Убийцы

Стёрч стоял лицом к стене, имитируя возню с системой видеонаблюдения, но совершенно точно знал, что генерал смотрит на него. Сапоги протопали мимо, затем Хакс резко остановился и что-то тихо спросил у семенящего за ним суетливого лейтенанта. Стёрч затылком ощущал сверлящий взгляд генерала, но на данный момент был уверен в своём железном алиби. Благодаря отличным друзьям в Куат-Энтралле. И всё-таки Стёрч испытал облегчение, когда Хакс продолжил путь по мостику, а лейтенант последовал за ним. Как только оба офицера оказались на приемлемом расстоянии, он вгляделся в удаляющуюся фигуру генерала: прямая, как штык, осанка, бойкая походка, каждый рыжий волосок на своём месте. А если прибавить чопорную усмешку, которую генерал использовал в каждом головидео, то можно было с лёгкостью представить, что кто-то желал ему смерти. Стёрч начал спускаться с лестницы, но, завидев мужчину, появившегося из-за угла и стремительно приближающегося, замер на месте. В первый же вечер на борту другие техники предупредили его о Кайло Рене. — У него бывают эти… истерики, — поведал один из техников за ужином. — Он буквально взрывается и уничтожает оборудование, тренировочные залы, штурмовиков… что угодно и кого угодно поблизости. — Хотя с тобой всё будет в порядке, — добавил второй. — Не думаю, что генерал позволит ему убить подрядчика. Слишком много бумажной волокиты. Учитывая истинную причину прибытия Стёрча на корабль, прозвучало не очень утешительно. К счастью для Стёрча, Рен даже не повернул скрытого маской лица в его сторону, пока следовал по коридору — в драматично развевающемся чёрном одеянии. Как только он скрылся за углом, Стёрч закончил спуск и, топнув ногой по панели в полу, убрал лестницу обратно в стену. Стёрч никогда не верил в Силу — даже в детстве. Когда деливший с ним двухъярусную койку радарный техник по имени Астер рассказал, что однажды видел, как Кайло Рен, и пальцем не шевельнув, с расстояния в несколько метров задушил человека — Стёрчу пришлось приложить усилия, чтобы не закатить глаза. И тем не менее он не мог отрицать: было в Рене что-то эдакое. Сила или не Сила, но парень был опасен — и нестабилен в придачу. Стёрч решил максимально избегать встреч с ним в ходе выполнения своего задания. Устранение генерала Первого Порядка и так задачка не из лёгких — и следующий по пятам Тёмный владыка ему точно ни к чему. По дороге к ближайшему узлу системы видеонаблюдения Стёрч притормозил у небольшого иллюминатора и посмотрел на планету, на орбите которой они зависли. Уже несколько месяцев ходили слухи о новом супероружии Порядка, но он не принимал их всерьёз, считая плодом самообмана любителей ностальгировать по старой Империи. Теперь он больше не мог отрицать реальности базы «Старкиллер». Покрытая снегом и льдами там, где её не выдолбили шахтёрские буры, она ярко сверкала в пустоте. Стёрч не впервые досадливо удивился иррациональной неприязни, которую питала Лея Органа к представителям его профессии. Он мог бы неплохо навариться, продав эту информацию Сопротивлению. Тряхнув головой, он отвёл взгляд от иллюминатора. Хватит бездельничать — работать пора. *** Коллектив техников не переставал обсуждать Кайло Рена. Стёрч пытался вовлечь их в разговор о генерале — не слишком часто, чтобы не вызвать подозрений. Но беседа почему-то раз за разом возвращалась к Рену. — Бьюсь об заклад, он изуродован под маской. Потому никогда её и не снимает. — Сектор двенадцать по-прежнему ремонтируют, а ведь Рен пробыл там всего пять минут. — Я слышал, из последней поездки в Неизведанные Регионы он привёз ситхский голокрон. — Говорят, он выслеживает Люка Скайуокера. — Знаешь, а он умеет читать мысли, — выдал Астер за обедом — это был шестой