Мой своенравный и инфатильный учитель

Темнота - это всё, что я помню. Как-то даже не по себе. Моё тело тяжёлое, веки будто свинцовые. Я слышу голоса, но что они говорят разобрать никак не получается. Я даже чувствую чужие тёплые руки... они так знакомы, эти руки я бы хотел ощущать на себе вечно... "Мистер Билл?" — Нет, нет, это всего лишь сон. Эх, так не хочется просыпаться. На губах так горячо и... Мокро? Что? Мои глаза открываются. Яркий солнечный свет ужасно ослепляет, я зажмуриваюсь и слышу радостное: — Диппер! Не смотря на то, что глаза ещё не привыкли к яркому свету, я широко распахиваю глаза и вижу Шифра, который счастливо улыбается и пишет кому-то смс. Я не сразу понял, где я нахожусь, но, немного оглядевшись, мне стали ясны две вещи: я не у себя и не в больнице, отсюда остаётся только один вариант: я дома у своего классного руководителя. — Б-билл? — всё ещё не веря глазам, произношу я. — Да, Пайнс, — произносит он, смотря в мои глаза. — Я что, в раю? — немного приподнимая уголки рта, спокойно и рассудительно спрашиваю я. — Ха, ха, ха, — разносится по комнате громкий смех. После он спросил с ухмылкой: — Скажи, ты головой не ударялся? — Не знаю, — тихо говорю я и, понимая, что это реальность и сейчас я нахожусь с Сайфером наедине, краснею. — Ты весь красный. У тебя что, температура? — с беспокойством спрашивает златовласый, хмуря брови и дотрагиваясь губами моего лба. От этого действия я становлюсь ещё краснее, и щёки с ушами горят пунцовым цветом. — Хах, Пайнс, ты не исправим. — Шифр, поцелуй меня, — возбуждённо произношу я и прикусываю нижнюю губу. — М-м-м, мой малыш Диппи перешёл к действиям? Но ты же говорил, что не любишь меня? — пошло произнёс он и одарил меня самой хитрой ухмылкой, какая только могла быть на свете. — Нет, я лю... лю... - я остановился, осознавая то, что Сайфер только что чуть не заставил меня признаться в чувствах к нему. — Как ты?.. Я не успел договорить; мой преподаватель заткнул меня поцелуем, и он не был похож на первый: чувственный, очень нежный и сладкий. Мой желтоглазый парень хоть и был настойчив, но нисколько не груб: он целовал аккуратно, будто боялся хоть как-нибудь сделать больно. Я старался, хоть и неумело, но отвечать на это и, обхватив его шею, углубил поцелуй, от чего тот расплылся в улыбке, я чувствовал это. Когда воздуха уже совсем не хватало, Сайфер отстранился от меня, прожигая взглядом. "Что это значило? Я ему тоже нравлюсь? Или он поддался атмосфере? Я должен попробовать, пока можно". Я приближаюсь к Биллу, сидевшему на краю кровати, и, немного поддавшись вперёд, роняю его на кровать, зажимая руки над его головой. Он не останавливает меня, поэтому я медленно приближаюсь к его губам, но тут он строго и осаждающе сказал: — Малыш, я не хочу секса с тобой. — я понимаю, что он говорит серьёзно, но моё возбуждённоё тело так и просит возять его. — Но-но почему? — немного приподнимая его футболку, спрашиваю я. Всего одно мгновение понадобилось Шифру, чтобы поменять нас местами и сесть на меня сверху. — Во-первых: ты - мой ученик, — начал объяснять он. — Во-вторых: я не сплю с парнями, легко отдающимся другим, это не мой вариант, не люблю таких, — последние слова он прошептал, наклонившись к моему уху. Стон возбуждения сорвался с моих губ, я не смог сдержать его, не смог, чёрт. Глаза учителя расширились; он расплылся в довольной улыбке и, немного посмеявшись, он слёз с меня и вышел из комнаты. Оставшись один на один с собой и своими мыслями, меня пробрали слёзы обиды. Мне было так больно всего раз в жизни: когда умерла моя семья. Но теперь, когда я услышал, как посмеялись над моим образом жизни и моими чувствами, мне стало обидно, но даже не из-за смеха, а из-за того, что проблема только лишь в моём поведении. Если бы не всё это, я бы был с Биллом, человеком, с которым хочу быть, которого люблю и близости с которым, желаю больше всего на свете.