Минуя страх и боль

      В кабинете директора школы чародейства и волшебства Хогвартс было тихо. Лишь изредка можно было услышать скрип пера, которым обладатель кабинета проверял работы первокурсников по зельеварению. Прошла всего неделя с начала семестра, но первогодки уже были выдрессированы злым и могучим грозой подземелий. Северус Снейп ухмыльнулся при мысли о том, что его по-прежнему боятся и стараются обходить стороной. Его, несомненно, стали уважать как героя, да. Однако, репутация злого и вечно снимающего баллы профессора, взяла вверх. Был уже поздний вечер, когда директор устало потер переносицу и потянулся, чтобы размять затекшие мышцы. Он сильно уставал, совмещая сразу три должности, но это помогало не поддаваться мыслям. Быть пешкой сразу двух господ было ужасно утомительно и возвращаться к воспоминаниям совершенно не хотелось. Раздался стук в дверь, и Снейп сделал вид, что его не расслышал. Видеть кого-либо сейчас не было никакого желания, однако стук в дверь настойчиво повторился. — Войдите, — дверь со скрипом отворилась, и в кабинет зашел человек, которого директор, мягко говоря, недолюбливал, — раз Вы все еще не развернулись и не ушли, смею предположить, что Вы не ошиблись кабинетом. — Давай опустим формальности, Северус, я по делу. Хотел поговорить с тобой об одной девушке… — начал говорить профессор защиты от темных искусств, но был прерван привычным потоком сарказма. — Поговорить о девушке? Со мной? Разумеется, я сидел поздним вечером и ждал, пока ты переступишь порог моего кабинета, и мы любезно станем обсуждать девушку. — Я хотел поговорить с тобой о мисс Грейнджер, — спокойно продолжил профессор Люпин. Бровь Снейпа начала непроизвольно подниматься вверх, а на лице появилась презренная ухмылка. — Оборотень и невыносимая всезнайка… По-моему не самая лучшая партия, не находишь? — Может, ты дашь мне закончить? — теряя терпение сказал Римус и, услышав только хмыканье, продолжил, — я знаю, что учебный год уже начался, но может ты позволишь ей вернуться в школу и закончить ее, как полагается? — Как ты правильно заметил, учебный год действительно уже начался. То, что мисс-я-знаю-все не воспользовалась приглашением, сугубо ее личные проблемы. В списках обучающихся ее уже нет, поэтому назови мне хоть один аргумент, почему я должен делать исключение.  — Северус, ей нужна помощь. — Очень убедительный аргумент, Люпин, — ухмыльнувшись, сказал Снейп. — У нее возникли некоторые проблемы. Если она сочтет нужным, то расскажет о них сама. Могу сказать только то, что самая умная студентка столетия вместо того, чтобы получать диплом, метается по съемным квартирам и ищет смысл в жизни. — Завтра в 10:00 она должна стоять в моем кабинете. Хогвартс еще никогда не отказывал тем, кто в этом нуждается, но я должен убедиться, что эта помощь необходима, — сказал Снейп и жестом показал на дверь, — разговор окончен. — Спасибо, Северус. Профессор Люпин вышел из кабинета и направился в свои комнаты. Завтра воскресенье и он легко сможет добраться до Гермионы с утра пораньше, чтобы сообщить о предстоящем разговоре с директором школы. Немного повертевшись в кровати, мужчина провалился в сон. Мрачный директор спать не торопился. — Интересная ситуация, — подумал Снейп, — помощь нужна Грейнджер, а топтался тут Люпин, а не она сама. Ну, или на худой конец ее бестолковые друзья могли прийти. Хотя, в общем-то какое мне до этого дело?

