Часть 3
3 сентября 2019 г., 19:58
— Хорошо, Мак, мы одни. — Дин бросил взгляд на балкон, убедившись, что никто не перелезает через борт. — Что, черт возьми, такого важного ты хотел сказать?
— Во-первых, сбавь тон.
Услышав резкий выговор, Дин посмотрел на доктора, и сделал глубокий вдох, чтобы успокоится. Это было не похоже на Макленда. Многие годы этот человек оказывал ему только поддержку, Эймс был одним из самых близких друзей отца. Но, черт возьми, у Дина не было дерьмового времени на разговоры.
— Прости.
— Я не прошу извинений, сынок. — Макленд указал на диван. — Садись.
Дин сел с чувством страха.
— Ты собираешься и для меня произнести одну из своих речей «Отец знает лучше»?
Макленд сел на край кофейного столика.
— Я бы сделал все что угодно, чтобы не сообщать Калебу эту новость. — Он встретил взгляд Дина. — Ты ведь понимаешь это, не так ли?
Винчестер с трудом сглотнул.
— Да. — Он откашлялся. — Если речь идет о должности Стража, Мак… Я знаю, что ты хочешь, чтобы я принял свою судьбу, но должен тебе сказать, что не совсем готов к этому титулу.
— Я знаю, что у тебя не было хорошего опыта общения с другими охотниками в наших рядах, Дин, но…
— Это явное преуменьшение, — фыркнул Винчестер. — Это была чертовски ухабистая поездка. Нас слишком часто подставляли. Какого черта мне вообще хотеть возглавлять Братство?
Макленд наклонился вперед, пристально смотря на него.
— Дин, ты хотел стать охотником с пяти лет. Ты умолял отца взять тебя на охоту, чтобы делать работу, от которой сбежало бы большинство взрослых мужчин. Все, чему мы тебя учили, ты впитывал, как губка.
— Мне кажется, ты путаешь меня с Сэмом, док.
Эймс нахмурился.
— Не прикидывайся дураком. Твой брат великолепен, этого нельзя отрицать. Но ты талантлив в других областях. Областях, которые делают тебя единственным кандидатом для этой работы.
— Мак, я хотел охотиться, чтобы быть рядом с отцом и другими охотниками. Я хотел быть похожим на папу. — Дин считал своего отца героем. Он хотел оправдать его ожидания, до сих пор хочет этого.
— Возможно, вначале, но то, что начиналось как предприятие отца и сына, стало твоей страстью. Ты хочешь помогать людям, помогать невинным. Ты не можешь этого отрицать.
— Ладно, допустим, я верю в наше дело, во все три мушкетерские замашки Дэмиена. Но это не значит, что я достоин быть лидером. Я даже не знаю, как делать такую работу. — Дин посмотрел на свое кольцо. — О чем, черт возьми, думал Джим?
Макленд улыбнулся, и на его щеке появилась ямочка.
— Он думал, что ты сильный, храбрый, умный воин, с чересчур большим сердцем.
— Точно, — Дин закатил глаза. — Я же хороший старший брат.
— Так и есть.
— Что? — нахмурился Винчестер.
— Ты хороший брат. — Макленд сцепил руки. — Для Сэма и Калеба.
— Это не совсем так. — Дин снова посмотрел на балкон и нервно облизал губы. — Есть вещи, о которых ты не знаешь, Мак. — Он снова посмотрел в глаза доктора и увидел там сочувствие. — Из-за чего я не могу быть следующим Стражем, даже если захочу.
— Я знаю о сделке, Дин.
Охотник почувствовал, как сжалась его грудь, у него перехватило дыхание.
— Что?
— Сделка, которую ты заключил ради жизни Сэма. — Настала очередь Макленда выглянуть на балкон.
Гребаный Бобби. Механик обещал не говорить Калебу. Дин должен был включить и Ученого в сделку.
— Мак… Я… Ты… — он не знал, что сказать.
— Не понимаю? — Макленд рассмеялся и вытер слезы с глаз. — Думаю, я все прекрасно понимаю.
— Я не мог дать ему умереть. Моя работа следить за ним. Ты это знаешь.
— Я знаю, что ты в это веришь. — Эймс устало вздохнул. — И часть меня высоко ценит твою непоколебимую преданность и любовь к Сэму. — Он обхватил пальцами запястье младшего охотника. — Но ты тоже очень ценный. Не только для этой борьбы со злом, не только для Братства, но и для твоей семьи.
— Мак, моя семья исчезла бы.
— Не вся.
— Я не могу потерять Сэмми.
— У меня разорвалось бы себе сердце, если бы я потерял твоего брата. Я люблю его, как собственного сына. Он так похож на вашего отца, что иногда кажется, будто Джон даже не ушел… Но потерять тебя будет так же тяжело. Ты понимаешь это?
— Понимаю.
И Дин правда понимал. Возможно, он не думал об этом до того, как заключил сделку, потому что был слишком поглощен собственным горем, всепоглощающим отчаянием от своего самого страшного кошмара. Но потом, когда мир пришел в себя, наступила реальность. Дин сам решал свою судьбу — обрекал других на страдания из-за своей смерти. Людей, которых он любил. Не только Сэму придется жить с судьбой Дина, и смотреть как умирает брат, но и Калебу тоже. Худшей боли не существует. Дин слишком хорошо это понимал. Еще были Макленд и Бобби, Миссури. Не говоря уже об обязательствах перед Джимом Мерфи. Перед Братством. Что он мог сказать? Дин сожалел о том, что причинил боль близким, но он не станет извиняться за спасение Сэма. Всю свою жизнь он жертвовал всем ради других, но это был единственный эгоистичный поступок, который он мог сделать для себя.
