Каждое прикосновение отдавалось вибрацией под кожей. Казалось, ещё немного и он сорвётся, накинется на жертву прямо здесь, разорвёт одежду и жёстко отымеет.       Но Тобиас терпел. И это сводило с ума.       Он отвёл блондина в туалет. Пока тот, опустившись на колени, прочищал желудок в кабинке, Тобиас опустил руки под холодную воду. Это не помогало. Тобиас чувствовал только холод, от которого немели конечности, и с которым контрастировал внутренний жар.       — Ты сам-то в порядке?       Тобиас увидел блондина в отражении зеркала. Он поравнялся с ним и сунул руки под тот же кран. Наполнив ладонь водой, поднёс её ко рту, жадно глотая. Тобиас рвано выдохнул.       — Не совсем.       Он выкрутил кран, и, схватив блондина за локоть, втащил в кабинку. Не ту, в которой парень секунду назад блевал, это было бы отвратительно. Самую крайнюю, граничившую с голой каменной стеной. К ней Тобиас и прижал блондина, удерживая за плечи.       — Как тебя зовут? — широко распахнутые глаза, бледные губы, растрёпанные волосы — ну точно куколка. Наверное, и тело у него кукольное.       — А-адам, — парень от страха заикался, но почему-то вырываться не спешил.       — Отлично, — Тобиас хищно улыбнулся, — Адам, я собираюсь трахнуть тебя прямо сейчас.       — Из-знас-сил-лов-вать? — парень пожал плечами.       — Не хотелось бы доводить до этого, — он зажмурился, пересиливая животные инстинкты, и снова посмотрел на блондина, — зависит от тебя. Мы оба можем сделать друг другу хорошо.       Адам всё ещё дрожал от страха. Облизав пересохшие губы, он поднял голову, чтобы пересечься с парнем взглядами, и медленно кивнул.       — Умница.       Прижавшись к блондину, Тобиас накрыл его губы жадным, собственническим поцелуем. Адам, закатив глаза, подался вперед. Тоби чувствовал исходящий от него жар. Чужая ладонь легла на выступающий бугорок в штанах и несильно сжала. Тобиас зашипел. Он потянул Адама вниз, вынуждая того упасть на колени, и спустил с себя штаны.       Блондинчик вряд ли был к этому готов. В голубых глазах угадывался ужас и отвращение. Тобиас догадывался, что его спонтанное согласие на секс с незнакомцем было принято алкоголем, а не здравым смыслом. Но сейчас это волновало его меньше всего. Он лишь надеялся, что Адам не окажется девственником. Не хотелось бы порвать эту чудесную куколку.       Всё выдавало в блондине неопытность. Он был скованным и неуверенным. Стоило Адаму вобрать в себя чужую головку, горло задушил рвотный рефлекс. Он закашлялся и немного отпрянул. Тобиас выругался сквозь зубы.       — Для начала просто проведи языком, ощути длину.       Он решил попробовать заново. Тобиас притянул Адама к себе, намереваясь снова вовлечь в поцелуй, от которого сносило крышу, но блондин увернулся. Прижавшись к стене, парень испуганно смотрел на Тобиаса. Любые уговоры были бы напрасны, просто Тобиас еще не понимал этого.       — Прости, я не могу. Думал, что получится, и ты, правда, очень горяч, но я… я не могу. Мне страшно, — он качал головой, размазывая слезы по милому личику, и не переставал хныкать. Боялся, что Тобиас его просто изнасилует, зажав между собственным телом и шершавой стеной.       Но Тобиас не мог так поступить. Остатки рассудка пока удерживали вверх над инстинктами. Это точно не продлится долго. Тобиас, посторонившись, толкнул дверь.       — Пошёл вон.       Адам не стал дожидаться повторной просьбы. Опустив голову, он вылетел из кабинки, через мгновение хлопнула дверь, ведущая в коридор.       Тобиас снова закрылся и сел на туалет. Конечно, делать это здесь было противно, мерзко, просто отвратительно, но выбора у него не было. Ему нужна была передышка — добраться до дома. А там он поступит так же, как делал всегда — выключит телефон и несколько дней, пока приступ не отступит, будет предаваться греху.       Рука скользила от головки к яичкам. Сначала медленно, почти садистски, но быстро ускоряясь. Тобиас прикусил губу и откинул голову назад. Самоудовлетворение уже не приносило былого наслаждения. Он делал это от безысходности, чтобы немного отдохнуть. Получив разрядку тело начинало остывать, мышцы расслаблялись, сердцебиение приходило в норму, но самое главное не было болезненного каменного стояка.       Еще несколько фрикций, и Тобиас кончил. Он точно не знал, сколько по времени это заняло — с каждым разом удовлетворить себя было всё сложнее. Тело словно чувствовало обман и сопротивлялось. Его нутро требовало другого человека, живую плоть.       Натянув штаны и вытерев наспех руку туалетной бумагой, Тобиас вышел из кабинки. Он мог думать только о том, чтобы быстрее оказаться дома.