день Стёрча на борту. — Его привлекают к допросам, когда обычная тактика не срабатывает. Стёрч понимал, что с логической точки зрения это не может быть правдой. Однако толика сомнения закралась в его разум, а лёгкое тошнотворное ощущение свело внутренности. Если Кайло Рен способен видеть мысли, то Стёрч практически покойник. Он снова глотнул омерзительного питательного коктейля. Первый Порядок даже не соизволил обеспечить техников на «Финализаторе» настоящей едой. — Если Рен умеет читать мысли, то почему бы не задействовать его постоянно? Так им не придётся тратить время на пытки. Я слыхал, они иногда затягиваются. — Не-е, лорд Рен слишком занят, чтобы присутствовать при каждом допросе. Стёрч едва не фыркнул вслух. «Занят чем?» Судя по просмотренным видеоматериалам, Рен проводил дни, шляясь по коридорам «Финализатора», словно кривоногий призрак. В свободное от пререканий с генералом время. Отношения Рена и генерала Хакса были, мягко говоря, непростыми. Каждое зафиксированное камерами взаимодействие двух мужчин заканчивалось ссорой, после которой кто-то из них стремительно уносился прочь. Стёрч почти жалел генерала. Делить командование звездолётом с каким-то тёмным монахом — выскочкой, даже не входящим в военную структуру… Это наверняка сводило с ума. Впрочем, жалость не должна была мешать выполнению задания. Стёрч дни напролёт корпел над камерами в главном центре видеонаблюдения, изучая расписание генерала, пока не почувствовал, что может предсказать каждый его шаг. Хакс был не из тех, кто нарушал режим. Он рано вставал и делал обход корабля, слушая доклад сопровождающего его лейтенанта. Обедал в столовой, а всю оставшуюся часть вахты расхаживал по мостику, записывал пропагандистские ролики для штурмовиков и любовался белеющими очертаниями «Старкиллера» внизу. Как только вахта заканчивалась, Хакс удалялся в свои апартаменты. Наблюдая за передвижениями генерала, Стёрч никак не мог представить этого холодного формалиста в роли чьего-то любовника, не говоря уж о связи с его клиентом. Все прочие офицеры держались от генерала на почтительном расстоянии, и Хакс проявлял лишь две эмоции: недовольство Реном и обезоруживающую нежность, с которой смотрел на свою суперпушку. Стёрч невольно вспомнил о Базини Нетал. Но не стал зацикливаться на ней. Как только он удостоверится, что сможет застать генерала врасплох, сразу переключится на логистику покушения. Лучше провернуть дело так, чтобы всё выглядело как убийство в состоянии аффекта, а не как умышленное убийство. С мыслью об этом Стёрч взломал личные файлы штурмовиков в поисках записей о дисциплинарных взысканиях, указывающих на недовольных старшим офицерским составом. И с ужасом осознал: если он хочет, чтобы доспехи пришлись впору, необходимо найти кого-то такого же роста, как он сам. Процесс оказался сложнее, чем ожидалось. Так уж получалось, что штурмовики, у которых накапливалось достаточное количество нарушений, как правило, гибли в результате «несчастных случаев» на тренировках или отказа оборудования. В конце концов Стёрч подобрал подходящего кандидата: некий АК-1106 получил на прошлой неделе выговор за оскорбление капитана и был отправлен на «промывку мозгов». Стёрч поднял все записи о штурмовике. Тот был молод (чуть больше двадцати) и подходящего роста. Стёрч криво ухмыльнулся. Идеально. Несколькими нажатиями на консоль он удалил изображение парня и развернул схему корабля. *** Через два дня Стёрч проследовал за АК-1106 в освежитель и ввёл ему под кожу большую дозу седативов. Тот беззвучно осел на пол. Должно быть, «промывка мозгов» ослабила его. Затащив АК-1106 в кабинку, Стёрч избавил его от брони, бластера и комбинезона, оставив незадачливого бойца в одном лишь