***

      Проснувшись рано утром, бодрый и решительно настроенный профессор Люпин поспешно позавтракал и, выйдя за пределы Хогвартса, аппарировал к дому Гермионы. Боясь, что он нарушит сон девушки своим ранним появлением, все-таки решился постучать. Однако дверь ему открылась сразу и на пороге стояла девушка, которая, судя по виду, спать так и не ложилась. Перед ним стояла не та Гермиона с которой он попрощался, а еле стоящая на ногах девушка с бутылкой. — Привет, — не трезвым голосом проговорила девушка, — судя по выражению лица, ты в крайней степени разочарования. — Я ожидал, что ты сорвешься. Все-таки привычки тяжело отпускать, но я честно признать надеялся… — грустно улыбнулся профессор, — тебя Снейп ждет через час в своем кабинете. — Я не хочу туда идти, я лучше останусь с ней, — ответила девушка, повертев початой бутылкой перед Римусом. — Тебе нужна помощь. Я не собираюсь оставлять тебя умирать, хочешь ты этого или нет. Поэтому ты либо идешь со мной, либо сюда придет Гарри Поттер, а еще хуже Молли Уизли. Представив лицо разочарованного Гарри или охающей миссис Уизли, Гермиона сдалась и вышла из дома. — Сейчас мы доберемся до моего дома, там примешь отрезвляющее зелье, и мы воспользуемся моим камином, чтобы попасть к Снейпу. — Угу, — кратко ответила девушка, — и откуда ты такой спаситель взялся на мою голову…       Добравшись до дома профессора Люпина, Римус дал Гермионе отрезвляющее зелье, но оно сработало лишь на пятьдесят процентов. Видимо, алкоголя в организме девушки было слишком много. Немного поразмыслив, стоит ли вообще появляться в таком состоянии Гермионе, он все-таки решил пройти к камину. Снейп второго шанса давать уже не будет, это же Снейп! А оставлять девушку в одиночестве — все равно, что отдать прямо в руки смерти. Зачерпнув немного летучего пороха, Римус крепко взял за руку Гермиону, прошептал пароль от кабинета директора и они исчезли в зеленом пламени камина. Появившись прямо перед недовольной физиономией Снейпа, Гермиона пошатнулась. То ли выпитый алкоголь дал о себе знать, то ли перемещение по каминам, но ее скрутило и вырвало прямо на ковер директора. — Мне тоже приятно Вас видеть, мисс Грейнджер, — немного шокировано сказал Снейп, — чего не скажешь о моем напольном покрытии. — Доброе утро, директор. Я… Простите пожалуйста, я не хотела, — ответила Гермиона, вжав голову в плечи. Мало ли, что можно было ожидать от директора, после такого-то. — Не хотели осквернять мой ковер? Люпин, отошедший после этой ситуации быстрее всех, взмахнул своей волшебной палочкой, очистил ковер вместе с девушкой и тактично вышел из кабинета, ибо в этом разговоре он мог быть лишним. Гермиона неуверенно подошла ближе к столу, за которым восседал директор, чтобы сесть в кресло напротив него. Когда девушка приблизилась и села, мужчина нахмурился, так как в чуткий нос зельевара ударил стойкий запах виски. — Вы пьяны, мисс Грейнджер? Смысла скрывать правду не было, поэтому Гермиона не выдав ни страха, ни смущения прямо и равнодушно ответила: — Да, я пьяна сэр. — Кто дал Вам такое право появиться в моем кабинете в таком состоянии, — потеряв все самообладание, прокричал директор и ударил кулаком по столу, — если Вы героиня войны и одна из Золотого Трио, это не означает, что Вам дозволено все! Зельевар и опытный шпион сразу понял, что это не единичный случай принятия алкоголя. Весь ее вид кричал о зависимости. Темные круги под глазами, сильно трясущиеся руки и не просто запах алкоголя, а спирт, которым уже пропитано все тело девушки. Однако девушка молчала и равнодушно смотрела на мужчину напротив, чем вызвала у него ступор. Он ожидал что угодно от Грейнджер: гневный взгляд или твердолобые доказательства, что он не прав, аргументы того, что у нее были весомые причины. Он ждал все то, что ей было присуще за все годы обучения, но увидел безразличие и отрешенность. За нее тут распинался