— Хотел бы я, чтобы все было по-другому.
— Неужели?
Дин сжал кулаки.
— Я бы хотел, чтобы это никому не повредило.
— Ты имеешь в виду никому кроме тебя?
— Я знал, на что подписываюсь.
— И ты не против?
— Всего один год… это меня не очень беспокоит. Я могу смириться с этим. — Дин пожал плечами и слабо рассмеялся. — Это почти облегчение.
По выражению лица Макленда он понял, что не сказал ничего умного.
— Облегчение?
— Я имею в виду, мне не нужно беспокоиться о том, что принесет завтрашний день. Мне не нужно беспокоиться о том, что я облажаюсь или кого-нибудь подведу. — Но это было не совсем так. Теперь у Дина были другие страхи.
— Дин, я думаю, что тебе нужна помощь.
— Помощь? — разве Бобби не объяснил Маку все детали? — Ни за что, Мак. Если мы попытаемся разорвать сделку или вывернуться из нее каким-либо образом, то Сэмми умрет.
— Я говорю не о такой помощи. — Макленд пронзил его тяжелым взглядом. — Я говорил о профессиональной помощи, сынок. Думаю, ты в депрессии. У тебя…
На этот раз смех Дина был искренним.
— Хочешь, чтобы я сходил к психоаналитику, Мак? — Это было просто смешно. Они были в середине войны. Макленд сам это сказал. Их обстреливали со всех сторон. — И что я должен сказать доктору Фрейду, лежа на его кожаном диване? Что мама виновата, в том, что моя жизнь пошла к черту?
— У меня есть коллеги, которые занимаются этим, Дин. Мы можем сказать им, что ты получил смертельный диагноз. Эмоции, через которые ты проходишь, будут такими же, как у смертельно больных. Отрицание, гнев, отчаяние…
Дин поднял руку и покачал головой.
— Нет, Мак. Я ценю это, правда. Знаю, что ты пытаешься помочь, но я не в депрессии. — Хотя, может, у него и правда была депрессия. Черт, он больше не понимал, что чувствует, но это не имело значения. Он справится сам. — Я сделаю это по-своему.
— Путь Винчестера? — прорычал Макленд, проводя рукой по волосам. — Черт побери, Дин. Я хочу тебе помочь. Ты понимаешь это? — он наклонился ближе, его лицо было всего в нескольких дюймах от лица Дина. — Я не потеряю тебя, как твоего отца. Не без борьбы.
— Если ты действительно хочешь мне помочь, сделай для меня кое-какие исследования. Прикажи это своей «команде фриков».
Доктор раздраженно откинулся назад.
— Какого рода исследования?
— Мне нужно знать, что может случиться со мной там, внизу. Мне нужно быть готовым ко всему. И не вся эта библейская проповедь, где меня мучают и сжигают вечность… — сказал Дин, хотя от мысли о физической боли он невольно вздрогнул. — Я хочу знать, могут ли они сделать что-то, чтобы испортить меня… превратить во что-то другое.
Макленд провел рукой по губам, и Дину показалось, что доктора сейчас стошнит.
— Ты боишься, что они попытаются превратить тебя в одного из них?
— Возможно. — Дин почувствовал, как на глаза навернулись слезы. — В основном я боюсь, что они используют меня против всех вас. — Дыхание перехватило, и он проклял единственную слезу, которая скатилась по его щеке. — Что меня заставят сделать что-нибудь с Сэмми или Калебом. Или им придется меня прикончить. Ты же знаешь, что они не справятся с этим.
— А ты думаешь, Калеб и Сэм смогут справиться с тем, что ты попадешь в ад?
Винчестер сердито вытер лицо.
— Им придется.
— Не без боя.
— Сэм понимает, как я к этому отношусь. Он знает, что ничего не может сделать.
— А Калеб?
— Не знает.
— Пока что. — Кивнул доктор.
— Ты собираешься сказать ему?
Эймс, казалось, колебался, но потом покачал головой.
— Нет. И я не хочу, чтобы ты ему говорил.
Дин удивился. Не в характере Мака было лгать, особенно Калебу. Более раннее откровение было всего лишь одним из примеров преданности этого человека, его укоренившейся вере в то, что истина освободит вас, даже если сначала она действительно разорвет вас на части.
— Ты хочешь, чтобы я солгал?
— Я хочу, чтобы ты продолжал делать то, что делал раньше. — Макленд снова посмотрел на балкон. — По крайней мере, пока эта работа не закончится. Это и так будет нелегко. И вы все должны быть на вершине своей игры. Это предприятие важно по многим причинам.
— Я могу это сделать. — На самом деле Дина это устраивало. В глубине души он боялся, что Макленд расскажет Калебу. Сэм снова и снова давил на него по этому поводу.