нижнем белье. — Прости за всё это, — сказал Стёрч, обращаясь к лежащему без сознания парню. Хотя в случае успеха плана нокаут и потеря одежды — далеко не самое страшное из того, что ждало АК-1106 впереди. Стёрч натянул комбинезон и закрепил броню. Прежде чем выйти в коридор, надел шлем. Чуть раньше он позаботился о камерах наблюдения в этой части корабля: он не мог рисковать — никто не должен был увидеть его лицо. Сектор, где жил генерал, находился двумя палубами выше, неподалеку от мостика — три коридора и служебный лифт. Не встретив никого по пути наверх, Стёрч решил, что ему повезло. В лифте (где он для верности тоже отключил камеры) у него появилось искушение снять шлем, но в итоге он его не тронул — просто закрыл глаза. Стёрч с нетерпением ждал завершения миссии. Обычно он наслаждался сложными задачами, когда целью являлась высокопоставленная персона, но что-то здесь, на «Финализаторе», во всей этой ситуации, нервировало его до крайности. Ему не нравилась энергетика этого места, и он знал, что беспокойство исчезнет лишь после того, как генерал умрёт, а он вернётся на свой кораблик и пересчитает кредиты. Створки лифта распахнулись, и Стёрч увидел вход в генеральские апартаменты, расположенные в конце ярко освещённого коридора. Шагая к двери, Стёрч крепко сжимал бластер. Оставалось около пяти минут до конца вахты Хакса. Стёрч собирался нырнуть в небольшую нишу чуть дальше по коридору, а когда генерал будет проходить мимо… Что-то раскалённое добела ударило сзади и прожгло дыру в украденной броне. «Бластер. Установлен на оглушение», — мелькнула в мозгу последняя связная мысль, прежде чем мир потемнел, и лицо Стёрча встретилось с полом. *** Хакс опустил бластер и вернул его в кобуру. Тело штурмовика неподвижно распростёрлось на полу. Хакс пнул его в спину, и только после этого присел рядом, чтобы рассмотреть получше. Взявшись за кромку шлема, он нащупал отпирающий механизм. Хакс сразу понял, что перед ним не один из солдат Порядка. Слишком стар, а большинство бойцов не доживало до сорока. Кроме того, Хакс опознал в нём подрядчика с Куат-Энтралла — того самого, которого заприметил несколько дней назад на мостике. На задней стороне шеи по коже побежали мурашки, и двери лифта плавно раздвинулись за спиной. Хакс даже не обернулся. — Рен, это твоих рук дело? Рен тут же оказался подле него и наклонил голову в шлеме, рассматривая лежащее тело. — Нет уж, я не виноват, что ты нападаешь на безвредных штурмовиков, генерал. — Ты отлично знаешь, что этот человек не штурмовик и не безвредный. Рен пожал плечами. Что выглядело весьма нелепо. — Ладно. Это охотник за головами. Хакс так и подозревал, но столь бесцеремонное признание вывело его из себя. Он понимал, что Рен ощутил его раздражение. И наверняка ухмылялся под своей поганой маской. — Целью был я? Рен склонил голову набок. — Думаю, ты уже знаешь ответ. — Как думаешь, кто послал его? — спросил Хакс, уверенный, что знает ответ и на этот вопрос. — Да кто угодно. Насколько я слышал, у тебя много врагов. Хакс мог бы поклясться, что у него подскочило давление. Сдерживаясь изо всех сил, чтобы не заорать, он сказал: — Похоже, на этом корабле один точно есть. — Возможно. Несмотря на встроенный в шлем вокодер, Хакс уловил веселье в голосе Рена. Это уже был перебор. — Какого криффа ты делаешь, Рен? — огрызнулся он. — Следую приказам. Хаксу захотелось его придушить. Сорвать идиотскую маску и смотреть, как багровеет лицо и стекленеет взгляд Рена, пока он всё крепче сжимает эту симпатичную шею. Руки Хакса дрогнули. Должно быть, он думал слишком громко, поскольку Рен снял шлем и уронил его на пол. Стук эхом разнёсся по коридору. Как и подозревал Хакс, Рен улыбался. — Ты в курсе, что смотришь