Люпин, трачу нервы и теряю время я, а она заявилась сюда в алкогольном опьянении и равнодушно пожимает плечами. Верх наглости! Снейп не мог понять, что его разозлило больше: то что перед ним сидела девушка, которая отличалась от той, которую он знал, факт принятия алкоголя (он терпеть не мог людей, которые пьют), или полное равнодушие в глазах? Вся эта ситуация начинала бесить его. — Вы свободны, мисс Грейнджер. Девушка молча встала и пошла на выход. Римус, который все это время терпеливо ждал и слышал весь разговор, выпустил Гермиону, попросив не уходить, и сам вошел в кабинет. — Северус, будь благоразумнее, войди в ее положение, — спокойно сказал Люпин. — В какое положение? Она сама себя загнала в это положение. Если она не может взять себя в руки, — он указал пальцем на дверь, зная, что девушка стоит там и слышит весь разговор, — то она не более чем слабохарактерная идиотка. Я только не понимаю, зачем ты взял на себя роль няньки? — Ты ничего не понимаешь. Она для меня… — на этом слове Римус запнулся, но, увидев поднятую снейповскую бровь в его привычной манере, продолжил, — мы через многое прошли вместе. Негоже отказываться от друзей, когда им нужна помощь. — Ей не твоя помощь нужна, — устало выдохнул Снейп, которому порядком надоел этот разговор, — она сама себе должна помочь, но у нее нет на это желания. — Она многое пережила, Северус. — Как и мы все! Однако мы все не побежали заливать горе. Мы все пережили войну, мы все потеряли близких. Тебе ли не знать об этом, Люпин? У меня нет жалости к ней и не будет. Она должна искать в себе силы жить дальше, выходить замуж за недоумка Уизли, рожать рыжих детей или какие там у нее должны быть планы на будущее… — И все же, уже не исправить то, что сделано. Она сбилась с пути, и мы должны помочь девушке. В Хогвартсе запрещен алкоголь, ты это прекрасно знаешь. Здесь ее друзья, она сможет отвлечься от всего дурного, что мешает ей жить. И потом, я тут подумал… Ты ведь опытный легилимент… Директор некоторое время молчал. Судя по его выражению лица, внутри него явно стояла серьезная борьба всех «за» и «против». Он поднял глаза на дверь и строго сказал: — Грейнджер, вернитесь в кабинет. Гермиона прошла обратно и, опустив голову, села назад в кресло напротив директора. Снейп заметил мокрые дорожки от слез на щеках, но сантиментам поддаваться явно не собирался. — Вы хотите вернуться в школу, Мисс Грейнджер? — спросил хмуро директор. — Да, сэр. Очень хочу. Девушка не выдержала и заплакала, от того что видимо сама уже устала от болота, в которое она себя вогнала. Снейп, смотревший все это время на Грейнджер, краем глаза заметил, как дернулся в сторону плаксы Люпин, но сдержал себя. Это заставило директора нахмуриться еще больше. — Что ж, — начал подводить итог Снейп, осматривая девушку с ног до головы, — я надеюсь, этого дня Вам более чем хватит, чтобы привести себя в порядок и купить все необходимое для учебы. С завтрашнего дня Вы можете приступать к занятиям. Мужчина замолчал, явно о чем-то думая, и, посмотрев на равнодушные глаза, в которых мельком начала загораться искра надежды, продолжил: — Каждый день после ужина Вы будете приходить в мой кабинет на индивидуальные занятия. На этих занятиях я буду проникать в Ваш разум при помощи легилименции и находить те воспоминания, которые становились причиной Вашей ситуации. Эти воспоминания я не стану блокировать, так как это часть Вашей жизни. Я постараюсь показать Вам положительные стороны этих воспоминаний, чтобы они больше не были для Вас грузом и не становились причиной срывов. Там, где положительных сторон нет, я постараюсь сделать так, чтобы вы смирились со всем, что пережили. Вам все понятно, мисс Грейнджер? — Да, сэр. Спасибо, сэр. — Я сообщу декану о Вашем прибытии в школу завтрашним утром. Вы свободны, мисс Грейнджер. Римус аккуратно взял девушку за руку, и они исчезли в зеленом пламени камина.