— Но пойми, Дин, — Макленд снова встретился с ним взглядом, — вся эта ситуация с Ноем Сивером побледнеет в сравнении с тем, что ты ему расскажешь. И ты сам ему это расскажешь.
— Думаешь, я не знаю, что это сделает с ним?
Макленд покачал головой, и в его серых глазах снова появилось мучительное выражение.
— Не уверен, сынок. — Дин почувствовал тяжесть сочувствия и заботы Эймса к Калебу. Макленд кивнул. — Я буду работать над исследованиями, о которых ты просишь. Но я также собираюсь искать выход из этой ситуации. — Доктор поднял руку, когда Дин открыл рот, чтобы запротестовать. — Но таким образом, чтобы это не угрожало Сэму. На самом деле, у меня уже есть несколько теорий.
Дин хотел было ответить, но крик брата с балкона лишил его этой возможности. Они с Маклендом обменялись понимающими взглядами.
— Что теперь случилось?
***
Когда Сэм вышел на балкон и закрыл за собой дверь, то сразу почувствовал жаркий летний ветер. Калеб не обернулся, но знакомое психическое прикосновение дало Сэму понять, что экстрасенс хорошо знает кто последовал за ним. Тошнотворное чувство сожаления нахлынуло на Сэма, когда он прочитал чувства Калеба. Блоки старшего охотника были мощными, но Сэм все же уловил нехарактерные эмоции на поверхности. Боль. Страх. Сожаление. Как и Дин, Калеб всегда казался Сэму непоколебимым. В этом отношении они были похожи на Джона Винчестера, поэтому любая минутная слабость, любая небольшая трещина в их непроницаемой защите казалась Сэму увеличенной в десять раз. Рядом с ними он всегда чувствовал себя маленьким мальчиком. Это пугало его. Он не знал, как реагировать. Это искажало мир Сэма. Могучие охотники, защищали его всю жизнь, он чувствовал себя обескураженным и задушенным этой заботой. Сэм не знал как поменяться ролями, и поэтому его гнев усилился. — Я не собираюсь прыгать, Сэм. Так что можешь вернуться в дом и доложить об этом Маку. Резкий тон Калеба вывел Сэма из задумчивости. Он прищурился от яркого солнечного света и присоединился к Ривзу у перил, его взгляд устремился вниз, к городскому пейзажу. — Это определенно долгий путь вниз. — Сэм искоса взглянул на экстрасенса. — Скорее всего, ты ничего не успеешь почувствовать. Ривз фыркнул. — Ты подбадриваешь меня, Сэмми? — он повернулся к Сэму и приподнял бровь. — Может, подумываешь о том, чтобы подтолкнуть меня? Младший Винчестер покачал головой, снова наслаждаясь пейзажем. — Нет. Дин никогда не простит меня. Калеб кивнул. — Рад видеть, что ты думаешь о ком-то другом для разнообразия. Сэм повернулся к Калебу и прислонился к перилам. — Ты снова хочешь сказать мне, какой я эгоистичный ублюдок? — Я никогда этого не говорил, — тихо ответил Калеб. — Ты так думал. — Сэм облизал губы. Он не мог винить Калеба. Бывали времена, когда он и впрямь был эгоистом. — Время от времени. — Ривз пожал плечами. — На протяжении многих лет я тоже получал одно и тоже откровение о себе. Никто не идеален. — Даже Дин? — Сэм не был уверен, откуда взялся этот вопрос. Может быть, он вырвался из той маленькой черной дыры в его сердце, где он чувствовал неуверенность. Но он точно не хотел говорить этого вслух. Калеб нахмурился. — Это вопрос с подвохом? — Нет. — Сэм вздохнул. — Просто глупый вопрос, — пробормотал он, чувствуя, что это тоже было манипуляцией. Они помолчали мгновение, прежде чем Сэм набрался храбрости. — Послушай, Калеб, о том, что я сказал там… — Да? — Калеб повернулся к нему с замкнутым выражением лица. — Ну и что? Сэм сделал над собой усилие, чтобы не отвести взгляд. — Я просто был очень зол. — Это было не совсем то, что он хотел сказать, но Сэм не знал, как высказаться, особенно учитывая тайну его недавней кончины. — Это как-то связано с тем, что было у тебя в мозгах последние несколько дней? Сэм думал, что он очень хорошо все скрывает. Он следил за собой по пути в Вегас, говорил прямо по команде, смеялся, когда должен был. Но Калеб знал его лучше, чем Сэм думал. — Возможно. — Он не мог рассказать о Дине. О том, что сделал глупый старший брат, чтобы спасти его. Сэм не мог сказать Калебу, что они оба потеряют брата. — Я бы сказал, что не умею читать мысли, но мы оба знаем, что это неправда. — Калеб прищурился, поднял руку и потер лоб. — Но я уважаю право на частную жизнь. Сэм не удержался от смеха. — Это вранье. Я слишком хорошо тебя блокировал. Калеб ухмыльнулся, но покорно склонил голову. — Я чертовски хороший учитель. — Это так. — Сэм сглотнул. Калеб был рядом с ним, отвечая на вопросы, терпеливо слушая, когда Сэм бормотал о своих страхах весь последний год. Он доверил ему свой дневник, давал советы, когда младший Винчестер просил, а иногда когда Сэм не просил. — Но я все еще чертовски зол. — Вступай в клуб. Сэм зажмурился. — Я