на меня одинаково: и когда хочешь меня убить, и когда хочешь трахнуть? Внезапно Рен вновь предстал перед мысленным взором Хакса, только на этот раз лицо его раскраснелось, а взгляд остекленел совсем по иной причине. — Это можно устроить, — сказал Рен. Перспектива задушить Рена выглядела слишком заманчивой, но, в отличие от магистра, Хакс не был рабом низменных побуждений. — Перестань копаться в моей голове и выкладывай, что этот человек делал на моём корабле, — произнёс Хакс резко и властно — таким тоном он обращался к младшим офицерам на мостике. И Рен для разнообразия подчинился. — Рыцари Рен получили приказ уничтожить всех бывших членов Гильдии охотников за головами, не выразивших лояльности Первому Порядку. — Он указал на тело на полу. — Этот человек — один из них. — Значит, вместо того, чтобы быстро и эффективно его ликвидировать, ты заманил его на борт и решил поиграть? И дал ему фиктивное задание устранить меня? Скрестив руки на груди, Рен прислонился к стене. — А кто сказал, что задание было фиктивным? Хакс уставился на Рена. Он знал, что тот безрассуден, помнил о его приступах ярости и нерациональных поступках. Но это было за гранью даже для Рена. «Нанял убийцу? Серьёзно?» — Рен… — начал Хакс. — Думаешь, я буду отсасывать тому, кто не может защитить себя от вышедшего в тираж охотника за головами? — перебил его Рен. — Это была проверка, генерал. Которую ты с блеском выдержал. У Хакса вспыхнули щёки, и он еле подавил порыв пересечь коридор и опрокинуть Рена на пол. Вместо этого он сказал: — Это было не так уж трудно. Сложно не заметить, что в секторе вокруг моих апартаментов вышла из строя вся система видеонаблюдения. — Он пренебрежительно глянул на валявшегося без чувств наёмника. — Если ты и правда хотел испытать меня, стоило выбрать кого-нибудь покомпетентнее. — Базини Нетал говорила, что он один из лучших. — Кто?.. — переспросил Хакс, но потом тряхнул головой и ущипнул себя за переносицу. — Забей. Это не имеет значения. Не хочу знать. Суть в том, что ты потратил время и ресурсы Порядка, чтобы удостовериться, что я… достоин твоего отсоса. Рен потупился, словно ему стало стыдно. Но ему ни на секунду не удалось обмануть Хакса. — Ты прав, — в голосе Рена, будь он неладен, послышались низкие ноты, которые задевали что-то в генеральской душе — на уровне инстинктов. — То, что я сделал, непростительно. Я заслуживаю выговора. Или даже дисциплинарного взыскания. Наказания. Терпение генерала, и так уже достигшее предела, наконец лопнуло. Одним плавным движением он пересёк коридор и толкнул Рена к стене. И хотя Хаксу по-прежнему хотелось свернуть ему шею, он довольствовался тем, что вовлёк Рена в грубый поцелуй. Довольно хмыкнув, Рен в кои-то веки не попытался взять ситуацию под свой контроль. Он позволил Хаксу направлять его, позволил прижать руки к бокам и углубить поцелуй. Хакс обнаружил, что его гнев улетучивается и сменяется не менее искренней эмоцией. И тогда ему в голову пришла мысль — действительно блестящая. Он быстро спрятал её, загнав в уголок разума, туда, где Рен не мог её найти. Хакс не хотел портить сюрприз. — Погоди, — сказал он, когда Рен, разорвав поцелуй, начал опускаться на колени. — У меня есть идея. В этот раз испытаем тебя. Тебе понравится. Рен устремил широко открытые глаза туда, куда смотрел Хакс, на лежащего на полу человека. Когда Рен вернулся взглядом к генералу, по его лицу блуждала улыбка. *** Самый идеальный способ отправиться в отключку — получить оглушающий заряд из приличного бластера. Сознание вернулось к Стёрчу быстро. Ни малейших признаков головокружения, какое бывало после наркотиков или тупых травм. Правое плечо и оба локтя ныли — должно быть, он приземлился на них во время