Прожигая.

Женя любила выходные. В эти редкие дни она сначала долго лежала в ванной, пропитываясь запахом магнолии, затем не спеша готовила завтрак, фоном с дисплея смеялась Боброва с агукающим ребенком на руках. Детей, кажется, Женя любила. Если выходной не совпадал с Тутберидзе, то девушка не выходила из дома, зарывалась в одеяло и смотрела очередную дораму. Выходные почти никогда не совпадали. Но сегодня Этери тоже нежилась в объятиях выходного, в абсолютно пустой квартире. Комбо, дамы и господа, Эдик укатил в командировку. Женя долго подбирала нижнее белье крутясь у зеркала, минут десять решала стоит ли надевать пояс с чулками. Решила, что все же не стоит, она почти никогда не возвращалась в целых. По дороге выкуривает парочку сигарет и заезжает в магазин. Этери-- это не про розы, вино и конфеты. Тутберидзе любила книги, коньяк и орехи. Женя улыбается проходя мимо консьержки, ведь Женя теперь подруга и уж точно, ни разу, любовница. Тутберидзе встречает девушку в широкой платье-рубашке, сквозь которую проглядывал контур тела. Тутберидзе была без белья. У Жени в голове взрываются фейерверки, преимущественно красные, когда тонкая рука обнимает за шею, притягивая для поцелуя. Губы Этери мягкие. Мягкие и пахнут ментолом с вишней. Во рту остается слегка сладкий привкус когда женщина отстраняется. -Бросай курить, словно пепельницу облизала. -Женя задыхается от обиды и от того, как соблазнительно покачиваются бедра Тутберидзе. -Ты же тоже куришь. -Женя насупилась, Этери снисходительно улыбалась. -Я никогда не целуюсь сразу. Женя вручает пакет и демонстративно извлекает пачку сигарет из пальто, с ней же проходит на кухню, открывает окно, щелкает тяжелой, металической зажигалкой Эдика. -Так не целуй меня больше. -В глазах вызов, Женя сама не верит в слова слетевшие с губ. -Первая же сдашься. -Хмыкает женщина, ставя на кухонный островок пакет. Извлекает коньяк, лимоны и миндаль. -Кушать будешь? -Не голодна. -Женя докуривает, закрывает окно. От бунта не осталось и следа. Тутберидзе режет лимон и раскладывает, аккуратными полукольцами, на тарелку. Подогревает себе запеченную грудку. Разливает коньяк. Женя достает ноутбук из недр своей сумки и ищет фильм. Женя украдкой щипает курицу из тарелки женщины. Тутберидзе видит, но молчит, рассеянно выводит узоры на бедре девушки, ее полностью поглотили действия на экране. Жене фильм не нравится, но он нравится Этери. Покидает квартиру недовольная и неудовлетворенная, воспользовавшись услугой «Трезвый водитель». Трезвым оказался сосед Толик. Толик о чём-то бубнит всю дорогу, но она его не слушает. Она выкуривает третью сигарету. Она же гордая девочка. Девочка теряет свою гордость через девять дней, когда врывается в тренерскую, щёлкает замком и замирает в руках женщины. Губы Жени сейчас тоже пахнут ментолом и вишней, спасибо кармекс. Тренировку в этот день проводят Дудаков и Глейхенгауз. *** В преддверии дня всех влюбленных Женя приглашена на ужин. Ужин на котором будет она, Этери и Эдик. -Зачем? -Только и спросила, ошалело смотря на Тутберидзе, методично собирающей чемодан. -Эдди, давно уже хочет тебя увидеть. Мы решили, что небольшой ужин — хороший повод собраться. -Ты сейчас серьезно? Тоже «за» эту идею? — Женя все еще не пытается понять Тутберидзе. -Почему бы и нет? Он знает, что мы с тобой подруги. Хочет поговорить с тобой повзрослевшей. -Этери раздраженно хмурится, не понимая к чему этот глупый разговор. -Ну да, подруги. Подруга с которой трахается его жена. Конечно, Женя не смогла отказать Тутберидзе и через четыре дня, как только женщина вернулась с этапа, стоит под дверью. Одной рукой давит на звонок, в другой сжимает бутылку вина. Эдик коньяк не любил. При нем Этери тоже. Женя легко читала нежность в действиях супругов. Этери не допускала ярких проявлений чувств перед девушкой. Но и без этого было достаточно. Женя видела, как мужчина проходя мимо всегда, как бы случайно, дотрагивался до женщины. Как накрывал своей большой ладонью, холодные пальцы. Как неосознанно прокручивал кольцо на безымянном своей благоверной. Женя видела, как Тутберидзе старается накормить своего мужчину, предлагая все новые и новые блюда. Как мечтательно улыбается, слушая хрипловатый голос. Как краснеет когда слегка грубая ладонь поглаживает бедра. Тутберидзе с Женей такой не была. Женя прощает Этери все. Приказной тон, редкие встречи и урванные поцелуи. Женя заранее прощает ей все ночи проведенные не с ней. Тутберидзе любит Эдика, он в ее жизни неотъемлемая часть. Женю, кажется, любит тоже, но спокойно обходится без нее. -Уже есть какие-то проекты на будущее, Жень? — Интересуется Эдик, закидывая в рот очередную канапешку. -Пока что ничего грандиозного. Орсер пригласил попробовать себя в качестве полноценного хореографа, я же своим малышам пока не ставлю. -Женя ловит недоуменный взгляд Тутберидзе, об этом они еще не говорили. Они вообще мало говорили. Много спали. -Думаешь согласиться? -Почему бы и нет? Тем более они согласны работать в межсезонье. -Невозмутимая Женя отпивает ненавистное вино. -А как же отдых? Мы с Этери уже строим планы на ее отпуск.- Женщина отчего-то морщится, но мужа не перебивает. -Отдохнуть я и потом успею. А сейчас нужно развиваться и делать себе имя, как тренеру. А не как девочки, что раньше выигрывала и отдать к ней ребенка, вроде как модно. -Ну, мою Этери, тоже не сразу восприняли всерьез. Мою. Мою. Мою. Резало по нервам. Женя переводит взгляд на наручные часы, прошло уже два часа, ее уход же не будет считаться хамством? Девушка щедро сыпет комплиментами в сторону ужина и спешит откланяться. В коридоре ее удерживает Тутберидзе. -В России нет возможности для развития потенциала? -Холодные пальцы крепко держат запястье. -Обсудите это со своим мужем, Этери Георгиевна. -Ревность Женя скрывать не умела. -Ты же знаешь правила игры. Блондинка сжимает подбородок вынуждая посмотреть в глаза. Женя тянется к губам, желая получить подтверждения своей значимости. В ответ получает лишь поцелуй в лоб и подталкивание к двери.