так зол на Джима, папу, Мака… — он посмотрел на друга. — И на тебя тоже. — Он перестал злиться на брата. Сэму нужно было сосредоточиться на чем-то другом. Калеб тяжело вздохнул. — Это не в первый раз. Сэм проигнорировал его бойкость. Он был совершенно уверен, что довод Калеба справедлив. Если бы Сэм только правильно все объяснил, Ривз бы это увидел. — С одной стороны, я понимаю, что Триада состоит из тайн и магии. Но с другой… Разве ты не видишь этого, чувак? Они строили наши жизни за нас. Они поставили нас на курс, на который мы не могли повлиять, с которого мы не могли убежать. Это хуже, чем рабство по контракту или брак по договоренности. — Сэма больше всего пугала сама идея отсутствия контроля. Это должно было пугать и Калеба. — Да. — Ривз рассмеялся. — Я, ты и Двойка, пока смерть не разлучит нас. — Я не шучу, — резко сказал Сэм. Иногда ему просто хотелось встряхнуть брата и Калеба за их остроумные ответы. Есть вещи, над которыми не стоит шутить. — Я говорю о нашей жизни. У меня не было выбора. — Он был ребенком, когда демон напоил его своей кровью. Вся его жизнь была ложью. Калеб сделал шаг вперед становясь нос к носу с младшим охотником. — И какую же жизнь, по-твоему, ты бы вел без Братства, Сэм? Думаешь, Джон просто вернулся бы к работе в гараже? Может быть, снова женился? Ты забыл, что случилось с твоим приятелем, Максом? — Ты меня не понял! — К чему ты клонишь, Сэм? — потребовал Калеб. — Ты все еще злишься, потому что думаешь, что я мог выбрать свое место? Носить ли мне кольцо? Сэм не упустил того факта, что Калеб многозначительно уставился на его голый палец. Инсинуация только усилила гнев. — Ты хотел этого, Калеб! Ты всегда хотел быть охотником. — Именно это беспокоило Сэма больше всего. Как их желания можно так легко использовать против них. — Я хотел этого? — Калеб в отчаянии вскинул руки. — Ты думаешь, я хотел, чтобы мои родители умерли? Ты думаешь, я хотел быть тринадцатилетней сиротой, который узнал, что он был чудаком природы, и видеть, как умирает моя бабушка? Или, может, я хотел, чтобы меня обвинили в двойном убийстве, а потом чуть не убил сумасшедший Дэниел Элкинс? Ага. Это звучит правильно. Каждый ребенок, твою мать, мечтает об этом. Сэм посмотрел на свои руки и крепко сжал их в кулаки. — Нет. — Он понизил голос. — Я не это имел в виду. Хотя, все это имело смысл в извращенной, ироничной манере. После его последней встречи с желтоглазым демоном все стало казаться Сэму слишком осмысленным. Демон любил сталкивать людей с их пути. Всех можно заставить стать кем угодно. Мамина смерть подтолкнула отца стать охотником. Джон стал Рыцарем, готовя своих детей к битве. Одержимость отца заставила Дина защищать их. Дин готов был сделать все для своего отца, для Сэма. Он даже продал душу. Смерть Джесс заставила Сэма вернуться к охоте, к Братству, к роли следующего Ученого. Калеб глубоко вздохнул. — Думаешь, я мог выбирать, Сэмми? Тогда скажи мне, где, черт возьми, был мой выбор? Сэм встретился с его пристальным взглядом. Калеба толкало желание принадлежать чему-то, чему угодно, только не тому, откуда он пришел. Ему нужно было оправдаться, поверить, что он достоин. Это подтолкнуло его стать лучшим Рыцарем, которого когда-либо знало Братство. Они оба оказались под влиянием трагедии на очень влиятельных позициях. — Ты когда-нибудь думал, что это был их план с самого начала? Забрать все наши другие варианты, чтобы мы должны были выбрать жизнь, которую они хотели. — Всех троих словно скот вели на убой. — Что? — Калеб потер лоб, на его лице отразилось разочарование. — О чем, черт возьми, ты говоришь, Сэм? Джим ничего у нас не забирал. — Я говорю не о Джиме и Братстве, черт побери. Что, если кто-то или что-то еще хочет, чтобы мы оказались у власти? — Сэм все время думал об этом. Он не был точно уверен, кто он такой, но в нем не было ничего нормального или естественного. Больше нет. — Ты и я. Мы не типичные кандидаты на роль Рыцаря и Ученого. Разве не так говорят другие охотники? В чем Гриффин Портер пытался убедить Джима? — Сэм, тебя может пометить этот желтоглазый сукин сын. Но это не так! — Калеб обхватил Сэма за предплечье. — Ты слишком много об этом думаешь. Используешь свой огромный мозг, чтобы увидеть заговоры, которых нет. Понимаешь меня? С тобой все в порядке. Ученые традиционно экстрасенсы. Так было всегда. Это был подарок Мерлина. Так же, как твои способности — это дар. Сэм ощутил прилив нежности. Воспоминания о бесчисленных коробках пиццы, неохотно рассказанных на ночь историях и карандашных набросках могучих драконов затопили его разум. Калеб все защищал его и Сэм хотел вернуть долг. — Ты не все знаешь, чувак. — Я знаю достаточно. — Калеб отпустил