падения. Но кроме этого — никакой боли. Он лежал наклонно, под углом в сорок пять градусов. Запястья и лодыжки были схвачены широкими металлическими обручами. И тут на него нахлынули воспоминания: украденная броня, лифт, дверь в генеральские апартаменты. Внезапная вспышка боли в плече. «Хреново». Стёрч открыл глаза. Он находился в центре тускло освещённой комнаты. И судя по дизайну стен и потолочных панелей — по-прежнему на борту «Финализатора». Ему ещё не доводилось бывать в этом помещении, но хватило и одного взгляда на удерживающее устройство, чтобы понять его назначение. Кресло для допросов. Он видел их прежде, но столь сложной конструкции, с огромным количеством устрашающих приспособлений — никогда. Стёрч задался вопросом, какие из этих штуковин собираются использовать на нём. Тихий стон приостановил его нарастающую панику. Изогнувшись, Стёрч машинально повернул голову к источнику звука. Оказалось, он был тут не один. Слева, у стены, расположились двое. Первый стоял (лицо его скрывала тень), второй устроился перед ним на коленях, спиной к Стёрчу. Когда глаза Стёрча привыкли к полумраку, он заметил, что коленопреклонённая фигура двигается, слегка покачиваясь взад-вперёд. Человек, который стоял, снова застонал, и до Стёрча вдруг дошло, что происходит. Он обладал довольно богатым сексуальным опытом, но ещё никогда его не заковывали в наручники, вынуждая смотреть, как один мужчина отсасывает другому. По правде говоря, мужчины и наручники были совершенно не в его вкусе. Раздался тихий влажный звук, вслед за ним из тени донеслись голоса. — Он очнулся, — хрипло проговорил тот, что стоял на коленях. — Свет, — отдал приказ второй мужчина. По его тону, чопорному и резкому, Стёрч сразу опознал генерала. Включившиеся лампы осветили знакомые, медного цвета, волосы и высокие бледные скулы. Глядя прямо на Стёрча, Хакс недобро улыбался краешком рта. Стёрч уже собрался сказать генералу: «Не думал, что вы эксгибиционист», — но прежде чем он успел вымолвить хоть слово, коленопреклонённая фигура повернулась к нему лицом. Стёрч почувствовал, что ему не хватает воздуха. Он узнал это лицо: крупный, несуразный нос, карие глаза и пухлые губы. Это был его клиент. Корадус. Только это был не Корадус. Вовсе нет. Эти рукава, капюшон и хламиду было невозможно ни с чем спутать. Равно как и шлем на полу. — Я тут подумал, что вас так и не представили официально лорду Рену, господин Стёрч. Корадус, то есть Рен, немного поменял позу, позволив Стёрчу мельком увидеть генеральский стояк. — Вообще-то я припоминаю, что встречался с ним несколько недель назад, — ответил Стёрч. У него в мозгах всё перемешалось. Рен и генерал, казалось, развлекались, словно затеяли какую-то игру. Возможно, так оно и было. Генерал покачал головой. — Нет, вы встречались с испорченным и опальным молодым аристократом. А это, — он указал на мужчину, стоящего на коленях у его ног, — магистр рыцарей Рен. Рен поднял глаза на Хакса, и от нежности в его взгляде у Стёрча скрутило живот. Но гнев пересилил страх, и Стёрч выплюнул: — Лорд Рен, а генерал в курсе, что вы меня наняли, чтобы убить его? Весьма довольный собой, Рен произнёс с лёгкой хрипотцой: — Да, я ему рассказал — через несколько минут после того, как он тебя застукал шляющимся возле его апартаментов. Проклиная свою недальновидность, Стёрч отвёл взгляд от парочки. Как можно было проявить такую тупость и беспечность и очутиться здесь? Следовало довериться инстинктам при первой встрече с Корадусом… Реном. Нужно было забить на работу и покинуть «Финализатор», едва почувствовав намёк на неуверенность. Но прежде всего, не стоило слушать Базини. Без сомнения, наёмница была к этому причастна. Слишком занятый мыслями о том, как