Мой милый мальчик

Когда он второй раз врывается вибратором в твою попку, ты вскрикиваешь; даже член, глубоко погруженный в твой ротик, не может заглушить этот звук. Твое горло сжимается, ты забываешь дышать, мне приходится придержать твою голову, чтобы ты не задохнулся. Вибратор снова покидает твою узкую дырочку, он выпачкан в твоей крови. Без него тебе еще хуже, а наш гость просто не в состоянии вытерпеть и секунды, его влажный от естественной смазки член беспрепятственно входит почти наполовину. Он даже не пытается двигаться плавно. Ты стараешься не думать о том, что происходит, и принимаешься сосать с новой силой, я только и успеваю подмечать колебания тяжелых черных прядей. Немец кончает очень быстро, минут за пять, его член подрагивает в тебе. Ты пытаешься игнорировать и это, только слезы с новой силой катятся по твоим щекам. Тебе очень горячо внутри, непроизвольно ты виляешь бедрами. Ты привык трахаться долго. Член нашего гостя, впрочем, все еще в боевой готовности, а темп не снижается. Ты, не в силах противиться своим ощущениям, изгибаешься, твои пухлые губы двигаются быстрее, подрагивая у самого основания моей напряженной плоти. Мы кончаем почти одновременно. Когда твой ротик уже наполнен моей спермой, ты чувствуешь, что грубая рука тянет твою голову назад. Ты не переносишь прикосновений к волосам, пытаешься высказать свое возмущение, но не успел все проглотить к тому моменту, как губы немца находят твой ротик, а его язык с силой проникает в него. Ты рефлекторно выталкиваешь сперму в его рот, до крови кусаешь его губу, вырываешь волосы из его руки резким движением головы, пригибаешься, стараясь уткнуться мне в лобок, но из-за того, что волосы у тебя длинные, они тормозят твой рывок. Сладковато-солоноватый вкус быстро раздражает рецепторы на языке, он кривится и кашляет. Белесая жидкость стекает на пол из его приоткрытых губ. Как это некультурно, пачкать чужой паркет. Наш гость удивлен и разозлен. Его рука уже готова отвесить тебе пощечину. Почти у твоего лица я спокойно перехватываю его руку, сильно сжимаю. Запястье быстро краснеет, но отнять его я не даю. Ты сбито дышишь куда-то мне в живот, так и не решив, правильно ли ты поступил и не будешь ли еще жестче за это наказан. Напряженная плоть немца в твоей попке кажется еще больше, когда он почти неуловимо меняет положение бедер. Под моим тяжелым взглядом, он сглатывает слюну с остатками спермы и крови, и только тогда я освобождаю его руку. Его кожа не кажется нежной, но остаются четкие синяки. Я перемещаю руку на твой затылок. От пальцев отлила кровь, поэтому прикосновение волос ощущается иначе. Смахиваю с прядей невидимые пылинки, затем хлопаю тебя по загривку. Ты поворачиваешь лицо и окидываешь гостя презрительным взглядом, но грубый толчок его бедер стирает это выражение с твоего лица. Ты закрываешь глаза и почти смиренно откидываешь голову назад, повинуясь неуловимым для взгляда прикосновениям моих пальцев. С твоих губ срывается стон. Пока твои веки сомкнуты, я жестом отдаю немцу приказ встать.