его. — Я тебя знаю. — Но наши способности… они так похожи по своей природе. — Мы совсем не похожи, — повторил Калеб, как будто понимая, к чему клонит Сэм. Младший Винчестер наблюдал, как Ривз поморщился и ущипнул себя за переносицу. — И не слушай ни Гриффина Портера, ни его лакеев. Независимо от того, во что Калеб хотел верить, Сэм знал то, чего не знал друг. Они с Калебом были похожи, больше, чем Ривз мог себе представить. Одна кровь бежала по их телам, коварно оставляя свои демонические следы. Он хотел рассказать о сне, который ему показал желтоглазый монстр. Хотел объяснить, почему так волнуется. Что он не пытался быть ублюдком, а просто надеялся остановить еще более ужасные вещи. Сэм откашлялся, стараясь, чтобы его голос не звучал так же надломлено и неуверенно, как он себя чувствовал. — Он что-то сделал со мной, Калеб. Ривз переключил внимание на Сэма. — Кто с тобой что-то сделал? Гриффин? — Нет. — Младший охотник покачал головой. В золотых глазах Калеба блеснул опасный огонек, который Сэм привык видеть только от Дина. Калеб убьет или будет убит, чтобы Сэм был в безопасности. Но он не мог защитить Сэма от самого себя. Все становилось так сложно, и выходило из-под контроля. — Когда я был в том городе… Когда Джейк и остальные соревновались… — Сэм заколебался. Калеб наклонил голову и нахмурился. — Ты так и не рассказал мне, что именно там произошло. Сэм открыл рот, но хмурый взгляд Калеба быстро сменился болезненной гримасой. Старший экстрасенс поднес обе руки к голове и резко вздохнул. — Калеб? — Сэм протянул руку и поддержал Калеба, когда тот пошатнулся. — Черт побери! — Ривз выругался, согнувшись и прижав обе руки к вискам. — Что случилось? Это видение? — Сэм наблюдал, как его друг сражается с мысленным нападением. Это было похоже на видение. Он слишком хорошо знал по опыту, на что это похоже, раскалывающее череп ощущение перехода в другое измерение, мучительное осознание того, что тебя вырывают из настоящего момента и бросают в будущее, где тебя ждет что-то ужасное. С тех пор как Джейк убил его, Сэма больше не мучили видения, но он прекрасно помнил эти ощущения. Калеб покачал головой. — Сэм, — выдохнул он и посмотрел на младшего Винчестера остекленевшими, несфокусированными от боли глазами. — Что-то… не так. — Калеб? — ноги Ривза подкосились и Сэм едва успел поймать его. Младший Винчестер опустился на колени под весом друга, но ему удалось удержать их от удара по керамической плитке. — Что происходит? Поговори со мной. Калеб дернулся в его руках, сделал судорожный вдох, как будто не мог вдохнуть достаточно кислорода. — Я… я не могу… — Калеб! — рявкнул Сэм, схватив друга за плечи. — Не могу… — Калеб вцепился в рубашку Сэма и затих. Сэм на мгновение замер, не услышав от друга ни звука. Калеб не дышал. — Нет, нет, нет… — бормотал Сэм, пытаясь уложить друга на пол балкона. — Не делай этого. — От видения нельзя задохнуться. От них было такое чувство, словно ты умираешь, но они не убивали. Что, черт возьми, происходит? Глаза Калеба затрепетали, потом закатились. Его тело замерло. Его хватка соскользнула с рубашки Сэма, рука с глухим стуком шлепнулась на плитку. — Дин! — В ужасе закричал Сэм. — Дин! — Младший Винчестер оглянулся через плечо на стеклянные двери. Только один человек мог им помочь. — Мак!***
Крик Сэма был полон паники. Макленд понял, что за этим кроется смесь тревоги и отчаяния. Судя по обеспокоенному выражению лица Дина, когда он бежал к балкону, Макленд был уверен, что младший охотник тоже услышал это. Макленд полагал, что существует клинически обоснованная причина, по которой он не связывал себя тесными узами с другими людьми в ранние годы. Он объяснил это потерей матери в младенчестве и тем, что у него не было связи с отцом. Выбор профессии помогал ему держаться подальше от других, высоко на ханжеском пьедестале. Он мог быть в компании с другими, но не был по-настоящему связан с ними. В то время ему это нравилось, он чувствовал себя вполне комфортно. Несчастный случай изменил это. Уважаемый доктор Эймс больше не был неприкасаемым. Ему нужны были люди. Люди кормили его, одевали его и помогали выполнять самые основные функции, необходимые для существования. Это было унизительно, но необходимо. И это преподало ему неоценимый урок. Где-то в течение этих долгих месяцев Макленд решил, что ему нужны не только другие люди для поддержания жизни, но и они нужны ему в жизни. Он начал жаждать отношений. Как будто туман рассеялся, и через поляну он, наконец, смог увидеть, что, хотя есть риск в близости и товариществе, есть и невообразимые награды. Потом в его жизнь начали входить люди: Миссури Мосли, Джим Мерфи, Джон Винчестер. Потом в его жизнь вошел Калеб