снова её трахнет, он не заметил расставленной ловушки. В горле заклокотала ярость. Он злился на себя, на Базини и на всю эту злоебучую ситуацию. — Так вот как ты кончаешь? — наобум брякнул Стёрч, обращаясь к генералу. — Инсценируешь хитромудрые попытки убийств и пытаешь людей, пока этот урод-неудачник тебе отсасывает? В тот миг, когда эти слова сорвались с губ, Стёрч понял: ему конец. И всё же он испытал странное удовлетворение, увидев, как исказилось бешенством лицо генерала. — Я устал от болтовни этого человека, Рен, — выпалил Хакс. — Разберись с ним, ладно? Внезапно Стёрч почувствовал чудовищную хватку на горле. Ему захотелось вцепиться в шею и сорвать то, что душило его, но обручи вокруг запястий держали крепко. Губы Рена, по-прежнему стоящего на коленях, растянулись в жестокой ухмылке. «Так значит, слухи были правдивы», — успел подумать Стёрч, прежде чем его глаза закатились. *** Хакс выругался сквозь зубы, когда влажный жаркий рот снова обхватил его член. Рен отсасывал ему и раньше, но не так. Рен был опытен и обычно действовал очень эффективно, но настолько искусно — никогда. А ещё он никогда не позволял Хаксу прикасаться к нему так, как сейчас. Запустив пальцы в чёрные волосы, Хакс толкался членом в нежное нёбо. Непристойное влажное причмокивание и тихие стоны, которые Хакс даже не пытался сдержать, почти заглушали хрипы человека, задыхающегося посреди комнаты. Охотник за головами умирал медленно и шумно, но Хакс догадывался, что так и было задумано. Ему нравилось осознавать, что Рен способен убить кого-то, даже не прикасаясь, и всё равно отсасывает ему. Мысль о том, что вся эта мощь, послушная, умоляющая, стоит на коленях у его ног, опьяняла. Хакс разжал руку, выпустив тёмную прядь, и, прижав ладонь к щеке Рена, провёл пальцем вдоль его подбородка. Рен что-то промурлыкал в ответ, и Хакс, чуть не спустив ему в горло, понял, что долго не продержится. — Пора, — рвано произнёс Хакс. — Сделаешь так, как договорились? Рен кивнул, не выпуская член изо рта. Хрипение в центре комнаты усилилось, став надсадным и свистящим. Хакс даже не взглянул на разворачивающийся спектакль, предпочтя сфокусироваться на покачивающейся голове Рена. — Ты почувствуешь, когда… — задыхаясь, выдавил Хакс. «Блядь, почти готов». — Когда он умрёт? Рен снова кивнул и, ускорившись, размашисто прошёлся по члену языком. А потом обхватил собственный стояк через одежду, и одного вида этого оказалось достаточно, чтобы Хакса толкнуло за грань. Когда генерал кончил, вздрагивая от переполняющего его удовольствия, хрипы резко прекратились. Рен зажмурился, на лбу пролегла морщинка. Он не отстранился, пока не проглотил всё до последней капли, и лишь затем, влажно причмокнув, выпустил член изо рта. С разметавшимися волосами, он казался полностью отрешённым от мира сего. Хакс на секунду задумался, удалось ли Рену кончить, но тут же заметил, что под штанами по-прежнему выпирает стояк. Хакс отлип от стены и подошёл к креслу. Тщедушный человечек лежал неподвижно, свесив голову набок. Уже не впервые генерал задумался о том, каково это — обладать способностями Рена. Как волнующе, должно быть, чувствовать последний вздох твоего врага. — Я покажу тебе. Однажды, — пообещал Рен сиплым голосом. Он всё ещё стоял на коленях. — Но, Хакс, прошу, мне нужно… — Знаю я, что тебе нужно, — оборвал его Хакс. В этот раз даже не сказав Рену, чтобы тот убирался из его головы. — Ты прошёл испытание. Ты заслужил. Иди сюда. Рен опустился на четвереньки и пополз к нему. Если бы Хакс только что не кончил, от этой покорности у него снова бы встало. Присев на корточки, Хакс скользнул рукой между ног Рена и прошептал ему на ухо: — Возможно, нанять убийцу было не такой уж плохой идеей.