Мой милый мальчик

Тихо урча, скользишь губами по моему члену, выгибаясь от настойчивых движений и вибраций внутри твоей попки, щуришься и остро водишь восхитительным маленьким язычком по всей длине, заставляя меня незаметно кусать собственные губы, сдерживая тихие стоны. Мои движения плавны, размашисты и размеренны, и это еще больше возбуждает тебя, побуждая резче и быстрее двигаться, ведь ты уже давно отчетливо понял, что я всегда держу с тобой один темп. По всему телу разливается приятное тепло, пульсирующими волнами удовольствия проникая в каждую клеточку моего тела, но я умею держаться спокойно и почти холодно с тобой. Тем более, ты слишком занят, тебе некогда разглядывать мое лицо и мои искусанные, до крови, уже не только тобой, губы. С каждым движением головы ты все глубже впускаешь меня в свой ротик, напряженно и горячо дышишь мне в лобок, щекочешь меня своими длинными ресницами, мне даже не нужно направлять или подталкивать тебя. У меня создается такое впечатление, что с каждым разом ты все больше изучаешь меня, ты слишком быстро находишь губами самые чувствительные точки. Вожу пальцами по твоим спутанным волосам, приглаживая растрепанные пряди. Часто меня называют фетишистом, а я и не скрываю, что обожаю длинные волосы. Особенно твои волосы. Прикосновения к ним действительно сильнее возбуждают меня, зарываюсь в черные локоны тонкими пальцами, тяну, но как-то бережно и осторожно, трепетно, не узнавая самого себя, но вместе с тем настойчиво и властно. - Мф...? - тебя все еще немного удивляют смены моего настроения, от жестокости, до какой-то преувеличенной нежности, но ты постепенно привыкаешь. Для острастки резко подаюсь бедрами вперед, столь же резко вгоняя в тебя вибратор, ты громко стонешь, забывая обо всем на свете, лишь сильно сжимаешь изящные бедра. - Хорошие мальчики не разговаривают с набитым ртом, - мой любимый лекторский тон, от которого у тебя краснеют щеки. Ты, почему-то, хочешь быть именно хорошим и послушным мальчиком, но у тебя не совсем кроткий нрав. Что ж, это и хорошо, иначе ты не сбежал бы тогда из дома и не заблудился в метро. Невольно улыбаюсь от этих мыслей. Ты напряженно сопишь, сильно сжимая пухлые мягкие губки, быстро и нежно водя язычком, сдерживая стоны, подрагивая, двигаешь бедрами, незаметно для меня положив руки мне на колени. Слишком ласковый, слишком идеальный, чтобы быть настоящим, живым и реальным, но вот он ты передо мной, раскрасневшийся и обнаженный. Мой, только мой. Ты очень стараешься быть самым лучшим, не понимая, что ты и так этого добился. Остро ведешь язычком, плавно водишь губами, дрожишь, всем телом вскидываясь в такт движениям моей руки, исступленно трешься макушкой о мою ладонь и запястье, заставляя вздрагивать и меня. Чувствуя, что, наконец, добился моей явной реакции, ты начинаешь двигаться быстрее, в какой-то момент даже сорвав с моих губ безмолвный стон, но я быстро привожу дыхание в порядок. Резкое движение руки, загоняя игрушку глубже, полностью, ты стонешь от тянущей боли и удовольствия, слезинки застывают на твоих ресницах.