Ривз. Макленд никогда не представлял себя отцом до того, как тринадцатилетний мальчик попал в его жизнь. На самом деле, он часто смеялся, когда его собственный отец, Каллен Эймс предложил такую нелепость. Теперь он не мог представить себя кем-то, кроме родителя. В течение нескольких месяцев слушаний, чтобы законно оформить усыновление Калеба, Макленд много торговался с опекуном Калеба — Берд, судами и Богом. Он никогда не хотел ничего так сильно, и это пугало его. Доктор пообещал себе, что Калеб будет его главным приоритетом. Это была одна из причин, по которой Макленд так и не вернулся в хирургию. Поэтому он встречался с женщинами только для развлечения, и никогда ради чего-то более серьезного, чем обычная взаимность. В течение двадцати лет Макленд отдавал Калебу все, что мог, все, в чем нуждался его сын. Но, обнаружив Калеба лежащим на балконе, он почувствовал себя виноватым и испугался. В последнее время он не часто общался со своим сыном. Макленд был поглощен своим положением Ученого, переживая горе потери не только одного, но и двух дорогих друзей. Кроме того, было еще более эгоистичное стремление — дружба с Эсме. Опустившись на колени рядом с сыном и инстинктивно начав предварительный осмотр его состояния, Макленд не мог не задаться вопросом, не пропустил ли он что-нибудь, какой-нибудь признак того, что его ребенок нездоров? Он пожалел, что шокировал Калеба правдой о Ное Сивере. Он должен был найти другой путь, кроме жестокой прямоты. — Мак? Испуганный голос Сэма вывел Эймса из упрекающих мыслей. Он продолжил осмотр, но взглянул на младшего Винчестера. — Что случилось, Сэм? — Дэмиен? — Дин опустился на колени у головы Калеба, его рука зависла над старшим охотником. — Калеб? — Мы разговаривали… А потом у него было такое ощущение, будто у него сейчас будет видение. Но… — Но что? — спросил Дин прежде, чем Макленд успел открыть рот. — Что происходит? — Не знаю! — рявкнул Сэм. — Он сказал, что что-то не так, а потом у него перехватило дыхание. — Дыхание по-прежнему нарушено, — доложил Макленд скорее себе, чем мальчикам. Он положил руку на шею Калеба, чувствуя, как пульсирует жилка. Сердце Калеба не остановилось. — Дин, очисти его дыхательные пути. Дин быстро сделал, как приказал доктор: запрокинув голову Калеба с отработанным мастерством. Он наклонился, почти прижавшись щекой ко губам Калеба. — Ничего, Мак. — Серьезный взгляд Дина остановился на Эймса. — Сделай что-нибудь. — Умолял он. Макленд быстро перебрал способы обращения с бездыханной жертвой. Ничто не пробудило Калеба и не вызвало реакции. — Проклятие. — Мы должны начать искусственное дыхание? — спросил Дин. — Мак? — Сэм, ты сказал, что у него было видение? — Да. Было похоже. — Мы должны остановить это. — Остановить что? — спросил Дин. — Ты даже не знаешь, что это такое. — Думаю, Сэм прав. — Макленд взглянул на сына. Глаза Калеба быстро двигались под закрытыми веками. — Это видение. Не типичное, — признался Макленд. — Но это не значит, что это не так. — И как, черт возьми, ты можешь остановить видение? — старший Винчестер посмотрел на брата. — Мне никогда, твою мать, не удавалось вытащить из него Сэма. — Сэм справится. Макленд наблюдал, как младший Винчестер отпрянул. — Что? — Да. С твоей связью с Калебом, ты можешь это сделать. — Доктор был почти уверен. Ради Калеба он надеялся, что это не была выдача желаемого за действительное. — Но, Мак… Я не знаю, есть ли у меня еще… — У нас нет времени на дальнейшие рассуждения, Сэмюэль. — Макленд схватил Сэма за руку. — Помнишь больницу в Техасе? Ты нашел его, когда он был в коме. Сделай это сейчас, Сэм. Просто ищи его. Соединитесь с ним. Этого должно быть достаточно, чтобы разрушить все, с чем он связан. — Окей. — Сэм кивнул и взглянул на брата. — Я постараюсь. Макленд положил руку Сэма поверх руки Калеба. — Это все, о чем я прошу, сынок. Сэм закрыл глаза и сосредоточенно нахмурился. Он вздрогнул, а затем Калеб резко дернулся, как будто очнулся от страшного сна. Макленд почувствовал, как страх покидает его тело, когда сын сделал один глубокий вдох, потом другой. — Легче. — Макленд положил руку на грудь Калеба, когда глаза сына открылись, и он закашлялся. — Дыши спокойно. — Дэмиен? — Дин положил руку на плечо Калеба. — Ты снова с нами? — Что?.. Черт возьми. — Пробормотал Калеб. Он застонал, пытаясь подняться с пола. — Не торопись, — предупредил Макленд, но позволил Дину помочь Калебу сесть. — Не беспокойся. — Ривз поднял дрожащую руку к голове. — Все нормально, папа. — Это хорошо. Пока мы точно не узнаем, что произошло… — Видение, — прервал его Калеб, бросив взгляд на Сэма, который по-прежнему сжимал руку старшего охотника. — Вроде бы. Не хочешь расслабиться, тигр? У твоего