+++

      В очередной раз проверив входящие сообщения, Даррен отложил телефон на край стола и положил голову на руки. Лекция по античной философии сейчас волновала его меньше всего. Он беспокоился за Тоби, который уже несколько дней не выходил на связь. Даррен звонил ему, писал сообщения везде, где только было возможно, не теряя надежды связаться с другом. Глухо. В соцсети Тобиас тоже не заходил, даже в свой любимый инстаграм. И в студии парень не появлялся.       Даррен снова набрал его номер, но услышал лишь короткие гудки, от которых его уже трясло. Медленно выдохнув, чтобы хоть как-то успокоить усилившееся сердцебиение, парень вернулся к друзьям. Телефон он по-прежнему сжимал в руке.       В колледже его единственными друзьями были Дэниэл и Ванесса. И как они только нашли друг друга в пёстрой толпе первокурсников? Даррен всегда оставался спокойным и рассудительным. Дэн с шестнадцати лет не пропускал ни одной вечеринки в городе. Ванесса обладала жутким взрывным характером, из-за которого все парни бросали её через пару дней после начала отношений. Возможно, они и не подружились бы никогда, если бы не общее увлечение игрой в «правду или действие». Это можно было даже назвать зависимостью. За три года друзья загадали друг другу многое. Дэн успел спалить брови. Ванессу арестовала полиция за попытку ограбить магазин сладостей. А Даррен потерял девственность со случайным парнем.       Даррен сел на скамейку и, зажав голову между руками, зажмурился. Ему и говорить ничего не надо было — друзья всё знали. И про Тоби. И про их отношения. И про то, что тот уже несколько дней не объявлялся.       Дэниэл сидел на подоконнике. Недолго понаблюдав за другом, он снова углубился в переписку по телефону, решив, что сейчас лучше всего промолчать. Ванесса села рядом с Дарреном и потрепала ладонью по его светлым, немного отдающим в рыжину волосам.       — Может, он просто решил съездить куда-нибудь отдохнуть? В Европу или на острова? — её голос звучал непривычно нежно. Парень покачал головой.       — Тоби бы предупредил.       — Может, он забыл, — подал голос Дэниэл, за что Даррен наградил его злым взглядом. Его лицо покраснело почти до самых корней.       — Он бы не забыл обо мне, — Ванесса покачала головой. Она взяла руку Даррена в свою и опустила голову ему на плечо.       — Ты не понимаешь, — девушка обращалась к Дэниэлу, — у них с Тоби особенные отношения. Они ради друг друга на всё готовы, — парень прыснул.       — Да ну, так и я сказать могу, что ради тебя готов на всё. Но это будут просто слова. А доказательства где? — Даррен смотрел на него уже не просто злобно. Он начинал раздражаться.       — Чего ты от меня хочешь? — Дэн пожал плечами, словно уже потерял интерес к теме.       — Просто нельзя говорить что-то, пока это не подкреплено действиями. Может ты и испытываешь к Тоби такие сильные чувства, но где доказательства, что он думает так же.       Даррен просто отвернулся. Ему было всё равно на то, что говорит Дэн. Он знал, на что способен ради Тоби, ради человека, просто находиться рядом с которым для Даррена было уже счастьем. И «всё» — это только малая часть. Он был готов на большее, гораздо большее.       И в его голове уже созрел план действий.       Даррен часто заезжал к другу, когда тот куда-нибудь уезжал. Полить цветы, покормить кота или просто посидеть в тишине, потому что у него дома всегда царил гам. Год назад, когда Тобиасу снова понадобилось уехать в соседний город на пару дней, вместо привычной связки он протянул Даррену коробочку, обтянутую бархатом. Парень непонимающе посмотрел на друга, а тот лишь обворожительно улыбнулся.       — Это ключи, — Даррен заинтересовано разглядывал подарок. Надо же, Тоби даже брелок повесил — щит Капитана Америки. Знает, как сильно друг обожает Марвел.       — От твоего сердца? — Даррен шкодливо улыбнулся, на что Тобиас лишь закатил глаза и, сняв футболку, кинул ее в корзину с грязным бельём. Он всегда переодевался при друге, словно не замечая, как у того покрывается пятнами лицо.       — Лучше. От моей квартиры. Я сделал дубликат. Теперь мои двери всегда для тебя открыты.       Запасные ключи. Даррен возьмет их и поедет к Тобиасу домой. Просто чтобы убедиться, что всё хорошо.       — О чём задумался? — Ванесса отпустила его руку и, отстранившись, присмотрелась. Даррен выглядел возбуждённым, его пальцы подрагивали. Услышав голос подруги, он поёжился.       — Мне надо уйти. Прикроете?       — Конечно, — девушка нахмурилась, — но что ты задумал?       — Потом расскажу.       Подняв с пола рюкзак, Даррен со всех ног кинулся бежать. Его подгонял страх. Он даже представить боялся, что Тоби окажется дома и что он будет не в порядке. Воображение рисовало ужасные картины, от которых сердце обливалось кровью. Даррен чувствовал, что ещё немного и заплачет — так сильно он накрутил себя.       В автобусе он забился в самый конец. Прижавшись спиной к стеклу, ещё раз позвонил Тобиасу. Отвратительные гудки, Даррен успел возненавидеть этот звук. Три остановки, и он дома.       Ключи лежали на комоде рядом с мамиными духами и счетами. Даррен взял их и сжал в руке, чувствуя, как металл отпечатывается на коже. В зеркале он не увидел собственного лица — лишь безумные глаза.       Снизу раздалось требовательное мяуканье. Их домашняя любимица, Ди Ди, тёрлась об ноги. Присев, Даррен погладил её за ухом. Внезапно ему пришла в голову мысль, что нужно налить кошке свежей воды. На кухне он взял из вазочки немного винограда, отправляя сразу несколько ягод в рот. Это немного успокоило Даррена. Он запер квартиру и спустился на улицу.       До дома Тобиаса было недалеко, всего около десяти минут спокойного шага. Даррен дошел за пять, постоянно подгоняя себя. Он поднялся на нужный этаж, открыл дверь — сначала верхний замок, затем нижний, и переступил порог. До ушей доносилась приглушённая музыка, кажется из спальни. Сама квартира пропахла пиццей, сигаретами и ещё чем-то, что Даррен описал бы как запах сваренного вкрутую яйца. Темнота давила на глаза.       Даррен обернулся закрыть за собой дверь и замер. Он чувствовал, что уже не один в коридоре. За его спиной кто-то стоял.