брата не было такой мертвой хватки во время американских горок в Вегасе. — Прости. — Сэм отпустил его, но остался рядом. — Ты в порядке? Калеб выдавил полуулыбку. — Я снова могу дышать. — Сынок, что случилось? — Макленд взял Калеба за руку и принялся прощупывать его пульс. — Ты помнишь, что видел? Калеб покачал головой. — Не многое. Было темно. И я не мог дышать, как будто задыхался. И было чертовски холодно. — Он вздрогнул и отстранился от отца. — Я в порядке. Макленд покачнулся на пятках, задумчиво потирая подбородок. Его сын был в шоке и не совсем честен. — Ты с кем-то связался? Калеб потер шею. — Я чувствовал, что это происходит со мной… Должно быть, я был связан с жертвой. — Это нетипично. — Беспокойство Макленда возросло. — Но такое случалось и раньше. Его сын, должно быть, понял, о чем он говорил, потому что глаза Калеба наполнились страхом, когда он посмотрел на Дина. — Когда Дин был в опасности… До того, как тот психопат забрал его. Старший Винчестер головой. — Один гребаный раз не складывается в профиль, чувак. И если помнишь, ты получил пулю за свои проблемы. Видение может быть о тебе. — Папа? — Калеб сосредоточился на отце, пытаясь подняться на ноги. — Ты сказал, что Гриффину и его ребятам нужен Дин, чтобы открыть эту чертову дверь. Йен и эта сука Мэг, наверное, подумали о том же. Сэм и Дин удержали Калеба на ногах. — Я могу о себе позаботиться, — прокомментировал Дин. — Ты думаешь, это видение может быть чем-то вроде рыцарского предупреждения? — спросил Калеб отца, игнорируя Дина. — Понятия не имею. — Макленд вздохнул. В Триаде было так много такого, чего он не знал. — Рыцари связаны узами со своими подопечными, но ни один Рыцарь не обладает твоими способностями. — Демон тоже никогда не был в таком положении. — Прекрати, приятель! — прорычал Дин. — Брось это дерьмо. Калеб начал было протестовать, но Макленд вмешался. — Давайте зайдем внутрь. — Я же сказал, что в порядке. — Калеб шагнул вперед, подальше от Дина и Сэма. Он слегка покачнулся, и Макленд покачал головой от упрямства, которое, как он был уверен, требовалось от всех Рыцарей. Спорить не было смысла. Он научился этому у Джона. — Тогда давай пообедаем и продолжим наш разговор. Словно в ответ из квартиры раздался голос Джошуа: — Обед подан. — Светловолосый охотник парил в открытом дверном проеме балкона. Он держал коробку пиццы, и его критический взгляд скользнул по Калебу. — Что случилось? — У него было видение, которое не хотело с ним дружить, — ответил Дин. — Ничего такого, с чем мы не можем справиться. Джошуа бросил на Дина сердитый взгляд и отвернулся. Макленд потер шею, наблюдая, как блондин исчез в кухне, где он открыл несколько шкафов, а затем послышалось жужжание микроволновки. — Тебе придется найти лучший способ справиться с ним, Дин. Дин последовал за Маклендом внутрь, все еще не сводя глаз с Калеба. Сэм закрыл за ними дверь и последовал за братом к дивану. — Я могу аннулировать членство в клубе? — Дин поднял бровь. — Мне решать, кто выйдет? — Осторожнее с ответом, Мак. — Сэм сел рядом с Калебом. — Он не прочь одеть на Джоша цементные ботинки. Макленд не успел ответить на вопрос по ссылке «Крестного отца», как Джошуа вернулся в гостиную с чашкой в руках. Он подошел к дивану и остановился перед Калебом. — Вот, выпей. Дин заглянул в чашку. — Что это? — Горячая вода и специи для ясности. Ничего зловещего, если только стойка со специями Макленда не помечена неправильно. Уверяю вас, это поможет. Макленд и не подозревал, что у него есть специи. Он уже не так подозрительно относился к лекарствам Джошуа, но отметил, как старший Винчестер от раздражения стиснул зубы. — Нам не нужна твоя помощь, Джош. — Двойка, — Калеб взял чашку. — Брось это дерьмо. — Он выпил отвар и поморщился. — Не за что, — ехидно ответил Джошуа. Макленд задумался, уж не нарочно ли Джошуа делает так, чтобы его варево стало еще хуже, когда дело касается его сына и Винчестеров. Калеб сделал еще глоток и выдохнул. Цвет его лица, казалось, улучшился. — Спасибо. Джошуа ухмыльнулся Дину, но потом его глаза сузились. Сойер выхватил что-то из-за спины младшего охотника. — Что это? — он помахал перед ними шелковым шарфом приглушенных земляных тонов. Макленд поморщился, узнав шаль. В этот момент он был рад, что Дин был язвительным. — Похоже на одежду в рюшами, — фыркнул Дин. — Ты забыл его во время своего последнего визита? Лицо Джошуа покраснело. — Это принадлежит моей матери. Я купил этот шарф в Париже. — Ты купил их оптом, чтобы раздавать на сувениры? — спросил Калеб. — Может, кто-то из "отряда фриков" его оставил? — Джошуа… — начал Макленд. — Это шарф моей матери, — отрезал Джошуа. — Что он здесь делает? — Сойер повернулся к Макленду. — Что я здесь делаю? Улыбка Дина стала еще шире и он бросил озорной взгляд на Эймса. — Ну, Мак, ты сегодня полон сюрпризов. — Мальчики. — Предупреждающе начал Макленд, желая, чтобы его уважали и боялись больше, чем любящего дядюшку. — Разве это не очевидно, Джош? — Дин посмотрел на блондина и подняв брови, указал на диван. — Предметы часто оставляют на месте преступления. Особенно если это преступление на почве страсти. — Улыбка исчезла с его лица. — Но почему ты здесь, это вопрос на миллион. — Я был в городе по делам, помогал клиенту фирмы. — Джошуа скрестил руки на груди и продолжал смотреть на Мака. Эймс почувствовал облегчение от перемены темы, и хотел было ответить, но Сэм прервал его: — Холли Берри? — спросил младший Винчестер. Макленд, Дин и Калеб в недоумении уставились на него. — Что? — спросили одновременно Калеб и Дин, смущенные странным и неожиданным вопросом. Макленд устало потер глаза, не в первый раз удивляясь, откуда у Джима Мерфи брался запас терпения. — Откуда ты знаешь о Холли Берри? — спросил Джошуа. — Я начал смотреть развлекательные шоу. Кто-нибудь еще думает, что Бритни Спирс одержима? — Макленд прикрыл рот рукой. Он похвалил сообразительность Сэма, но, как и предупреждал, телевидение повлияло на его умственную активность.Младший Винчестер махнул рукой. Клянусь, я видел, как ты сопровождал Холли Берри. — Чувак, развлекательные шоу? — Дин покачал головой. — Ты такая девчонка. Калеб фыркнул. — Не нужно было попадаться на глаза публике, Джош. Так как выглядит Холли Берри? — Я на это не отвечаю. — Джошуа выпрямился и снова скрестил руки на груди. — Ты не беспокоишься о своем отце и моей матери? — он снова сосредоточил взгляд на Эймсе.— Мне нужны ответы. Это что, проверка на верность? Я знаю о предательском повороте Йена против Братства. — Это не проверка твоей верности, Джошуа. — Макленд забрал у охотника шарф. — И не время говорить об моих отношениях с твоей матерью. — Отношениях? — подал голос Калеб. Макленд сурово посмотрел на сына. Именно по этой причине они с Эсме решили сохранить свой роман в тайне. Их дети привыкли быть единственным объектом внимания родителей. Ни Калеб, ни Джошуа так не научились делиться. — Мы здесь, чтобы обсудить, как мы собираемся спасти Братство. — Мак снова посмотрел на Сойера. — Джошуа, ты работал с другой возможной Триадой. Твоя задача — рассказать мальчикам все, что ты о них знаешь. Я хочу, чтобы все были проинформированы до того, как вы доберетесь до Бостона. — Не знаю, что меня больше беспокоит, — пробормотал Джошуа. — То, что меня избрали твоим кротом или что меня заставляют отправиться в путешествие с этими тремя мушкетерами. Дин ухмыльнулся светловолосому охотнику. — Я определенно беспокоюсь о близких отношениях. — Теперь, если все улажено… — Макленд сунул шарф в карман, — давайте пообедаем. — Он повернулся к Сэму и похлопал его по плечу. — Я хотел бы услышать все о тех неосторожностях, от которых ты спас Калеба и своего брата. — Скажи мне, что нет слайд-шоу, — простонал Джошуа, но последовал за Сэмом и Маклендом. — Я и так достаточно наказан. Дин встал и схватил Калеба за руку, прежде чем последовать за остальными в столовую. — Калеб, подожди. — Дин. — Калеб поднял бровь. — Мы вернемся к формальностям? Винчестер глубоко вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. — Дэмиен… Ты уверен, что с тобой все в порядке? — Это зависит от обстоятельств, Двойка. Ты имеешь в виду то странное видение, которое свалило меня, как маленькую сучку, или ту часть, где Мак в значительной степени сбросил на меня дом? — Я знаю, какая у тебя твердая голова, так что давай займемся Ноем Сивером. — Сердце Калеба было гораздо более уязвимым. Ривз посмотрел в пол, потом поднял глаза и встретился взглядом со своим лучшим другом. — Не уверен, приятель. — Он провел рукой по темным волосам. — Одно дело подозревать, но знать, что это правда… Это заставляет меня сомневаться в большем дерьме. Ты понимаешь? Дин кивнул и сжал плечо друга. — Тебе никогда не придется сомневаться во мне и Сэмми. Мы никуда не денемся. Мы с тобой в связаны. Ривз усмехнулся и игриво оттолкнул его руку. — Один за всех и все за одного, да? От этих слов Дина пробрала дрожь. — Чертовски верно. — По крайней мере, на год они могут стать Тремя мушкетерами. Он откашлялся, отчаянно нуждаясь в нормальной жизни. — Итак… Мак и Эсме? — Он злорадно ухмыльнулся своему другу. — Бьюсь об заклад, они занимались этим на обеденном столе. Калеб побледнел. — Это совсем не смешно, Двойка. — Это немного забавно. — Конечно, бей лежачего, — Калеб покачал головой и с трудом сглотнул. — Я буду есть на кухне. Дин фыркнул. — Как будто там это делать запрещено. — Заткнись, Двойка.
